Химия должна быть в сердце...

Проснувшись утром, Антон зевает и тянется к телефону. Странно, но сегодня он проснулся без будильника. А до него ещё полчаса. Антон разблокировал телефон и увидел, что у него одно непрочитанное сообщение. Прочитав его, Шаст хмурится и набирает ответ: Вы: Извините, но я не понимаю, кто вы? Ответ пришёл почти сразу, как будто этот человек сидел, и мониторил страничку Антона Неизвестный: Забыл меня? Как же так… Нам ведь так весело было… Антон решил забить и заблокировал этого человека. Ну мало ли… Выключив телефон, парень встает с кровати и потягивается. В глазах снова потемнело, но Антон потряс головой и взгляд прояснился. Он пошёл в ванную, почистил там зубы, умылся и посмотрел в зеркало. Кажется он ещё больше похудел. Впалые щеки, острые скулы, ребра можно было пересчитать пальцами. Антон тяжело вздохнул и вышел из ванной. Придя в комнату, он открыл шкаф, достал чёрные джинсы и фиолетовую толстовку, надел вещи и стал выбирать украшения. На это ушло минут двадцать, так как Антон тщательно все подбирал. В итоге на правой руке было четыре кольца, а на левой три. Антон развязал бинтик на запястье и выкинул в мусорное ведро под столом, а после залил порезы перекисью водорода. Промокнул ватным диском и надел браслеты на руки, чтобы скрыть шрамы и порезы. Антон собрал портфель и взяв телефон, вышел из квартиры. Идя по улице, Антон достаёт из кармана сигареты, вытаскивает одну, поджигает кончик зажигалкой и закуривает. Шаст не замечает, как пепел опадает с никотиновой палочки и падает на руку. Парень шипит от боли и выкидывает сигарету. Вдруг, он резко останавливается и до него доходит. Номер то, совсем не неизвестный. Дышать становится тяжело, а руки затряслись. Сердце казалось вот вот вылетит из груди. Антон зажмурился, помотал головой и выдохнув, пошёл на остановку. Придя в школу, он здоровается с техничками и топает в раздевалку. Оставив там куртку, Антон поднимается в кабинет. Взглядом бегает по нему, пытаясь найти друзей. Серёжу искать не пришлось, он запрыгнул на спину Тоши, обнимая. Антон сначала испугался, но услышив знакомый голос — успокоился. Серёжа слезает с него и улыбается. — И тебе привет. — Антон натянуто улыбнулся. В этот момент к нему подходит Дима и Оксана. Поз жмёт ему руку, а Окс обнимает. Вся четвёрка садится за парты. Антон с Оксаной, а Серёжа с Позовым. Антон переводит взгляд на учительский стол и замечает, что Арсения Сергеевича ещё нет. Антон решает, что он просто опаздывает, поэтому вместе с Серёжей, начинает рассказывать Окс и Диме, о вчерашнем. Когда прозвенел звонок, дверь открывается и в класс заходит женщина. Она садится за учительский стол и оглядывает всех — Так, одинадцатый класс, сейчас здесь остаются только те, кто сдает химию или биологию, а остальные могут идти. — Чё за хуйня? — спрашивает Антон и недоуменно смотрит на друзей — А хуй знает.— отвечает Серёжа и встаёт с места — где Арсений Сергеевич? — спрашивает Антон у женщины. Его взгляд взволнованно бегает по её лицу. Оксана заметила состояние друга и погладила его по плечу. В отличие от Серёжи, она прекрасно читала парня. Но были моменты, где было не понятно, чем и при каких обстоятельствах была вызвана реакция паренька. И вот с утра, у Тоши подрагивали пальцы периодически, да и он нервный был. Девушка решила, что поговорит с Антоном по дороге домой. — А мне откуда знать?! — сказала женщина. Все, кроме Окс, Димы и Антона, вышли из кабинета. Учительница улыбнулась —Ну что? Начнём занятие? — будто бы у нас выбор есть, — тихо сказал Антон и вздохнул — Чего ты там вякнул? — Чего слышали, — передразнил училку Антон. —Ну-ка вон