Как кот готовил подарок для змея

Когда Гарри вернулся в башню по любезно открытым для него Джарвисом вентиляционным шахтам, то застал привычную картину. Царственно сидевший на мягкой подушечке в своих собственных кольцах Локи тихо шипел какие-то ругательства, поглядывая сверху вниз на нечто, творящееся в гостиной Мстителей. Ему не нужно было прислушиваться, чтобы понять, что теперь он не один. По какой-то причине бог обмана всегда знал, что напарник уже рядом. – Ты наконец-то соизволил вернуться, Гарри, – раздраженно покачивая кончиком хвоста, обернулся к нему Локи. – Я безмерно рад, что ты вспомнил о моем существовании хотя бы сейчас. Будто бы Гарри мог про него забыть хоть на секунду! Будто бы не ради него все это было устроено. Поттер вздохнул глубоко, стараясь успокоиться и не выдать ни капли эмоций. Локи обычно считывал их моментально — словно охотничий пес, учуявший добычу. Но сейчас он либо был слишком зол для этого, либо Гарри все же научился держать лицо. – Меня не было всего два дня, Локи, – по брошенной в него подушке Гарри понял, что не стоило этого говорить. – На целых два дня! Ты на целых два дня оставил меня в компании этих сошедших с ума смертных! – взорвался тот, выплескивая все, что накипело в его душе за это время. – Они зачем-то притащили елку и начали вешать на нее какую-то мишуру и светящиеся штуки. Потом я мог наблюдать, как ночью каждый Мститель поочередно, как идиот, крался к этой елке и складывал под нее коробки и свертки. Старк вообще прятал бутылки отвратительного мидгардского алкоголя в каждый угол, диван, кресло. Под дерево тоже. Его даже не смутило, что я в этот момент прятался под елкой. Он меня вообще не заметил! Как он посмел? Они сошли с ума! И твой друг туда же, – словно выплюнул какое-то ругательство бог обмана. – Я просто проползал мимо, когда твой драгоценный Джарвис нацепил на меня одну из светящихся веревок! – только сейчас волшебник обратил внимание на покоящуюся недалеко от змея перепутанную но уже погасшую гирлянду. – Хотел бы я это увидеть. – Что? – Мне кажется, ты должен быть еще прекраснее в ее свете. Особенно с твоей радужной чешуей. Гарри взмахнул хвостом, в животной форме заменяющим ему руки в плане жестикуляции. Он совсем не был уверен, что правильно передал свою мысль. Своим комплиментом — а он искренне надеялся, что это прозвучало именно как комплимент, Гарри надеялся спасти Джарвиса от мести злопамятного принца, но получалось, что голосом скорее выдал самого себя. Локи же не спешил как-то ответить, словно призадумавшись над чем-то. Меньше чем через минуту бог, что-то решив, кивнул, и Гарри почувствовал, как его настроение вновь переменилось. Взмахнув хвостом в сторону несчастной гирлянды, змей переместил ее в свой пространственный карман. К подобному Поттер уже привык, и раз «светящаяся веревка» не была разорвана на месте, то есть шанс, что его неумелый комплимент был принят благополучно. Впрочем, в случае с Локи нельзя было исключать и того варианта, что он припрятал ее, чтобы кого-нибудь потом придушить. Успокаивало только то, что тело у Джарвиса было крепче, чем у любого смертного. – Хорошо, может быть, позже я позволю тебе это. Гарри ахнул почти восхищенно, представив себе Локи у них в квартире такого вот «нарядного», и даже закусил губу от предвкушения. Потом, правда, задумался: «Чего же он потребует взамен? – маг не мог не задаться этим вопросом, припоминания случаи его расплаты с богом обмана. – Или, скорее, на какой розыгрыш я сейчас подписался?». – Насчет того, что Джарвис захотел принарядить тебя, – попытался он дать объяснение произошедшему и вместе с тем рассказать, что за безумство происходит вокруг. – Думаю, он хотел, чтобы ты тоже присоединился к празднику. – Празднику? – с сомнением произнес принц, ненадолго обернувшись, высокомерно посмотрев на суетящихся героями Мидгарда. – Вы называете праздником украшение мертвых деревьев и подкладыванием под них коробки и алкоголь? Что за странный культ, посвященный жареной индейке? Никому из этих героев нельзя касаться ее. Это какое-то жертвоприношение? «Один из тех, кто совершает подобное жертвоприношение, стоит перед тобой, Локи», – был бы Гарри сейчас в человеческом обличии, то непременно спрятал бы лицо в ладонях. Но за неимением оных он просто потоптался лапами на месте. Хвост нервно дернулся — контролировать смущение было сложно. Пока он подготавливал сюрприз в их съемной квартире, Локи уже успел составить свое мнение о недалеких смертных. И теперь перед Поттером стояла важная задача – доказать, что он не сошел с ума и никого в жертву приносить не собирался. И что, вообще-то, это весело. Гарри не мог припомнить никого, кого правильно организованное Рождество оставило бы равнодушным. – Никакого