Этот идеальный мир

2006 год. Весна. — Ну наконец-то доехали, — Сатору небрежно кинул сумку у входа и сразу бухнулся на кровать звездочкой. — Эй, ты даже не снял обувь и уже ложишься на свежую посте… — Секо не договорила, как увидела еще одно туловище, летящее на кровать, которая неприятно скрипнула под его весом. — И Гето туда же, — Секо закатила глаза и тоже положила сумку на пол.       Это было что-то вроде выездной миссии. Яга решил разделить первогодок и второгодок и устроить небольшое путешествие в маленькие городки под Токио. Он поехал с первогодками, чтобы убедиться, что все пройдет гладко, оставив второгодок одних, надеясь на их опытность и ответственность. Но смотря на этих двух дурачков, пытающихся скинуть друг друга с кровати, Секо внутри себя глубоко вздохнула и пожалела, что никого из взрослых к ним не приставили. — Да ладно тебе, у тебя даже отдельный номер есть, — Гето поправляет сбившийся пучок и встает на пол. — А вот мне придется находиться в одном помещении с… ним. — Да, со мной, — Годжо поднял довольно голову, но тут же нахмурился, опомнившись. — Что? Как это понять «с ним?», — но в ответ лишь прилетает подушка в лицо, сбивая его очки набекрень. — Время позднее, скорее всего мы не успеем обойти окрестность, — Гето взглянул на телефон, но явно не ради проверки времени. Дисплей был без единого уведомления. — Как это не обойти окрестности? Я хочу найти лучшую лавку со сладостями в этом городе! — Годжо поднял палец вверх. — И позднее время меня не остановит. — Сатору, все, что сейчас открыто, это круглосуточный магазин, — Секо задержалась в дверях, — если у вас двоих нет никаких планов на вечер, я пошла на боковую. — Мы тебе звякнем.       Спустя какое-то время после того, как ребята разложили вещи, каждый пошел в душевые. Минус таких маленьких мотелей — это душевые, которые находятся на первом этаже. Неудобно каждый раз спускаться и ловить взгляды на своем сонном помятом лице и растрепанных волосах. Выйдя из ванных комнат, Гето переоделся в широкие черные шорты, белую длинную футболку и шлепки. Мокрые волосы не стал собирать, а полотенце повесил себе на шею. Подойдя к автомату, нажал на кнопку с водой и наблюдал, как машина лениво передвигает бутылку. Да уж, тут все очень устарело. Бамс. Послышался звук удара о кафель, как будто что-то упало. Коридор был безлюдным и плохо освещенным. Кажется, что кроме персонала, который лег давно на боковую, и их самих в мотеле не было никого. Гето долго смотрел в пустоту, пытаясь уловить какое-то движение. Затем послышался глухой звук упавшей бутылки воды, что снова вернуло внимание парня на автомат.       Недолго думая, он снова нажал на кнопку, но уже с банкой колы. Сатору наверняка тоже захочет пить. Пока автомат, как черепаха, будто им не пользовались тысячу лет, вытаскивал банку из полки, Гето решил все-таки проверить темный конец коридора. Медленно дойдя до середины свет на одной из лампочек замигал, а потом и вовсе потух. Прекрасно. Гето вызвал проклятие размером с ладонь, живот которого был как пузырь и излучал свет, как светлячок, указывая путь. Вокруг витала звенящая тишина, кроме ритмичных похлопываний шлепок о ступни мага. Наконец он дошел до конца коридора и увидел пустое ведро, валяющееся у подсобного помещения. Видимо, упало. Он поднял его и дернул ручку, но подсобка была закрыта. Странно. Гето аккуратно поставил ведро рядом с дверью, чтобы работник не потерял. Не успев обернуться, заметил, как два голубых фонаря уставились на его из тьмы. — Годжо, я твои глаза в темноте видел тысячу раз, и ты решил все равно меня напугать? — Гето закатил глаза и закрыл лицо друга своей ладонью, чуть толкая в сторону, чтобы пойти обратно. — О чем ты, я всего-лишь хотел тебя проверить, готов ли ты к внезапному нападению, хе-хе, — он быстро убрал его руку и обогнал. — И проклятие вызвал специальное. Темноты боишься? — ухмыльнулся и ткнул пальцем в живот проклятия, от чего тот неприятно закряхтел. — И вот надо было тебе устроить весь этот спектакль с ведром, чтобы напугать меня, — Гето не оборачиваясь на друга, направился к лестнице, ведущей к номерам. — Там кола в автомате твоя. Если тебя не будет к номере через 5 минут, я закрою дверь, и будешь спать в коридоре. С этими словами он скрылся за поворотом. Раздался звук падающей жестяной банки. — А о каком ведре идет речь?

