Я решу все твои проблемы, кроме сердечных

Следующим утром Чонгук убежал в кафе ещё до того, как Тэхён проснулся. В принципе, если и дальше жить в таком режиме, то можно и не пересекаться, Чонгука это вполне устраивало. Вечером он отправился в тренажёрный зал, где договорился встретиться с Чимином. — Ну и как тебе живётся на новом месте? — спросил тот сходу. — Да живётся-то нормально, — пожал плечами Чон, — комната удобная, на кухне я только чай завариваю, да и к новой работе близко. В общем, всё хорошо, спасибо, что помог. — А что там у вас за стычка в кафе произошла? Тэхён сказал, что ты что-то путаешь, — Чимин пил воду и внимательно смотрел на друга, замечая его лёгкую нервозность. — Да-да, всё нормально, никаких стычек. Я просто нервничал в первый день, — смущённо посмеявшись, пробормотал Чонгук, усиленно делая вид, что сосредоточен на тренажёре. — Но ты мог бы ему ничего не писать. Мне было неловко. — Да ладно, забей, — похлопал его по плечу Чимин, а потом решил переключиться на другую тему, — а как твоя практическая часть диплома продвигается? — Никак… — Чон встал с тренажёра и взял бутылку воды. Отпив глоток и потерев устало переносицу, он продолжил, — я вообще без понятия, что должно быть на картине. Это просто рисунок, я же столько всего нарисовал за все годы в академии, но сейчас в моей голове пустота. Абсолютно никаких идей. Да ещё и эта ответственность, как лучшего студента, на меня сильно давит. — Сколько у тебя ещё времени? — Почти месяц… — разговоры о дипломе испортили Чонгуку настроение и у него больше не было желания заниматься. — Ну, ладно, я, пожалуй, поеду домой, — собираясь уходить, он, немного поколебавшись, всё же спросил, — А как у вас с Тэхёном дела? — Нормально, — пожал плечами Пак, сидя на велотренажёре, — а что? — Да так, ничего, — опустил глаза Чон и, решив не говорить о том, что Тэ не ночевал дома, пошёл в раздевалку. Приехав домой уже в двенадцатом часу ночи, Чонгук старался открыть дверь как можно тише. Разувшись, он заметил, что на кухне горит свет, но там было тихо. Подумав, что хозяин забыл его выключить, он решил выпить чай и отправиться спать. Войдя в гостиную, он заметил на диване развалившегося в одежде Тэхёна, спящего с бутылкой алкоголя в руке. «Чимин спортом занимается, а этот бухает», — подумал он и осторожно прошёл мимо него на кухню. Сидя за столом с чашкой чая, он смотрел через стеклянные двери на спящего Тэхёна. Это был первый раз, когда он в принципе смотрел на своего гостеприимного хозяина без лишнего смущения. Он был не сильно выше Чонгука, но из-за худощавого телосложения его руки и ноги казались длиннющими. «Он вполне мог бы быть моделью в какой-нибудь рекламе Чимина, наверное, там и познакомились», — сразу же пришло ему в голову. «А может быть, — подумал он опять через какое-то время, рассматривая его лицо, — он вообще работает на телевидении. Он похож на суперзвезду. Понятно, почему Чимину он понравился». Чонгук царапнул дном чашки поверхность стола и замер от такого неожиданно громкого звука. Тэхён нахмурил брови, но так и не проснулся. Решив больше не рисковать, и не желая быть замеченным за бесстыдным разглядыванием, Чон быстро допил чай и, осторожно пройдя мимо дивана, ушёл в душ. Как только дверь за ним закрылась, хозяин квартиры открыл глаза, посмотрел на оставленную на столе чашку, ухмыльнулся, и, выбросив пустую бутылку, ушёл к себе в комнату. *** Рабочая неделя пролетела быстро, рано утром Чонгук вставал, принимал душ и, не завтракая, убегал в кафе. Вечером после работы он два раза ездил в тренажёрный зал и возвращался домой поздно, да даже и в другие дни он с Тэхёном не пересекался. Всё складывалось как нельзя лучше, Чон был вполне доволен. Как оказалось, в кафе у Сокджина по субботам и воскресеньям работают два студента, поэтому у Чонгука полноценные выходные, в которые он планировал отсыпаться и доделывать дипломную работу. Однако в первые же выходные он понял, что сделать это будет не так уж и просто. Около восьми утра он проснулся от звуков какой-то