жертвоприношения, Локи. Это Рождество – радостный и по сути внутрисемейный праздник, – задумавшись на мгновение, он добавил: – Хотя нередко празднуется и с друзьями. – Семейный праздник, говоришь? – но, конечно, бог обмана вычленил основное. – Собираешься напиться, а потом поджечь несчастное дерево, закусывая индейкой? – недавно приподнявшееся настроение принца вновь опустилось. В своей анимагической форме волшебник смог уловить отголоски тоски и злости со стороны напарника, который за все время их знакомства приноровился прятать свои эмоции. Чем порой пользовался, не желая раскрывать так называемые слабости. – Алкоголь по желанию, – честно ответил Поттер и не мог не поинтересоваться: – С чего ты взял, что нужно поджигать елку? В ответ Локи молча указал кончиком хвоста на что-то, находящееся за пределами вентиляционной решетки. Подойдя ближе, кот увидел довольно странную картину: команда Мстителей дружно бегала в каком-то странном танце вокруг загоревшейся елки. Тони, как всегда, отличился, плеснув чем-то явно крепче воды на бедное дерево, отчего та вспыхнула еще ярче. Синеватые огоньки взметнулись и расползлись, распространяя щекочущий нос хвойно-горелый запах. Получив подзатыльник от Наташи, Тони заметался быстрее. Сей балаган, к счастью, прекратил Джарвис, включивший противопожарную систему, однако на место происшествия уже прибыл один из роботов. Старк успел произнести лишь «не надо», прежде чем получил пенный заряд в лицо из огнетушителя от заботливого Дубины. В этот момент Поттер по-настоящему почувствовал, что такое испанский стыд. Ему хотелось кричать, но, конечно, ни один звук не вырвался из него. Смеяться, слава Мерлину, коты тоже не могли — иначе они выдали бы себя в то же мгновение. Происходящее было больше похоже на шоу Бенни Хилла, чем на нормальный праздник. Но Мстители выглядели вполне довольными — возможно, это был их своеобразный вариант «нормы». «Вы мне нисколько не помогаете!» – подумал он отчаянно. Гарри хотелось показать всю прелесть любимого им праздника. Как выяснилось, пример Мстителей только ухудшал впечатление от Рождества у иномирного гостя. – Пожалуйста, забудь то, что ты видел, – от всего сердца попросил Гарри. – Несчастные случаи бывают, но на самом деле никто елку специально не поджигает. Любой праздник включает в себя не только какие-то общепринятые ритуалы. Немаловажно еще, кто празднует. – Мне остается только поверить тебе. Правда, я бы не удивился, если бы у вас существовала подобная традиция, – усмехнулся Локи и тут же пояснил: – Будучи одним из послов, я бывал в разных мирах и был свидетелем всевозможных обычаев, традиций и празднований. Но все праздники рано или поздно превращались в буйство пьяного Тора с его верными друзьями. Догадавшись о причине, что так попортила настроение его друга и напарника, Гарри поспешил отвлечь того от плохих воспоминаний. Второй принц Асгарда не раз вскользь жаловался на прошлые выходки своего не-брата и то, сколько усилий приходилось приложить трикстеру, чтобы сгладить ситуацию. И большинство проблем, которые вызывал Тор, приходились на всевозможные праздники, а если их не было, то веселья добавляли победы громовержца. – Прости, что не рассказал сразу, – решился поведать ему правду Гарри. – Мне бы хотелось познакомить тебя с моим любимым праздником, – а сам про себя почти истерично подумал, куда девать все рождественские приготовления из их съемной квартиры, если Локи все равно не понравится. – Гарри, правильно ли я понимаю, – несмотря на все старания, скрыть истинные намерения от бога обмана не получилось, и тот быстро понял, куда все идет. – Ты хочешь показать мне этот семейный праздник, чтобы после отпраздновать его со мной? – Его еще можно праздновать с друзьями, – с заходящимся от волнения сердцем напомнил Поттер, сдаваясь перед сообразительностью змея. – Но, в целом, да. Я бы очень хотел провести его с тобой. – А как же отважные Мстители и твой дорогой друг Джарвис? – Локи хмыкнул с ноткой неприязни, не спуская глаз с собеседника. – Они не семья. Да и к тому же впереди еще Новый год, там отпразднуем уже все вместе. Я отпросился за нас обоих перед начальством, так что у нас выходные ближайшую неделю, – его попытку увести от упоминания нового торжества явно заметили, но бог милосердно закрыл на это глаза. – Как же я могу отказать, когда ты так меня просишь? – подполз тот в противоположную от решетки сторону. – Ты идешь? – Да, – поспешил ответить Гарри, но взгляд то и дело возвращался к суматохе внизу. Он только надеялся, что в ходе праздника никто не убьется — обидно было бы победить страшную инопланетную расу и умереть в Рождество по глупости. – Переживаешь за этих смертных? – фыркнул Локи, успевший достаточно изучить своего