Сейлор Мун Драбблы

Макото никогда не страдала асфиксией, но готова была поклясться, что именно это с ней сейчас и происходит. Большая мужская ладонь медленно поглаживала изгиб девичьей талии и её жар очень отчетливо чувствовался сквозь тонкую ткань вечернего платья, заставляя нервничать и дышать как можно глубже. — Мы можем рассчитывать на вашу поддержку? — вкрадчивые интонации в низком голосе вызывают дрожь, и она неестественно выпрямляется, когда длинные пальцы покидают талию и ненавязчиво проводят по спине прямо на стыке ткани и голой кожи, что виднеется в глубоком вырезе платья. Кино хочет дать себе пощёчину, когда чувствует, как её щеки наливаются кровью от волнения, а в ушах начинает шуметь, перекрывая голоса людей рядом и музыку в бальном зале. — Сделка ещё не подтверждена. Вы забегаете вперед. Нужно сосредоточиться на разговоре. Это важно, Макото. Соберись! Ведь ты здесь именно за этим. Воздуха в легких становиться на порядок меньше, когда мужчина рядом с ней склоняет голову к её плечу и будто бы становиться ближе к ней. Его тихий смех служит сигналом, чтобы она тоже улыбнулась их общему собеседнику и Кино с трудом раздвигает уголки губ в скромной улыбке. — Всегда нужно рассчитывать возможные риски. Мужчина в возрасте напротив них усмехается в ответ и переводит взгляд на неё. Девушка подавляет желание вздрогнуть или того хуже испуганно отскочить от своего партнера с криком: Всё не так как кажется! Давай Мако, как и учила госпожа Берилл. Аккуратно, словно карточный домик, девушка складывает мысли в своей голове, приказывая себе выглядеть непринужденно. Его внимание длится не более нескольких секунд, но для Кино будто проходит вечность. — Мне, кажется, это не та тема, которую нужно обсуждать при даме, — хозяин вечера, наконец, «отпускает» её, снова сосредоточившись на спутнике, — До официальной встречи мы можем оставить подробности и просто хорошо провести время. Прошу, наслаждайтесь. Её кавалер почтительно кивает и Макото еле сдерживает громкий вздох облегчения. Скоро этот спектакль закончиться. Вместе с облегчением приходит и стыд: она чуть было всё не испортила! Нервозность возвращается снова, и она буквально чувствует, как её начинает потряхивать, когда чужая ладонь возвращается на талию и её настойчиво уводят в сторону, заставляя передвигать ноги. Они легко лавируют между группами беседующих между собой людей, и проходят мимо танцующих пар прямо к балконным дверям. *** — Можешь выдохнуть. — насмешка в голосе Масато задевает, но девушка всё равно благодарно кивает, подставляя покрасневшее лицо ночной прохладе и делая глубоки вздохи. Балконные перила очень удачно служат опорой, потому что стоять от волнения становится проблематично, хочется присесть прямо на холодный каменный пол и спрятать голову в согнутые колени наподобие страуса. — Итак, что мы имеем, — Санджойн ехидно прищуривает глаза, становясь рядом с ней спиной к перилам, опираясь на них. — Маскировка, — взгляд прощупывает её фигуру затянутую в зеленое вечернее платье, — Пять балов. — Манеры, — задумчиво посмотрев вверх, он снисходительно кивает, — Твердая четверка. —Умение держать себя, — карие глаза впиваются в её зеленые и очень красочно передают всё что он об этом думает, — Ноль. Макото зло отворачивается, на что мужчина ухмыляется и продолжает. — Берилл теряет хватку, раз прислала ко мне тактильно не подготовленную неженку? Стиснув зубы, Кино сдерживает желание ударить его по холенной физиономии. Госпожа Берилл и сама понимала, что Мако ещё не готова к подобным, с позволения сказать, раутам. В их конторе её готовили больше для «оперативной» работы. Макото очень хочет оправдаться, что это не её стезя: выглядеть мило и притуплять бдительность. Ещё с первых дней обучения девушка показала всю свою несостоятельность в плане общения с противоположным полом. Ей было ближе прямолинейное решение проблемы, нежели деликатный подход в несколько ходов, путем заманивая цели в капкан. На этот вечер вместе с Масато должна была пойти Калаверайт. Вот уж кто идеально подошел бы на