чатик

оглядывая свои проделанные труды, шань не стесняется сам себя похвалить. стоит такой уставший с тряпкой в руке и закатанными рукавами, одну руку на бедре держит и озирается. да, он постарался нихуево, вот бы его труд ещё кто-то ценил. были бы фотки до/после, результат на лицо виден был бы! да что там, спустя пару дней — этот додик белобрысый снова срачевник разведёт что в кухне, что в хате самой. и от этого обиднее всего, хоть брать и этой самой многострадальной тряпкой пиздить того по бестолковке. вытерев выступивший пот со лба, мо откинул от себя тряпку и дернул шторы по обе стороны от окна. душно что-то стало, проветрить не мешало бы, свежий воздух хорошо в себя приводит после тяжелой работы. да и химией этой воняет от моющих, не надышаться бы. шань чуть тянет на себя ручку окна, перед этим опустив ее вниз чтобы открыть окно на проветривание. опустив взгляд на вид с окна, он все ещё видит тот самый не очень пушистый снег, чуть подтаявший и в некоторых местах превратившийся в грязную кашу. только на засыпанных клумбах снег все ещё в своём привычном состоянии. кстати, а это не тянь там? хэ стоит посреди засыпанных клумб и ходит туда-сюда, таская за собой ногу, словно больной. видимо, что-то на снегу вырисовать собирается, только пока эти каляки ни на что не похожи. с высоты окна квартиры тянь выглядит таким маленьким чёрным солдатиком в своём кашемировом пальто и с чернявой дурной макушкой. только сейчас шань замечает, что тот без шарфа и то самое пальто на распашку расстегнуто, а рядом с клумбой стоит чжэнси. видимо по дороге встретились, только вот никаких пакетов с продуктами у них нет и чжань подозрительно долго пополам сложенный стоит. подрались или че? не сдержав все так же язык за зубами, мо открывает окно полностью тем самым впуская в комнату морозный зимний воздух и ускорив процесс проветривания. — эу, полудурки, вы че там творите? — что есть силы кричит рыжий, всё-таки на восьмом этаже хер его кто услышать сможет. но видимо сирена срабатывает, раз на его голос сразу чернявая макушка поднимает глаза вверх а чжэнси пытается разогнуться. — че смотришь, утырок? ану живо застегнулся! парни, ни слова не сказавшие, мигом потопали к подъезду. как чжэнси по снегу ходит, это надо видеть. все ещё наблюдавший за ними рыжик прыскает в кулак, не сводя глаз с того как чжань по лужам тающего снега скачет, то и дело что попадает прямо в них. кривоногий, вот уже а. после того как оба парня пропали с поля зрения, мо ещё пару минут пялит на кривое тяневское сердечко из вытоптанных следов. хуев художник, это они с этого уссыкались чтоли? дурачки. закрыв окно и опустив рукава в их обычное положение, шань все ещё собирается дать пиздюлину обеим за то что с пустыми руками приперлись. заявившись в коридор, перед его взором предстала картина из трёх обнимающихся мужиков в кругу, по глупому хихикающих с чего-то. из их лепета шань лишь уловил что-то о подарках. кстати о них, шань ведь всем что-то да и притащил с собой, не забыл ведь. правда, мама в большей степени заставила его проявить инициативу и прикупить что-то всё-таки для «друзей». не то чтобы мо не считал этих дурачков друзьями, просто подарки от него могут быть не такие крутые как от них всех. да и неудобно будет если никто из них ничего не принёс. хотя вроде мажорчик с пакетом каким-то пиздатым припхался, этот чжэнси тоже с рюкзаком. кто их знает .. — рыжий, ты уже все че ли? — кинув расфокусированный взгляд на лицо цзянь и, шань просто кивает головой и проходит этим же взглядом по остальным. наткнувшись на тяневскую голую шею, рыжий припоминает зачем конкретно он сюда пришел обязательно пиздюлину пропишет, никуда от его зоркого глаза не деться. — мажор, ты с температурой слечь хочешь или пуговицы тут для красоты? — рявкнул шань, хмурясь и наклоняя голову в стороны, сложив руки на груди, обращался к снимающему с себя верхнюю одежду хэ тяню, заставшему в немом удивлении. он не долго размышлял как преподнести свои мысли так, чтоб ничего лишнего никто не подумал, но ощущение, будто все вокруг его насквозь