Зимний вечер с кошмарной привычкой.

Зимний вечер, совсем скоро Рождество, а настроение плывёт к чертям. Идиотский вечер в идиотской компании недоумков которых нужно называть «братья». На душе дерьмово, клонит в сон ,но уснуть никак не выходит. Чёртова Бессонница будто бы крепость, не позволяет Морфею овладеть юным телом и забрать с собой в мир снов. И это только сильнее утомляет. В тесной комнате сверкает гирлянда из-за чего ребит в глазах. Но выключить её нет сил. Плюс если и не смотреть на неё в притык, то комната освещена довольно приятным зелёным светом, который изредка угасает. Музыка играющая на этаж ниже жутко раздражала. К счастью его комната находилась не на первом этаже, и располагалась в конце дома, из-за этого какофония с первого этажа была приглушённой. Клону номер пять было неизвестно почему это его «братья» решили устроить концерт во втором часу ночи. Ведь сами они всегда затыкали его во время прослушивания треков без наушников, даже если он не подключался к колонке. Всё это так раздражало, что пятому стало наплевать на сон. Нет, он чувствовал усталость и боль в голове, но это на плане с его недовольством, это были мелочи. Приняв на кровати сидячие положение, Вару подполз к предкраватной тумбе. Нижний ящик ни как не поддавался, дёрнув его со всей силы, наконец-то можно было увидеть содержимое. Недолгие поиски и в руках у парня были зажигалка и пачка сигарет. Выпрямившись в спине Вару на коленях прополз в доль кровати к окну, по пути накидывая на плечи тёплый плед. Встав с кровати пиковый спокойно открыл маленькую форточку, и чиркнув закурил сигарету. Прислонившись к старому подокойнику валет сделал затяжку и непринуждённо выпустил дым из-за рта. На данный момент одна лишь затяжка была всём для этого парня. Успокоительным, наркотиком, всем! Один лишь вдох табака быстро одурманивал мозг и ослоблял напряжение. Ничего не могло помешать блаженству, лучше этого ведь только марихуана… Именно так думал чёртов торчек. Его разум сразу же наполнял дым и он ловил кайф от папирос после трудного дня. Трудного дня среди раздражающих личностей по типу «Червоный», « Бубнов» и конечно же «Трефов», с его любимым Пиковым Королём. Эти существа всегда довили друг на друга, и готовы были убить. У червовых вечные перепалки и крики за добро и любовь, трефы читают натации и рыдают. Бубновые, бубновые раздражали пятого тем что они заботятся о нём. «Привыкший жить в одиночестве, никогда не привыкнет жить в стае» пронеслись слова Данте, в голове Вару. Даже как то обидно. Возможно Красный Король и сам не понимает как приносит боль людям, по крайней мере душевную. А Габ… С ним всё не так уж и плохо. Вару всегда считал его более мение нормальным средь всех этих идиотов. Пускай и туповат, но честен. Честностьи и стойкости в нём не занимать. Даже Пиковый Король срывается раньше выслушивая в свой адрес критику. Этот же парень проглатывает всё, и нет ни как это делает Зонтик, а по своему. Он выслушивает всё от и до, а потом выплесктвает волну возмущений в адрес собеседника. Ещё одна затяжка. Комната наполняется дымом так как слишком маленькая форточка не справляется с такой массой дыма. Ещё пару затяжек и мозг будет одурманен. Если бы только Вару мог, так же сейчас выпить «Красного Вина 1985г» И принять пару таблеток, жизнь бы была прекрасна. Стена под именем «Бессоница». Разрушилась бы, и Морфей тут же бы забрал его в Мир Снов. Но увы его планам было бы не суждено сбыться на всё 100%. Единственный у кого есть наркотики это Рикаро’ДеКарли — пиковая десятки который неплохо так общался с кантробандой торчков. Но увы ему и Вару запрещено обшятся как и общим королём, так и Фёдором. Объясняется это тем что десятка плохо влияет на вальта. Да они и сами это осознавали, курение, тяга к алкоголю, наркотики… Всё это передолось Вару буквально за месяц общения с этим парнем. А после юного мафиози отправили в другой город. Какой? Да черт его знает, они просто втюхнули ему деньги и пообешяли новое жильё. Это всё о чем знал парень. Тяжёлые мысли всегда могли одолеть едкий дым в мозгу. Некий туман перед глазами расеелся, из-за чего стало как-то грустно. Сделав ещё затяжку, Вару задержал дыхание в раздумиях. Из окна доносились звуки тормозов, гудков и прочих городских явлений. Вроде бы ночь, но шумно как днём. Это