100 дней пейрингов

Самой большой страстью Никки всегда была химия. Ничто не вызывало у неё большего восторга, чем красочные, увлекательные химические опыты. И Никки сама с удовольствием их проводила. Правда, не всегда удачно.

***

      — А разве их можно смешивать? — спросил Базиль, с сомнением смотря на реагенты в руках Никки.       — Конечно, — ответила та, без колебаний смешивая их. Из колбы с лёгким хлопком выделился невидимый газ.       — И всё-таки тебе не стоит смешивать всё подряд! — настаивал Базиль. — Так можно что-нибудь взорвать!       — Да ничего страшного не случится, — отмахнулась Никки. — Да и разве великие открытия можно совершить, не рискуя?       Базиль промолчал, но всем своим видом выражал сомнение по поводу этой затеи.       Никки взяла в руки яркий, неприятного цвета пузырёк и открыла его. Резкий запах, чем-то похожий на тухлые яйца, разлился по импровизированной лаборатории.       — Мне кажется, не стоит… — проговорил Базиль, зажимая нос.       — Стоит! — воскликнула Никки и смело выдавила из пузырька каплю, сразу же упавшую в колбу.       БА-БАХ!       Лёгкий, но ощутимый взрыв разнёс колбу на мелкие осколки, разлетевшиеся во все стороны. От травм глаз ребят спасли защитные очки, хотя в руку горе-химика пара осколков всё же вонзились.       — Никки, у тебя кровь! — забеспокоился Базиль, кидаясь к шкафу, где стояла аптечка.       — Да ничего страшного… — Никки попыталась придать своему голосу привычную беззаботность, но её взгляд, направленный на израненную руку, выдавал её.       Базиль наскоро перевязал руку и сказал:       — Этого хватит, чтобы довести тебя до дома. Ты должна показать руку родителям.       — Теперь они с мальчиками меня точно убьют, — протянула Никки.       — Тебя только это волнует?       — Это будет пострашнее какой-то царапины.       — Это не какая-то царапина! —воскликнул Базиль. — Всё могло закончиться намного хуже!       — Хуже прошлого раза, когда меня на месяц заперли дома после неудачного опыта, уже ничего не будет, — весело произнесла Никки.       — Только не говори, что потом ты опять продолжишь свои безумные эксперименты.       — А почему нет?       Базиль вздохнул. Она просто неисправима…