видят. — давай, заболей, я тебя лечить не собираюсь. и теперь на него пялятся три пары глаз, ну что за.. чего так вылупились, идиоты? никогда нотации не читали по элементарному? всю неловкость ситуации мо старается не показывать, стоит себе расслабленно и спокойно, даже взгляда от тяневских глаз округлённых не отводит. это что это там — озадаченность? удивительно, почаще так делать чтоли? но спустя всего пару мгновений и там привычная смешинка и готовность ко всему, будто и не он глазами только что лупал как баран на новые ворота. а вот неразлучники все так же в немом лёгком шоке или что это там у них.. стоп, они все на угаре или че? — воу, рыжий. — медленно тянет чжэнси, первым подавший голос спустя всего какие-то пару секунд общего недоумения. он медленно отводит взгляд, будто только что стал участником какой-то супер неуместной сцены, словно третий лишний. все так же медленно почесав затылок он выразительно метнул взгляд на тяня, что-то говоря ему одними глазами понятное только им двоим и вернулся к рыжему, обращаясь к нему с серьезностью в глазах и таким же лицом. — это ты так заботу о муже проявляешь? пара секунд обработки информации, сопоставления фактов и всего прочего, гуаньшань готов поклясться, что ему послышалось и все вышесказанное никак не вяжется с серьезностью в лице чжаня. но вот прыск тяня и хихиканье цзянь и отчетливо оповещает о реальности ситуации. вот же блять, это уметь так надо — хуйню говорить с честным лицом и в ступор этим самым вводить. все напускное спокойствие тут же испарилось, даже собственное тело с потрохами сдаётся, покрывая шею и лицо красными пятнами. скривив брови в привычной манере, шань чуть ли ногой не топнул и яростно крикнув через спину « пошли вы нахуй, чжэнси — дважды!» скрылся на кухне, мечась по ней и пытаясь чем-то занять руки. если сейчас сюда явится хэ, думается рыжему, он ему от безысходности точно въебет, правда за что, пока не придумал, просто хочется его побить. если сейчас он скажет опять какую-нибудь хуету, он ему обязательно въебет, обязательно. но тянь не появляется ни спустя пять, ни спустя десять минут, ничего не ляпает и даже бить его не за что. ... ... наконец оливье готово, мандарины очищены и самое время всаживаться перед телеком и включать тот самый канал с речью президента. хуй знает, зачем это нужно четырём парням подросткам, к сожалению не ниндзя но, как сказал цзянь, тем ещё черепахам. они с чжэнси сидят на мягких подушках около дивана, оперевшись на него и пока рыжий мечется по комнате, что-то поправляет и суетится, играют в приставку да ещё и прогоняют шаня, если он им экран закрывает. — съеби, рыжий, не стеклянный же! — вопит цзянь и, которому никак не сидится на месте. то он из стороны в сторону дергается, то ерзает на месте, то вскакивает резко и вопит на всю квартиру, тем самым каждый раз пугая шаня. чжэнси же спокойно продолжает побеждать, привыкнув к подобному поведению. в том, что чжань побеждает, мо ни грамма не сомневается. — я что, я кто нахуй? не могу понять, я в этой семье чтоли принеси-подай-иди нахуй-не мешай?! — оно самое. — наконец подал голос чжэнси, не отрываясь от своего дела. рыжий в свою очередь на него с такой испепеляющей злобой в глазах косится, что вот-вот кинет в него ту самую тарелку с каким-то салатом, которую в руках держит. — да ладно, вам, девочки, не ссорьтесь и дроч эту вырубайте. — появившийся из кухни тянь привычным жестом ерошит волосы сначала рыжего, затем и чжэнси, усаживается на диван за спинами белобрысых и неопределенно махнув рукой на телевизор, кривит лицо в странной гримасе, будто детей от тыканья палкой в дерьмо отвлекает. — кстати, цзянь, ты какой сет заказал? — самый большой, ты же оплачиваешь. — отрешенно проговаривает и, все так же дергая геймпадом в разные стороны, пытаясь какие-то новые комбинации выкручивать. но стоит ему открыть рот, как ему тут же прилетает подзатыльник тяневской стопой и пренебрежительное «нахлебник». в нем сразу какая-то детская ярость вспыхивает, из-за которой геймпад тут же в сторону отлетает а тяня уже подушкой лупят со всей силы. — ах