Неуловимый

Выход на улицу, после незапланированной травмы, дался Секко с некоторым трудом, поскольку ветер, ударяющийся о потрескавшуюся маску, также доставлял некоторый дискомфорт ушам темноволосой, чего она по правде открыто не показывала своему непредсказуемому сопроводителю, ограничиваясь периодическими остановками с целью перевести дух. Трущобы, даже находясь за спинами двух экстраординарных прохожих, источали ту самую атмосферу повальной бедности и разрухи, а характерный запах нищеты, неторопливо пропитывал всё окружающее, полуразрушенные постройки, пространство. В какой-то мере, :зловоние: разгромленных улиц,добралось и до весьма благополучных частей этого импровизированного Гетто, не давая людям, хоть на мгновение,забыть о проделанной Мошенницей авантюре. Первые несколько минут прогулки, прошли в абсолютной тишине, прерываемой только обрывистыми, тихими фразами белокожего. Адресованы они были разумеется алому кольцу над головой палача,выдержка коего,в те мгновения, была достойна похвалы. Девушка, очевидно,не особо радовалась такому вниманию к кровавой галлюцинации, но ступор, в который впал альбинос, был куда лучшим событием, чем, произошедшее пару дней назад, избиение. По прошествии некоторого времени, в отдалении, показалась знакомая крыша музея, недавно принявшего Головореза и Разбойницу как весьма хаотичных, в своём поведенческом аспекте, гостей. Было непривычно, по пути к месту преступления,не встретить ни одного из бывших коллег,которые теперь несомненно предпримут попытку насадить темноволосую на энергетический меч при первой возможности. Периодически, во время этой смертельно опасной прогулки,Головорез застывал на месте,однако не по велению своего больного мозга,а словно бы в попытке почуять кого-то. Данный приступ,на протяжении всего пути до музея,демонстрировал своё наличие несколько раз,вынуждая как альбиноса,так и его спутницу,идти более извилистыми путями. Разбойница,что логично, выказывала свои, едва уловимые в, гуляющем по трущобам,ветре,протесты, полностью исключив громкую речь в связи с совсем недавней поправкой и отменой принудительного постельного режима. Как бы особе в маске не хотелось этого предполагать,но возможно белокожий предотвратил нежелательную встречу с представителями закона.- Мы почти на месте.- Проговорила себе под нос брюнетка, пару раз осмотрев, окружающие её чуть ли не со всех сторон,переулки бетонных многоэтажек. Темные тоннели, напоминали разинутые, беззубые пасти, ожидающие прихода мягкой закуски, параллельно чему, небоскребы были их полноправными обладателями. Проскальзывая сквозь бесчисленное множество извилистых, городских ходов, Секко поглядывала то на уходящие в высь здания, то на, не отстающего ни на шаг,Головореза. Со скрытым под шкурой, испугом, девушка ожидала того, что из светящихся оконных проемов, польется та самая ,неизвестная жидкость,всё чаще проявляющаяся в её кошмарах. Разумеется ,такое сюрреалистическое зрелище, обошло, спешащую к музею :леди: ,стороной,решая не покидать пределы сонного царства. - Куда ты так спешишь, незабвенная?- Ухватив красноглазую за рукав, поинтересовался Маньяк, склонив свою голову на плечо.- Мы можем не успеть найти ,ближайшее к музею, убежище. К тому же, это место нервирует меня.-. Ответствовала Разбойница,вырвав кусок ткани из хватки белоснежного.- Почему же, милая?- Не убавляя уровня непонимания, осведомился Акудама, сигнализируя блестящими аметистами, о желании получить скорейшее объяснение. Раздосадованно вздохнув, черно-красная роза, всё же решилась потушить ,загоревшийся в глазах длинноволосого, интерес,пусть и несколько :заторможенным: способом.- Как только выберемся отсюда,я отвечу на твой вопрос, но не сейчас.