из класса! К завучу, быстро! Все трое! Антон закатил глаза и собрав вещи, вышел из кабинета вместе с друзьями. — Слушайте, Павел Алексеевич нам ничего не сделает. Ещё и чаем напоит, так что пошлите к нему, — сказал Дима Антон и Окс согласились. Все трое подошли к кабинету Павла Алексеевича. Однако его там не оказалось. —странно. Обычно у него всегда первые уроки есть. — Оксана посмотрела на Антона, который места себе не находил от волнения. Он начал загоняться и винить себя во всех грехах. Девушка взяла его за руку и поднявшись на носочки, прошептала на ухо — Тош, все хорошо. Успокойся. — погладила его по спине. — Я ничего не понимаю… — Дима нахмурился — Ладно, у нас алгебра следующая, пойдёмте к кабинету, — сказала Оксана и отстранилась от Тоши. Дима кивнул и направился к нужному кабинету. Оксана и Антон пошли следом. Все оставшиеся уроки Шаст просидел, как на иголках. Он все думал, что с Арсением, почему его и Паши нет в школе. Ещё и это утреннее сообщение... Оксана, Дима и Серёжа видели состояние друга, пытались поддержать, но выходило не очень. Четвёрка друзей выходит из школы. Все облегчённо выдыхают. Дима и Серёжа прощаются с Антоном и Оксаной, после чего уходят по домам. Шасту и Окс по пути, поэтому они идут вместе. Сначала шли молча, но потом девушка решила заговорить первая — Антош, что у тебя случилось? — сказала она и посмотрела на парня — ничего, все хорошо, —Антон тяжело выдохнул — Я же вижу, что нет. Ты можешь мне рассказать, правда. — Ладно. Давай ко мне пойдём, я там и расскажу? — хорошо… Через полчаса Оксана и Антон сидели в комнате последнего. Антон тяжело выдохнул и закрыл глаза. — В общем. Начну с этого, — Антон закатал рукова толстовки и снял браслеты. После показал порезы и шрамы Оксане. Та взяла его за запястья — Боже, Тош. Зачем.? — она взволнованно посмотрела на него — это не все. Ещё на рёбрах и ляжках. Короче. В старой школе меня унижали. Избивали за школой и не только там. Дразнили, обзывали, и все это из-за моей худобы. До всего этого, я питался нормально, но потом и сам начал загоняться и почти перестал есть. Начал курить. В десятом классе к нам в класс пришёл новенький. Его зовут Эд, или же Эдик. Мы сначала дружили, но в один из дней мы были у меня дома. Я замечал за ним странности. Он мог меня погладить, ласковое слово сказать, но я особо не придавал этому значения. Мы сидели у меня в комнате, играли в плойку. Мама была в очередной командировке. И вот этот Эд, как бы невзначай кладёт руку на мою ногу. Начал поглаживать. Потом толкнул меня на кровать, начал целовать, я сопротивлялся, но он был явно сильнее. В итоге Эд меня изнасиловал… И это повторялось не один раз. Было даже в школьном туалете. Я ведь ему верил. Эд был единственным человеком, который меня не гнобил, а защищал, но видимо просто втирался в доверие. И у него получилось. А сегодня утром, мне пришло сообщение от него, — Антон выдохнул и посмотрел на Оксану, которая казалось не дышала. В глазах читался шок. Спустя минуту молчания, девушка отвела взгляд и закрыла глаза. — Господи. Какой ужас. Блять, я. Я не знаю, что сказать. Ты рассказывал кому нибудь об этом? — Нет, ты единственный человек, который знает об этом, не считая меня и Эда, — Антон почувствовал, что глаза щипит и в этот же момент по щеке скатилась слеза, а за ней и вторая. Оксана обняла его и прижала к себе. Антон начал рыдать, он задыхался из-за нахлынувших эмоций. Воздуха катастрофически не хватало. Сердце билось с бешеной скоростью, а с слезы нескончаемым потоком лились из глаз. — Тош, посмотри на меня… Дыши. Давай, вдох. Выдох, — Антон пытается востоновить дыхание и вроде