***

— Гето, тут до сих пор вместо дисков кассеты, сколько же лет этому мотелю? — Годжо рылся в шкафчике возле телевизора, чтобы найти что-то посмотреть на вечер. — И одно старье. — Что там к примеру? — Матрица, Американский пирог, Такси, Где моя тачка, чувак? , Пила, Титаник… Скукота. — Может, посмотрим ужасы? — Секо открыла пачку чипсов и плюхнулась рядом на кровать с Гето. — Смотреть ночью в одиноком отеле ужасы — клише, — фырнкул Сатору, продолжая перебирать кассеты. — Да признайся, что ты просто боишься, — Гето ухмыльнулся, и до того лисьи глаза стали еще более хитрыми. — С чего мне бояться? — Годжо пытался сделать голос еще непринужденнее, — я просто все это смотрел. — Да ладно тебе, я здесь, с тобой в этой комнате, никакая бабайка тебя не утащит. — Заткнись, Сугуру, — шикнул беловолосый маг, — я буду смотреть, если мы найдем что-то действительно стоящее. Смотри сам не обоссы свои штанишки. — Давай я тогда тебе помогу, — Секо спрыгнула и тоже начала перебирать кассеты. — Хмм… Крик, Пункт назначения, Джиперс Криперс, Очень страшное кино… — Это не ужасы. — Знаю. О! Ведьма из Блэр, я такой не смотрела. — Ведьм не существует, — пробубнил Годжо. — Как и Джиперс Криперса… Сатору, не будь как ребенок, — Секо уже хотела обратно укладывать кассеты в коробку, как увидела кассету с интересной обложкой. — Проклятие? Хм. Не слышала о таком. — Фильм о нас? — Сатору все не прекращал излучать сарказм. Гето подошел и взял с позволения Секо коробку и перевернул прочитать аннотацию: — «Проклятие умерших обитает в местах, где они жили, поджидая новую жертву. Когда проклятие находит новую жертву — она умирает. А проклятие становится только сильнее. И так, убивая жертву за жертвой, однажды брошенное проклятие распространяется, как вирус, и плетёт сеть ужаса…» — Пф, что за бред, они как раз возникают с большей вероятностью в местах с большим скоплением людей… — Сатору, так и скажи, что ты не хочешь смотреть, потому что боишься, — Гето вручил обратно кассету девушке и похлопал его по плечу. — В любом случае мы можем посмотреть мультики. — Я не боюсь каких-то там выдуманных фильмов, — Сатору встал и гордо выпрямился, — мы еще и не тех изгоняли! Так что, Секо, врубай, и только попробуйте завизжать как маленькие дети. Будете должны мне 8 штук моти. Нет, 10 штук! — с этим заявлением Годжо лег на кровать, ожидая, когда кто-то из ребят вставит кассету. — Окей, договорились, — Гето ухмыльнулся, будто зная заранее, что выиграет. Секо посмеивалась, наблюдая за всем этим спектаклем. Вставив кассету и нажав на плей, вся троица расположилась на кровати: Годжо посередине, а Гето и Секо по бокам.       Фильм начался, и за все это время никто из друзей не дернулся, стараясь не поддаваться на скримеры. Хотя Сатору иногда нервно кусал губы на каждом напряженном моменте. Наконец наступили финальные титры, и все трое смогли выдохнуть. — Как вам фильм? — Секо обернулась на парней, включая свет в комнате. — Нормально! — Туфта! Гето удивленно посмотрел на друга: — Тебе не понравилось? — Говорил же, эти дилетанты совсем не знают, как выглядит проклятие и как оно зарождается. — Саторууу, — Гето стукнул себе по лбу, — это фильм, а не документалка, основанная на реальных событиях. — Я свое слово сказал, — Годжо положил очки на прикроватную тумбочку. — В следующий раз выбираю фильм я. А то вообще не страшный выбрали, специально, чтобы мне моти не покупать, — Годжо надул губы, скрестив руки на груди. — Так, я пошла подышать свежим воздухом, пока вы тут деретесь друг с другом, — Секо вышла, зажав между зубами сигарету. В комнате воцарилась тишина. Гето принципиально не шел на разговор, достаточно раздражаясь поведением друга, когда последний так и продолжал дуться. — И вообще, что за ведро ты имел ввиду? — Что? — Гето нехотя повернулся. — Ты сказал там в коридоре, что я как-то связан с ведром? Что ты имел ввиду? — Ой, не строй из себя дурачка. Сам же опрокинул ведро, чтобы я подошел ближе, и тебе было легче меня напугать. — Гето… — Сатору медленно поворачивает голову на Гето, — я правда не трогал никакого ведра.       