Когда наступит завтра

      Совпадение — любимый инструмент судьбы. ⓒ

      Парни, в большинстве своём, менее придирчивы к выбору одежды — чистая, значит пойдёт. Но иногда приходится довольствоваться малым. Бакуго смотрел в полупустой шкаф, недовольно скривив губы. Выбор между тёплыми свитерами и единственной майкой на полках, при этом учитывая стоящий с самого утра зной и не остывшую кожу после тренировки, был очевиден.       Закинув одежду с полотенцем на плечо, Кацуки направился в душ. Уже спустя несколько минут испарение покрыло всю плитку в небольшом помещении, напитав воздух влагой, ведь он не удосужился включить вытяжку. Зачем, если так будет прохладнее?       Бакуго был очень щепетилен в вопросах температуры и, не взирая на время года, всегда мылся горячей водой. Он прямо таки ненавидел холод. Это было напрямую связано с его причудой: надо было разогреваться, чтобы произвести взрыв, а долго возиться он категорически терпеть не мог.       Вообще, вещей выводящих Бакуго из себя было не счесть, но конкретно его, Бакуго, это ни капли не беспокоило. Однако, похоже, у него появилась ещё один объект, пополнивший список раздражителей.       Вытирая голову перекинутым через плечи полотенцем, Кацуки заметил что-то чёрное прямиком под ключицей. Тонкие брови сдвинулись друг к другу так близко, на сколько это было возможно, когда он не смог стереть линии.       Быстро протерев ладонью запотевшее зеркало, парень сфокусировал взгляд на отражении. Эти линии походили на.. начало рисунка?       Негодование, удивление, гнев — всё смешалось в бурлящей палитре эмоций, играющей красками на его лице. — КАКОГО ХЕРА?       Бакуго прекрасно знал, какая функция у рисунка, и это казалось ему полнейшим абсурдом. Для него вся эта муть о нитях судьбы, понятное дело, никакого веса не имела. Кацуки никогда не понимал, нет, он отказывался понимать: почему люди обременяют себя никчемными узами только из-за какого-то там рисунка?       Подробностями и деталями о судьбоносных метках Бакуго не считал нужным интересоваться. Его знания были поверхностны и основывались на услышанном от родственников, ито краем уха. Однако, одно он знал наверняка — метки появляются когда истинная пара долго находиться рядом. Даже мысленно произнося эти слова, Кацуки кривился, будто во рту был пуд соли. Но вместе с тем, видя на себе метку, ему становилось необъяснимо странно.       Откидывая от себя ненужные ни сейчас, ни когда либо ещё, мысли, Бакуго спустился на кухню, где его ждал завтрак.       Он уселся за стол, закинул ноги на стоящий слева стул и скрестил руки на груди. — Куда вся моя одёжка делась?       Стоя спиной к сыну, Мицуки нарезала овощи на салат. — Сохнет. — Раньше постирать не могла?       Сопровождая свои действия идеально-механичными движениями, Мицуки скинула ломтики перца с досточки, взяла миску и, развернувшись, хлопнула ею о поверхность обеденного стола. — У тебя всё шмотьё чёрное, я стирки ставить не успеваю! — Что ты вообще делаешь, целыми днями дома? — Закрой рот и ешь! — скинув его ноги со стула, она присела рядом. — Как можно есть с закрытым ртом, старая ты маразм…       Его оборвал отвешенный подзатыльник. — ТЫ КАК С МАТЕРЬЮ РАЗГОВАРИВАЕШЬ? — ДОСТАЛА УЖЕ МЕНЯ БИТЬ! Я ПОДОРВУ ТУТ ВСЁ К ЧЕРТЯМ! — АНУ ЗАТКНУЛСЯ, ЗАСРАНЕЦ МЕЛКИЙ!       В это время отец семейства подходил к кухне, но услышав крики, быстро развернулся на пятках и отправился обратно в гостиную.       