роль спутницы «богатенького мальчика», но в последний момент она была назначена на другую миссию. Отменять операцию было уже поздно, за неимением других вариантов заменой послужила Макото. — Сколько времени у нас есть? — сипло проговаривает девушка, и, замечая это, спешно прочищает горло. — Не у нас, — усмехается он, — У тебя несколько минут, чтобы взять себя в руки и продолжить. Готова? *** Информация — золото современного мира, добывать её можно по-разному. Можно самому, а можно через посредников. Их контора занималась сбором и продажей данной валюты уже очень давно и имела в своем штате специалистов самого разного профиля, от простых детективов до взломщиков и хакеров. Масато относился к тем, кто собирает информацию изнутри, находясь чуть ли не в центре внимания. Обладая необходимым комплектом, состоящим из обаяния, харизмы, интуиции и подвешенного языка, это давалось ему достаточно легко. Среди коллег он даже был известен как «маг таро», чья карта в раскладе сулила успех. Преимущественно он работал один, но иногда всё же ему был необходим напарник для отвлечения внимания, как сейчас… Как только Санджойн узнал, что в изначально проработанном плане появились изменения, интуиция забила тревогу. Макото Кино. Сирота подобранная Берилл и её протеже. Совсем зеленая, юная девчонка, основной специализацией которой было обеспечение безопасности, силовая поддержка и защита в групповых миссиях. Актерским мастерством там и не пахло, про задания под прикрытием она очевидно знала только по рассказам коллег, а увидев его в первый раз, девочка покраснела и отвела взгляд, и Масато сразу понял, что всё плохо. Он готов был смириться с тем, что напарница будет просто отвлекать клиента своим милым личиком и улыбкой, не участвуя, как было оговорено ранее, в самой беседе, но при этом не портя общее впечатление. Мако же реагировала на каждое его, казалось бы, невинное действие будто бы её били током. Натянутая как струна, дерганая, тронь и порвется к чертям. Сразу видно, не привыкла к мужскому вниманию от слова совсем. И это Берилл прислала на замену Калаверайт? Серьезно? Она сошла с ума?! Девчонку срочно нужно было привести в чувство, а ему обдумать сложившуюся ситуацию. Он вывел её на балкон, в надежде, что небольшое уединение поможет ей взбодриться. — Готова? Собственный вопрос кажется ему глупым. К чему готова? Строить из себя надменную, привыкшую к подобному обществу львицу? Невооруженным глазом видно, как на неё давит обстановка и насколько она зажата. Кино не отвечает. Вцепилась в перила как в спасательный круг, так что хрен оттащишь. Масато раздраженно вздыхает. У него нет времени на мягкие уговоры или моральную поддержку. Ему срочно нужно её встряхнуть так, чтобы переключить её внутренний тумблер с пассивного состояния на активное. Санджойн хмыкает, понимая, что в голове зреет не совсем стандартная идея для решения проблемы, но взвесив всё за и против он решает рискнуть. Если судить по их первой встрече, то он однозначно ей понравился как мужчина, что же пан или пропал. *** Мако хочет ответить на его вопрос утвердительным кивком. Это всего лишь работа, она справиться. Но тело не слушается и застывает каменной статуей. Рядом она слышит недовольный мужской вздох. Да, Масато, не повезло тебе с партнером в этот раз, уж прости. Санджойн отталкивается от перилл, пропадая из зоны её видимости. На мгновение ей кажется, что сейчас он уйдет и оставит её одну, но уже через пару секунд она чувствует чужое горячее дыхание на своей шее и резко дергается в сторону, в попытке избежать контакта. — Тише...