История в лагере

      В один прекрасный весенний день родители Кисаки зашли к нему в комнату с какой то бумажкой в руках и сказали: «Сынок, завтра ты едешь в летний лагерь.» В этот миг планы Кисаки на этот месяц мгновенно рухнули. Он расчитывал гулять с друзьями, а не тухнуть от жары на отрядном месте где-то в глуши леса с рандомными детьми и каким то странным на вид вожатым. –Привет первый отряд, меня зовут Ханма. Я как вы поняли, ваш вожатый, вот берите галстуки, нам надо выбрать девиз, название и речевку, ну и фишечку придумать. Запомните эту песню, если слышите ее, идем на построение. С радостью в голосе говорил вожатый. Он работает в лагере достаточное время, так что уже привык улыбаться детям. Хоть его на этот раз и поставили в отряд к подросткам. -Все обязательно носим головной убор, иначе всем устроят мозготреп. -Нуу, здравствуйте, ребенки которые здесь первый раз и которые не первый. Сейчас мы строимся на завтрак, потом все идем на театралку, кто не знает это вон то сооружение в котором проходят мероприятия, там же сидит диджей. И так, наша любимая игра: кто ровнее. Начали! Говорил какой-то вожатый со светлыми волосами и низким ростом. Если Кисаки правильно рассказали, то это директор, хотя тот, кто стоит рядом, больше похож на него. Грозный вид и взгляд, высокий рост, правда косичка с его образом не вяжется, скорее всего это заместитель директора. -Третий отряд, приятно аппетита. Играем дальше. Второй отряд, приятного аппетита. Ну что, алкоголики-тунеядцы, кто же пойдет следующим? Иии первый отряд. Приятно аппетита. Не забываем мыыть руукиии. Говорят четвертый отряд до сих пор там стоит, а то нечего чесаться, дергаться и тому подобное. Как уже упомянулось, они после завтрака пошли в театралку. Там следовал долгий рассказ директора что здесь и как. -Впрочем я думаю основное вы поняли, ходим по парам, в головных уборах и галстуках, желательно в кроссовках. Обычно после сон часа верёвочка. Кисаки не понимал значения многих слов, вернее значение их он понимал, но что они значат в этом контексте, нет. -На сон час телефоны забирают, если не спите, лежите молча и смотрите в потолок. С утра купаются первый, второй отряд, вечером третий и четвертый, завтра меняемся. Потом собираемся на отрядном месте доделываем свое вечернее мероприятие, после идем на него, иногда после него дискотека, свечка проходит почти всегда и в завершении дня отход ко сну. Что в каком порядке и в какое время висит над столовой, можете сфотографировать. Кен-чин, расскажи сегодня по мероприятиям. Так директор назвал зама, но никому больше нельзя его так называть почему то, наверное чисто дружеская кличка. -Сегодня у нас тема знакомство, вы должны подготовить какой то номер, будь то песня или танец абсолютно не важно, у нас кто то и с саблями выступал, у кого какие таланты время их показать, кто может ставит эти танцы, а кто может тот танцует, можно поставить сценку, нужен сценарист, режиссер и группа готовых это играть. Ждем результаты к вечеру, теперь по отрядным.       «Голос зама был гораздо ниже директора, пока мы конечно не знаем их имен, но надеюсь нам скажут. Конечно есть те кто тут не впервые, но я не горю желанием с кем то общение заводить, но чувствую придется.» Кисаки все негодовал за что его сюда отправили и сидел в своих мыслях, пока отряд играл в снежный ком. -Эй, ты в очках, твое имя, чего спишь? Кто то окликнул Кисаки. -Э? Мое Кисаки. -Ага, а теперь остальных перечисляй. Раздался слегка усмехающийся голос вожатого, ведь перед ним сидело немалое количество детей. -В душе не чаю как их зовут. Кисаки скрестил руки на груди и сидел с угрюмой миной. -Эт кто такой оригинальный? Раздался уже другой голос сзади, судя по всему другого вожатого, его он еще не слышал. -О! Ханемия, ты опоздал, спал что-ль? Ханма привстал и пожал руку другу. -Это Кадзутора, второй ваш вожатый, а вы думали я один вам мозг долбить буду? -Ханма, а я смотрю ты быстро с ними освоился, а то тебя же ставили только с малышней. Кадзутора сел рядом. -Да вроде легко, я так понимаю Майки решил прикольнуться надо мной? -Легко пока они тебе качели солнышком не устроили, ты еще пожелеешь что сказал это. А теперь к мероприятию…       В прочем Кисаки особого участия в этой шумихе не принимал, просто отсиживался где то там. А в это время между прочем за ним наблюдали. Он приглянулся одному вожатому, который ох как хотел затащить того в какой нибудь номер, либо театральный либо танцевальный. Почему то ему казалось что он сможет. А между этим их позвали измерять рост, вес и силу. -Смотрите как надо, жуки. Хина, можно эту фиговину? Ханма обращался к мед.