Своеобразный разговор на повышенных тонах мог бы продолжаться дольше, если бы Мицуки не заметила у сына торчащие из-под лямок майки линии. — А это что? — по щелчку пальцев перейдя на спокойный голос, женщина указала на метку.       В отличии от своей матери, Кацуки не так быстро мог сменять гнев на милость. Нервно дёрнув плечом, он молча взялся за вилку. Сейчас, ему меньше всего хотелось вступать в бессмысленный разговор о метках — лучше уж орать друг на друга. — А ты не видишь? — Это же прекрасно! — Мицуки радостно взялась за его плечо. — Тебе как раз шестнадцать, возраст — самое то! — Я не собираюсь трепаться об этом дерьме. — смахнув руку матери, он уткнулся в тарелку. — Кацуки, не… — Доем в комнате. — он резко подорвался забирая с собой тарелку и пару ломтиков хлеба.       Мицуки отрыла рот, чтобы продолжить прерванную им фразу, но её остановил вошедший на кухню Масару. — Доброе утро и.. — Кацуки промчал мимо него, скрывшись в коридоре. — ..приятного аппетита. У вас опять что-то стряслось?       Женщина развернулась и, положив локоть на спинку стула, тяжко вздохнула. — У Кацуки появилась метка. — Правда? — он присел рядом с женой. — Ты пыталась с ним поговорить по этому поводу? — Без толку — он и слушать не хочет. — она отмахнулась, поворачиваясь к столу.       Масару взял жену за руку и улыбнулся. — У нас с тобой вроде в таком же возрасте появились рисунки, и ты тоже долго не принимала этот факт. — Ну ты и вспомнил! — Мицуки легонько пнула его плечом, рассмеявшись.

***

      Полупрозрачный барьер постепенно становился синим, расширяясь вокруг тела, пока Юкио не зажмурилась и не вскинула руки в стороны.       Купол остановился.       За этот отрезок времени, что Юкио посвятила тренировкам, у неё стало получаться контролировать причуду чуть лучше, однако к идеалу она так и не приблизилась.       Простояв в таком положении с минуту, она обессилено рухнула назад, разложившись на пригретой солнцем земле.       До ушей долетел громкий выдох матери через нос: Кейко незаметно приблизилась к Юкио, держа поднос с перекусом. — Поешь, а то на пустой желудок особо не повоюешь. — поставив тару на садовый столик, женщина выпрямилась. — Ты же именно этим занимаешься?       Юкио привстала на локтях, с полным непониманием осмотрев мать.       Кейко подошла к ней, протянув руку. — Милая, тебе стоит сменить подход. — Что ты имеешь ввиду? — встав с помощью матери на ноги, Юкио отряхнула спортивные штаны. — Ты слишком зациклена на контроле причуды. — Ну да… На тренировках по контролю причуды надо же что-то другое делать.       Юкио повела бровью, тихо цокая языком. Эти неудачи взращивали внутри неё гнев, и сдерживать грубость с каждым разом становилось всё труднее.       Неудовлетворённо замахав головой, Кейко направилась к стульям. — Послушай: не спорю, это трудно, но у всех… — У всех бывают взлёты и падения, у всех неудачный первый опыт. день. неделя. Я знаю, мам, знаю! Но это не помогает! — Юкио не сдержалась и под конец прикрикнула. — Присядь-ка сюда. — мама подвинула стул и дочь, скрестив руки на груди, плюхнулась напротив неё. — Смотри внимательно.       Кейко потянулась за сэндвичем и, как только хлеб коснулся её руки, вокруг него образовалась барьерная плёнка. — Я не сдерживаю силу, а придаю ей форму. Конкретно сейчас барьер квадратный.. — в секунду синева покрыла женское тело. — ..а сейчас я его растянула.       Прекратив использовать причуду, Кейко передала сэндвич дочери.       Юкио закусила внутреннюю сторону щеки, осматривая свой перекус. — То есть, мне нужно..? — Не контролировать, а направлять.       