Тот увидел серьезное выражение лица Годжо, но тут же раздался грохот из коридора. Ребята быстро подскочили и выбежали в коридор. — Это была Секо? — Черт, ей вот самой не страшно выходить на улицу в такую темень? — Сатору как-то сжался, и Гето впервые увидел друга беспокойным. Снова раздался грохот, будто что-то упало. — Сюда! — ребята побежали в сторону источника звука. В конце коридора обнаружили черный выход, куда могла предположительно выйти Секо. Недолго думая, ребята вышли на лестницу. Никого там не оказалось. — Разделимся. Я наверх, а ты — вниз. — Гето, ты дурак? Первое правило ужасов — не разделяться, — глаза Годжо сверкали из-под очков. — Ты шутишь? Какие ужасы, Сатору, мы в реальности. Миссия нашей поездки — поймать духа, который похищает туристов. Может, это он и есть, и Секо в огромной опасности. — Ха-ха-ха, — раздался зловещий женский смех, от чего оба парня затихли. — Вверх! — они тут же ринулись по лестнице, переступая ступеньки. — Вот и разделяться не надо, — прошептал Годжо, от чего получил пинок в колено. — Чш! Оно где-то здесь. — Я ничего не чувствую. Поэтому либо это букашка низкого уровня, либо тут вообще никого нет. — Насчет «три» врываемся в дверь и занимаем позиции спиной друг к другу, чтобы был полный обзор коридора. Годжо квинул. — Раз, два, — Ребята, а что вы тут делаете? — АААА! — парни подскочили и резко обернулись от испуга, готовые уже применить все техники единоборства и подручные средства, чтобы отбиться. Но оказалось все до банального просто. Это была Секо, которая смотрела на дурачков с изогнутой бровью. — Вы бы видели свои лица, — Секо держалась за живот, громко смеясь. — Даже стараться не пришлось.       Ребята затихли, опустив взгляд на пол. — Значит, все-таки моти достанутся мне, — сверкая улыбкой, довольная девушка развернулась и начала спускаться. — Так это была все время ты? — одновременно проговорили ребята. — С ведром я боялась, что получится банально, но грохот в коридоре, из-за которого вы ринулись меня спасать… ребят, я думала, вы сообразительнее, но вместе айкью у вас падает ниже нуля.       Гето покраснел из-за того, что так легко попался на удочку, а Годжо все равно не хотел принимать поражение, надув как обычно губы, идя следом за Секо. В это время мобильный телефон завибрировал в кармане Гето, и он тут же разблокировал экран: — «Как проходит миссия? Извини, я была вчера занята и вот проснулась. Уже соскучилась, хотя улетела буквально 2 дня назад. Годжо все такой же придурок? Передавай привет Секо. Люблю тебя.» На последнем лицо Гето расплылось в улыбке и он тут же начал отвечать девушке, пока ребята возвращались в номера. Гето стал переживать, что от Мико не было ответа 2 дня, но теперь ему стало чуть спокойнее. Он уже скучал по запаху ее волос, веснушках на ее щеках, звонком смехе, мягких губах. Он точно не будет спать этой ночью, переписываясь с девушкой. — Ладно, я приму тот факт, что ты реально смогла нас разыграть, — начал Годжо. — Даже не подумал, что ты вообще на это способна. Секо довольно хмыкнула: — Я даже специально попросила принести в номер кассеты с ужасами. Брови Годжо взметнулись: — Может, ты еще и мотель такой заброшенный сама выбрала. И неработающие автоматы. И этот зловещий смех репетировала небось несколько раз. — Какой зловещий смех?.. — Секо резко остановилась и недоуменно взглянула на ребят. — Я никакой смех не изображала. Гето отвлекся от телефона и переглянулся с Годжо. Затем послышалось из конца коридора голос, искаженный нутром проклятия: — Приходите гости в наш уютный моте-е-е-ель… Чувствуйте себя как дома.

***

2016 год.       Гето открыл глаза ото сна, ловя себя на мысли: ему снова стали сниться эпизоды из его далекого прошлого. Настолько далекого, что он даже не знает, а было ли это все наяву. На часах двенадцать ночи. Гето устало потер глаза и встал с кровати, накинув халат, так как спал он в одних штанах.       Направившись на кухню, он включил телевизор и поставил греться чайник. Девочки же давно спали глубоким сном, поэтому маг старался не шуметь. По новостям вещали обезьяны, но Гето уже давно перестал на это раздражаться. Новости ему помогали их понимать больше, знать, чем они интересуются, не вступая с ними в прямой контакт. Идеально. Чайник уже вскипятил воду, так что Гето достал свою большую кружку и коробку с чаем. — А теперь к новостям искусства. В Токио подошла к концу выставка известной художницы греческого и японского происхождения Анаи Митсуко. Рука Гето задержалась над чайником, и он резко поднял голову на телевизор. — Сегодня был последний день, когда можно было приобрести на официальном аукционе ее работы.       Гето оперся руками о столешницу, вены на руках от напряжения набухли. Он снова ее упустил, и снова по глупости. Теперь она точно его не простит, точно никогда не захочет увидеть. Он планировал сделать все постепенно, но не сдержался. Находиться с ней рядом словно быть в саду рядом с самым одурманивающим цветком. И он снова не сдержался испробовать ее нектар. Она буквально вчера стояла в его квартире, в этом красивом платье. Ее длинные волосы были все так же мягки на ощупь, а губы — слаще любого ванильного крема. Что даже возникла мысль: может, он и не зря ее поцеловал. Может, он это сделал в последний раз.       Вдруг он почувствовал что-то странное. Что-то защекотало внутри его солнечного сплетения. Что это за чувство?