горе-напарника. – Можешь расслабиться. Я уже обо всем позаботился. – Позаботился? – переспросил Гарри, но его собеседник промолчал, уползая все дальше. – Локи? Что ты сделал? – маг быстро догнал его. – Всего лишь сделал так, чтобы они не смогли больше ничего поджечь, раз ты не доверяешь их няне в лице ИИ. Вздохнув, Гарри потопал следом за уползающим все дальше Локи, который, конечно, не стал раскрывать секрета своей шалости. Хотя Гарри склонялся к тому, что Локи просто-напросто решил отомстить не столько Мстителям, сколько персонально Тони за игнорирование. Именно игнорирования своей царской персоны большего всего не терпел принц. И это по-своему было мило, если бы не несло возможной угрозы. Однако, основываясь на опыте проведенного вместе с трикстером времени, Гарри понял, что в этот раз месть была шуточной. «В крайнем случае, Джарвис присмотрит за ними», – успокоив себя этими мыслями, он направился вслед за змеем. *** Поскольку с тех пор, как выпал первый снег, Локи почти не вылезал из рюкзака, проклиная при этом холод и зиму в целом, во время пути от дома до башни Мстителей, он не видел, как готовятся люди к Рождеству. Гарри догадывался, что настоящая причина пряток крылась в наследии ледяных великанов, а точнее в неприятии этой части себя, поэтому не пытался заводить разговор на данную тему. Лишь пару раз предлагал использовать согревающие чары, но, видимо, даже смотреть на снег ему было не особо приятно. Хотя Локи и мог хорошо скрывать свои переживания, от бывшего аврора полностью их укрыть не удалось. Поначалу змей вновь прятался в рюкзаке, заставляя кота поработать носильщиком, но стоило Гарри дойти до первого запланированного места и попросить того выйти из укрытия, как принц послушно исполнил его просьбу. Перед волшебником предстала редкая картина – пораженный до глубины души бог обмана. В чем-то Гарри мог его понять. Специально выбрав оживленную площадь, на которой открыли каток, он надеялся показать Локи побольше веселья, которое тот так любил. Разумеется, не танцующие на льду люди или большая елка привлекли основное внимание принца. Площадь, как и окружающие улицы, была украшена статуями ангелов, многочисленными гирляндами, другие деревья, казалось, сами были сотканы из сияющих огоньков, не говоря уже о световых скульптурах всевозможных форм. Уж на что Гарри сам был привычен к рождественским украшениям, а неизменно зависал, любуясь их невероятными всполохами. – Теперь я понимаю, что ты имел в виду, говоря, что я должен быть еще прекраснее в свете гирлянды, – после своих же слов Локи будто приосанился и, не скованный более страхом, а с легко читаемым любопытством забрался на шею и плечи человека на манер шарфа. – Могу ли я провести тебе экскурсию? – со счастливым смехом поинтересовался Гарри, прекрасно видя оживленный интерес бога. Локи на шее ощущался правильно до смешного. Гарри не удержался и погладил упругое тело, чувствуя, как оно отзывается чем-то сродни вибрации. Сколько змей он ни перетаскал за свою жизнь, а каждый раз восхищался мерным движением мышц под кожей. – Веди, – согласно кивнул тот, не удержавшись от любимого жеста хвостом в царской манере. Порадовавшись, что Локи оставил свой страх и полностью отдался любопытству, Гарри начал рассказывать о Рождестве. На своем пути они побывали на праздничном параде, послушали хор, исполняющий рождественские песни и гимны, а украшенные улицы Локи особенно впечатлили. Порой его вопросы ставили в тупик Поттера, и как минимум раза три ему приходилось уверять, что никаких жертвоприношений и сжиганий елок не будет. Нет, точно не будет. Совсем-совсем. Ни одного сожженного дерева. Только веселье и вкусная еда. Также для бога обмана оказалось удивительным, что они так и не встретили пьяных людей. Ведь какой это праздник без хорошего алкоголя и драк? Гарри вздыхал, мысленно костерил асгардцев, в особенности Тора, и продолжал убеждать Локи в том, что мидгардский праздник не связан с возлияниями. Разумеется, есть те, кто, и правда, не мог обойтись без подобных традиций, как в Асгарде, но то было решением отдельно взятых личностей и не являлось официальным видом празднования. В конце концов они добрались до парка, что был в нескольких шагах от их съемной квартиры. В отличие от большого парка, в котором они выступали, этот значительно уступал ему в размерах, украшениях и популярности у людей. Однако именно это место так полюбилось богу обмана, уставшего от чрезмерного внимания со стороны смертных. Гарри сам не верил, что тот когда-нибудь устанет от этого, но Локи продолжал его удивлять. Когда Гарри проходил по мостику, змей неожиданно потянулся куда-то вправо, по инерции волшебник посмотрел в ту же сторону. Светящаяся, как луна среди звезд, арка ярко выделялась среди