Принадлежащая мне звезда

      Прошло полгода…       С тех пор, как я очнулся в незнакомом помещении, привязанный к каталке.       Когда я только пришел в себя, я был в ужасе, я вырывался. Но ничего не работало. Не сразу, но я смог заметить несколько камер в разных частях комнаты, в прочем, все они были расположены под потолком. Меня затрясло. Я понимал, что нужно успокоиться, что нужно оставаться в здравом уме, чтобы придумать, как отсюда выбраться. Но паника брала верх надо мной. И с каждой минутой становилось всё хуже. Правда, через какое-то время я смог заставить себя успокоиться, внимательнее оглядел помещение. Никого рядом не было, это давало мне шанс проверить, где что находится, просчитать, смогу ли я сбежать.       И по моим расчетам… Сбежать я не имел никакой возможности…       Хотелось плакать, но я заставил себя не делать этого. Если поддаваться истерике, я могу привлечь к себе внимание, ведь за мной наверняка кто-то наблюдает через эти камеры.       Полагаю, прошло несколько часов, когда пришли двое мужчин. Как я это понял? Я очень сильно захотел есть, хоть от страха чувство голода у меня и притуплялось. Я попытался спросить у мужчин, где я, что они собираются со мной делать, но мне никто не ответил. Они куда-то повезли меня. И пока у меня в голове копились бесконечные догадки о моей будущей ужасной участи, мы оказались в операционной. Самая отвратительная догадка: меня хотят распродать на органы, которые прямо сейчас из меня и вытащат. Паника взяла надо мной верх, я ничего не мог больше с собой поделать. Мне что-то вкололи. И я отключился.

***

      Когда я пришел в себя, я уже безвозвратно изменился. На груди красовалась пластина, а за спиной пара массивных искусственных крыльев, вшитых теперь прямо в мою спину. Я был в больничных штанах, верхняя часть тела оставалась обнаженной. Я заплакал, обняв свои колени. Почему я? Зачем они сделали это со мной?       Ответов не было.

***

      Эти люди изменили мое тело, теперь они решили сломать и мою душу. Около месяца или двух они заставляли меня жить по их правилам. Я научился различать персонал: в черной одежде — охранники, они же являются санитарами, в голубоватой одежде люди приносят мне еду и лекарства, в белой одежде — врачи. За мной много кто присматривал, меня заставляли вовремя есть, пить, даже справлять нужду. Врачи же постоянно давали мне какие-то лекарства. Если я отказывался пить таблетки или сопротивлялся во время уколов, приходила санитары и крепко держали меня, пока доктор не заканчивал свою работу. Я чувствовал слабость, я начинал их слушать уже непроизвольно. Я был бессилен. Меня лишили свободы, лишили возможности делать то, что я хотел. Ещё более унизительным был процесс приема ванны. Меня отводили в соседнее помещение, заставляли раздеться и мыли меня сами. Сначала я так же сопротивлялся, из-за чего санитарам приходилось держать меня. Вскоре я сдался…       Надежда на спасение таяла. Я стал послушнее. Меня начали учить актерской игре и управлению своими искусственными крыльями. С этим я освоился довольно быстро. И даже однажды попытался сбежать, используя крылья. Это был день единения с Сяо…       Я не смог сбежать. Меня поймали и сильно избили, так что с раннего утра во рту был металлический вкус крови от прокушенного языка и разбитого носа.       Я продолжал сопротивляться, тогда они добавили мне ещё какие-то таблетки, которые подавили меня совсем. Я понимал, что мне стал наплевать на весь внешний мир, меня ничего больше не волновало. Воспоминания о счастливом прошлом стали нечёткими, я стал путаться. Я понимал, что так быть не должно, что все это из-за таблеток. Но меня заставляли их пить дальше, руки и крылья опускались, и делал то, что от меня хотели…       Они отняли мою свободу и, словно насмехаясь, дали мне крылья. Они растоптали мои чувства, сломали меня. Больше я ни на что не надеялся, не пытался сбежать, и тогда пришла ОНА.