бесило. Ведь живут они в маленьком городке, по всюду двухэтажные дома, а шумно как в мегаполюсе. Ещё пару затяжек, и резкая боль. Боль в груди, боль вызывающая сухой кашель. Боль из-за которой окурок выподает на подоконник и потухает. Боль из-за которой приходится звататся за грудь и падать на пол, держась за обжигаюшую батарею. — Крхххгх… Кхх… — Неприятные басовые звуки вырываются из губ и глушат. Приходятся стоять на коленях и от кшаливатся но холодном плинтусе. За дверью в глуши коридора раздобтся глухие шаги, они приближаются, но к сожалению слишком тихие чтоб услышать во время кашля. Скрип двери, резкий рывок с характерным звуком, и скрип порожка. В темноте двери поевляется силуэт длинноволосого парня с сияющими глазами во тьме. — Вару… Ты спишь… — Бассовый голос с лёгкой хрипотой шёпотом произносит имя задыхающигося, а после с ужасом вздыхает и бросается на пол. — Вару твою мать! Пиковый король прислоняется к телу вальта и оказывая перву помощь, надавливая на живот, избавляет от кашля. Валет с затуманеным взглядом оглядывает короля и расслабившись прислоняется ближе и не желает разрывать контакт. Король скверно гледит на своего торчка и сухо произносит. — Знал я, эта блядь до хорошего не доведёт… — Протягивая, руки он забирает упавшую на пол пачку сигар и с силой выбрасывает в окно. — Мразь… -Скверно произносит валет и кидает взгляд в окно. — Ты мне теперь должен сотку… Конечно обычные папиросы стоят вовсе се сотню рублей, намного меньше, особенно из местного ларька. Но Вару было всё равно, ведь ту цену что он скажет ему и вернут. Вернут, а куда денутся… Король протяжно цокает и укутывая младшего в плед, переносит его на кровать. Вару отводит взгляд и указывает на дверь, так и говоря «Закрой, там шумно». Король это понимает сразу и не вставая с края кровати закрывает дверь на защёлку. Вернувшись к вальту он шепчет на ухо: «Имено из-за этого шума я и ушёл к тебе». Оно и понятно, комната Пика располагается на втором этаже близко у лестнице, и буквально над залом на первом. Музыка там скорее всего прям так и барабанит по барабаным перепонкам. Пик прижался к валету и выдохнул тёплый воздух в шею. Мелкая дрожь прошлась по телу кучей, нет ордой. Лёгкий холод передернул тело, это заставило подтянуть одеяло повыше к ключицам. А холодные руки залезли под майку и затронули ареал сосков, худой живот с параю бледных шрамов прогнулся от холода правой руки старшего. Пик поглаживал торс младшего, постепенно спускаясь вниз к бёдрам. Паралельно он выпускал горячий воздух в грудь мальца, тот же в свою очередь лежал не подвижно и старался не подовать виду что ему хоть капельку приятно. Этому помагало затуманеное сознание, и остаток того шока после недолгого «торможения» лёгких. Очередной кашель. Сухой кашель, разрывающий грудь и лёгкие. Боль, затихающая боль, растворяется в тёплых прикосновениях. Тело сомо поддаются на ласки и поддатливо выгибается в спине. Пиковые пользуются друг другом не в первой. Никогда это небыло чём-то зарание запланированым. Всегда неожиданно, и не в совсем в подходящий момент. Как и в этот раз. Не вовремя, но всё же охото, охото вновь. Ты знаешь что это вновь будет также, в начале нежно а потом очередная боль. Но ты ведешся, ведешся в ночь, но всё эти ласки и провокации. Пик уже стянул штаны с валета и через боксеры мнёт член младшего. Тот уже отбросил свой образ скромного и не прикорного парня. И сменился на привычного, поддатливого но к сожилению не совсем уж и скромного подчененого. Парнишка сам начал подталкивать на развитие сюжета. Тихие соты, мычание, движения бёдрами, всё это актёрская игра мастера. Пиковый Король тоже довольно не терпелив, поэтому не хочет гстонавливатся на обычных косаниях как какие-то школьники. Боксеты тоже спускаюися к коленям, туда же где и штаны. Пик откидывается назад и отталкивает Вару подальше. Последний же внимательно смотрит на движениям короля. Штаны падают на пол, за ними и боксеры. Хитрый взгляд поднимается на вальта. Тот без единого слова всё понимает. Ему достаточно малейшей секунды чтоб устроится меж ног и заглотить головку. Вару уже был мастер, ну по крайней мере так себя он называл крутясь перед зеркалом ванной. Сейчас он вздыхая приходился по члену язычком и постепенно брал больше. Пик на это только вздыхал. Ему