сестре которая, судя по ее виду, хотела его проткнуть чем нибудь за такое обращение. -Видали? 77 а мне только двадцать три. -Конечно, а нам по шестнадцать. Выкрикнул кто то из отряда. -Ой да ну, никто со мной не потягается? Ханма выглядел слегка огорченно. -Конечно нет дурень, для них норма от 20 до 40. Кадзутора слегка стукнул его в плечо. -У то меня 59, но все равно у директора и зама больше. -Дурни! Когда вы прекратите трогать динамометр, так еще и всем коллективом небось?! Была бы тряпка стукнула бы. Всё! Все измерили? Марш на отрядное и других позовите. Хината поругалась немного на них и успокоилась, не следует на них тратить свои нервы. -Отряд! Почему одни работают, а другие фигней занимаются? У-чав-ству-ем в жизни отряда, а то запрещенку подкину, кстати на построение надо название, капитана и девиз…       В общем лагерная рутина. Кого то выбрали, что то придумали, доделали мероприятие раньше других и пошли на построение. Директор что то поговорил про мероприятия, сыграли в ту же игру, в итоге поели и их погнали спать. К счастью Кисаки повезло и у него была трех-местная комната, по крайней мере лучше чем четырех-местная. На сон часу он естественно спал, он не хотел обсуждать день и получать трындов от вожатых.       За время сон часа к ним зашли всего два раза, по лагерем рекордам это мало. Прозвучала мелодия подъема, все кто спал выходили из корпусов словно зомби. Опять простояли под жарой пока все не угомонились и пошли на полдник. Потом была веревочка и тогда Кисаки понял значение слова и почему так. Тогда то он и блеснул своими знаниями разных областей, вожатые были впечатлены, за это им в маршрутный лист ставили дополнительные баллы. После подведения итогов все разошлись по своим делам, кто по отрядным, кто гулял по территории лагеря. К Кисаки подходили познакомиться, но он был холоден ко многим, другим просто отвечал что не хочет знакомиться. В основном подходили соотрядники. Все свободное время он переписывался с мамой или смотрел ролики. Он сильно выделялся среди остальных детей, из-за этого к нему «пристал» Кадзутора. -Эй, Кисаки, правильно? Чего один сидишь? Вожатый склонился и навис над лицом Кисаки. -А смысл мне с кем то начинать общение если после лагеря мы все равно прекратим общение или отношения? Кисаки отложил телефон, а вожатый сел рядом. -Ну опыт новый, да и не факт что вы дружить перестанете. А ты не ищи смысла во всем, ты понимаешь это? Не думай слишком много, тебя сюда отправили чтобы ты отдохнул, научился чему то, например общению с людьми. Может у тебя найдется единомышленник и вы еще после лагеря продолжите гулять и обсуждать логарифмы. Или ты встретишь девушку, у вас начнутся отношения, а потом вы поженитесь? Откуда ты можешь знать дальнейший расклад вещей? -Поэтому и не хочу общаться, ведь не знаю чем может кончиться это. Да и лагерные романы как правило остаются в лагере, может друзья еще как то, но романы… -Это ты зря, не будь так пессимистично настроен, в лагере весело, уж кто знает, так это Ханма, сколько он творил дичи на пару со мной в этом лагере, это что то. Пообщайтесь с ним про это. Я между прочим когда первый раз приехал в лагерь, то так же как и ты не хотел знакомств, но этот олух меня переубедил. Как говорится помяни черта, вот откуда то Ханма и нарисовался. -Кто то меня вспоминал? По любому позорил меня перед детьми. Чего он тебе понарассказывал? -Да я только начал, еще и до одного не дошло. Расскажи ему про происшествия в наше время, он не хочет контактировать не с кем, может переубедишь его. Последнее предложение Кадзутора сказал Ханме шепатом, положив