заунывной мелодии и сел на кровати, пытаясь понять, что происходит. Посидев, глядя в стену минут пять, он, всё же, решил встать и проверить, а лучше прекратить этот шум, и желательно немедленно, пока у него ещё сохранилось желание досмотреть сны. Выйдя из комнаты, он направился в сторону звука, который явно доносился из гостиной. Открыв дверь, он остановился в проходе и наклонил голову, чтобы получше рассмотреть открывшуюся перед ним картину. Тэхён в одних коротких шортах сидел и медитировал в не совсем понятной Чонгуку позе, повторяя движения за инструктором йоги на экране телевизора. Поскольку глаза парня были закрыты, Чон остался незамеченным. Решив всё-таки сделать то, зачем пришёл, Чонгук прокашлялся и сказал: — Тэхён… — Тц, — не дал ему тот продолжить, но Чон не сдавался. — Не мог бы ты… — Чщ, — повторил Тэ. — Вот кстати насчёт… — Чщщщщщщ, — непоколебимо протянул йог на выдохе и медленно, не открывая глаз, по памяти повторил позу за инструктором на экране. — Да и фиг с тобой, — промямлил Чонгук и, сдавшись, развернулся и поплёлся в свою комнату, лёг на кровать и положил на голову подушку. Осветившись улыбкой, полуголый йог открыл глаза, сделал стойку на голове, включил музыку погромче и пошёл делать завтрак. Лёжа на кровати, Чонгук понял, что поспать ему сегодня больше не удастся. Он достал телефон и набрал сообщение. Чон: Скажи мне, Тэхён всегда встаёт в выходные в такую рань? Чимин-щи: Что, опять йогой занимается? На него находит желание вести здоровый образ жизни несколько раз в год, но хватает его на месяц — два. Так что, придётся привыкнуть. Чонгук откинул телефон и заткнул уши. Глуховатая бабуля была не тише Тэхёна, но она хотя бы давала возможность поспать. Решив пойти позавтракать, он вышел из комнаты и тут же почувствовал запах гари, доносящийся из кухни. Прибежав в гостиную, он через стеклянные двери увидел, как Тэхён размахивает полотенцем и пытается выдуть в открытое окно дым, поднимающийся от сковородки. Чонгук подбежал к плите, снял сковороду и переставил её на подставку. — Оно ещё не готово! — начал возмущаться Тэхён, продолжая размахивать полотенцем и часто моргая из-за дыма. — А оно должно полностью сгореть? — ехидно уточнил Чонгук. Он посмотрел на сковороду и понял, что блюдо уже не спасти. — Ты что, не умеешь готовить? — Умею, — отозвался обиженно хозяин, посмотрел на то, как Чон выкидывает его еду и, вздохнув, добавил, — только именно это блюдо я готовил впервые. — Ясно. Чонгук начал кашлять из-за дыма и открыл второе окно в гостиной. Тэхён продолжал работать вентилятором, но это мало помогало, и он размахивал полотенцем со всё меньшим энтузиазмом, а потом и вовсе сдался. — Надо проветрить всю квартиру, — сказал он в конце концов Чонгуку, — иди в свою комнату, открой там окно и одевайся, пойдём завтракать в кафе, пока тут не станет прилично пахнуть. — Вот и выспался, — проворчал сам себе Чонгук, выходя из кухни. На улице была хорошая погода с самого утра, поэтому Чон решил одеться легко, тем более, до кафе было пять минут пешком. Одевшись в широкую белую футболку и узкие чёрные джинсы, он вышел в коридор, но Тэхёна там ещё не было. Потоптавшись около его комнаты, он не решился поторопить его, поэтому вернулся на порог и, обувшись в тяжёлые ботинки, прислонился к двери в ожидании. Тэхён вышел через пять минут, на нём были широкие штаны и лёгкий джемпер, который выглядел так, как будто снят с плеча старшего брата. — Интересный стиль, — улыбнулся Чонгук, глядя на то, как тот обувает открытые шлёпки. — Ну да, ну да, — пробормотал, выходя, Тэхён и захлопнул за ними дверь. — Тэхён-а! — воскликнул Сокджин, едва увидев того в дверях своего кафе, а потом, заметив вошедшего вслед за ним Чонгука, добавил, — Чонгук-и! Вы… вместе??! — Ну, смотря, что ты имеешь в виду под этими словами, — улыбнулся ему Тэхён, подходя ближе к стойке. — Мы вошли сюда вместе. Мы живём вместе. Мы чуть не спалили квартиру вместе. И мы будем завтракать у тебя вместе. — Чуть не спалил квартиру ты один, — уточнил Чонгук, а Сокджин