тусклого света фонарей и редких украшений. – Что там? – закономерно поинтересовался Локи, указывая на эту арку хвостом. – Хм, скорее всего там омела, – предположил Гарри. – Омела? – Мы уже прошли несколько ранее, – вспомнив многообразие ярких украшений, что, скорее всего, притягивали к себе основное внимание Локи, Поттер попытался исправиться. – Кхм, в любом случае мы можем это проверить. К сожалению или к счастью, Гарри не ошибся. Под сводом едва ли не ослепляющей арки действительно висела омела, а внутри самой арки оказалась счастливая целующаяся парочка, которую раньше успешно прятал куст. Локи, конечно, не мог не спросить: – Зачем они это делают здесь? – от одного вида целующихся на холоде людей змея ощутимо передернуло. Как понял Гарри, Локи не был сторонником выражать чувства перед посторонними. Пофлиртовать не составляло трудностей, но поцелуи в присутствии других не терпел, поскольку считал, что это дело касается только двоих. Ворчание, которое издавал змей летом по поводу милующихся в парке парочек, Гарри запомнил очень хорошо. – Это такая традиция, – проходя мимо арки, пояснил он. – Считается, что поцелуй под омелой приносит счастье, но в первую очередь, конечно, любовь. А если поцелуются влюбленные, то они обязательно поженятся в новом году. Но не всегда под омелой могут встретиться возлюбленные, – Гарри сразу вспомнилось несколько случаев в Хогвартсе, и он не сдержал смешка. – Помню, в школе висела невидимая омела, и те двое, что попадались под нее, не могли сдвинуться с места, пока не поцелуются. Увы, кто-то заколдовал омелу так, что она еще и перемещалась после каждого раза на новое место. Было действительно весело. Поттер сам не заметил, как к нему вернулась тоска по родному миру, хотя со временем она ослабла, ведь вместе с Локи они пережили многое. Бог обмана имел какую-то супер-способность добиваться того, что все внимание было приковано только к нему. Хотя эта способность была сопоставима с переменчивой Поттеровской удачей. – Идея отличная, – прервал его печальные думы тихий шипящий смех змея. – Жаль, у меня не получится устроить подобное в Асгарде. Близнецы определенно были бы рады получить похвалу от такого мастера шуток и розыгрышей, как трикстер. Отогнав безрадостные воспоминания, Гарри попытался представить, как бы далеко зашла шутка с омелой в исполнении Локи. – Ты бы наверняка стал не богом обмана, а богом брака, – добро посмеялся волшебник. – Так как после твоей шутки не осталось бы никого, кто бы не поженился. – Твои идеи, как всегда, великолепны, Гарри, – лукаво улыбнулся Локи, как-то странно посмотрев на Гарри. – Но каким же богом брака я бы был, если бы сам не связал себя этими узами? – Уверен, ты бы был самым лучшим богом брака, даже если бы сам не пошел под венец, – отчего-то Поттеру показалось, что его щеки опалил жар, несмотря на окружающий их холод. Захотелось срочно перевести тему. – Если бы у меня была возможность, то я бы показал тебе рождество в Хогвартсе. Вот где средоточие магии. Тебе точно понравилось бы. – В таком случае, я буду ждать, – явно довольный собой Локи кивнул ему и вернулся на прежнее место в качестве недошарфа, напоследок слегка потеревшись о щеку человека. Чего именно тот будет ждать, Локи разумеется не сказал. Интуиция настойчиво шептала, что далеко не посещения школы. Однако сейчас Гарри все сильнее охватывало волнение. На самом деле анимаг порядком вымотался – переживания и усталость от приготовлений брали свое. Вроде принцу даже понравилось Рождество и он больше не вздрагивал от вида снега, но воспоминания о том, как он отреагировал на празднования Мстителей, заставляли Гарри сомневаться. Хотелось уже скорее оказаться дома – и тут или пан или пропал. Третьего варианта он не предполагал. Вздохнув словно перед прыжком в пропасть, Поттер двинулся к нужному дому, про себя едва ли не вознося молитвы неизвестно кому — чтобы Локи понравилось. В конце концов, он не так уж и часто просил чего-то у мироздания, не все же подкидывать ему одни неприятности? *** Первое, что сделал Локи, оказавшись в теплой квартире, – ловко спустился вниз и уполз смотреть так называемый сюрприз. Пока Гарри снимал с себя пальто и переобувался, он отчетливо слышал хвалебные оды накрытому столу. Одна невидимая гора исчезла с плеч волшебника. Судя по звукам, Локи, не дожидаясь его, уже разогрел блюда и, кажется, начал переставлять тарелки. Зайдя на кухню, Гарри в первую очередь обратил внимание на Локи, что проворно накладывал в тарелку жареные овощи. В тарелке уже были кусочки мяса и пюре, так что казалось, тот собрал всего понемножку, полностью игнорируя индейку. – Локи, – позвал он его, отвлекая от приятного занятия, за что получил недовольный взгляд. – Ты же еще не заходил в