split and fold

ㅤㅤПтица седьмой день снаружи — и Сереже страшно, но ради прямого сосредоточенного взгляда Игоря он душит всхлипы, горько наслаждаясь подобным вниманием. ㅤㅤвторая личность, отвратительно смеясь, дразнит возможностью связаться с Громовым и тотчас отрезает пути к спасению, позволяя лишь в немом ужасе наблюдать за тем, как вновь и вновь расцветает пламя, застилая образ последней надежды. ㅤㅤ— у тебя нет ничего, а я нужен этому городу! — вопит Птица, пока не чувствует воду и потрескиванье закоротивших проводов; пока Сережа не слышит уверенное, до приторности абсурдное, — у него есть друзья. ㅤㅤИгорь оторопело поворачивается на голос, сосредоточенность испаряется, уступая место паническому беспокойству, замешательству и чему-то знакомому. ㅤㅤвпервые Птица содрогается. ощущает на общем теле все ранее нанесенные раны, потому что Разумовский внезапно вспоминает Олега. настоящего Олега. не его серьезность, не силу, а взгляд — стремительно теплеющий, стоило им пересечься. ㅤㅤкак же Игорь на него похож. ㅤㅤПтица ехидно отмечает, что в этот раз взгляд, полный нежного щемящего беспокойства, был адресован не Сереже. точно не ему. ㅤㅤправую руку начинает нестерпимо жечь — ладонь сжимает фантомное рукопожатие из бара; на краю сознания, словно зажеванная пленка в проигрывателе, повторяется звук разбивающегося стекла. надежда есть, Громов поможет, как только поймет, что снаружи лишь альтер-эго. ㅤㅤда, Птица снаружи уже седьмой день подряд — и Сереже жутко от происходящего, но эта схожесть с лучшим другом, — мертвым лучшим другом, — воскресила самое ценное. желание сражаться. ㅤㅤи он рвется из стороны в сторону, что внешне видно лишь легким подергиванием головы, неуловимым шагом на пару миллиметров правее-левее. мало, катастрофически мало, не достаточно, чтобы взять тело вновь под контроль. но в стальной хватке Птицы есть бреши, нужно лишь собраться и атаковать. ㅤㅤсилы заканчиваются, Разумовского охватывает жар — сознание продолжает сражение за одну единственную мысль. за один порыв. ㅤㅤо Господи, Игорь так похож на Олега. он поможет ему забыть этот ужас, только нужно еще чуть-чуть постараться. еще немного и можно раствориться в исцеляющем рукопожатии. потом все равно, будь что будет. зло прерывает мятеж, клацает клювом, видит слабое место. ㅤㅤПтица снаружи седьмой день подряд; Птица внутри уже как двадцать лет — и Сереже больно, она вытаскивает наружу все тайны, секреты, желания. заставляет смотреть на то, от чего хочется прямо сейчас же вскрыть вены. ㅤㅤ— ну вы, — заливается смехом Птица, из последних сил перебирая ногами, разворачивая стул, раскрывает пострадавшие глаза, чтобы было видно лучше, — поцелуйтесь еще. ㅤㅤРазумовский тот час понимает — это конец. ㅤㅤсначала повисает напряженная неловкость. дальше под свой контроль обоих берет нечто подсознательное, пробудившееся под влиянием адреналина. вкус победы на языке, но Дима резко смотрит в пол, от его бравады нет и следа, слегка краснеет, потому Гром мгновенно теряется, что-то угрюмо бормоча себе под нос, а затем с несвойственной робостью наклоняется к напарнику, оставляя неловкое прикосновение сухих губ на лбу. в неловких движениях прослеживается такая жажда, что воздух буквально наэлектризован. ㅤㅤперед глазами у Разумовского цветные пятна — ему, наконец, вернули контроль над телом. в ушах призрачно звенит отчаянный, торжествующий смех Птицы. ㅤㅤСережа на мгновение улыбается, чувствуя, ком в горле. затем полная обреченности улыбка превращается в оскал. ㅤㅤа был ли он предназначен Игорю, как и тот ему, хотя бы в одной из вселенных? ㅤㅤневажно. в восьмой раз день не повторится. теперь двое стали единым целым.