стоял и смотрел на них, хлопая глазами. — Да, я жарил… но он уже в этом не участвовал, — посмеялся Тэ, вводя друга в ещё большее замешательство. — Ладно, как-нибудь потом найду время разобраться в этом, — сказал после небольшой паузы хозяин кафе и ушёл в сторону кухни. А парни прошли к дальнему столику. Через несколько минут к их столику подошёл один из студентов и, со словами «от шефа Джина», поставил перед ними чайник с чаем, кружки, две тарелки с вишнёвым пирогом и, поклонившись, собрался уходить, но Чонгук остановил его. — Подождите, я бы ещё хотел заказать немного мясной нарезки, я не наемся пирогом, — смущённо улыбнулся он. — Да, конечно, сейчас принесу, — сказал студент, уходя на кухню. — А я смотрю, у нас кто-то с хорошим аппетитом, — ухмыльнулся Тэ, наливая чай, — ну, или ты этот… растущий организм. — А я смотрю, вишнёвый пирог не мешает твоему здоровому образу жизни, — с такой же ухмылкой ответил ему Чонгук, с благодарностью кивая официанту, который поставил перед ним тарелку с закуской. — Ух ты, какие мы разговорчивые, — удивился Ким, и слегка прищурился, — не боишься меня уже? — Я тебя и не боялся, — нахмурившись ответил Чонгук, с удовольствием смакуя кусочки мяса. — Просто у меня такой характер, я не очень люблю знакомиться с новыми людьми. — Ясно — понятно, — отмахнулся Тэхён и стянул маленький кусочек мяса с тарелки Чона. — и ещё ты не любишь, когда тебя называют красавчиком, ага? — Издержки профессии, — пожал плечами тот, делая вид, что не замечает посягательства на свою закуску, — знал бы ты, сколько вас таких шутников с пошлыми намёками в каждом из тех кафе, где я работал. — Я не шутил и ни на что не намекал, у тебя объективно красивые черты лица, и даже не спорь, — ответил Тэхён, невозмутимо зацепив ещё один кусочек мяса, — я просто констатировал факт. — Попробуйте мой новый десерт, — предложил им Сокджин, подойдя к столу и ставя перед ними две тарелки с пирожными, — с утра испёк, ещё никто не пробовал. — А ты нас не отравишь? — прищурился Тэ, но, не дожидаясь ответа, взял вилку и отломив первый кусок пирожного, отправил его в рот. — Очень вкусно, хён. Скажи, Чонгук же красивый? — Эм, ну да, — пожал плечами Джин, — не такой красивый, как я, конечно, но очень даже ничего. А что? — Да ничего, у нас тут просто споры интеллектуалов. Мы посидим у тебя немного? — Да, конечно, сколько хотите, парни, — похлопал его по плечу Сокджин и вернулся на кухню. — Откуда ты знаешь Сокджина? — задал Чонгук давно интересующий его вопрос. — Мы познакомились давно и, надеюсь, будем дружить ещё долго, — ушёл от ответа тот, и продолжил есть десерт, — попробуй пирожное, оно реально вкусное. Думаю, ещё часик нам придётся здесь посидеть, пока дым не выветрится. Чонгук кивнул, согласившись, и уставился в телефон. Через какое-то время он всё же решил попробовать пирожное и вернул своё внимание к столу. Глянув мельком на соседа, он увидел, что тот тоже решил убить время с телефоном и не обращает на него внимания. Так близко они ещё не сидели, и Чон решил воспользоваться возможностью и рассмотреть его повнимательнее. У Тэхёна было довольно интересное лицо, как художник, он заметил это ещё в первый раз, но сейчас он подмечал детали, которые делали его таким. Пухлые губы довольно необычной формы, лисьи глаза с длинными, тёмными, пушистыми ресницами, выразительные брови и красивый… очень красивый прямой нос с просто нереально милой родинкой на его кончике. По правде говоря, Чонгук ещё никогда не встречал настолько красивого человека. И это не та красота, навязанная какими-то надуманными стандартами пластических хирургов, а особенная, не загнанная ни под какие рамки, красота. — Пытаешься вспомнить, где ты мог меня видеть или просто любуешься? — спросил Тэхён, не отрываясь от телефона, и Чонгук даже не сразу понял, что тот обращается к нему. А когда понял, то дёрнулся и поёрзал на диване. — Да… нет, я просто… — Да ладно, шучу, — поднял на него глаза сосед и убрал телефон, — вряд ли второе, а про первое, могу напомнить. Я снялся