ты засранец, я ещё и нахлебник! оглянись вокруг, на чьей это хате ты находишься?! кто же знал что ты будучи мешком с бабками, такой скряга! — все его слова сопровождались активным применением грубой физической силы с помощью несчастной подушки. — так ты сам нас позвал, придурошный, холь ты теперь жалуешься? — к тяневскому счастью, всеслышащее ухо гуаньшаня и тут роль значимую сыграло, что в следующий момент цзянь уже потерянно лупал глазами и пристыжено сел обратно на своё место возвращаясь к игре. победно подмигнув цзяню напоследок, тянь уселся рядом с ними на пол за небольшой стеклянный столик, на котором они уже организовали все приготовленное вместе с пивом и сетом роллов. ну как, они.. рыжий конечно знатно постарался, прибрал тут все ( за бесплатно! ) аргументируя свои действия тем, что новый год нужно встречать в чистоте чтобы так его и провести. хотя в свои же слова он верил так же, как и в ебучего деда мороза, ведь в этой квартире без матери все время полнейший свинарник и все его труды напрасны станут буквально через пару дней. всё-таки собравшись наконец вчетвером за круглым семейным столом* ...а, мы же ещё не пили.. так вот, все уселись, телевизор включён и парни готовы внимать речь президента ... нахуй вашего презедента короче, ничего нового он все равно не скажет. отсидев пару минут с скучающими лицами, все с нетерпением ждали уже когда часы пробьют полночь, и золушка.. да блять, короче отсидели они, отслушали наконец чужой треп о том как же сильно вырос ввп и все ответвляющие и как же ахуенно-пиздато жилось в стране прошлый год и как будет в этом, вообщем и целом, давайте уже пить! с такими мыслями сидел тянь, больше всех обрадовавшись концу. в его голову пришла гениальная идея и прочистив горло, он незамедлительно ее озвучил. — цзянь, у тебя есть бокалы? тащи сюда, щас пивас разольём, нем банок же хуярить. — метнув взгляд на того, у кому обращался, он прошёлся ищущими глазами по остальным, мол ‘сечете фишку?’ и заговорщически потер ладони. брат ему всегда говорил, пиво – плебейский напиток, что надолго засело в его памяти. возможно это своеобразная травма детства или что-то вроде этого, но каждый раз при упоминании или при одном его виде, в голове мгновенно вспыхивает его эта фраза. так как с самого детства именно чэн заботился о младшем брате, воспитывал его как собственного сына и подал ему хороший пример, несмотря на теперешнюю ситуацию в их отношениях, старший брат для тяня как был так и остаётся приоритетом. — о, были же где-то! — быстро подхватил тот, и кое-как встав, чудом не запутавшись в собственных ногах, цзянь помчался на кухню. — ща поищу! — о, я смотрю, вы голубых кровей? — всунул свои пять копеек чжэнси, которому такое явно не свойственно. — та, это же царёв сын, ты не знал? — шань то знает, о чем говорит, не первый месяц знакомы. кивает сначала подбородком в сторону тяня, затем переводит вопросительный взгляд на чжаня, мол ‘ как ты без этой инфы живёшь то?!’. сейчас того и гляди, корона мажора потолок пробьёт и соседям сверху придётся объяснять, что не простой гость тут время своё драгоценное проводит. — тц, без зависти, девочки. — манерно махнув ладонью в сторону двух доебщиков, тянь актёрски откинул длинную отросшую челку в сторону с такой грацией, словно не то что в рекламе шампуня снимается, там вся индустрия мелодрам слёзно молит его сыграть хотя бы прохожего. его безумно забавляли жалкие попытки подъебать, они то не в курсе что тянь воспринимает подобное комплиментами и признанием его великолепия. чжэнси и мо мелко переглянулись пару раз, скривившись почти одинаково. казалось, они понимают друг друга с полуслова, хотя совсем недавно один другому на стреле бошку камнем прихуярил и общаются они между собой довольно редко.. а с другой стороны, кто их знает. успели, видимо, сдружиться. ... выпили пока по банке, а цзянь уже считай в первой кондиции. плывущий взгляд и легкий румянец всего от одной 0.25 пива, это конечно жестко, бедный парень. а этим хоть бы хны, вон рыжий сидит себе спокойно, вроде никак не проявляет себя и молчать