Сэндвич небрежно отлетел на поднос, замызгав алюминиевый покров соусом. — А раньше сказать нельзя было? Я месяц пыталась научиться контролю, а требовалось вообще не то! А ты? Ты только то и делала, что.. что ничего не делала! — Не я виновата, что ты неправильно поняла фразу — «поработать над контролем формы». — парировала женщина, делая акцент на словах. — Или ты думала, что за день достигнешь высочайшего уровня навыков? Я тебя предупредила, что будет тяжело! Раз не получилось, то сразу надо опускать руки, так по-твоему?       Чувствуя, что она начинает срываться, Кейко быстро встала и направилась в дом.       Юкио безвыходно зажмурилась, поняв, что сама же спровоцировала конфликт. — Ну прости, мам, я не хотела на тебя кричать. — она вскинула руку в сторону матери. — Занесёшь поднос на кухню. — бросила женщина, прежде чем захлопнуть дверь.       Санса в это время читал утреннюю газету, но услышав хлопок, настороженно повернул ухо. За годы брака, он мог по шагам узнать настроение жены, и сейчас оно было однозначно пакостным. — Дорогая? — присев на край диванной подушки, мужчина наклонился, заглядывая в проход на закрытую веранду. — Всё в порядке?       Ответа не последовало — недобрый знак. Обречённо выдохнув, он отложил газету и зашагал к жене.       Кейко стояла у широкого подоконника, сосредоточенно наблюдая за дочерью, когда сзади подошёл муж. — У Юки уже есть успехи? — с надеждой заглядывая в лицо жены, Санса улыбнулся.       Но она молчала и, неотрывно смотрев на задний двор, сжимала пальцами подоконник. Спрашивать что-либо ещё не было смысла и он перевёл взгляд в ту же сторону.       Юкио расплылась на стуле, запрокинув голову. Солнце знатно припекало кожу, а бушующая безысходность обжигала тело ещё и изнутри. Она вспоминала, или по крайней мере пыталась, свои цели, кажущиеся сейчас размытыми, как никогда.       Для чего она старается? Зачем ей это всё?       Девушка злилась: на ситуацию, на бессилие, да и в принципе на саму себя. Отчаяние ядовитой коркой начинало обволакивать разум, отравляя мысли.       Возможно, пара секунд бичевания и она попросту забила на всё и вся, включая тренировки, но в голове вовремя всплыло давным-давно просмотренное видео.       Всемогущий — символ мира — спасал людей пачками, одного за другим, при этом улыбаясь.       Всемогущий зародил в её, тогда ещё детском, сознании мечту — стать героем.       Всемогущий никогда не сдавался, так что мешает делать тоже самое и ей?       Глубокий вдох наполнил лёгкие кислородом, казалось прогоняя прочь плохие чувства, жаль голода это не касалось.       Бросив взгляд на свой перекус, который после проведённых минут на солнце выглядел, мягко говоря, так себе, Юкио сморщилась, поднялась на ноги и зашагала к голой земле, служившей ей площадкой для тренировок, параллельно с этим перевязывая белые волосы в тугой пучок.       Заняв твёрдую позицию, она чуть присела в коленях и взглянула на вспотевшие ладони. — Не сдерживать, а направлять. — шептала Юкио слова матери, словно мантру растворяющую в себе неуверенность.       Склонив голову вниз, она резко напряглась и прикрыла глаза. Ей потребовалось пара секунд, чтобы вокруг тела образовался светящийся синим защитный слой.       Медленно, будто боясь очередного провала, она подняла веки и в тот же момент радостно подпрыгнула. — У неё получилось! — Санса похлопал глазами, отодвигая занавеску в сторону.       Кейко самодовольно хмыкнула, расставляя руки в боки.

