История в лагере

      Сегодня лучший день по мнению Кисаки. Пошел дождь. Наконец то ты не с ног до головы потный и липкий. Несмотря на то что идет дождь, все всё равно на улице, хотя это даже дождем называть нельзя, это ливень, хотя-бы без грозы. На случаи дождей у каждого отряда было крытое отрядное место. Первому отряду мало повезло, у них была театралка, где почти вся площадь, не считая сцены, была заставлена лавочками. Директора, как и его зама, никто не видел. То что сказали вожатым на планерке, то они и передали. –Такс-с алкоголики, тунеядцы, хулиганы, готовы к труду и обороне? Сегодня по плану тема «Спорт — это жизнь.» У нас есть спортсмены? –Ну я могу выступить с акробатическим номером. –Оке-ей, кто еще? Ну вы че такие кислые сегодня? –Эх, был бы я моложе, я б вам показал мастер класс. Да я и хоть щас готов, но мне выступать так то нельзя. –Угомони свой пыл, дед. Тебе уже двадцать пять, нечего кулаками махать. –Ой, Кадзутора, завали а? Я еще молод, красив и энергичен. Ханма ударил рукой воздух и тут же схватился за локоть, да-а он определенно уже дед. –Ну хоть кто может выйти комплекс упражнений под музыку показать? Нет? Тогда я сам выберу. Кадзутора тыкнул на трех человек и к несчастью Кисаки, он попал туда. –Да он и раза не сделает это. Зачем его ставить то? Какая то девушка была против выступления. –Нам могут баллов не додать. Кисаки на это зло цыкнул. Захочет сделает, а оно ему не к чему. –Ну раз так, то ты можешь выступить вместо него. К тому же выступали только парни, а ты разбавишь эту муть. Лицо Ханмы оставалось нейтральным, но он сказал эту фразу достаточно саркастично и эмоционально. Порой многие поражались этому, хотя довольно большое количество людей могли точно так же, но они походу не пробовали так делать. А дождь тем временем стал сильнее, и где то слышались раскаты грома и удары молний. Вожатые решили, что лучше завести детей в корпуса. Пока все со своих отрядных добежали до корпусов, промокли насквозь. При том одежду даже не повесишь, дождь льет туда где висят веревки. Но делать особо нечего, пришлось повесить туда, не в комнате же вещам преть. Закончив переодевание, вожатые собрали всех в одной комнате. –Предлагаю рассказывать страшные истории. Я много знаю. Тем более про наш лагерь. –Та ты задолбал, чуть страшные истории, так сразу лагерь. –Просто признай, что ты зассал. Только мне бы еще из этой тучи выбрать подходящую. –Да не зассал я. Валяй уже, достал лишним базаром. Весь отряд молча сидел и наблюдал за этой словестной битвой титанов. –Ну хорошо. Вы уже не маленькие, так что должны уже не бояться. Эти байки я еще мелким рассказывал. Не далеко от нашего лагеря есть еще один. Только он давно заброшен и иногда туда приезжают снимать какую то фигню. Тот лагерь построен еще задолго до нашего. Там до его закрытия якобы призвали какое то существо. Его призвали на сон часу, но ничего не произошло. Естественно позже про него как бы и забыли. А оно хоп, и появилось, стали дети куда то пропадать. Позже их находили в лесу мертвыми, будто они сами себя убили. Кто то обставил это так, что все будто и поверили. После нескольких таких случаев лагерь закрыли, но рядом зачем то построили наш, мне мелкие говорили, что иногда вечером видят белые, почти прозрачные силуэты за забором лагеря. Я думал ну придумали что, а потом мне рассказали эту историю. Ханма видел как кое кто нервничал и подливал масло в огонь. –А еще они приходят за хмурыми вожатыми с бананами на башке. Вааа!!! В Ханму прилетел кроссовок с другого конца комнаты. Испугался то не только Кадзутора, но и некоторые суеверные девочки. Кисаки конечно был не девченкой, тем более не суеверной, но испугался, конечно виду не подал, но вожатый то знал что этим легко можно напугать детей которые в лагере впервые. –Ощущение, что вы эту историю из «Взахлеб» вычитали и нам пересказали. –Все почти верно, если бы автором не был мой знакомый. А вот теперь думайте, нап… кхм, соврал я или чуточку приукрасил. –Да ты откровенно, извиняюсь за выражение, напиздел!!! Вон половина дрожит, и не от холода! В добавок ливень за окном. К тому же нам скоро на обед. Последние слова сильно осудили пыл Кадзуторы, рвать и метать все в Ханму хотелось меньше. Он считал, что был не суеверным, но после случая с монетой под пяткой на экзамене он верит в любую чушь, умело затертую. А Ханма как раз умел пиздеть. Конечно кто нибудь еще успел бы историю рассказать, но эти разборки