в одной из реклам Чимина какое-то время назад, в массовке. Может, там и заметил, кто ж знает. — Да, наверное, — согласился сходу Чонгук, чтобы не дать повода Тэхёну думать, что ответ на его вопрос был «скорее, второе». Но для себя он сделал выводы и решил с этим не шутить. — Я пойду прогуляюсь. Собрав свои грязные тарелки, он отнёс их на кухню и хотел было расплатиться, но Сокджин остановил его. — Слушай, во-первых, это бесплатная дегустация, во-вторых, ты мой основной официант, в-третьих, ты друг моего друга. Так что, у тебя есть сразу три причины не платить в этом кафе за еду. И чтобы я больше не слышал от тебя такого. — Вы самый добрый человек из всех, кого я когда-либо встречал, — улыбнулся ему Чонгук, — но вы так разоритесь. — Нет, самый добрый человек из всех, кого ты когда-либо встречал — это Тэхён, — серьёзно ответил его начальник и вернулся к своим делам. Молча кивнув, Чонгук вышел из кухни, бросив взгляд на Тэхёна, по-прежнему сидевшего за столиком с телефоном в руках. Тот не обращал на него внимания, поэтому Чон покинул кафе. Он дышал свежим воздухом и всеми силами пытался внушить себе, что просто из любопытства рассматривал своего нового соседа. Он вообще никогда не интересовался парнями, с чего бы вдруг чему-то измениться. Да, наверное, ему просто было интересно, что за парень, о котором ему постоянно рассказывает Чимин. Чёрт, он же парень Чимина, конечно, он просто так на него смотрел. Нет, он, определённо НЕ любовался. Ох, и угораздило же его согласиться на этот переезд, хотя особо вариантов у него не было. Погуляв чуть больше часа, Чонгук решил вернуться домой. Дым из квартиры уже выветрился, а Тэхён закрыл все окна. Все окна. Значит, он был и в комнате Чонгука. Оставив обувь на пороге, он прошёл в свою комнату, чтобы проверить, нет ли там на виду ничего лишнего. Хотя, что там могло быть? Или, может, он просто боялся, что Тэхён может взять что-то, не спросив… нет, Чонгук не думал так плохо о своём гостеприимном хозяине. Как, всё-таки, тяжело, когда ты не очень социальный человек. Бегло осмотрев комнату, Чон обернулся, чтобы сходить вымыть руки, но в дверях столкнулся с Тэхёном, с интересом наблюдающим за ним. — Проверил, всё ли на месте? — с ухмылкой спросил он. — Ну и как? — Что? Нет! — пытался оправдаться Чонгук, но по тому, как он разнервничался, и так было всё ясно, и Тэхён молча развернулся, ушёл в гостиную и включил приставку. Вспомнив, что он утром так и не сходил в душ, Чон решил сходить освежиться. Ну а что, уже скоро обед, самое время для выходного дня. Выйдя из ванны, он услышал разговоры и почувствовал вкусный запах аппетитной еды. Решив не мешать хозяину, он тихо прошёл мимо гостиной в свою комнату. — Чонгук-и! — услышал он из гостиной знакомый голос, когда уже почти закрыл за собой дверь, и, развернувшись, поспешил обратно. — Чимин-щи! — воскликнул он, когда увидел сидящего на диване друга. — Я так рад тебя видеть! («в этом царстве неловкости», — хотелось ему добавить). — Я принёс еды! — радостно воскликнул друг, протягивая руку Чонгуку в приглашающем жесте, — иди, садись к нам. — Да, если не помешаю вам, — прошёл тот к столику у дивана и сел на подушки. — Чонгук-и у тебя стесняшка, да? — ухмыльнулся хозяин квартиры. — А ещё, мне кажется, я ему не нравлюсь. Господи, как можно быть таким… неоднозначным? Чонгук искренне недоумевал, как этот человек мог вызывать в нём настолько противоречивые эмоции. При чём, одномоментно. Он даже не мог точно сказать, какие именно эмоции испытывает к нему именно сейчас, когда смотрит на него удивлённо, услышав эти слова. — Я не говорил тебе, что ты мне не нравишься, — сказал он в конце концов, — с чего ты взял? — Чонгук тебя просто ещё не знает, — заступился за него Чимин, которого тоже немало удивили слова хозяина, — вы почти не виделись и толком не общались. Со мной он тоже не сразу расслабился. — С тобой я до сих пор расслабиться не могу, Чимин-а, — сказал Тэхён и рассмеялся, похлопав его по колену. — Всё время держишь меня в тонусе. «Можно без