***

Днем ранее.       Мико стояла в дверях ванной, держа в руках фотографию, на которой был Сатору, ее молодая версия и копия Гето. Тот, который не копия, стоял в спальне перед ней, опустил взгляд на фото, и его глаза тут же округлились. — Это… мы? — недоуменно спросила девушка. — Что происходит? Кто ты на самом деле? Гето выгнул бровь, тоже не понимая до конца, что происходит. — Только не говори, что ты не вспомнила… — Вспомнила что? Говори сейчас же, кто ты черт возьми такой? Откуда ты меня знаешь, почему дата стоит 11 лет назад, а ведешь себя, будто впервые меня видишь? Может, ты из этих гребанных сектантов, кто когда-то меня похитил? Решил соблазнить, и затем убить или закончить дело, которое не смог когда-то их мастер? — Мико едко выдавала каждое слово, размахивая перед лицо фото. Гето все это время проницательно на нее смотрел, давая девушке выговориться. Затем после ее затишья он начал: — Это же какое заклятие на тебе сидит, что даже мой поцелуй не помог тебе вспомнить? — усмехнулся Гето, больше даже обращаясь не к девушке, а к самому себе. — Кто они? Ты про своих ребят-сектантов? — Твоих друзей. — Ты хорошо осведомлен, смотрю, — Мико скрестила руки на груди. — Я… прости, я не должен был тебя вот так целовать и втягивать снова в этот клубок. Это все мой эгоизм взыграл и мои… чувства.       Мико округлила глаза. Смотря прямо на Гето, который с разочарованием и каким-то отчаянием смотрел на нее. Ему так хочется верить, что это просто за гранью фантастики. И что значит чувства? Они были близки? Снова посмотрела на фото. На этот раз внимательнее разглядывая его. — Я точно помню, что мы с Сатору пошли на рок-фестиваль, — задумчиво проговаривает, ведя глаза по лицам прошлого. — Затем его подменили. Это был маг, который владел техникой копирования. Тогда я узнала, что Куросава был предателем и хотел меня забрать к Нему.       Гето внимательно ее слушал, не перебивая и боясь спугнуть воспоминания девушки, как будто его слова словно пыльцу сотрут с крыльев бабочки. — Я точно помню, но как там оказался ты? Ты тоже был в колледже? — внезапно резкая боль пронзила голову девушки. Она опустилась на колени, не в силах с ней справиться. Картинки сменялись друг за другом. Картинки ее прошлого, ее юности. Годжо, Секо, Яга, Юки, которая была ее наставницей, Дайчи, его распластанное тело в крови, Сатору, парящий на проклятии, Секо с сигаретой в руках. Гето. Гето? Мико зацепилась за это мгновение. За этот эпизод, который мимолетно пролетел в ее голове.       Она, лежащая на земле и смотрящая в небо. Нет. Это было не небо. Это был потолок. В звездах. Да. Будто проекция. Она поворачивает голову в сторону и видит его. Теплый взгляд. Мягкая отстраненная улыбка. Челка. Запах хвои. Гето не мог смотреть на страдания девушки и тоже опустился на колени, поддерживая ее за плечи, которая билась все это время в агонии. Со стороны это выглядит так, но внутри головы она застыла во времени. Только его лицо и музыка на фоне. Еле уловимая. — Нет. Этого не может быть.       Затем она снова будто выныривает и делает первый полноценный вдох. Зрение фокусируется. Она видит лицо Гето, обеспокоенное ее недавним припадком. Такое же. Только мимических морщин стало больше. Лицо более мужественное. Что это было? Отклик из прошлого? Или это его техника, которая затуманивает ее разум, вводит в заблуждение. Она медленно кладет свою руку на его. И резко отшвыривает. — Не трогай. Меня.       Мико резко встает. Чуть пошатываясь. Но встает. Бросает на пол фото, берет сумку и выходит из спальни. Гето встает и идет за ней. Девушка резко останавливается. — Кто бы ты ни был — держись от меня и моей семьи подальше.       Мико еще несколько лет назад тогда решила. Никакой пощады. Никаких магов из колледжа, Японии. Она выходит из квартиры и хлопает дверью. Гето на удивление не последовал за ней. Девушка уже в лифте села на корточки, глубоко дыша. Все эти дни были каким-то абсурдом. Она снова лезет в ту часть жизни, которую давным-давно закопала. Похоронила. Вместе с той частью личности. Теперь она больше не та Мико.       Это была неплохая попытка со стороны этого монаха. Она даже почти поддалась его чарам, сделав шаг навстречу разрушению своей жизни. Она совсем забыла об Арисе, работе, Греции. Пора возвращаться домой. С этой мыслью девушка ехала обратно в отель. Нужно собрать вещи и уматывать с этой проклятой земли. Открыв дверь, Арис был достаточно удивлен наряду девушки и тому, как она бросилась в его объятия и крепко обвила руки. — Прости, я совсем не уделяла тебе внимания, — девушка поглаживала его кудри. — Теперь довольно этого Токио. Я хочу домой.       