были безусловно интереснее чем всякие ужасы. Все уже как то и забыли про них. До столовой от корпуса пришлось бежать, кто то даже навернулся. На сон часу Ханма заскочил в комнату Кисаки пока его соседи куда то отошли. –Ты это… Не бери в голову, это чистой воды шутка, да я и не думал, что подействует на кого то кроме Кадзуторы. Ханма слегка усмехаясь, стоял в дверном проеме. –В общем и целом прости если не сможешь уснуть. Он ушел вовремя, недостающие люди вернулись в комнату, естественно с вопросами. –Что тебе сказал вожатый? Ругал за что то? Честно Кисаки сам сидел в ступоре, ладно если бы он сразу перед всеми извинился, но не похоже что он заходил еще к кому то. –Нет не ругал. Просто парой слов перекинулись. Зашедшие парни переглянулись, обычно на такие мелочные вопросы их сосед отвечал типа «Не ваше дело» на этот раз они получили ответ. Но им казалось, что он либо соврал, либо совсем не в духе. Они решили его не доставать и оставить в покое, потому что по их впечатлениям Кисаки сам был явно в смятении. Редко перед ним за такие мелочи извинялись. Да еще и люди старше него. Он решил не мучиться и лечь спать. К сожалению ливень так и не прекратился, Кадзутора решил сходить в основное здание, где находится всё и все кроме вожатых и детей. Там же должны были быть заместитель директора и он сам. Только дойдя до нужного кабинета он встретился со злой вожатой четвертого отряда — Эммой. Он поинтересовался что же случилось, после чего побежал к своему корпусу в слезах. Нет никто не умер, это были слезы смеха. Смеха от того что конкретно там произошло. И Кадзуторе надо было рассказать об этом его другу-коллеге. –Аххпхп Ханма-а-а ты не представляешь чего я узнал, аааа боже я от смеха чуть не лопнул пока бежал. Кадзутора еле успокоившись сел на кровать. –Рассказывай, чего же ты там узнал? –Выходит значит мне на встречу Эмма, буквально пар из ушей, злющая при-злющая. На свой страх и риск я спросил. Апахзхаха… Кадзутора опять заржал. –Помнишь говорили что она влюблена в зам. директора? Так вот… Боже я щас со смеху тресну. –Та ты заманал. Не тяни кота за причандалы, выкладывай. –Ой ой. Ну вот, с ее слов «Я вошла значит в кабинет, а брат буквально на столе лежит! Да и причем как и перед кем! Ладно бы девушку наконец нашел, но нет же блин у меня увел считай парня. Конечно я разозлилась, а твоя реакция если бы ты свою сестру со своей девушкой застукал?!» Бляяя я так с этого ржал, что думал она меня прям там чем нибудь стукнет. –Погоди, брат? Она о Майки? Стоп, они родственники?! Ахереть. –Ты не знал что ли? Я думал олд как ты должен знать. Я думал что тебя и этим не удивлю, но я видимо только думал. –Нет, то что они могут хухры мухры на стороне, об этом я догадывался. Но то что они родственники нет. Но мне еще попадалась инфа то что Изана с Майки братья. –А тут уже я прихуел. Кто информатор? –Как кто? Изана. –Хапзахах. Я только щас понял, ля шашни крутят коллеги, ближе всего друг к другу. Как там Хайтани живут? –Хпахпх тебя за такие мысли они же и отпиздят. Их на стороне то ждут. Не надо тут ахах. А вот четвертый отряд… –Хлебало на ноль. Одну только что «элегантно» отшили, другой ощущение вообще параллельно, да и если обе о наших разговорах узнают, то не жить больше нам на этом свете. –Мы по-моему про кого то забыли? –Ну да, про нас и забыли. Меня моя любовь там где нибудь под забором и грохнет если я хоть думать об этом начну. А ты то холостяк. –Пока что холостяк. Люди растут… Кадзутора закатил глаза и снова перебил Ханму. –Я конечно все понимаю, но тебя я не понимаю. Ему некуда то расти, метр шестьдесят его потолок. –Да я не про рост. –А ну ври больше. Знаешь же, люди маленького роста… –Завали, Кадзутора, ты то тоже по сравнению со мной не высок. Да и точно тебе больше не вырасти. А ему еще расти. –Ага, растишки ему купи, заебал по мозгам ездить. Девушку лучше бы нашел, а не интрижку вел, тем более с несовершеннолетним. Да это даже до интрижки не до расло, ты для него пока что не больше родителя. –Вот именно, что пока что. –Ой задолбал меня с ним. Если провалится план, я буду давать показания в суде против тебя. А Ханма от Кадзутора и не ожидал другого. Вот и время бежать на мероприятие, ух как будет угарно смотреть за цирком между этим любовным углом — недо треугольнтком. И он оказался прав. После этого инцидента оба главы сидели розовые пока объявляли номера. Эмма же зло поглядывала на них. Не лагерь, а гей клуб одним словом.