Обещания

Мадам Бюстье любит творческие задания. Точнее, любит давать их ученикам и наблюдать, как те выходят за серые рамки школьных стандартов. Как творят что-то новое. Что-то своё. Сегодня задание не такое уж и сложное. Можно сказать, элементарное. Нужно лишь написать письмо для Санты Клауса. Но не с целью что-то попросить. А с целью что-то пообещать. Пообещать не сколько старому волшебнику, сколько самому себе. Поставить новые цели, замахнуться на новые высоты. В основном учащиеся послушно склоняют над листами головы, но есть дети, которые выделяются из толпы. Которые всегда выделяются. Хлоя Буржуа хмурит лоб, покачивая ногой, запрокинутой на другую ногу. Адриан Агрест опирается подбородком на скрещенные в замок руки и глядит прямо перед собой. Маринетт Дюпен-Чен грызёт ручку так яростно, словно это изысканное угощение. Вот они, три самых ярких представителя ее класса. До безумия разные, до безумия противоречивые — по крайней мере, в ее глазах. Интересно, о чем они мечтают? Калин прохаживается по кабинету, попутно трепля по голове Кима, который от усердия аж высунул язык. Задание анонимное — Бюстье обещала посмотреть работы и оценить их в целом, наградив всех присутствующих на уроке одинаковыми баллами. Но Калин Бюстье кажется, что многих учеников она нечаянно угадает. Нет, не по почерку. По стремлениям. Когда молодые люди, оживленные, довольные, по очереди подходят к ее столу и сдают письма, Калин чувствует, что немного переживает. Ей кажется, что она лезет к ним в душу. Но спустя несколько вдохов-выдохов и пожеланий «Счастливого Рождества!» от подростков, убегающих на урок к Менделеевой, женщина успокаивается и все-таки подходит к собственному столу. Первый конверт слегка помят, и слов в письме не очень много. «В этом году я обещаю надрать Киму зад и учиться на одни «отлично». А еще я буду очень хорошим другом». — Если б не ремарка насчёт Кима, подумала бы, что это Адриан, — усмехается себе под нос Бюстье. — Ох, Аликс, ты бесподобна. «Дорогой Санта, я обещаю, что в этом году буду больше доверять своим близким. И не поддамся никаким манипуляциям Бражника!» — Это правильно, Нино, — шепчет учитель, которая слышала о Слезостреле и том, как он самостоятельно освободился от злостной бабочки. — Я точно знаю, что Алья заслуживает твоего доверия. Вы такие юные, но уже такие сильные… прекрасная пара. Калин вспоминает, как сама влюбилась когда-то. Как ревновала, держалась за ручку под партой, краснела и смущалась. Тогда ей казалось, что небо рухнет, если это чувство исчезнет. Наверное, Нино Ляиф испытывает сейчас то же самое. «Здравствуй, Санта Клаус. Я обещаю, что в этом году точно докажу миру, что роботам вовсе не хочется его захватывать». — Марков под акумой с тобой бы поспорил, Макс, — качает головой Калин, тихонько смеясь. «Привет, Санта! В этом году я получу новый разряд по плаванию, а еще утру нос Аликс!» — Ким, твоя дружба с мадемуазель Кубделл — отдельный вид искусства, — смех учительницы становится громче. Она смеется и плачет одновременно — от умиления. Она смахивает слезинки и не боится, что кто-нибудь зайдёт в кабинет, застанет ее в таком странном виде и обвинит в излишней сентиментальности. В конце концов, это ее любимый класс. Это ее любимые дети. «Санта, торжественно клянусь, что замышляю только шалость! Я стану ещё любопытнее, ещё жизнерадостнее. И, конечно же, ещё смелее». — Куда уж любопытнее, Алья? Куда смелее? — Калин смотрит на письмо так ласково, как смотрела бы на саму Сезер. — Вторую такую девочку, жадную до знаний и впечатлений, днем с огнем не сыщешь. «Санта, прежде чем потребовать попросить у тебя в подарок новый фен Dyson, сообщаю, что в этом году постараюсь на славу. Я сделаю всё, чтобы мама больше не уехала от нас с папочкой! Я ради этого даже готова терпеть сестрицу под боком!» Слезы умиления превращаются в нечто другое. Они застревают в горле комом, перехватывая дыхание, и Калин несколько секунд отчаянно моргает, пытаясь прийти в себя. — Хлоя, у тебя все получится, — наконец с нежностью проговаривает она, потянувшись к своей сумке. Но, как назло, в ней нет ни одного платочка. Торопливо пройдясь ладонями по щекам, женщина читает следующее обещание. «Дорогой Санта, очень надеюсь, что в этом году ты не сильно нагружен и развозишь подарки с