гостиную? – Зачем? Разве не ты приготовил праздничный ужин для того, чтобы мы его как можно скорее съели? Гарри подозревал, что за время прогулки Локи успеет проголодаться, а значит первым делом направится на запах еды. И возможно Поттер с удовольствием поужинал бы вместе с ним, но он чувствовал, что не сможет проглотить и кусочка. Поэтому, откашлявшись, он сказал: – Мне бы хотелось сперва кое-что показать тебе. – Дай угадаю: это связано с рождественским сюрпризом? – отложив тарелку в сторону, принц выжидающе посмотрел на человека. – Да, – только и смог вымолвить Гарри, и ему было неловко от понимания, что его голос почти осип от волнения. Говорить стало труднее, но, по всей видимости, Локи хватило простого ответа. И если Гарри сперва надеялся, что его проблему не заметили, то ощутив, как Локи пробирается по руке на излюбленное место, осознал ошибочность суждений. Оказывается, по его руке помимо чешуйчатого друга пробегала нервная дрожь. Стало ясно, что Локи любезно сделал вид, что ничего не происходит даже сейчас. Приятная тяжесть, ставшая за это время почти родной, вернулась на его плечи. С молчаливой поддержкой бога обмана и на почти ватных ногах маг добрался до двери в гостиную. Выключив заклинанием свет в коридоре, – благо, он научился делать это без вреда для электроприборов, – Гарри попросил: – Не включай свет, – голос мага превратился в едва слышный шепот, отчего он наверняка опустился бы в пучины отчаяния, если бы не ответное тихое, но уверенное шипение. – Хорошо. Гарри сам до конца не понимал, отчего он так переволновался. Желая показать всю радость и счастье Рождества Локи, он не подозревал, что это так на него подействует. Зайдя наконец внутрь темной комнаты, окна которой были укрыты занавесками, и притворив за собой дверь, Гарри щелкнул пальцами. В комнате тут же появились огоньки света. Сначала зажглась пара больших свечей на искусственном камине, освещая пару красных носков, потом еще несколько свечей в подставке на полу, а в конце засияла разноцветная гирлянда и звездочка на маленькой елочке в горшочке, стоящая на столике, по обе стороны которого были расположены два кресла. После чего Гарри замер в ожидании вердикта. – Носки? Те самые, которыми мидгардцы подзывают Санту? – хихикнул Локи, явно пытаясь отвлечь его от переживаний. – Деревце, я вижу, живо, но под ним сверток. Это что, подарок? Кому? – Тебе, Локи, – Поттер немного расслабился, заметив недоверчивость принца. – Какое Рождество без подарков? Но открыть ты его сможешь только в полночь. И да, елочка живая и не трансфигурированная. – Мне нравится, – чуть погодя ответил Локи, вытягивая свою длинную шею вперед, словно рассматривая обстановку получше, а после обернулся и оказался напротив лица мага. – Мне все нравится, Гарри. Ты отлично постарался. Кажется, я понял, что значит Рождество. От Локи веяло искренней радостью. Гарри на миг растерялся, но быстро понял, что тот больше не скрывал своего настроения. И Гарри сам был счастлив, будто бы получил долгожданный подарок. Только сейчас он ясно осознал причину своего волнения. Лишь получив похвалу от Локи, он вспомнил свою мечту. Точнее, мечту маленького мальчика, живущего в чулане под лестницей. В детстве он старался украсить комнату и елку, за что был отчитан визжащей на него тетушкой. Уже позже, когда Гарри повзрослел, между ним и семьей Дурслей не осталось ненависти. Тетя Петунья, как и ее муж, опасалась за здоровье сына, так как когда-то племянник заставил парить по воздуху зажженные свечи и новогодние шары, что падали и разбивались о пол. Хотя сам Гарри не помнил этого, но мог представить последствия магических выбросов для простых людей, потому не держал зла на родственников. Однако именно в детстве зародилась его мечта иметь собственный дом и отметить Рождество в тихом семейном кругу. Поместье Блэк, конечно же, считалось его домом, и не только новогодние праздники отмечали в нем, только все равно это было не так, как себе представлял самый известный мальчик Британии. Чужое счастье, подсмотренное в детстве, не давало покоя. Кто бы мог подумать, что его мечта будет настолько близка. Пусть это был другой мир, пусть вместо дома – съемная квартира, пусть он так и не завел семью, но он искренне хотел показать и провести этот праздник с Локи. И даже если вернуться в родной мир так и не удастся, то Поттер не откажется от своей мечты и когда-нибудь накопит на настоящий дом. Из размышлений его выдернуло прикосновение пришедших в движение змеиных колец на плечах. Тяжесть от чешуйчатого друга ощущалась сильней, и его тело стало немного крупнее, словно растянулось, чтобы охватить большую поверхность. И правда, чуть погодя Гарри почувствовал, как кольца опустились ниже, слабо окутывая его руки почти