Монстр? Или Спасение?

По всей комнате разносится скулёж. На кровати мечется весь в холодном поту Чонгук. Тэхен держит того за руку, зачесывает отросшие, цвета вороньего крыла, волосы. Да, время настало. Прошло уже три месяца и три дня, стого рокового побега. Три месяца и три дня Чонгук вынашивал в себе живое существо. Три месяца и три дня он хотел поскорее увидеть это дитя. Но сейчас он больше всего хочет избавиться от этой тянущей боли. Если бы не холодный и влажный тентакль, расположившийся внизу живота Гука, то тот бы просто выл. Ему не так больно выталкивать, при этом очень сильно набирая в лёгкие воздух, а потом тужась, выдыхая до последней капли кислорода, яйцо. Это началось еще ранним утром. В четыре утра примерно. Когда они ложились спать, как всегда в обнимку, ничего не предвещало беды, хотя какая же это беда. Это самая настоящая радость! Правда ведь? Чонгуку сначало подумал, что ему показалось и он прижимаясь к Тэ пытался заснуть, но потом он от боли внизу живота стиснул Тэхена в объятиях так, что чуть не сломал его пополам. Тэ очень сильно испугался, но потом собравшись он начал командовать, что и как делать. Тут не нужно никаких врачей, Тэхен всё должен сделать сам. Да. Как не странно, рожает Чонгук, но делает все Тэхен. Так смешно, что плакать хочется, нет, на самом деле, плакать хочется из-за боли. Потому что, ну мать его это очень больно! По словам Тэхена яйцо выходит узкой частью вперёд, тем самым, давая привыкнуть, на что Чонгук выпячивает глаза и хочет покрутить у виска…привыкнуть? Он издевается? Но этого ему не удаётся, так как его пальцы переплетены с пальцами Тэ. — Давай, малыш…еще немного.давай еще сильный вздох — успокаивающе гладит по руке Чонгука и давит на верхушку его животика. — Больно, больно Тэхен…- плачет Гук и выполняет то, что говорил ему старший, он глубоко вдыхает и опять тужится, чувствуя, как анус расширяется и оттуда начинает вылазить яйцо. Большое, но не жёсткое. Это больше неприятно, чем очень больно. Тэхен его растягивал почти каждый день, готовя к этому. — Почти все…оно почти вышло. Еще немного Гуки~ еще совсем чуть-чуть…- Тэхен с замиранием сердца старается контролировать ситуацию, он касается яйца, помогая ему вынырнуть из теплого, обволакивающего его местечка и окутывает щупальцами, делая гнёздышко. Яйцо склизкое, покрытое прозрачно-бежевой пленкой, это именно тот мешочек, который передал Тэхен с помощью своего семени. Мешочек позволяющий даже парню выносить потомство. Чонгук уставший, у него расплывается все, он не может сосредоточить взгляд ни на чём. Ему сейчас хорошо, он почувствовал такое облегчение, такую легкость, что ему кажется, что он сейчас просто улетит, но Тэхен так крепко держит его руку, что он находит силы улыбнуться, перед тем, как закрывает глаза, проваливаясь в царство Морфея. *** Тэхен лежит все это время на кровати, рядом с любимым. Он все ещё обвивает тентаклями яйцо. Оно должно пробыть в таком состоянии ещё три дня и тогда оно треснет, и от туда появится младенец, который Тэ очень надеется будет похож на Чона. Чонгук безмятежно посапывает, уткнувшись в подушку. Тэхен гладит того по волосам. Он безмерно благодарен своему мальчику. Он стал отцом, хотя раньше и думать об этом не смел. Какой же он сейчас счастливый. Эндорфин в нем размножается с неистовой скоростью, танцы устраивает, песни внутри него поёт. Уткнувшись, в изгиб шеи Гука, Тэхен засыпает, обвивая Своих любимых. *** Чонгук думал, что просто задохнётся от нехватки воздуха…его так сильно Тэхен сжимает в объятиях, что кажется Чон слышит хруст собственных костей. Он пробует пошевелиться и превозмогая боль ему удается привстать. Хотя не сказать, что ему мучительно больно, но дискомфорт и не самые приятные ощущения в животе и сзади имеются, чему Чон ни капельки не рад. Но смотря на аккуратно держащее яйцо щупальце, ему становилось очень тепло на душе и на сердце. Он представить себе раньше не мог, что сам выносит и родит ребенка. Он же парень. Ну бред же. Сейчас у него смешанные чувства. И чувства гордости, и тепло, разливающееся по телу, но есть какое-то чувство беспокойства… Сбоку слышно копошение и до боли приятный баритон. — как ты, Гуки ~…я так переживал — Тэ уже мягко прижимает хрупкое тело парня. И Чонгук прям чувствует физически эту энергию, ту любовь и то волнение, что исходит от Тэхена. Он улыбается и гладит его по волосам. — все хорошо, это не так ужасно, как я представлял. — я так счастлив, Чонгук…так счастлив, что мне страшно — признается Тэхен, прижимаясь к Гуку. — я так боюсь, что это сон. Боюсь что когда-нибудь открою глаза и пойму, что тебя у меня нет. Если это так, то я не хочу никогда просыпаться. — целует плечико и пытается успокоить свое сердце Тэ. — не говори так. Тэхен, это не сон. Я же тут, видишь? Ты же чувствуешь меня под своими пальцами…я никуда от тебя не денусь. — обещает Гук. Тэ ничего не говорит, не отвечает. Он лишь кивает, гладя Чона по волосам. Иногда очень хочется помолчать, но при этом не быть одному. И то, что они могут быть вместе в этой тихой, не давящей атмосфере — это счастье для них. *** Тэхен и Чонгук проводят вместе, не разлучаясь три дня. Тэ все это время не отпускал яйцо из своих щупалец, охраняя и оберегая его, как зеницу ока. Чонгук заботился о Тэхене, кормил, поил, развлекал. Сам Гук пришел в себя и оправился от родов очень быстро. У него теперь плоский и худенький животик, как раньше. Та же легкость, что и была до. И этому он естественно рад. С замиранием сердца оба родителя ждут появления самого малыша и гадают, кто же у них будет… . *** На четвертый день, когда парочка нежилась в кровати, они услышали треск. Тэхен повернулся, наблюдая, как яйцо трескается и слышно пыхтение. Чонгук выглядывает из-за Тэхена, наблюдая ту же картину. У него наворачиваются слезы счастья, но он терпит. Когда яйцо было разбито, стало видно нарушителя покоя и владельца этого пыхтящего звука. Маленький младенец, с глазками как у Чонгука, ротиком, как у Тэхена смотрел на них любопытным взглядом, тяня к отцу маленькие, пухлые ручки. Обычные младенцы, плачут и выглядят как сморщенный инжир после рождения, но не этот малыш. Он другой, он не может быть обычным при таких родителях. Тэхен аккуратно берет младенца на руки и зовет его по имени, которое они с Чоном ему дали. — Юнгии~ — тянет отец, прося Гука подать полотенце, и вытирает малыша от слизи, пока тот внимательно упирается хмурым взглядов в папу, заставляя того понервничать, а потом заливается смехом, болтая всеми конечностями, отказываясь сидеть на руках. Тэхен и Чонгук покрывают пухлые щёчки мальца поцелуями, под недовольное сопение, а потом отпускают на кровать этого вредного мальчишку. Но уже их самого любимого и дорогого сокровища.

Теперь в их маленьком мирке стало на одну мордашку больше.