удовольствием. Я хочу пообещать, что проживу каждый день нового года без боли и не позволю недугу вернуться». Калин снова прячется за ладонями — дольше, чем в первый раз. Педагог чуть не жалеет о том, что затеяла подобное. Она знала, что дети в очередной раз заставят ее сердце трепетать. Но она не подозревала, что они это сердце ещё и разобьют. «Санта Клаус, в этом году я буду уделять больше внимания брату! А еще ни разу не закрою лицо чёлкой и все-таки попробуюсь в модельное агентство». — Роуз и Джульека даже в письмах рядышком, — выдыхает Калин. Она перебирает оставшиеся конвертики с письмами, долго думает, какой из них открыть следующим, и наконец вытаскивает очередное послание. «Санта, я обещаю, что в этом году не позволю взять любви верх над разумом. Я не буду ставить объект своей влюбленности выше своих обязанностей. Сниму розовые очки, перестану идеализировать того, кого люблю. И после этого… полюблю его ещё сильнее». Калин Бюстье устремляет задумчивый взгляд на вторую парту ряда у двери, где всегда сидит одна и та же девушка с забавными хвостиками. — Если ты говоришь об обязанностях старосты, Маринетт, — протягивает она, обращаясь к воображаемой ученице, — то бояться нечего. Влюбленность в Адриана никогда не мешала тебе быть незаменимым лидером класса. Твоя влюблённость вообще никогда не мешала, а, напротив, делала тебя ещё воодушевленнее. Ещё решительнее. Калин взволнованно поднимается со стула, прохаживается из угла в угол, хватает со столешницы новое письмо, не останавливаясь. Почему-то на душе спокойнее, когда тело в движении. «Дорогой Санта Клаус! Я уже взрослый мальчик, но все еще верю в чудеса. Вижу, как они случаются каждый день. Конечно, я хотел бы обещать, что в новом году сотворю как можно больше чудес. Хотел, но не могу, ведь… чтобы стать кудесником для других, нужно сначала разобраться с собственной жизнью. Да, в новом году я обещаю взять на себя ответственность за свою жизнь. За каждый поступок и каждое слово! Я перестану так отчаянно зависеть от чужого мнения и чьей-то симпатии. И больше никто, никто не будет решать за меня. Я все решу сам. С наступающим, Санта!» Самое длинное послание. И одно из самых трогательных. Калин замирает, пробегает глазами по витиеватым буквам. — Мадам Бюстье, я случайно забыл на своем стуле телефо-о-о-ой! Адриан Агрест застывает в дверном проеме, и пару секунд Калин кажется, что автор столь пламенных строк просто мерещится ей. — Мадам Бюстье? — осторожно зовёт Адриан, и женщина, вспыхнув, опускает руку с его письмом. — Простите, Вы… плакали? Агрест выглядит таким же невинным, каким всегда предстает перед ней родной ребёнок — очаровательный полугодовалый малыш, покорно ждущий, когда же обожаемая «ма-ма» придет домой и заберёт его с коленей не менее обожаемого «па-пы». — Нет, я в порядке, Адриан, — мадам кивает головой не сколько юноше, сколько самой себе. — Постарайся больше нигде не оставить гаджет. — Постараюсь, мадам Бюстье. — А еще обязательно выполни обещание, данное Санте, — не успев прикусить язык, добавляет Калин. — Постараюсь, мадам Бюстье, — повторяет Адриан и вдруг улыбается. Хитро, задорно. — Мадам, как думаете, из меня когда-нибудь выйдет хороший кудесник? Калин изумленно взирает на него, однако справляется со своими эмоциями и так же весело отвечает: — Думаю, да. Кстати, напомни в следующем семестре поставить тебе по литературе «пять» автоматом за твой замечательный слог. — Как вы угадали, что это я? — Я слишком хорошо знаю каждого из своих детей, Адриан. Агрест смотрит на нее с неподдельным восхищением. — Вы успеваете заботиться о нас, хотя у Вас маленький сын на руках. А некоторым… некоторым людям не хватает сил и желания, чтобы проводить время с одним-единственным ребёнком. — Я надеюсь, что эти «некоторые» исправятся, — мягко говорит Калин. — Да и ты все еще веришь в чудеса, верно? Улыбка Адриана становится шире, а мадам Бюстье понимает, что настала её очередь давать Санте клятву — пока не на бумаге, а только мысленно. «Здравствуй, дорогой маг! Обещаю в новом году стать лучшей матерью и научиться красиво петь колыбельные. Обещаю, что поддержу каждого ученика и не позволю ему остаться один на один с бедой. А главное — обещаю, что выложусь на максимум, чтобы помочь своим детям реализовать их обещания».