***

      Алые глаза изучали заполненный бланк с решениями задач, убеждаясь в правильности расчётов. Небрежно откинув ручку, Кацуки поднялся с места, словив на себе взгляды усердно строчащих одноклассников. Уголок губ незаметно пополз вверх от кипящего внутри ликования.       Опять первый, как и всегда.       Даже не смотря на взбалмошный характер, Бакуго отличался прытким умом: у него не было никаких проблем с математикой или той же литературой, как у многих одноклассников. А его скорости написания, к тому же верного, можно было только позавидовать.       Кацуки наскоро опустил бланк на стол перед Эктоплазмом и выжидал пока учитель, как всегда, быстро пробежится по ответам и, как всегда, отпустит его раньше.       Боковое зрение уловило движения, направленное к трибуне, из-за чего Бакуго чуть повернул голову.       Юкио сминала край листа и вдумчиво всматриваясь в содержание написанного, покуда с понурым видом не передала бланк учителю.       По правде, дела с математикой у неё обстояли куда менее радужно, нежели у Кацуки. Она — гуманитарий, и с этим ничего не поделать. Ну не даются ей эти формулы и буквы в примерах, и хоть ты тресни!       Эктоплазм взялся изучать ответы, и были бы у него брови, то наверняка поползли бы на верх.       Бакуго было совсем не интересно слушать их разговор, впрочем, ему и не требовалось. Он был занят другим, полностью противоречащим его убеждениям, занятием. Кацуки всматривался и не мог понять: почему именно она?       Да, он додумался. В тот же день, когда увидел начало рисунка. Бакуго не составило труда сложить два плюс два, ведь это случилось сразу же после их совместного дежурства. Слишком диковинное стечение обстоятельств для того, чтобы быть простой случайностью.       А она? Она реально до сих пор не поняла? Хотя нет. Это всего лишь догадки. Тупые предположения.       Так ведь?       Следующее движение было сделано под воздействием чистого интереса, просто чтобы лишний раз убедиться в своей правоте.       Когда Эктоплазм разжевал Юкио её упущения, дабы она заполнила пропуски и получила хотя б минимальный балл за тестовый вариант экзамена, девушка потянулась за листом.       Кацуки дерзко перехватил её запястье. — Так мало? — Это тебя не касается, Бакуго. — озвучил девичьи мысли учитель.       Бакуго отпустил Некото и та, одарив его самым хмурым взглядом, который только могла с себя выдавить, молча направилась к своему месту. — Я свободен? — Кацуки сунул руки в карманы, будто ничего только что не произошло.       Эктоплазм сухо кивнул, отпуская своего ученика размеренно подобраться к своему месту, забрать сумку и выйти за дверь.       Передвигаясь вдоль пустующего коридора, Бакуго целенаправленно направлялся в уборную. Когда пальцы обвились вокруг дверной ручки, он замер.       Зачем ему это делать? Зачем он схватил её за руку? Зачем, вообще, стоять здесь, перед грёбаным школьным туалетом?       Иногда, признаться кому-либо трудно, а самому себе — вовсе нереально.       Его кидало в дрожащую ярость одно осознание того, что ему интересно.       Нет. Ему всё равно. Его это не заботит. Для него это неважно.       Именно поэтому он сейчас же направится к выходу из школы, дойдёт до остановки и поедет домой.       Ему плевать.       Да.       Абсолютно.       Наплевать.       Жаль, что доселе непонятное, жадное чувство предвкушения было в корне с ним не согласно.       Кацуки сидел, как на иголках, в чертовски медленно плетущемся автобусе. Нога нервно дёргалась. Ладони цепко сжались в замок. Зубы скрипели так, что вот вот должны были раскрошиться друг о друга. Но ему, конечно, не интересно. Просто раздражает низкая скорость общественного транспорта, вот и всё.       Наконец-то его остановка. Выйдя из автобуса, Бакуго, несвойственно себе медленно, двинулся домой. Лавируя через узкие улочки, Кацуки задумался о грядущем школьном мероприятии. И вовсе не для того, чтобы заглушить разрастающееся, словно сорняки среди цветов, чувство.        Крупнейший в Японии спортивный фестиваль, за которым будут наблюдать все сильнейшие герои, состоится через неделю. Несмотря на важность этого события, Бакуго совершенно не переживал. Его лицо, скрашенное усмешкой, выражало вселенскую уверенность, в то время как весь класс захлёстывала волна беспокойства.       Что-что, а победить с его-то причудой и навыками будет проще простого.       С этими мыслями Кацуки, впервые за долгое время, в спокойствии отужинал с родителями.       Мицуки и Масару хоть и заподозрили неладное, но лучше уж так, чем с криками и воплями, особенно досаждающими уравновешенному отцу семейства.       