подробностей?» — подумал Чонгук, стараясь не смотреть в их сторону, но озвучивать свою просьбу не стал. Парни поиграли пару часов в приставку по очереди, потом посмотрели какой-то новый фильм, много и довольно весело общались в перерывах, и в конце концов Чонгук немного расслабился. Да, Чимин ему нравился, он был замечательным человеком, значит и парень его не может быть плохим. Поэтому, Чон решил забить на слегка грубоватую на его взгляд манеру общения хозяина, несмотря на его довольно милую внешность, и оставаться с ним спокойным и дружелюбным. Проведя весь день в компании друзей, Чимин уехал домой, а остальные разошлись по комнатам спать. Несмотря на то, что физически Чонгук сегодня особо не активничал, он чувствовал усталость. Возможно, это от того, что весь день он был эмоционально взволнован. И это странное чувство его никак не отпускало. За все годы он так и не обзавёлся хорошими друзьями, с кем можно было бы просто зависнуть где-нибудь в клубе, или у кого-то дома, да даже просто в парке на скамейке. Были только одноклассники, сокурсники и коллеги на работе. Даже с Чимином, которого он знает около двух лет, они сегодня первый раз встретились вне тренажёрного зала (не считая недолгих прогулок после занятий). И когда Чонгук задумывается о том, как так получилось, он понимает, что сам не подпускает людей ближе к себе, а ведь это оказалось как утомительно, так и весело. И, кажется, он был бы не против повторить сегодняшний день в той же компании. И неважно, что Чимин и Тэхён пара, он совершенно не чувствовал себя лишним, да и они, кажется, свели к нулю свои взаимодействия при нём. *** В воскресенье Чонгук решил попробовать написать какую-нибудь простенькую картину. Он сел к мольберту и задумался. Уже очень давно он был в том состоянии, которого боялся с момента поступления в Академию. Он выгорел. Ещё на первом курсе преподаватели предупреждали их о том, что у каждого художника, как и у любой творческой личности, наступает время, когда муза и вдохновение покидают их. Это очень страшно, поэтому к этому нужно быть морально готовым. Чонгук готовился, он, как примерный ученик, готовился и ждал. Возможно, он своими негативными мыслями и переживаниями ускорил наступление этого момента. А может быть всему виной переживания за дипломную работу, ведь на него, как на одного из лучших художников студентов были возложены большие надежды, и об этом ему постоянно напоминал его руководитель. Сейчас он собирался нарисовать что-то не относящееся к его проекту, ведь темой рисунка, как и всего диплома, должен быть человек. Сейчас он хотел просто начать хоть что-то рисовать, не претендуя на гениальность и оригинальность. Развернув мольберт так, чтобы открывался хороший вид из окна, он принялся рисовать город, потому что с натуры всегда писать проще. Полностью погрузившись в занятие, он и не заметил, как прошёл весь день. Отвлёкся он только когда услышал хлопок входной двери и от неожиданности дёрнулся. К счастью, его рисунок был уже закончен, и в руках у него не было кисти, иначе городской пейзаж был бы безнадёжно испорчен. Через несколько секунд Чонгук услышал стук в дверь и голос Тэхёна. — Чонгук, ты до сих пор в комнате? Ты ел вообще? — Нет, — ответил он, вставая со своего стульчика, разминая ноги, — я заработался. — Можно войти? — Да, конечно, — ответил Чон, понимая, что, действительно, немного странно разговаривать через дверь. Тэхён вошёл в комнату и посмотрел на то, как Чонгук собирает кисти и краски, лежащие около мольберта. — Рисовал? — Да, решил с чего-то начать, думал, в процессе вдохновение придёт, но не вышло, — вздохнул Чон, продолжая прибираться. — Чисто механический процесс… — Мне нравится, — кивнул головой Тэхён, оглядывая пейзаж и сравнивая его с видом из окна, — ты, действительно, хорошо рисуешь. Давай повесим эту картину в гостиную? — Если ты хочешь, конечно, я отдам её тебе, когда краски высохнут. — Класс, — сказал, прищурившись, хозяин, — подарок или цена есть? — Ты сейчас в шаге от того, чтобы я оскорбился, — сурово