— мягкий шепот в районе плеча, мгновенно посылает разряд мурашек по телу, а сама девушка оказывается в мужских объятиях. Кино растерянно вертит головой, пытаясь заглянуть за спину и спросить Масато, что за дичь он творит? — Не дергайся, на нас смотрят. От последней фразы все её конечности разом деревенеют. Что она должна сделать? Как сыграть свою роль? Нужно показать, что она его любовница, с которой он уединился на балконе, так? Делай хоть что-нибудь! Мако неуклюже прижимается ближе к Санджойну, и пытается вспомнить уроки госпожи Берилл, мужчина хмыкает на её попытку выглядеть естественно и медленно проводит ладонями по её ребрам сверху вниз к бедрам, задерживаясь на каждом изгибе и вышибая воздух из легких девушки. — Закрой глаза и расслабься, — будто множество тонких иголочек впивается в её кожу там, где она чувствует его дыхание и невесомое касание губ, — Остальное сделаю я. Расслабиться? Проще сказать, чем сделать. У Макото никогда не было такого практического опыта. Её не готовили к такому типу заданий. Но сейчас у неё нет времени на споры с ним, и девушка покорно откидывается на его грудь, укладывая голову на мужское плечо. Темнота под закрытыми веками отливает желтыми кругами — похоже она сильно зажмурилась. Каждое прикосновение словно электрический разряд, но он не делает ничего сверхъестественного, простые поглаживания и только. Даёт привыкнуть, понимает Мако. Она сдерживается себя от резкого вскрика, когда губы касаются шеи и прокладывают влажную дорожку вниз, её собственные губы безмолвно приоткрываются в хриплом вдохе. Расценив это как приглашение, мужские руки уже более настойчиво начинают ласкать открытые участки кожи, пальцы сжимают её плечи, притягивают ближе, заставляя выгнуться и открыться ещё больше. Кино даже не успевает осознать, что происходит, когда шею обхватывает его ладонь. Испуганный вздох тонет в его губах, когда он задирает её голову вверх и захватывает её рот в поцелуе. Глубокий, жадный, ошеломляющий — так бы она его описала. Внутри всё дрожит, в животе щекочет и сжимается от непонятного напряжения. Перед закрытыми глазами сверкают искры. Оторвавшись от её губ, он дает ей всего пару секунд на то, чтобы прийти в себя, а после разворачивает лицом к себе и резко подхватывает под бедра. Мако растерянно промаргивается, сидя уже на балконных периллах и не совсем понимает, что ладонь кавалера делает на её коленях. Масато же снова припадает к её губам, отвлекая от своих действий и ведет рукой вверх к бедру, оголяя ноги. Ночная прохлада приятно скользит по коже, так же как гладкий шелк платья, что сдвигается всё ближе к её бедрам. В какой-то момент горячие пальцы с силой сжимаются на её ногах, раздвигая их в стороны, а после, её тело резко вжимается в мужское. Санджойн притягивает её к себе настолько близко, что она чувствует, как будто вросла в его грудь и слышит, как набатом бьется его сердце, её собственное посылает судорожные удары в ответ, отдаваясь стуком в ушах. Тяжелое дыхание опаляет в ночном воздухе, после его поцелуев невозможно отдышаться, и он, словно зная это, не останавливается, продолжая набрасываться на неё, глотая её дыхание, не позволяя ей связно думать. Одна из его рук давно запуталась в каштановых кудрях, сжала шелковые пряди в кулак, откидывая голову назад и не позволяя даже сдвинуться в сторону, а вторая рука крепко прижимает к себе за талию не позволяя упасть с перилл. Шею покалывает от легких поцелуев-укусов, и Мако бездумно смотрит в звездное небо над головой затуманенными от страсти глазами. Она уже не понимает, где находится и с кем, но то что она знает точно, ей хочется больше… Больше поцелуев, больше ласк, пусть прижмет её к себе так крепко, чтобы затрещали ребра, пусть она сольется с ним в единое целое. Нестерпимый жар скапливается в теле и уплывает куда-то вниз, сосредотачиваясь между ног. Кино давится очередным вздохом, когда мужчина начинает ласкать её грудь медленно и нежно сжимая в ладони. Обстроенные чувства взрываются фейерверком. Её голова запрокидывается назад, теряя опору в виде его руки, тело почти на весу над балконными перилами, она удерживает себя только руками, которые сжали камень до побелевших костяшек, Масато же придерживает её за талию и бедра, не давая упасть. Из-за дезориентации голова кружится, но это только ещё больше заставляет её кровь кипеть в предвкушении чего-то, чего она и сама не знает. Ещё немного, ещё чуть-чуть. Кино буквально подкидывает на месте, когда проворные пальцы сдвигают в сторону ткань и прижимаются к