Арис отстранился и взглянул девушке в лицо. — С тобой все хорошо? Тебя не было сутки, и ты тут же бросаешься ко мне. Не то, чтобы я жаловался, хех, — парень почесал затылок, усмехнувшись. — Поедем домой?       На следующий день пара занималась упаковкой чемодана. Девушка написала Куросаве, который в свою очередь уже начал готовить расписание встреч на неделю. На своем последнем дне выставки девушка не присутствовала, передав все хлопоты своему временному ассистенту. Упаковывая инструменты, девушка заметила ту самую коробку с красками, которую подарил ей Гето. Мико решительно ее взяла, подошла к мусорке и кинула на самое дно. Облегчение появилось в ее душе. Будто груз с плеч упал. — Дорогая, вылет завтра, так что давай сегодня вечером поужинаем где-нибудь в самом красивом месте? — Арис подошел к девушке, отвлекая от мрачных мыслей. — Нет, я хочу сегодня побыть дома, с тобой. — Так ты и будешь со мной, и мне нужно кое-что тебе рассказать. Это очень важно. Мико нахмурилась: — Так скажи сейчас. — Нет, давай дождемся вечера, хорошо? — он нежно поцеловал ее в лоб и улыбнулся. — Не буду отвлекать, — и ушел на кухню.       Раздался звук уведомления телефона. Мико взяла его из-под груды всякой бумаги на столе и то, что она увидела, удивило ее не меньше, что происходило за последнее время. Ючи: «Я в Токио, брориста. Когда сможешь принять гостя?» Ючи? В Токио? Мико: «ТЫ СОВСЕМ ИДИОТ? ЧТО ТЫ ТУТ ДЕЛАЕШЬ?» Ючи: «Я даже через текст слышу твой крик. Разве я не могу побывать на своей родине?»       Мико тут же набирает его телефон. После трех гудков (этот жук по-любому смотрел сейчас на телефон и выжидал паузу) наконец он ответил: — У меня плохие новости: я завтра улетаю из Токио. — Что? — Ючи явно не был готов к этому, — то есть, я зря выжидал нужного момента? — Так ты еще тут долго был, я смотрю? Небось, был тайным шпионом контрол-фрика, то есть, Куросавы? — Мико не скрывала язвительность в своем голосе. — Нет, я… — настала пауза, — беспокоился о тебе. — В каком это смысле? Думал, меня снова могут похитить?       Мико чувствовала, как Ючи наверняка закатывал глаза. — В общем, если будет сегодня время — нам нужно увидеться. Я время тут тоже зря не терял, знаешь ли. — Зачем? Увидимся уже в Греции. — Нет, это важно, — голос Ючи был непривычно серьезным. «Что ж всем так резко захотелось сегодня вечером серьезно поговорить». — Если я сегодня освобожусь — я тебе напишу. Все. Я ухожу дальше собирать чемодан. — Надеюсь, что сегодня получится.       Мико ничего не ответила и тут же завершила звонок. День теперь не обещает быть спокойным. Девушка взглянула на мусорное ведро, но тут же отогнала мысль и продолжила заниматься делами.       Этим же вечером Мико, выбрав не слишком вычурный наряд в виде брюк и блузки, выехала вместе с Арисом в ресторан, который находился в самой дорогой части Синдзюку. Он располагался на крыше небоскреба, откуда открывался шикарный вид. Арис выглядел немного обеспокоенно, но всячески старался держаться и не показывать этого. Но Мико это все равно настораживало. Может, у него что-то случилось. Он всегда был тем самым якорем в «обычную» жизнь, не касающуюся проклятий, магов и прочей нечисти. Оазис стабильности. Он был просто человеком, которые напоминал всегда, что она тоже человек, и у нее есть человеческие чувства. — Мико, мы друг друга знаем несколько лет, но каждый раз ты раскрываешься для меня всегда по-новому, — Арис на какой-то момент решил начать эту речь, взяв девушку за руку. — Ты восхитительная женщина, которую я вряд ли когда-либо найду. Спасибо за то, что ты есть в моей жизни. — Так, Арис, что случилось? — Мико стала немного беспокоиться, пытаясь читать его слова между строк. От чего парень начал смеяться от ее серьезного выражения лица. — За это я тебя и люблю. Боже, ты не представляешь, как я тебя люблю, — внезапно Арис встает из-за стола и достает из кармана коробку. — О черт… — Аная Митсуко, ты выйдешь за меня?       Время застыло на месте. Кажется, сейчас происходит тот момент в жизни, о котором мечтает каждая девушка, верно? Мико не до конца даже осознает, что происходит. Вот он, принц на белом коне, стоит на колене и предлагает связать их жизни. То есть, якорь решил точно зафиксировать ее в реальном мире. Неужели она… сможет зажить как нормальный человек?       Арис немного неловко себя чувствовал, так как прошло уже несколько секунд, но девушка была глубоко в своих мыслях. Шагнуть ли в мир стабильности и оставить позади этот хаос. — Да, — наконец произнесла девушка, отвечая больше на последний вопрос, нежели на вопрос парня. Нет. Не парня. Жениха? Вау.       