и в правду нравилось когда младший делал ему менет. Постепенно пик тоже начал сбрасывать свой костюм «милого ухожора» и начал помогать Вару набирать темп. Пик крепко держал вальта за волосы и подталкивал его на всю длину. Да тот и не против, он томно вздыхал и кривил лицо в кагекао. Постепенно набрав темп Пик начал помогать Вару, делая еле заметные в темноте комнота движения бёдрами Рвотные позывы до сих пор остовались когда член проникал в горло. Но их можно и задержать для получения оргазма. Ведь это намного приятней чем потом сново от кашливатся. Ещё пару толчков и король изливается в подчененого — Не глотай… — сухо говорит король, на что разумеется получает удивлённый взгляд вальта. — Сегодня мы у тебя, да и я не клонировал сегодня трахатся, так что сперма послужит смазкой. — Вару делает вид что он изначально понял и уже хочет выплюнуть на руку старшего половину. — Нет если ты хочешь можем и на сухую попробывать, но я сомневаюсь что… — Ммза хмаззхны хмыым!!! (Сука только попробуй!!!) -Взвизгивает Вару и хватает старшего за запястье. Через секунду на ладони короля поевляетс белая лужитца. Вторую часть Вару до сих пор держит по рту. — Если ты так хочешь глотай. — Тихо говорит Пик клодя младшего на спину и забрасывая его ноги на плечи. Валет непромедлительнл взглатывает остатки спермы и при чмокнув губами говорить колкость на подобии " Ну ты и не вкусный» На что получает закатаные глаза и холодное прикосновение к пульсиоуешиму отверстию. Пик не оброщает внимание на подобную дурь. Просто смазывает проход и свой член импровезированой смазкой. Потом протягивает одну руку к лицу Вару, тот в начале её понимает к чему это. И обнюхивает её. Позже до его затуманеного разума доходит, что так будет менее больно, и Пик хочет сделать растяжку. Разумеется это заставляет его взять пальцы в рот и обсосать их. Через пол минуты Пик выдергивает руку и вновь прикосается к выходу. Вару вздрагивает когда один палец проникает внутрь и начинает двигаться ,затем второй, движение на подобие ножниц, а затем и третий. Долго времени на растяжку Пик не даёт. Вару уже имеет опыт, и скажем так не один. Минуты достаточно чтоб валет сам начал насаживается на пальцы и жилать ещё. Пару движений и пальцы выскальзывают, слышится разачеровоный стон а после мычание. За это время у пика сново встал, пускай это и не сильное возбуждение но всё-же. Пиковый Король прислоняется к отверстию головкой члена, Вару на это томно вздыхает, и выгибается в спине. Пик поддаётся желанию и вставляя младшему. На что получает довольный вздох торча. Парочка нежных толчков и в тело проникают ещё пару сантиметров. Вару желает большего и ему это лают, Пик делает резкий рывок и проникает на половину. Этого достаточно чтоб стало не комфортно и даже больно. Боль Вару не любит, никакую боль. Поэтому он сильнее раздвигает ноги перед королём. Тот и не против, он окончательно откидывает роль хорошего портнера, и начинает резкие толчки. Проникает то внутрь на всю длину, то выходит почти полностью. Вару уже не сдерживает себя и стонет как последняя бльдь. Сам подьалкивается и выгибается в спине когда член упирается а его простату. Пик же ускорял темп, но старался не применять боль. С каждым разом он сбивался в тело с новой силой. Возбуждение росло, а Вару был готов кончить в любую минуту. Через минуты три Вару излился себе на живот, и начал глатать воздух. Пик кончил через несколько толчков после. Выйдя из Вару он лёг рядом и обнял, грудная клетка младшего бесперерывно двигалась в верх , вниз. Старший же, уже привёл дыхание в норму. Сухой кашель вновь попытался разорвать лёгкие мальца. Пик обеспокоено привстал и поднял за собой младшего. Уже будучи в седячем положении Вару наконец откашлялся. — Пора завязывать курить, бестолочь! -прошипел Пик поглаживая того по спине. — А то гляди, скоро лёгкие откажут, или печень после очередной бутылки вина. — Многое ты в этом понимаешь, урод. — хрипло отозвался Вару. — Это привычка понимаешь, её сложно бросить даже на сутки. — Я же вон, неделю тебя сексом не донимал! Я смог и ты сможешь. — скверно сказал тот и сново лёг на постель. Вару еркнул за ним и прижался к торсу, руки огладили его и остонавились на ключицах. Губами он прикоснулся к шее и прошептал: — Значит, я твоя вредная привычка, раз уж ты вернулся.