-. Вымолвила сошественница* , затем прибавив. - И да, зови меня Мизэки*.-.- Ах, цветок красоты! Какое замечательное имя.-. Сцепив свои руки в замок, затрепетал парень,осмотрев своё сокровище с ног до головы восхищённым взглядом.- Спасибо.- Коротко бросила черноволосая, вновь устремившись к ближайшему выходу из длинных и неимоверно тесных, городских сплетений. Спустя несколько минут, узкие коридоры бетонных строений, сменились небольшой, но однозначно просторной, безлюдной улочкой, не пойми как нашедшей место в неисчислимых :венах: мегаполиса. Давящие чувство замкнутости ,в какой то мере отошло на второй план, давая простор скоротечному облегчению.- Это всё из-за тебя!- Сев на неказистую, стальную лавку, выпалила Секко, взирая на альбиноса с явным недовольством.- Я? Чем же я провинился перед своим ангелом?- Погрустнев как нашкодивший ребёнок, поинтересовался беловласый, подойдя на пару шагов к незабвенной.- Не думай что я забыла о том, что произошло несколько дней назад.- Невесомо дотронувшись подушечками пальцев до своего лба, произнесла, укутанная в красное пальто, особа.- О чём ты Мизэки?- Разорвав между собой и нахмурившимся цветком, расстояние до пары метров, спросил убийца, после чего, леди оторвалась от недавно занятой, стальной лавки.- Прекращай дурака валять.- Малость приободрившись уличной прохладой, заявила она, не отрывая одну из верхних конечностей от,гудящего незначительной болью, места на черепной коробке.- Но Мизэки, все что я помню за последние несколько дней, это только твоё чудное цветение. Никогда не видел такого ангельского нимба.-. В недоумении сказал альбинос,переводя аметистовые очи на лицо раздражённой персоны, а затем кровавую галлюцинацию." Чего я вообще пытаюсь добиться от этой твари?". Мысленно полюбопытствовала темноволосая, опираясь на фонарный столб, стоящий рядом со стальным приспособлением для отдыха. Холодное железо остудило остаточные болезненные ощущения, приведя пострадавшую в относительно благоприятное состояние, чего нельзя было сказать о белоснежном, тело коего встрепенулось, даруя его физиономии карикатурно заботливый вид.- О, Мизэки! Если тебе всё ещё больно, то нужно поскорее вернуться. Не хочу чтобы с тобой что-то случилось.- Промолвил парень, кладя свою бледную кисть на предплечье Секко, неспешно убирая её руку от лба."Ещё и заботу изображает, подонок" Гневно подумала она, глядя в ,уже успевшие стать мертвенно стеклянными, аметисты Маньяка.- Мы не можем. Если это произойдет, то весь путь будет проделан напрасно.-. С неожиданным для себя спокойствием, сказала брюнетка. Высвободив свою кисть из рук Головореза, наряженная в алое пальто :дама: осмотрела лежащее вокруг себя, пространство, обратив внимание на очередное скопище строительного мусора, из под груды коего, торчало множество заострённых железок. Достав одну из них, темноволосая ,практически неслышно, произнесла- Не пистолет конечно, но тоже сойдёт.-. Совершив головой подзывающий жест, Разбойница двинулась дальше, слыша за собой не отстающие шаги неуравновешенного кавалера. Злосчастный музей высился в незначительном отдалении от вновь пришедших посетителей,ранее забравшихся в него незаконным способом. Выбирать ,ближайший к вышеуказанному зданию, дом ,не было ни желания, ни возможности, поскольку сотрудники отдела наказаний, охраняющие строение от ,прекрасно знакомого Секко, Акудамы, могли в любое мгновение, осмотреть поглощённый мраком тоннель, обнаружив в нём нежелательный сюрприз, непременно пожелающий отсечь несколько голов. Пришлось ограничить себя выбором жилплощади ,находящейся не на столько близко к охраняемому сооружению. Метод, коим черноволосая пробралась в дом, вынудил её малость поёжится. Альбинос