100 дней пейрингов

Люси обожает танцевать. Это Уайт узнал недавно и совершенно случайно. Его тогда рано отпустили с работы, и Уайт, решив сделать сюрприз своей девушке, ничего не сообщил ей. Но в итоге сюрприз ждал его. Едва он переступил порог дома, как услышал зажигательную, даже заразительную музыку из гостиной. Это оказалась Люси. Женщина кружилась в середине комнаты, двигаясь в ритме песни и полностью отдавшись ему. Это было настолько завораживающее зрелище, что Уайт не мог вымолвить ни слова, пока не закончилась песня. — Ты красиво танцуешь, — проговорил он. Люси вздрогнула от неожиданности и повернулась к мужчине. — Ты сегодня рано, — заметила она, подходя к нему и целуя в щёку. — Пораньше отпустили, — небрежно ответил Уайт и вернулся к прежней теме: — Ты не говорила, что танцуешь. — Не думала об этом, — пожала плечами Люси. — Раз ты уже пришёл, можешь посмотреть лампочку? Она мигает. — Как скажешь, — кивнул Уайт, пряча хитрую улыбку. Кажется, он кое-что придумал.

***

День в университете прошёл тяжелее обычного. Пока Люси ехала домой, у неё было только одно желание — завернуться в плед с кружкой чая и посмотреть одну-две серии сериала. Ну, может, больше, раз завтра выходной. Люси не спеша зашла в квартиру и ахнула. Пол был усыпан лепестками сирени — её любимого цветка, — а на полке в прихожей горели пара фигурных свечей. Люси усмехнулась. Так-так-так, Уайт решил устроить романтический вечер? Любопытно. — Вот и ты. — Через секунду и сам Уайт вышел из залы. Он выглядел… опрятнее? Да, на нём была выглаженная майка с воротником и прямые брюки, словно он не дома целый день просидел. — Знала бы, что ты устроишь свидание, надела бы что-нибудь получше, — сказала Люси, искоса оглядывая свои рубашку с перламутровыми пуговицами и бежевую юбку-карандаш. — Ты и так прекрасна, — ответил Уайт, беря её за руку. — Да и потом, это был сюрприз. Заинтригованная, Люси промолчала и последовала за Уайтом в гостиную, которая стала выглядеть просторнее за счёт того, что мебель во многом была придвинута к стене. Ясно, что это сделал Уайт. Что же он задумал? Тем временем Уайт настроил проигрыватель, и из него полилась медленная романтическая песня. Уайт протянул Люси руку. — Мисс Престон, я могу пригласить вас на танец? — спросил он. — Конечно, — ответила Люси, одну руку вкладывая в ладонь Уайта, а вторую кладя ему на плечо. Мужчина попытался занять ведущую роль в танце, но после его пары спотыканий эту роль уверенно взяла Люси, и Уайту оставалось лишь следовать за своей девушкой. Люси наслаждалась танцем, это было особенно видно по улыбке, не сходившей с её лица. Это было верное решение, думал Уайт, не сводя с неё глаз. В конце песни Уайт неожиданно выпустил Люси и опустился перед ней на одно колено. — Люси, — начал он, пока женщина удивлённо смотрела на него, — я военный и не умею красиво говорить, но и молчать я не могу. Когда я только познакомился с тобой, я считал тебя лишь напарницей по заданию. Но потом всё изменилось. История с Риттенхаусом сблизила нас, и теперь дороже тебя для меня нет никого. Люси Престон, ты станешь моей женой? — спросил он, протягивая бархатную коробочку с обручальным кольцом. По мере продолжения его речи лицо Люси всё больше озарялось счастливой улыбкой, а в конце она опустилась рядом с Уайтом и нежно поцеловала его. — Да, — прошептала она.