Тот в свою очередь с загорающимися глазами надел на палец заветное кольцо, поднял девушку и заключил ее губы в поцелуй. Но Мико была не здесь и сейчас. Ее разум витал где-то там. Оставляя за собой остатки той жизни, с которой она попрощалась только что.       Вернувшись в отель, Арис в предвкушении продолжения вечера вел себя как прилипчивый кот, но Мико попросила его подождать, так как ей нужно было отлучиться. Ючи уже ждал ее внизу в фойе отеля. — Буду буквально через десять минут.       Как только Мико спустилась вниз, то обнаружила друга в компании какого-то парня, который в свою очередь мило хихикал. Мда уж. Что-то или кто-то в этой жизни никогда не меняется. — Ооо, моя лучшая подруга, — Ючи хотел уже было представить Мико тому парню, но по тому, как она демонстративно направилась сразу на выход, Ючи понял, что смысла нет, и виновато улыбнувшись, вышел следом. — Ну ты как всегда ломаешь кайф, — Ючи плелся за подругой, но тут же остановился, обнаружив одну деталь, — кольцо?       Мико остановилась и обернулась: — Да. Он сегодня сделал предложение. — Боже, поздравляю, — Ючи обнял подругу, — я кажется не один тут кайфолом, но скажу честно, я не жалею об этом. — Да-да, — Мико отстраняется, — я знаю, как ты его «любишь» и как ты «рад» за нас. — Я всегда говорил, что этот тюфяк тебе не пара, — фыркнул Ючи, — такой сильной женщине обычный историк-преподавашка в подметки не годится — А если я тебя назначу подружкой невесты? — Мико заговорчески произнесла, от чего в глазах Ючи загорелись звездочки. Но они тут же потухли. — Ладно, так уж и быть. Но я тут не за этим. — Кстати да, о чем же ты так сильно хочешь поговорить? — Во-первых, Куросава — та еще жопа, и это причина, по которой я здесь, — Ючи стал резко серьезным, — он не хотел, чтобы я тут был. И причину ты знаешь. — Ты не маг из приюта, так что тебе нечего здесь бояться. — Нет, я не об этом, — Ючи глубоко вздохнул, — изначально я должен был быть тем, кто тебя остановит от продолжения расследования. Сердце девушки ёкнуло. Воспоминания прошлых дней снова нахлынули. — Откуды ты знаешь? — Я все это время за тобой следил, прости. Но решил не вмешиваться, потому что… вмешался он. Мико поняла прекрасно, кого имеет ввиду Ючи. — Откуда ты его знаешь? Ючи замолчал. Смотря долго на девушку, он снова глубоко вздохнул. — Значит, настолько глубоко ты погрузилась… — Ючи больше проговорил это про себя. — Он не должен был вмешиваться. И он — причина, из-за которой ты продолжила. Улавливаешь связь? Ты не должна была это делать. И я должен был остановить. Но, — глаза Ючи были полны грусти, — как я могу решать судьбу чужого человека, если вас она снова свела вместе. — Что…       Мико попятилась назад. Что значит снова? — Я знал Гето с тех самых времен, когда вы познакомились. Как и ты. И, судя по твоему осознанию, ты его вспомнила. Но, видимо, не до конца. Я не знал, что существует еще большее проклятие, которым владеет твой клан. И оно находится в сердцах каждого неравнодушного человека. И тебе решать, какому проклятию победить в этой борьбе.       Мико взглянула на своего друга по-новому: перед ней был не тот молодой повеса, а будто сознательный зрелый мужчина. — Я здесь лишь для того, чтобы сказать, — он взял ее за руку и нежно сжал, — я всегда на твоей стороне.       Руку пробило словно током. Мико не заметила, как они оказались внутри парка. До боли знакомого парка. Воспоминания снова прошлись сквозь ее голову: прощание в аэропорту, первый поцелуй, моменты на крыше, его комната, ее постель, их тела, запах, поцелуи, глаза, улыбка, и, наконец, он, нависший и защищающий ее от проклятия там, в парке, где они стоят. Там, где все началось. — Гето… — Мико начала плакать, слезы катились по щекам без остановки, а рука друга сжималась все крепче, как спасательный круг. Она вспомнила все. Она впустила его в свою жизнь. Снова. Она обрела себя. Снова. Она его любит так же, как любила тогда. Снова. Голова, кажется, разорвется от потока воспоминаний. — Все это время, — Мико шептала, она совсем не узнала свой голос, — все это время я жила не ту жизнь. У меня ее стерли. Забрали. Забрали все. Я не принадлежала себе. Ючи боялся шевельнуться все это время, но в итоге решил обнять девушку и позволить поплакать на его плече. — Я не могу, — вдруг произнесла она. — Я не могу вернуться в ту жизнь, — она отстранилась от друга, взглянув ему в глаза. — Если я снова вернусь в ту жизнь, я не смогу быть нормальной. Иметь мужа, детей, нормальную работу. Я не могу. — Право твое, — все что ответил Ючи. — Если кто-то и был в праве менять твою жизнь, то только ты.       Мико отвернулась, убирая с щек слезы тыльной стороной ладони. В груди сжимало то, что дано не билось так сильно. Нет. Оно билось. Так же, как когда он каждый раз целовал ее. Когда касался. Когда разговаривал. Мико мотнула головой, убирая остатки наваждения. Но надолго ли?       