На пути в свою комнату, Бакуго перебирал список вышедших в хорошем качестве новинок кино, механично листая ленту поиска.       Внезапно, в общую беседу класса, где он не додумался выключить оповещения, пришло сообщение. 17:32 Рыжий @yukio ищет сенсей. — Чёртов дерьмоволосый! — выругался парень, смахивая сообщение вверх. — В личку писать не умеешь? 17:32 Юкио Некото ? 17:33 Рыжий Дежурство 17:33 Юкио Некото ??? Опять моя очередь ? Уже прошла неделя — Да ты, блять, издеваешься, поехавшая.. — пихнув дверь плечом, Кацуки вошёл в комнату, продолжая смахивать постоянно вырезающие оповещения. 17:33 Иида Тенья Нет, Некото-кун, ты дежурная с сегодняшним днём включительно. Секунду! Открыть вложение 1/4 — Грёбаный очкарик! — Бакуго отбросил телефон на кровать.       Спокойствие, подобно капле, пало в наполненную доверху чашу выдержки.       Кулаки непроизвольно сжались, начиная светится из-за накопившегося пота.       Уже через четверть минуты Кацуки стоял в ванной и рваными движениями сбрасывая с себя пиджак, резво переходя к рубашке. Казалось, пуговицы разлетятся в стороны, пока пальцы небрежно пробегались вниз, расстёгивая их.       Распахнув рубашку, Бакуго всмотрелся в отражение своего искажённого гневом лица. Горящие алые глаза коснулись линий под ключицей, желая выжечь их к хренам.       Похоже, чаша была наполнена чистейшим нитроглицерином. — БЛЯТЬ!       Внезапно прогремевший сверху взрыв, вынудил Мицуки с Масару переглянутся и немедленно промчаться к источнику шума.       Отец отворил незапертую впопыхах дверь в ванную и, отмахиваясь от клубы дыма, осматривал сначала задымлённое помещение, затем склонившегося над треснутым умывальником сына. — Что здесь.. произошло? — ТЫ ЧТО ТВОРИШЬ, ПАРШИВЕЦ? — подавляя кашель, вскрикнула мать.       Кацуки вовсе не слышал недовольство и не ощущал треплющую его за плечи маму.       Нет, его не оглушило взрывом.       Линий определённо стало больше.

***

      На большой перемене столовая превращалась в огромный улей, с голодными студентами вместо пчёл. Почему-то, не смотря на длинные очереди и орущих учеников, Юкио здесь было уютно. Наверное, причиной тому была отменная еда и извечные шутки Джиро вперемешку со звонким смехом Мины.       Подруги обсуждали итоги спортивного фестиваля, где все трое заняли не совсем те места, к которым стремились. Соответственно, у них было совсем мало заявок на стажировку, что слегка расстраивало. Особенно Юкио, ведь её выбор безоговорочно падал на агенство брата, но именно тогда, он с женой отправился в долгожданный отпуск. Потому, она выбрала наиболее подходящий ей сейчас вариант и заполнила анкету в боевое агенство.       На фестивале Некото продержалась до поединков, однако ей не свезло: противник в разы превосходил её по физической силе и попросту вытолкал девушку за пределы ринга. Пускай она и овладела контролем формы, но навыки ближнего боя оставляли желать лучшего. А боевое агенство в совокупности с тренировками дома, как раз должны помочь исправить положение.       Конечно, после фестиваля Кейко на серьезных щах взялась за дочку, после чего Юкио поняла, почему брата трусило об одном упоминании матери в качестве тренера. Будто у неё внутри находился включатель режима берсерка, что щелкал туда-сюда, стояло им выйти на задний двор. Только два вечера под ряд, а в теле ощущалось невыносимая крепатура.       Кейко была беспощадна. Она ни капли не жалела дочь, раз за разом дубася её куда-попадёт и приговаривая, что злодеи куда более жестоки. Так-то оно так, но понятие рукопашного боя Юкио интерпретировала совсем по другому. Удар у матери был поставлен что-надо и аж сквозь барьер ощущались толчки. А когда старая травма Кейко давала о себе знать, она брала себе в помощь одну из длинных палок, к которым отец семейства по весне привязывал саженцы, и продолжала тренировку сидя на стуле. Даже будучи недвижимой, в сидячем положении, мать умудрялась наносить точные удары, что, по понятным причинам, заставляло девушку впадать в уныние.       Подперев щёку ладонью, Юкио вяло потягивала прохладный смузи, краем уха слушая перетекший в иное русло разговор подруг.       Мина прыснула со смеху, глядя на отправленное Кьёкой фото в беседу класса: закованный в наручники и намордник победитель спортивного фестиваля. — Уверена, Бакуго их удалит.       Заблокировав телефон, Кьёка отложила его в сторону и улыбнулась. — Знаю, но я не смогла удержаться. — Ооо! Как мило! — Ашидо развернула экран, показывая подругам новое фото, где Джиро с Каминари запечатлены уж больно в удачном ракурсе.       