до локтя. – Ты теперь со мной, Гарри? – мордочка змея все еще была напротив его лица. – А, да. Прости, я задумался, – опустив взгляд вниз на то, что его условно удерживало, он спросил. – Локи, что это? – Вот хотелось проверить, насколько ты мне доверяешь, позволяя себе задуматься, пока я тут стараюсь. – Гирлянда? К своему стыду, Гарри не сразу заметил гирлянду на змеином теле. В свое оправдание он мог сказать, что гирлянда была выключена, а комната не так уж хорошо освещена. – Да, – горделиво согласился Локи, явно красуясь, тем временем по рукам опустилось еще одно кольцо. – Я подумал, что должен придерживаться мидгардских традиций. Ваше празднование мне нравится намного больше. – О, хорошо, – задумчиво ответил Гарри, начавший подозревать какой-то розыгрыш. Не мог же трикстер надеть гирлянду так просто? – Рад, что ты оценил мои старания. А теперь, – Поттер почувствовал, как змей крепче сжал его в своих кольцах, не сильно, но с намеком, что не отпустит так просто. – Посмотри наверх. Послушно исполнив недоприказ-недопросьбу, Гарри замер, в удивлении глядя на висящий над ними круг. Через мгновение тот слабо засветился, и волшебник мог разглядеть что это. «Этот клептоман тянет все, что плохо лежит, в свой пространственный карман», – была первая мысль Поттера, стоило ему узнать в объекте венок омелы, на который они недавно наткнулись. Гарри теперь понимал, какой розыгрыш придумал коварный трикстер. Но сам Избранный сдаваться подобной шутке не хотел. – Насколько я помню, – проговорил он, медленно опустив взгляд обратно на собеседника, что внимательно наблюдал за его реакцией, . – Ты не горел желанием соблюдать традиции или законы жалких смертных. – Я много думал и осознал, что мои знания о мидгардцах весьма устарели, – явно разочарованный бог обмана постарался объяснить свое неожиданное стремление. – А что как не традиции может помочь в том, чтобы узнать об этом царстве лучше? Особенно когда я повстречал столь достойных представителей среди людей? – То есть ты хочешь сказать, что теперь будешь соблюдать все традиции и отмечать праздники? Сомнения неприкрыто звучали в голосе Поттера. Однако ему было интересно, насколько далеко зайдет гордый принц в своей шутке. На что же пойдет самый известный трикстер? – Разумеется, речь идет о традициях страны, в которой мы находимся, – видимо, опасаясь, что жертва его шутки сбежит, Локи быстро себя поправил. – И даже съешь индейку? – Поттер не мог не пошутить над пытавшимся казаться серьезным богом. – Я же уже согласился! – раздраженно ответил тот, но быстро успокоился. – Да съем я твою индейку, не смотри так подозрительно! – Если ваше высочество согласно даже съесть индейку такого скромного мага, как я, то все действительно серьезно. – Конечно. И раз уж мы выяснили все вопросы, то почему бы не начать с соблюдения столь чудесной, я бы даже сказал волшебной традиции? – Локи испытующе посмотрел на него. Но пока Поттер пытался найтись с ответом, тот поспешил добавить. – Или ты смущаешься? Хотя чего смущаться, ведь мы уже целовались. – Это было случайно! И ты же обещал больше не упоминать об этом. – Не припоминаю подобного. – Локи… В действительности это было молчаливое соглашение между ними, когда они оба притворились, что ничего не произошло. По крайней мере так считал Поттер. До этого момента. Сделав глубокий вздох, он покачал головой. Локи продолжал выжидающе смотреть на него. «И почему я не удивлен?» – поняв, что деваться некуда, не обидев при этом собеседника, Гарри принял поражение. – Хорошо. Исполним эту традицию, раз ты так этого хочешь. Локи в явном нетерпении придвинулся к лицу напротив поближе, а по его кольцам прошла едва уловимая дрожь. Поттер прекрасно видел почти что столп искр непонятного смешанного в различных нотках настроения в его ауре. Тот явно довольствовался тем, что добился согласия. «Насколько же давно он этого хотел?» – попытался угадать Гарри, но осознал всю бесполезность этих попыток. Вместо этого он перешел непосредственно к действиям. Медленно придвинувшись к змеиной голове, Гарри внимательно следил за замершим на месте Локи. От цепкого взгляда мага не укрылось, что напарник тяжело сглотнул, прежде чем встретиться с ним глазами. Улыбнувшись, Поттер мягко чмокнул его туда, где технически должна была быть щека, обладай змеи щеками, и так же неторопливо вернулся к прежней позе. Однако недавняя радость испарилась, а Локи замер, убрав возможность чувствовать его эмоции и выглядел при этом так, словно кто-то отобрал его посох или тессеракт. – Что это было? – примерно через минуту раздраженно спросил Локи. – Поцелуй в щеку, – констатировал Гарри, не понимая, в чем успел провиниться. – Почему именно в щеку? – Так целуют друзей под омелой, – бесхитростно ответил