Суперзвёздочка, которой нет подобия

      Это была очень старая газета — потрёпанная и пережившая не один ливень в своей жизни. Но Фредди всё же узнал в старой размытой фотографии Грегори, когда тот был младше. Сколько времени уже прошло с момента? С момента, когда они оставили «Пицца Плекс» позади? Грегори, к примеру, уже повзрослел; аниматроник же начал понимать, что «стареет»: система временами давала сбой, а передвигаться уже не было легко, сравнивая с днём, когда они на всех парах бежали из того проклятого места.       И всё же: всем суждено стареть и умирать? Фредди не думал об этом — он думал о Грегори. Грегори мог заболеть — серьёзно заболеть. Грегори мог сломать себе что-нибудь — и не «прикрутить» обратно. Грегори мог просто-напросто умереть от неожиданного фактора. В конце концов, он был ребёнком.       А отныне? Казалось, словно Фредди занял место Грегори, — последний за ним постоянно ухаживал, дабы тому было хотя бы проще передвигаться.       Мальчуган рос умным, сообразительным. Он точно знал, что делать.       (Но что из существующего на Земле вечно?)       — Ты никогда не хотел вернуться домой, Грегори? — механический голос то и дело прерывался. — К семье?       Грегори сделал вид, что не замечал газету с громким названием, повествующей о пропаже детей. Он не ребёнок, ему уже не о чем было волноваться.       Кроме одного.       Фредди словно бы умирал. Не так, как люди, но легче не было.       И тут стало ясно, что Грегори не знал точно, что делать. Аниматроник был сверхмашиной, а не какой-то игрушкой на пульте управления.       И тому подтверждение, что даже в такие мгновения Фредди подумал о своей суперзвезде. Как человек. Подумал, как человек. Отец.       Ведь система искренне не понимала, каково это — не хотеть домой, к маме и папе.       Вдруг глаза Фредди начали прерывисто то затухать, то светиться. Аниматроник уже мало чего понимал, что с ним происходит, однако успел уловить то, что, к несчастью, не смог полностью профильтровать:       — Я уже дома, — прозвучало сипло. — В семье.       Глаза погасли.       Грегори искренне верил, что он вернёт своего медвежьего папу.       Он не хотел вновь остаться сиротой.