Кьёка резко ухватилась за гаджет, просматривая отправителя. — Гадёныш! Долбанный извращенец — Минета! — Что такого? Все уже знают, что у вас есть метки. — Юкио отставила от себя пустой стакан и заглянула в экран. — И правда миленько смотритесь. — Метки-метками, но это недоразумение за нами подглядывал. А это уже попахивает преследованием!       Мина забрала свой телефон обратно, ещё раз взглянув на фото. — Как по мне, он просто вас стебёт. Ну, или сталкерит, что намного хуже. — запрятав гаджет в сумку, она беззаботно повернулась к Некото, не заметив, как от последней части фразы дёрнулось веко Джиро. — У тебя как успехи на личном, Юки-чан? — Я была занята тренировками, так что особо не отвлекалась на метку. — девушка положила руки на поверхность стола, склонив на них голову. — Она стала побольше, чем раньше. — Это кто-то из нашего класса, зуб даю! — Мина закивала.       Джиро немного отвлеклась от детальных представлений о растерзании Минеты и повернулась к подруге. — Да ты прям гений. Ещё бы сказала из нашей школы. — Кьёка изогнула бровь и, прежде чем услышать ответ на свой саркастический комментарий, повернулась к Юкио. — Есть предположения?       Некото глухо замычала, подразумевая «нет».       Ашидо с Джиро переглянулись. Они намеревались преподнести подруге свои догадки так, чтобы до неё самой дошло. — Давай с начала: с кем ты чаще всего контактировала? — Та много с кем. — Некото обвела пальцем изображение на стакане из-под смузи. — С Иидой-куном мы постоянно сталкивались в библиотеке, с Киришимой-куном мы вообще иногда домой вместе ходим, с Деку-куном в последнее время мы хорошо сдружились, ещё меня часто ставят в пару с Тодороки-куном, Ме…       Этот список можно продолжать до бесконечности, ведь все одноклассники, как ни крути, контактируют между собой. — Ты перечисляешь парней с метками, вроде как. — прервала её Кьёка. — Из тех, кто пока свободен варианты есть? — Я даже не знаю, кто из них свободен! — Судя по всему, некоторых ты не рассматриваешь вообще. — Значит, так.. — Юкио выровнялась. — Если что-то знаете — не тяните!       Джиро поджала губы и жестом указала Ашидо вступать в разговор. — Ну.. скажем так: у этого парня специфичный характер и мы о нём говорили несколько минут назад.       Некото округлила глаза и непроизвольно отодвинула голову назад. — Что? Неееет.. Этого не может быть! — Понимаю, ты наверное ожидала немного другого.. — Мина незаметно пнула Кьёку по ноге, понимая, что срочно нужно сгладить углы. — Ну, не будет же он вести себя как мудак, со своей парой? — Джиро подняла ладонь к верху, издав рваный смешок. — Я говорю вам — нет! — Юкио рассекла рукой воздух перед собой. — Мы с Минетой один-единственный раз говорили, а метка появилась ещё до этого.       Мина и Кьёка застыли: у первой, казалось вот-вот выкатится язык со рта, а вторая смачно влепила себе ладонью по лбу.       Джиро потянула ладонь вниз по лицу, собираясь напрямую сказать Юкио о её схожести с Денки после выпуска большого напряжения, однако, возникший из ниоткуда Бакуго, направил её пыл в иную сторону. — Ты задрала эту хуйню кидать, Ушастая! Быстро удалила! — одаривая одноклассницу взглядом, знаменующим скорейшую кончину, он хлопнул ладонью о стол.       Кьёка быстро достала телефон и повернув его экраном к Кацуки, коварно усмехнулась. — Вот это? Ну нет. Это надо поставить изображением беседы.       Киришима подошёл к другу сзади и взялся за его плечо. — Ладно тебе Бакуго, эти фотки итак крутят по всем каналам.       Резко скинув ладонь одноклассника, Кацуки достал свой гаджет. — Поставь лучше эту. — повернув экран, на котором красовалось фото Джиро с ушными разъёмами в носу, он вскинул подбородок.       Кьёка возмутилась, раскрывая рот в намерениях высказать ему пару ласковых, но Кацуки с прежним высокомерием развернулся и направился прочь.       Лишь на долю секунды Юкио пересекалась взглядом с алыми глазами. И этого хватило с головой, чтобы в этой же голове мелькнула яркая вспышка осознания.       Быть может, она действительно на столько глупа — не замечала того, что было у неё под носом? Или излишне сконцентрировалась на тренировках, учёбе, фестивале, прочем и прочем, что даже не смогла элементарно связать между собой подозрительные совпадения?       Киришима склонился, опираясь локтями о спинку стула, и помахал перед девичьим лицом рукой, что вернуло её в реальность. — Некото-чан? Ты в порядке?       Она ошарашено посмотрела вслед скрывшемуся за толпой учеников Кацуки. — Бакуго-кун? — Ты от фестиваля чтоли не отошла? — Эйджиро обеспокоено оглядел побледневшую девушку.       Мина махнула на него рукой, разворачиваясь к подруге. — Это просто догадки, не нервничай. — Да.. э, ты куда? — слова Кьёки достигли лишь быстро удаляющейся спины.