больше стал, но это его нагрузило скорее всего, сейчас ещё накатит и накатит уже самого шаня. не первый же раз они вместе выпивают, друг о друге знают больше, чем бабки о политике. чжэнси когда много выпьет, не хуже цзяня трезвого, как бы это невозможно звучало. добреет и веселеет в считаные стопки, свое внутреннее я показывает. цзянь просто прилипалой становится, ещё поплакать и поныть о жизни любит, без этого пьянка с ним - не пьянка. правда вот, с утра ничего не помнит, вообщем как и чжэнси с мо. рыжий — отдельная история, это не закрывающийся рот либо состояние полной прострации, в котором с шанем можно делать все что душе угодно и тот не будет против, а если и будет, в кашу превратит и ножками сверху к земле притопчет — это все уже давно проверено и прошарено со всех сторон тянем. кстати о нем, этот тип вообще врознь идёт со всеми остальными. если эти как нажрутся, то на утро уже и трети грехов не помнят, то тянь в голове каждую детальку сохраняет. правда, минус один всё-таки имеется: как только выпьет, так сразу в детё превращается. — слушай, цзянь, ты говорил, что половина школы придёт, — разводит руками тянь, ими же якобы очерчивая пустое пространство вокруг. — а в итоге мы вчетвером тут сидим, че за дела? — а че тебя не устраивает? — вполне все устраивает, просто решил убедиться, что ты напиздел ,— сделав ещё один глоток из стакана с всё-таки налитым пивом, он смачивая им горло, добавляет — в очередной раз. — та я просто всегда хотел сказать эту фразу. — неопределенно махнул рукой цзянь, до этого неотрывно поддерживав зрительный контакт с хэ, делая вид будто пытается вывести его на чистую воду. сейчас же расслабленно откидывает голову на сидение дивана, ведь они все ещё сидят на полу возле этого самого дивана. — круто было бы иметь какой-нибудь большой крутецкий загородный дом с бассейном там, всякими барбекю штуками и устраивать там вечеринки. — мечтательно протянул напоследок и, неотрывно разглядывая потолок будто впервые видит. ладно уже, помечтать нельзя чтоли? хотя с одной стороны он мог бы все свои мечты воплотить в реальность, всего-то нужно с чэном договориться, а то и гляди через тяня можно. ... пьяные и разогретые, парни влетают в коридор цзяневской квартиры громко смеясь и сбивая все на своём пути. они уже давно забыли, над чем и почему смеются, но остановиться не получается ни у одного из них. чжэнси уже на ногах не держится, падает прям на пороге посреди прихожей и хватаясь за живот одной рукой, второй надрывно бьет по своей ляшке в попытках остановить смех. остальные трое держась друг за друга пока заходили, упали разом на беднягу когда кто-то из них об этого же бедолагу споткнулся. за воротом каждого полно снега, пол весь в слякоти, мокрый и липкий настолько, что ткань тяневских джинс на коленях скоро выжимать придётся. цзянь не жалея своей светлой куртки, катается по грязному полу то и дело натыкаясь на чжэнси, и после каждого столкновения все больше хохочат оба. рыжик держит заледеневшие красные пальцы у лица и сдерживает надрывный хохот в мокрые ладони, растирая выступившие слезы по лицу. — бляядь.. — со стоном протягивает рыжий, постепенно приходя в себя и поднимаясь с пола еле-еле, он пальцами оттягивает кожу лица, разминая его мышцы и этим же согревая пальцы. — идите вы нахуй с такими шутками.. — о, конфетка. — словно контрольный удар кидает чжэнси в перерывах между смешками, и шань снова падает на колени больше хныкая и скуля от безвыходности и обречённости, чем от веселья. эта шутка станет локальным мемом их четверки, теперь то уж точно. как теперь бедному шаню на конфеты смотреть?? он каждый раз не собирается на колени падать, ебаный ты ж в рот! — я вас ненавижу.. — обречённо протянул рыжий, теряя равновесие уже даже в таком положении и бодаясь макушкой об тяневское плечо, который уже заметно успокоился и сейчас только плечи его коротко вздрагивают, видимо смех пытается сдержать. вот так вот раком стоять на пороге чужой квартиры, заливаясь диким лошадиным смехом, вызванным одним словом — именно то, как нужно справлять новый год!