Спустя какое-то время девушка снова вернулась в отель. Вернулась не сразу, чтобы Арис не заметил следов недавнего плача, поэтому ей пришлось несколько раз умыться холодной водой. Войдя в номер, Мико встретила тишина. Пройдя в спальню, девушка обнаружила Ариса, спящего на кровати. Видимо, не дождался и решил провести эту ночь в объятьях сна. Девушке стало ужасно стыдно, что она снова пропала. Пройдя в ванную комнату, она заперла дверь и медленно подошла к зеркалу.       События прошлого отголосками всплывали в ее голове. Но Мико решила принять в этот раз свое прошлое. Но идти дальше. Приглядевшись, Мико заметила как передняя прядь волос стала полностью белой. Будто она только что перекрасила ее в пепельный блонд. Только на кончике оставался темный цвет. Порывшись в инструментах, она вспомнила, что единственные краски, которые были — это те магические, подаренные Гето. Но выбор был не велик.       Мико достала их из мусорки и открыла палетку. Взгляд упал на коричневый и черный, смешав которые с синим выйдет как раз подходящий цвет. На время перелета точно выдержит. Макнув кисточку в синий, ее рука застыла. Снова взглянула на свое лицо в зеркале. Бирюзовый. Она когда-то любила этот цвет и красила прядь им постоянно. Также эта цветная прядь была на той фотографии. Той, которую она нашла после того поцелуя. Черт. Девушка не могла теперь убрать его из головы. Он как гребанный магнит. Каждая часть его манит. И манила даже до того, как он начал снова пробираться в ее память. Мико стало страшно. Страшно от того, что она бы отдала все, чтобы снова побыть с ним рядом. Прикоснуться к нему. Спустя столько лет он помнил ее. Она читала его любовь на его губах, когда они касались ее.       Мико себя ненавидела. Ненавидела за то, что рушит чью-то жизнь сейчас. Не только свою. Ей было намного легче, когда она не имела выбора. Теперь чаша весов перед ней, а в ее руках груз. Из-под крана капала вода, будто отбивала секунды до конца. Мико снова опустила взгляд на палетку и макнула вторую кисть в белую, смешав краски, выводя в окончательный цвет.       Несколько минут спустя Мико заканчивает собирать сумку и кладет туда ноутбук, документы. Подходит к кровати Ариса, смотрит на его умиротворенное лицо. Кладет записку на прикроватный столик и кольцо сверху. — Прощай.       После того, как девушка вышла из отеля, она наконец глубоко выдохнула. Сев в такси, она указала уже знакомый ей адрес. Всю дорогу она вспоминала каждую деталь, прокручивала все моменты, как в первый раз, как фильм, на премьеру которого она пришла впервые. Выйдя из машины, она сначала размеренным шагом, но затем быстрым приближалась к храму, где она провела большую часть ее командировки. Почему здесь? Она не могла это объяснить.       Войдя на территорию храма, на удивление, внутри не было охраны. Но на лестнице у входа стоял мужчина. Спрятав в рукава руки, он задумчиво смотрел вверх, пока еще ее не замечая, так как он стоял спиной. Но как только ее нога ступила во двор, он тут же обернулся и застыл на месте. Мико тоже остановилась. Вглядывалась в его лицо, пытаясь уловить хоть какую-то мимику, но все что она видела — это прямой взгляд, который прожигал в ней всю душу. Грудь его постепенно стала двигаться быстрее и быстрее. Губы приоткрылись, но звука из них Мико не слышала.       Сумка случайно слезла с ее плеча и нарушила тишину между ними, упав на землю. Будто давая знак, Гето очнулся и тут же шагнул ей навстречу. Мико тоже. Пока он не сгреб ее в свои руки, родные, сильные руки. Мико обхватила его шею, утонув в его одеждах, уткнувшись в твердую грудь. Запах. Родной запах, который не изменился спустя десять лет. — Как ты здесь оказался? — Как ты поняла, что я тут?       Они оба одновременно задали вопросы и тут же улыбнулись от этого. Он трепетно положил руку на ее щеку, поглаживая ее своим большим пальцем. Заглядывая в ее бирюзовые глаза, которые смотрели на его с нежностью и любовью. — Ты… вспомнила… — это был то ли вопрос, то ли утверждение, но Мико все равно кивнула. Девушка не успела опомниться, как Гето тут же наклонился и впился в ее губы медленным чувственным поцелуем. Не ускоряя темп, но и не замедляя, чтобы сполна почувствовать ее вкус. Руки девушки зарылись в его длинные волосы, в то время как его руки нежно обхватили ее лицо, углубляя поцелуй, от чего девушка замычала от удовольствия.       