***

      После окончания занятий ученики 1-А задержались на внеплановый классный час из-за Айзавы, которому зачем-то приспичило пояснять очевидные вещи касательно начинающейся завтра стажировки.       Бакуго был первым, кто вышел из кабинета: ему хотелось как можно скорее покинуть здание и, наконец, хоть на неделю, вычеркнуть лица одноклассников из памяти. Особенно лицо той девки, что прожигала его спину взглядом добрых сорок минут.       Твёрдые шаги ступали на выложенную перед входом в академию брусчатку. До ворот оставалась пара ничтожных метров, но пересечь это расстояние ему было не суждено. — Бакуго-кун! Слышишь? Бакуго-кун!       От знакомого голоса, вернее от его обладательницы, у Кацуки заходили желваки на щеках. Он намеренно не остановился.       Просто пройти пять метров. Шире шаг и всё.       Поддавшись вперёд, Юкио добежала к однокласснику и потянула его за рукав. — Бакуго-кун.. подожди.. — из-за беготни от самого класса её дыхание чуть сбилось. — Пожалуйста.. — Чё те надо? — одёрнув руку, Кацуки встал в полуоборота. — Мы можем поговорить? — она выпрямилась и схватила шлейки сумки двумя руками, уже намереваясь начать диалог, однако парень резко возобновил движение. Юкио опешила, но даже не смотря на столкновение с его бестактностью, не думала сдаваться и вновь перешла на бег. — Пожалуйста! Я буду кратка! — Не трать моё время. — Бакуго, конечно же, ничуть не замедлился, но Некото восприняла ёмкий ответ и направленный на неё взгляд, как знак согласия на разговор. — У тебя есть метка?       Юноша и бровью не повёл, хотя этот вопрос заставил его ощутить прилив раздражения с новой силой. Неужели до неё только сейчас дошло? — Если и так, то что? — На каком месте? Какой у тебя рисунок? А давно появился?       Кацуки сжал спрятанные в карманы брюк кулаки, и не из-за количества вопросов или через чур взбудораженного тона, а потому, что Юкио вскочила прямиком перед ним, заставив остановиться. — Ты хуже поехавшей, раз веришь в это дерьмо. — он бесцеремонно прошёл дальше, отталкивая её плечом. — Отъебись.       «Нет, ну это уже вопиющая бестактность!» — проскочило в голове и Юкио резко развернулась. Она, не привыкшая к подобному отношению в свою сторону, не могла сдерживать накипевшее возмущение. — Действительно! Как я вообще могла подумать, что у тебя есть метка? Ты грубиян и.. и высокомерное хамло! — она была близка к тому, чтобы бросить в него набитую тетрадями сумку.       Бакуго видел свой автобус, подъезжающий к остановке, и знал, что следующий прийдётся долго ждать, но он попросту не мог позволить закончить разговор, не оставив последнее слово за собой.       Его манипуляции длились от силы несколько мгновений: оборачиваясь, Кацуки потянулся к ослабленному воротнику и оттянул рубашку в сторону, открывая чёрные линии под ключицей. Юкио резко схватилась за тоже место на себе, бегая растерянным взглядом по безразличному лицу. — Удивительно, что такая идиотка вообще способна думать.       Она определённо хотела что-то сказать, но он не стал слушать. Этот дурацкий диалог закончился, ровно когда он, Бакуго, отпустив воротник, направился к пустующей остановке и оставил глубоко удивленную, а по его мнению ещё и тупую, девку стоять у бордюра.       Усевшись на лавочку, Бакуго посмотрел на мигающий отсчёт времени и устало запрокинул голову назад, уперевшись затылком о стеклянную стенку. Кацуки ненавидел попусту тратить время. Мало того, что он вычеркнул пять минут из жизни, так ещё и прийдется ждать автобус.       