руку ему на плечо. -Не надейся меня переубедить. Кискаки взял телефон и включил видео. -Я и не надеюсь. Просто я и так со скуки сдыхаю, отчетов пока нет, вы все номера подготовили и чего мне по территории шататься, хоть с живым человеком поговорю. -Ну давай, мне тоже скучно, хоть несуразицу послушаю… Говорили они много и долго, пока не заиграла музыка сбора на ужин. Ханма много дичи рассказал, как они бегали от директора этого лагеря за то что у девочек в комнате накрашеными сидели, ну старик старых нравов был, потом за уши их потягали, в планке они постояли. Зато они краситься научились и красить кого то, потом парни применяли это много где. Рассказал про их ночные похождения в другой корпус тоже к друзьям с другого отряда. Между прочим эти друзья тоже теперь тут работают, вожатыми третьего отряда, Изана и Какучё. Тут многие работники знакомые лица лагеря. Никак не расстаться с прошлым. За все время разговора много разных историй рассказали, и про сценки и их лайфхаки с запрещенкой, и странные случаи, и даже лагерные истории-ужастики. Это достояние каждого лагеря или санатория. Кисаки понравился разговор с вожатым, он даже обещал научить его играть на гитаре. Ханма с радостью рассказывал истории связанные с лагерем. Вопреки ожиданиям их двоих, собеседник оказался приятным и они признали, что думали предвзято друг о друге.       После ужина все по расписанию пошли в театралку на вечернее мероприятие. У их отряда была сценка и песня. И самое приятное завершение вечера дискотека после кефирчика. Было много разных треков, даже вожатые стоящие по периметру не удержалась и пустились в танец, были медленные танцы один из которых белый, когда девочки приглашают мальчиков. К Кисаки подходили некоторые девочки которые хотели потанцевать с ним, но естественно он предпочитал постоять в стороне и понаблюдать. Все же они знали друг друга не так долго.       Все же какому то везунчику удалось втереться в доверие Кисаки и они заобщались. Это был мальчик со второго отряда с короткими красными волосами, рубашкой в зелено-белую клетку и шортами чуть ниже колена бежевого цвета. Тот паренек даже научил Кисаки танцевать, удивительно что так быстро Кисаки влился в остальную толпу, и даже стал танцевать вожацкие танцы, чему его вожатые были рады. Но вот уже играет отходная, все стали в орляцкий круг, кто знал песню пели ее, кто нет пытались. Все пропели и пошли на свечку. На свечке каждый, в ночной тишине при свете самой свечи, делился впечатлениями о дне. Первым начал Кадзутора и далее передавали по кругу. «И так, сегодня очередной классный день, к нам приехали такие прекрасные дети как вы. Молодцы, почти без нашей помощи сделали мероприятие, надеюсь так будет и дальше. Активнее принимаем участие в них, никто не кусается, вам повезло, в вашем отряде почти нет среднешкольников, нам и вам легче. В принципе день на 10/10» Кадзутора передал свечу дальше, были те кому нечего сказать и передавали свечу дальше, кому то день вообще не понравился, все успевали высказаться. Очередь дошла до Кисаки, который сидел в конце к кому попадала свеча, перед вожатым, они всегда сидели в начале и конце рефлексии. «В целом день хороший, даже лучше чем я ожидал, не думал что за пару часов поменяю свое отношение к лагерю, надеюсь будет весело. День на 9/10 за то, что я думал плохо о лагере и нагнетал.» И вот свеча попала к Ханме, как правило последний вожатый говорит много. «Ну, я услышал много мнений, много рассказов, мой черед настал. Ну денек на 9/10 так как мне было нечем заняться в свободное время, но меня спас от скуки тот, от кого я совсем не ожидал, и да Кадзутора, я помню про планерку, и что там нам устроят разъеб жопы, не надо напоминать. Завтра день будет еще насыщеннее, так что прошу отписаться мамам быстрее и выспаться. Кстати по секрету, директор и его шпала зам. Обходят корпуса и комнаты пол двенадцатого и не дай бог вам в это премия попасться с телефоном или не спящими, гуськом вокруг корпуса. Так что аккуратнее в ночной деятельности. Все, а теперь в корпус, готовиться ко сну.» Весь отряд двинулся в корпус, наконец то спать.