разбил окно первого этажа и молниеносно сделал то, что умел делать лучше всего, в то время как его роза, стоя за пределами квартиры, старалась из за всех сил не думать о том, что происходит буквально в пяти метрах от неё. Завершение резни, немало порадовало Разбойницу вероятностью прекращения дальнейшего издевательства над трупами. Она сознавала всю абсурдность подобных мыслей,но надежда,игнорируя свои микроскопические размеры, умирает последней. Беловласый Акудама показался из освобождённой от стекла, оконной рамы, демонстрируя измазанные красным блаженством, руки.- Давай же цветочек, я помогу.- Подхватывая брюнетку за бока, сказал длинноволосый, мигом спрыгнув с подоконника. Представшая перед девушкой картина, была крайне омерзительной. Следы от ботинок Головореза простирались по всей квартире хаотичными пятнами. В той комнате, где находилась Мизэки, лежало обезглавленное тело, столь истерзанное, что определить пол погибшего, не представлялось невозможным. Стены были из-украшены кровью, а дверь, отделяющая одну часть жилплощади от другой, настежь распахнута. Соседняя комната, аналогично своей :соседке:, утопала в красном чуде. Альбинос, подсабив незабвенной, снова запрыгнул на подоконник и пробрался в новое прибежище.- Как тебе дорогая? Я решил усыпать всё здесь алыми лепестками для тебя.- Восторженно осведомился Маньяк, метая взгляд на недавнюю пленницу, а следом наблюдая за результатом проделанной работы."Это не я, я тут не причём!" Уверяла себя девушка, частично поражаясь готовностью Акудамы выпотрошить, вероятно несколько человек, ради неё. Ради той, кто дважды покушалась на его жизнь, пусть Головорез и тоже совершал это по велению больного сознания."Его разум ещё более неуравновешен, чем я предполагала.".Заключила Разбойница, принявшись к поиску более или менее чистой комнаты, параллельно чему, длинноволосый прибывал в недоумении, смешанным с восхищением. Благо,блуждания Секко по форменному аду, быстро подошли к концу. Оставшаяся без внимания ненормального, комната, казалась самым спокойным местом на просторах этого кровавого море. Вот и новое прибежище было готово к своей временной эксплуатации, чему Мизэки была даже отчасти довольна. Её радость была омрачена лишь самим фактом кровавой бойни и близостью неуравновешенного кавалера, готового выкинуть что угодно в любую секунду. Как всё таки быстро, изначальное беспокойство за граждан, может перемениться эгоистическим волнением за свою жизнь. Карьера палача всё же не панацея от инстинкта самосохранения, о не важности которого, часто шли разговоры в отделе наказаний. Не намереваясь загружать голову подобными размышлениями, девушка мигом упала на кровать, стараясь игнорировать пропитавший всё вокруг, аромат смерти. Однако вскоре, безумный кавалер развеял одиночество незабвенной своим визитом, прерывая безмолвные попытки Секко вычеркнуть из памяти картину только что произошедшей резни.- Почему же ты убежала, милая? Или этих лепестков недостаточно для моего ангела?-. В недоумении поинтересовался беловласый, пару раз хлопнув глазами. Разбойница пребывала в явном недовольстве,пристально взирая на альбиноса двумя рубинами, за злобной оболочкой которых проносились лишь один, непрестанно повторяющийся вопрос " Стоит ли теперь игра, поставленных на неё, свеч?".- Достаточно, но только убери тот ужас из комнаты. Думаю что вскоре здесь из за него невозможно будет находиться.- Вымолвила персона в маске.-. Головореза ,столь очевидная просьба ввела в кратковременный ступор" Как можно не восхищаться столь чудесным, алым фонтаном? Ну ничего моя роза, скоро я буду наслаждаться твоим красным." Пронеслось в больном мозгу Акудамы, после чего, внезапное наваждение сошло на нет.