получается. Дышать стало легче. Через десять минут Антон успокоился. Оксана заварила ему чай с ромашкой и дала успокоительное. Антон сидел на кровати, колени прижаты к груди, а в руках горячий чай. Сам он был укутан в плед. Оксана сидела рядом, положив голову на его плечо и гладила по колену. — Антош, тебе лучше? — спустя минут десять молчания спросила девушка — Да, спасибо… Только никому не рассказывай об этом, ладно? — Конечно, Тош. Я и не собиралась. Это слишком личное, но я рада, что ты смог мне доверить это. Антон кивнул и допив чай, поставил кружку на тумбочку. — Антош, а ты Арсения Сергеевича любишь? — неожиданно спросила Оксана Антон почувствовал, как кольнуло что-то в груди от этого имени и нахмурился — наверное. Я не знаю. Как это понять, люблю я его или нет? — Ну смотри. Что ты чувствуешь, когда видишь его? — Волнение, — немного подумав, ответил Шастун — угу. Тебе хочется, чтобы он тебя обнял, поцеловал? — Хочется. — Ты считаешь его красивым? — Конечно. — Ты по уши влюбился, Тошка. — Оксана улыбнулась и взъерошила рукой волосы Антона. — Блять. Мы не будем с ним вместе… — это ещё почему? — он ведь взрослый, тем более не гей, зачем ему я? От меня одни проблемы. К тому же это не законно. —Ну. Закон нам не писан. Антош, я думаю, Арс тоже что-то чувствует к тебе. Ты бы видел, как он смотрит на тебя. — Как? — Антон поджал губы, в ожидании ответа — Как на добычу. Буквально пожирает взглядом, — Оксана убрала прядку волос за ухо и улыбнулась. — Да ну нет. Тебе показалось, — настаивал на своём Антон. Он кусал губы, отрывая зубами корочки от небольших болячек. — Значит не мне одной показалось. Дима и Серёжа подтвердят мои слова, — девушка скрестила руки на груди, довольно смотря на Антона. — Ладно, даже если и так… Что мне делать? Я не смогу ему признаться. А вдруг он скажет, что я ебнутый, ударит меня ещё. Тогда я точно вскроюсь. — Так, а вот этого не надо. Не сделает он так, я уверена. Тош. Я не буду на тебя давить или заставлять. Когда решишься — признаешься, — Оксана убрала с его лба налипшую чёлку. — Хорошо, я понял. — Есть чё покушать? А то живот вурчит уже, — девушка встала с дивана и пошла на кухню. Открыла холодильник и увидела, что там, как говорится, «Мышь повесилась». — Не поняла. Антон, ну-ка иди сюда. Ой, ну все, пизда мне. Антон поднял задницу с кровати и поплелся на кухню. — Что? — Ты чё, совсем не ешь? У тебя в холодильнике в помине ничего не было. Нет уж. Так не пойдёт. Продуктов у тебя нет, так что заказываем пиццу. — Оксан, я не хочу есть, — жалобно сказал Антон. — А уже всё. Поздно, — Окс заказала пиццу и колу. — Надеюсь ты любишь четыре сыра, потому что я обожаю. Антон закатил глаза и сел за стол. Через минут двадцать, раздался звонок в дверь. Оксана побежала открывать, а Антон грустно выдохнул. Пришла девушка уже с пиццей и картонными стаканчиками в руках. Поставила всё на стол и открыла коробку. — Ммм, — взяла кусочек и откусила. — Как же вкусно.Давай тоже ешь. Антон тоже взял кусочек пиццы и откусил. Затем ещё и ещё. Антон почувствовал, как желудок сводит, а кишки выворачиваются наружу. — Я сейчас. В туалет схожу, — Антон положил кусочек обратно в коробку и побежал в туалет. Включив воду в раковине, чтобы не было слышно столь «прекрасных» звуков, он сел на колени перед унитазом, и вставил два пальца в рот, дабы ускорить процесс. Его вырвало. Сначала той самой пиццей, а потом лишь желчью. Антон закрыл крышку унитаза и нажав на кнопку, смыл воду. После он быстро умылся, прополоскал рот от остатков рвоты и неприятного привкуса. Вытер лицо полотенцем, вышел из туалета и вернулся на кухню. — Антон. Объясняй. Иначе и звоню Арсу.