он. «Ну еще и тех, с кем неофициально являешься парой», – но Поттер решил умолчать об этом, не зная, как тот на это отреагирует. В конце концов Локи так волновался, когда просил подтвердить, что они друзья, используя эту традицию. Разочаровать его Гарри не хотел, но по какой-то непонятной причине тот все равно был разочарован. Должен ли был Гарри целовать дольше или в обе щеки? На краю сознания будто что-то царапало, словно он что-то упускал или просто не видел очевидного. Обдумать все помешал голос друга: – Вот, значит, как… Внезапно после этих слов вокруг змея вспыхнуло облако зеленого дыма, которое полностью скрыло того собой. Но так же быстро, как появилось, точно так же оно пропало. Первое, что увидел Гарри после рассеивания дыма, это торжествующую ухмылку на красивом человеческом лице напротив. Перед ним стоял Локи в своей божественной ипостаси. По привычке, Гарри отметил, что тот был одет в зеленый свитер. Осознать или даже спросить что-то Поттеру никто не позволил. Локи, явно пользуясь эффектом, который он создал, быстро приблизился к нему и коснулся своими губами его губ. После чего гирлянда, все еще украшающая его и в этом обличии, засветилась разноцветными огоньками. Удивленный вздох Гарри позволил Локи скользнуть языком внутрь его рта и обнять покрепче. Не ожидавший подобного, Гарри промычал что-то неодобрительное, но не стал вырываться. Он уже догадался, что это шутка не знающего границ дозволенного трикстера. Но тот, видимо, плохо его знал, если решил, что Поттера так просто выбить из равновесия. Он давно уже не был тем легко смущающимся подростком. Настала его очередь удивлять. Локи целовал медленно, обманчиво давая возможность отстраниться, тогда как его руки надежно держали Гарри в своих объятиях. Нежно лаская своим языком язык Гарри, Локи будто пытался добиться ответной реакции от него, и в конечном итоге Гарри не оставалось ничего кроме как поддаться. Но истинно по-слизерински Поттер сначала ослабил бдительность партнера, легко вливаясь в приятное действие, а затем перешел в наступление. Единственное, чего добился Гарри, перехватив инициативу, это стон удовольствия со стороны Локи, от которого у самого Гарри внутри все всколыхнулось. Нельзя сказать, что это ему не польстило, но свою реакцию сдерживать было сложно. Сердце стучало о ребра так, что Локи должен был чувствовать это. От нескрываемого удовольствия трикстер довольно жмурился, позволяя магу править балом. Сам Гарри почувствовал, как задрожали пальцы на его спине, и осторожно провел ладонями по бокам Локи в ответ. Тот вздрогнул, так и не открыв глаза, но чуть ослабил хватку, чтобы затем провести в ответной ласке по спине Гарри. Постепенно, касанием за касанием, Гарри перехватил инициативу, проявляя все больше настойчивости. Не успел Локи возмутиться, как его губы попали в плен. Поттер умело то сминал, то прихватывал их, и Локи повторял за ним, они сталкивались языками так волнующе-сладко, что колени вмиг ослабели. Локи отзывался мягко и обманчиво послушно, так, что у Гарри закружилась голова — действие увлекало, заставляя внутри трепетать все, почти как полет, почти как Феликс Фелицис. Его качнуло немного, и Локи качнулся вместе с ним, незаметно перебравшись губами на линию челюсти, и касаясь так мягко и трепетно, что биться за главенство резко расхотелось. Гарри дрожащими вздохами втягивал воздух и жмурился от приятных касаний, цеплялся за плечи Локи, почти беспомощно. Кажется, они снова сделали пару шагов, но он с трудом осознавал себя. Потолок вертелся каруселью, когда он приоткрыл глаза. И тут же закрыл их обратно. Сердце стучало где-то под горлом, и когда на особенно чувствительном касании губ к шее он охнул, в голени вдруг уперлось кресло. Не чувствуя ног, он так и осел в него. Все тело было будто желе — мягкое и непослушное. Он пытался выровнять дыхание — резкое, рваное, словно после боя, и едва удержался от глупого желания потрогать губы. Он поморгал. В голове, словно рой рассерженных пикси, носились мысли, и он никак не мог ухватить за хвост хоть одну. Локи, пока он предавался осознанию произошедшего, вновь обернулся змеем и уже успел заползти ему на колени. Совладав со своим дыханием, но не с громко бьющимся сердцем, Гарри посмотрел на светящегося довольством бога. Вид того больше напоминал объевшегося сметаны кота. – Локи, ты... – Поттер не знал, что хотел сказать после столь страстного поцелуя, точнее забывает, когда вспоминает последствия бездумного поступка трикстера. – Зачем ты использовал материальную иллюзию? Ты столько времени копил силы и все потратил за раз… Не мог он не волноваться о безопасности самодовольного принца, ведь без магии тот не сможет себя толком защитить. Однако Локи не разделял его беспокойства. – Что