Лучи опустившегося солнца, едва ощутимо припекая, касались кожи, а чуть прохладный ветерок ласково трепал колючую шевелюру. Он почувствовал облегчение, будто тяготящая ноша наконец упала с его плеч.       Вот только бремя судьбы несут двое.       Внезапно возникшая тень вынудила Кацуки неторопливо поднять веки: перед ним со скрещенными на груди руками стояла та, по чьей уверенной физиономии и не сказать, что буквально минуту назад её огорошила неожиданная новость. — У меня такие же линии под ключицей.       Кацуки поморщился и негодующе цокнул языком. — Задрала. — Ты же давно понял. — не смотря на твёрдый тон, в её голосе прослеживались нотки волнения. — Почему не рассказал раньше? — Слушай сюда, поехавшая, — поддавшись вперёд, он сложил локти на колени. — я не верю в эту хуйню с судьбой и метками, ясно?       Реакция со стороны Некото была незамедлительна, а вместе с тем, совсем противоположна ожиданиям Бакуго: она громко хмыкнула, усмехнувшись уголком губ. — Ну конечно. Может ты просто боишься решений судьбы?       Кацуки вскочил с места, скидывая сумку с плеча на лавочку. — Я решаю свою судьбу, а не она решает за меня!       Юкио сделала глубокий вдох. Она уже была не уверенна ни в чем, но почему-то продолжала стоять напротив первого встретившегося ей скептика и пытаться убедить его, что он не прав. — Все отмеченные судьбой пары, и мы с тобой тоже, доказывают обратное. Короче говоря: хочешь ты того или нет, мы связаны, то есть, рано или поздно, случится.. — она запнулась и продолжила лишь не громко прочистив горло. — ..неизбежное.       Внезапно для Бакуго, Некото густо покраснела, казалось вплоть до шеи, метая глазами от его лица к полу. — Что ты, бля, несёшь? — Ну.. любовь там и.. то самое.. остальное.       Кацуки приложил усилия, чтобы не рассмеяться, вместо этого лишь фыркнув. Она только что источала осязаемую уверенность, а сейчас стыдливо краснеет? Смех да и только! — Не надейся. — Судьба всё равно сводит предназначенных друг другу людей вместе. Это неизбежно.       Бакуго выводило из себя то, как она смотрела на него — свысока, хотя именно он на голову выше. Такой взгляд, будто она знает наперёд их исход, что мнимо предначертанный грёбаной судьбой.       Он не мог позволить этой девчонке смотреть на себя сверху вниз.       Он не мог просто сказать «отвали», потому что это равно проигрышу.       Он не мог допустить своего поражения.       Бакуго сделал шаг вперёд, встав вплотную к Некото. Её нога невольно двинулась назад, но она не отступила, продолжая стоять из-за чистого упрямства. — Ты мне вызов бросила? — Это, скорее, предложение. Раз ты так уверен, что прав, то почему бы не попробовать? До последнего дня семестра, к примеру. — И? — Если до этого дня у меня выйдет переубедить тебя — я молодец, а если ты окажешься прав и наши метки простой бред, то.. — Я взорву тебя нахер.       Что-то подсказывало, что Кацуки вовсе не шутил. Более того, Юкио была уверена — он с удовольствием сделал бы это прямо сейчас. — Давай после того, как выиграешь. — От тебя и мокрого места не останется, дура.       Выплюнув эти слова ей в лицо, Бакуго подхватил с лавки сумку, заметив отсчёт секунд на табло.       Подъехал бы автобус чуть раньше, то этого разговора никогда бы не было, но именно в тот день он опоздал.