промежности. И тут-то её обливает холодной волной. Она на балконе… Рядом в зале тысячи человек… В любую минуту может кто-нибудь зайти… И не важно, что до этого Санджойн говорил, что за ними наблюдают, это уже за пределами её выдержки. Не особо задумываясь о последствиях Кино сгибает правую руку в локте, а пальцы складываются в кулак. *** Удар в живот он почувствовал сразу, а вот боль с осознанием накатила только спустя пару секунд. Выпустив девушку из объятий, Масато закашлялся, согнувшись пополам и схватившись за пораженную область. Макото же соскальзывает с перилл и с остервенением начинает поправлять на себе одежду. — Спасибо, что не в лицо… — сипло выдает он, и мысленно добавляет: и не ниже. Девушка зло прищуривается. Щеки пылают как маков цвет, губы припухли и покраснели от поцелуев, грудь вздымается от ярости, глаза же чуть ли не молнии пускают. Санджойн удовлетворенно хмыкает на эту картину. — Полегчало? — весело спрашивает он со смешинками в глазах. Макото растерянно хлопает глазами, пытаясь осознать сказанное, а потом краснеет ещё сильнее, но все же благодарно кивает. — Да, спасибо, — дыхание медленно приходит в норму, адреналин всё ещё играет в крови, а между ног настоящий пожар, но её голос уже звучит уверенней, — За нами ведь никто не смотрел, верно? Мужчина самодовольно ухмыляется, подтверждая её слова. — А по-другому нельзя было… гм… помочь? — Чем богаты, — разводит в сторону руки. — Главное результат, звездочка. Кино приподнимает бровь, озадаченная только что данным ей прозвищем, но решает оставить это без ответа. — Итак, готова? — серьёзно спрашивает он. Мако решительно кивает в ответ. Её всё ещё потряхивает, а в голове каша, и резкость движений никуда не делась, но тело уже не напоминает камень, что уже хорошо, а с остальным Санджойн и сам справится. Когда они входят в зал, Кино хихикая шепчет ему одну просьбу на ухо, отчего Масато тихо смеется в ответ и кивает. Операцию с горем пополам они заканчивают успешно и покидают особняк клиента на рассвете. *** — Бармен, как обычно. По его требованию буквально сразу же появилась бутылка конька и фужер. Синеглазый брюнет за стойкой цепко осмотрел посетителя на предмет повреждений и, кивнув своим мыслям, принялся протирать столешницу. В баре играла тихая джазовая музыка, основной свет был уже давно выключен, так как было раннее утро. Яркие лампы над стойкой и приглушенные над столами были единственным источником света в помещении, посетителей почти не осталось. — Как успехи? — брюнет спросил это тихо, продолжая свои манипуляции с тряпкой, и почти не разжимая губ, но Масато его услышал и, отпив из бокала, усмехнулся. — Кажется, от меня хотят избавиться? — он сказал это задумчиво, будто бы до конца не был уверен в собственном прогнозе. Рука замерла на столешнице, а синие глаза парня посмотрели прямо на Санджойна. — Тебя раскрыли? — Кто знает, Мамору, — мужчина пожал плечами, — Прямых доказательств нет, только косвенные. — Например? — Ну, первый раз мне предоставили фальшивое досье на клиента, второй раз, якобы, ошиблись с местом встречи, а вчера Берилл подсунула мне зеленую, не подготовленную девчонку в напарницы, ссылаясь на то, что моя постоянная партнёрша нужна в другом месте. Опираясь на столешницу локтями, брюнет постукивал по ней указательным пальцем, что-то обдумывая в своей голове. —Думаю, не стоит больше дергать тигра за хвост. Пора выводить тебя из игры. —отозвался Мамору. — Наконец-то! Премного благодарен тебе, шеф. — Масато показательно приложил руку к груди и склонил голову в поклоне. На последнем слове его собеседник поморщился так, будто провели гвоздем по стеклу. — Прекращай. А то пущу тебе пулю в лоб. — И лишишься одного из своих лучших агентов? —Зоем обойдусь. Санджойн засмеялся, а после уже более серьезно спросил. — Я могу захватить сувенирчик с временного места работы? Мамору устало махнул рукой в его сторону, давая добро и даже не подозревая о том, какой сувенир собирается притащить с собой Масато в их обитель. «— Эй, будешь моим наставником?» «— Конечно, звездочка.»