Его мягкие губы переплетались с ее, его язык властно ей овладевал, не давая ни намека, что она еще кому-то принадлежит. Тут совершенно нет сомнений. Девушка ненароком потянула волосы у края его шеи, от чего уже Гето замычал в ее губы, и по телу прошла волна мурашек. Его руки гуляли по изгибам ее фигуры, зубы покусывали ее нижнюю губу, и затем снова со страстью он продолжал целовать. — Я ждал тебя несколько лет. И вот ты вернулась. Мико уже не могла сдержать эмоций, и несколько слез покатились по ее щекам. — Надеюсь, монашество тебе больше не понадобится, когда я рядом. Маг усмехнулся, немного посмеиваясь грудным смехом. — А надо бы. Я сейчас опаснее дикого зверя, — и проговорил он совсем не по-доброму. Затем резко поднимает девушку, позволяя обвить ноги вокруг его талии, уводит ее вглубь храма, где двери за ними закрываются. — У тебя в храме есть спальня? — Мико не открывалась от него, проговаривая между поцелуями. Гето на секунду оторвался от ее губ. — Даже лучше, — ухмыльнулся Гето, — сейчас увидишь. Пару коридоров, и они оказались у массивных дверей. Гето, поддерживая девушку одной рукой (она и забыла, насколько он сильный), открыл дверь и вошел с ней внутрь. — Вау, так это не спальня, а целые покои. Разве храм — это не дом только для богов? — Мико лукаво улыбнулась, прикусывать его нижнюю губу. От чего Гето мычит ей в губы и кладет девушку на спину на широкую кровать. — Ты усложняешь. Я еле сдерживаю себя сейчас. — Зачем? — Мико приподнимается на локтях. — А разве ты не хочешь поговорить о нас? О том, что произошло? Я уверен, у тебя много вопросов ко мне, — он аккуратно заделывать прядку волос за ее ухо. — Как мы можем разговаривать, если каждая клеточка моего тела жаждет твоего. Мое тело скажет тебе больше. — На самом деле я делаю вид, что приличный. Но если бы ты знала, какие мысли у меня сейчас в голове, — он медленно наклоняется. — Я тоже хочу ласкать каждый дюйм твоего тела, — он нежно целует и посасывает тонкую кожу ее шеи, — приносить тебе наслаждение, — прикусывает ее сосок сквозь полупрозрачную футболку, — слышать твои стоны подо мной, — поднимает футболку и целует вдоль ее живота внизу, — и мое имя, когда тебя накрывает пик, — он медленно снимает с нее джинсы, пробираясь поцелуями до границы ее белья — Гето, пожалуйста.       Он, не медля, снова целует ее губы, немного грубо, но Мико хочется еще грубее. Она справляется с его одеждой. Ткань за тканью падает на пол, больше показывая его мускулистую фигуру в свете луны: широкую грудь, четкий рельеф пресса. Спустя десять лет он стал еще шире, еще мускулистее и Мико хотелось съесть его целиком. Следом летит ее одежда и нижнее белье. Его нижнее белье. Он проводит пальцами по ее самому чувствительному месту между ног, отчего та выгибается и двигает бедрами навстречу. В это время не оставляя живого места на ней.       Он со стоном, осознавая, насколько она готова для него, разводит ее ноги и устраивает на своей талии, и наклоняется над ней. — Я ждал этого столько лет, — он почти шепотом произносит и медленно входит. Их губы снова слились в поцелуе, а их тела — в жарком огне. Затем он двигает бедрами еще и еще, и еще. Не останавливаясь. Громкие шлепки кожи о кожу, звуки поцелуев и стоны заполнили спальное ложе. Это было так правильно. Будто два пазла наконец соединились воедино и создали тот симбиоз наслаждения. Будто этих десяти лет и не было между ними, будто все встало на свои места. Его имя стоном срывается с ее губ, которые он беспощадно атакует, покусывает, а его бедра наращивают темп. — Быстрее, Гето, быстрее.       Она тянет его за волосы, он стонет ей в шею, крепче сжимает своими бедрами его талию. Слова стали еле различными, он тонет в ее ласке, в ее теле, в ее разуме и сердце. Гето чуть приподнялся, положил руку на место, где сплетались их тела и начал стимулировать еще больше, на что девушка, наплевав на все рамки приличия, откровенно начала стонать, не думая, что кто-то может слышать. Только он. Его пальцы. Его тело. Его естество. Этот танец длился до того момента, пока оба не достигли кульминации, и волна оргазма накрыла их обоих. Гето обрушился совсем обмякший на Мико и глубоко дышал, восстанавливая дыхание. Капельки пота стекали по его вискам. Девушка тоже отходила от накатившей волны, фокусируя взгляд на потолке и на его запахе. Его личном запахе тела, которая она готова носить на себе всегда.       Он медленно выходит из нее и ложится рядом, тут же притягивая ее миниатюрное тело к себе и зарываясь лицом в ее волосы, которые спутались от недавних действий. Мико тоже обвила руки вокруг его большой фигуры, уткнувшись в его грудь и сфокусировавшись на учащенном сердцебиении. Которое с каждой минутой становилось все медленнее и медленнее, пока не дошло до привычного нормального ритма. Что начал убаюкивать, и вскоре девушка уснула, так и не расслабив свои объятия.