- Как скажешь Мизэки, но для начала нам необходима одна вещица.- Натянув на лицо привычную улыбку беззаботного ребёнка, заявил убийца. Брюнетка степенно поднялась с кровати, безмолвно подготавливая себя к сюрпризу, способному нести абсолютно непредсказуемый характер. Спорить, или уточнять у Маньяка предназначение обьекта также не было никакого смысла, поскольку для альбиноса столь нужной находкой могло стать что угодно. Единственный немой жест, поступивший мужчине от черноволосой, представлял собой недоверчивый взор, окутывающий белоснежного с головы до ног. Принесённый предмет не сумел впечатлить черно-красную розу, спровоцировав с её стороны не доброжелательный взгляд, устремлённый на весьма длинную и хорошо сделанную бечёвку.- Ты реально всё ещё считаешь что я убегу от тебя, после всего произошедшего?- С без эмоциональностью и единовременным упрёком спросила ,наряженная в любимый цвет психопата, особа. Парень лишь снова продемонстрировал собственную неустойчивость, поддавшись новому, благо пока без вредному приступу едва уловимых хаотичных движений.- Милая я всего лишь хочу уберечь тебя.- несколько прерывисто заявил белокожий." Неужели снова?!" Раздражённо подумала Мизэки, начав энергично перебирать варианты предотвращения нежелательного срыва Акудамы.- Хорошо, хорошо, спасибо тебе за это!- Не имея за последнее время ни желания, ни моральных сил для спора с неуравновешенным, выпалила Секко, протягивая вперёд руки." Если и убьёт, то хотя бы не придётся вновь переживать тот стресс." Заверяла себя темноволосая, наблюдая за приближающимся парнем. Процесс связывания продлился не долго, да и ноги на сей раз, псих решил оставить без внимания, позволив скрытой за маской даме частично противостоять постепенному окаменению своего тела.- Только будь спокойнее незабвенная моя. Я не хочу чтобы ты волновалась.- Пародируя заботу, произнёс Головорез, удалившись из комнаты. Происходящее за дверью ,напоминало ту самую ,беспощадную работу мясника, звуки коей уже доводилось слышать брюнетке при косвенном взаимодействии с альбиносом. Кромсать плоть он перестал только спустя час, воротившись в обитель любимой настоящим кровавым принцем, вызывающим правда у придворных дам, лишь ничем не поддельный ужас.- Вот и всё моя роза! Готова ли ты посмотреть на своё чудесное ,алое ложе?-. Осведомился ненормальный, подпрыгнув на месте от восхищения. Измученному ангелу ничего не оставалось кроме немого согласия, в надежде на скорейшее освобождение от сковавшей его верёвки. Надежды благо оказались не напрасными и кровавый кавалер благополучно отвязал девушку от кровати, намереваясь предложить ей место по лучше. Пройдя в ту самую комнату с разбитым окном, Секко узрела предполагаемую картину, решительно не желающую покидать пределы разума темноволосой. Состоял, представший перед наблюдательницей, кошмар,из безбрежного моря дурманящего : человеческого: сока. Обонятельный орган Мизэки уже сумел отчасти приспособиться к аромату металла, ведь извечная охота на преступников невозможна без кровопролития.- Ну как тебе ,моя роза? Не правда ли прекрасно!?- Раскинув руки в стороны вопросил длинноволосый, будто бы желая спрятать в объятьях всё что видел. Спутница альбиноса не проронила ни слова, ограничившись усталым кивком. Перевернув матрас, тем самым частично избавив себя от лишних пятен провокационного оттенка, Разбойница улеглась на спальное место, тут же провалившись в сон. Всё же изрядная нервная напряженность сказалась на ней, погрузив в другие реальности даже вопреки очень:близкому: присутствию неуравновешенного Акудамы.- Спи моя роза.- Погладив Мизэки по макушке, проговорил белокожий, вновь принявшись любоваться переменчивым кольцом.