я могу сказать? Это стоило того, – тот демонстративно облизнулся, оживляя невольные воспоминания происходящего с ними минут назад. Гарри почувствовал, как его щеки обдало жаром. Не выдержав больше пристального взгляда, он откинулся головой на спинку кресла и закрыл ладонями свое лицо. Хотя куда уж дальше было смущаться? Поттер явно переоценил свой опыт, который теперь казался весьма скромным на фоне явного опыта Локи. – Ты невозможен, – только и мог выдавить из себя волшебник, после чего послышалось шипящее хихиканье. – Лучше иди съешь индейку, – и смех тут же прекратился. – Если ты думал, что я забыл про твое обещание, то, боюсь, я тебя разочарую. – Я нисколько не разочарован, Гарри. Даже наоборот. Я чувствую, что теперь готов пойти на этот подвиг и проглотить ее хоть целиком, – Гарри пошевелил ногами, вынуждая змея на коленях начать двигаться. – Хорошо-хорошо, уже ухожу, – сполз со своего места тот. Не удержавшись, Поттер немного опустил свою защиту, наблюдая, как Локи пьяной походкой, если такой термин вообще можно было использовать, говоря о его нынешнем теле, удалился, открыв магией дверь, а затем так же легко закрыл ее за собой. «Не я один с трудом держусь на ногах, – догадался волшебник, а потом резко осознал кое-что странное. – У него осталась магия?». Насколько помнил Гарри, Локи смог найти лазейку в проклятии и мог возвращаться на короткое время, пусть и в виде материальной иллюзии. Та была неотличима от его реального воплощения, и то, что она испытывала, мог испытывать по желанию сам создатель заклинания. Минусом данной лазейки было опустошение всех магических сил, оттого Поттер так разволновался. Но он только что стал свидетелем того, как Локи использовал магию. Хотя был еще вариант, что хитрец все рассчитал и использовал меньше времени, чем мог себе позволить, оставив немного магии про запас. Гарри совсем потерял счет времени, поэтому не знал, сколько длился их… поцелуй. Со стоном, покрасневший до самых ушей, судя по знакомому жару пробегающему по его телу, Поттер вновь спрятал лицо в ладони. Усилием воли, не иначе, он окончательно взял себя в руки. «Трикстер на то и трикстер, – как-то грустно подумал Поттер. – Не может остановиться, даже когда его шутка зашла так далеко. Страшно представить, что он придумает на другие праздники». От этой мысли Гарри резко выпрямился в кресле. Перед его мысленным взором пронесся список ближайших праздников, среди которых особенно выделялся один. «Не будет же Локи и в самом деле праздновать со мной день святого Валентина? – панически проскочила предательская мысль, а перед глазами предстали возможные шуточки от бога обмана. – Правда же не будет? Это праздник для влюбленных, не для друзей, он обязан проигнорировать этот день. Кого я пытаюсь обмануть? Это его не остановит, – почти отчаялся волшебник, а Поттеровская интуиция шептала ему о грядущих впечатлениях от новых шуток Локи. – Точно. Я просто снова оставлю его в башне Мстителей на пару дней, и он не узнает о празднике». После принятого решения он со спокойной душой расслабился в кресле, но, увы, не надолго. – Гарри, я займу пока ноутбук? – послышался голос Локи за дверью. – А, да, конечно, – машинально ответил Гарри, а потом к нему пришло осознание. «Там же есть Интернет!» – Поттер в ужасе распахнул глаза, представляя, как счастливый после удачной шутки трикстер ищет мидгардские традиции и обряды для следующих розыгрышей. – Нет! Локи, нет! Локи? – тишина настораживала, и Гарри сорвался с места. – Локи, подожди, у нас еще ужин не съеден, подарки не раскрыты! *** А тем временем в башне Мстителей все герои собрались за одним праздничным столом. Кроме одного. Тони пришлось отлучиться в лабораторию, так как Джарвис уловил слабый сигнал использования хорошо знакомой ему магии. Но, как оказалось, тревога была ложной. Посчитав, что хотя бы на Рождество Северный олень будет занят чем-то другим и желательно подальше от Земли в целом, Старк в приподнятом настроении вернулся к команде. Все уже начали начали веселиться за столом, поочередно распивая. Тони был весьма удивлен, когда увидел, как Брюс налил себе вино в большую чашку и спокойно выпил словно чай. «Это влияние Халка?» – только и подумал гениальный изобретатель, прежде чем забрать бутылку любимого виски. Он заметил, как все за столом смотрят на него, затаив дыхание. Усевшись на свое место, Тони налил себе выпить, но, сделав глоток, понял, что это яблочный сок. Тут же раздался смех. Как оказалось, все спиртное в башне по какой-то причине превратилось в сок. – Но хотя бы с разными вкусами, – дал пояснение добро улыбающийся Брюс. И не нужно было быть гением, чтобы вычислить преступника. – Локи! — раздался возмущенный крик Тони Старка под очередной взрыв хохота.