посмотрел на него Чонгук, — у тебя есть ровно 5 секунд, чтобы исправиться. — Ладно — ладно, я пошутил, — примирительно поднял руки Тэхён, — ну так… а что с вдохновением? Куда делось? — На меня навалилось много всего сразу, я морально устал. — Что-то случилось? Кто-то заболел? — обеспокоенно спросил Тэхён. — Нет, — почесал затылок Чонгук, раздумывая, стоит ли грузить соседа этой информацией, и в то же время удивился — он умеет беспокоиться? неожиданно, — с работы уволили, бабуля, у которой я снимал комнату, выставила за дверь, дипломный руководитель заставляет переписывать на несколько раз почти каждую главу диплома, да ещё и девушка бросила, и всё это за последние несколько недель. — Что ж, звучит как оглавление книги с любопытным содержанием, — сделал вывод Ким, — не хочешь всё же пойти поесть, за одно расскажешь обо всём поподробнее? — Эм, ну я вообще-то… — начал было Чонгук, но его перебили. — Пошли, короче, — взял его за рукав Тэ и потянул в сторону кухни. Усадив Чонгука за стол, Тэхён сделал ему знак, что готов слушать рассказ любой длины и содержания, и начал готовить ужин. Пока он вытаскивал вчерашнюю еду, принесённую Чимином, из холодильника и разогревал её, Чон следил за всеми его действиями, одновременно рассказывая историю своих неудач последнего времени. Чонгук был просто заворожён плавными движениями, с которыми тот выставлял на стол тарелки и столовые приборы, он никогда раньше не замечал, насколько красивые у Тэхёна кисти рук. Чон, как художник, видел в них чистое искусство — медовая гладкая кожа, длинные прямые пальцы и безупречный маникюр, а небольшие браслеты на тонких запястьях подчёркивали их идеальность. Приготовив ужин, Тэхён сел за стол и продолжал внимательно слушать Чонгука, а тот удивился, насколько легко ему делиться переживаниями с практически незнакомым человеком. Наверное, всё дело было в том, что Тэхён не перебивал его и ни разу не показал своими эмоциями, что ему неинтересно или что Чон сказал что-то не то. Поняв, что история Чонгука подошла к концу, Тэхён налил им чай и заговорил сам: — А теперь послушай меня, Чонгук-и. Во-первых, никто не заболел и не умер, а это уже значит, что не так уж у тебя в жизни всё и плохо. Уже плюс. Во-вторых, твоя судьба к тебе благосклонна, потому что свела тебя с великим и ужасным Пак-я-решу-все-твои-проблемы-кроме-сердечных-Чимином. Этот чудесный во всех смыслах человек нашёл тебе прекрасную работу, комнату в квартире с замечательным видом, благодаря которому ты, возможно, найдёшь своё вдохновение. Ну и, откровенно говоря, хоть он это и не очень любит, но и с сердечными делами он тебе мог бы помочь, ведь он, знаешь ли, работает на те-ле-ви-де-нии. А там ого-го сколько красивых девчонок. Я сам лично видел, когда был там у него однажды. — Нет, я… нет, — поморщился Чонгук, отпив слишком большой глоток чая. — Слишком много знакомств для меня в последнее время, и без девушек хватило. Я вообще не очень хорошо с людьми схожусь. — Я заметил, — хохотнул Тэхён, чуть не разбрызгав чай, — я уже и сам начал себя побаиваться, думал, «уж не выгляжу ли я, как маньяк-убийца, раз меня так опасаются?» — Ох, мне так стыдно, — закрыл лицо руками Чон, — я был таким грубым с тобой, извини. Я должен был сразу понять, что ты хороший человек, раз Чимин с тобой. Тэхён нахмурил брови, но в этот момент у него зазвонил телефон, и он, извинившись, вышел из кухни. Когда Чонгук помыл посуду после ужина, Тэхён уже был в своей комнате за закрытой дверью, поэтому он тоже пошёл к себе и остаток вечера провёл за дипломной работой, так как руководитель ждал его с очередной переделанной частью уже в понедельник. Настроение у него заметно улучшилось и от былой депрессии не осталось и следа. Тэхён во всём был прав, никаких бед в его жизни не было, а любую проблему можно решить. Вот и главу можно переделать, зато его дипломная будет лучшей. И с таким настроением работа продвигалась проще и быстрее, поэтому уснул Чонгук в прекрасном настроении. Неужели Тэхён так на него действует? *** Дипломный руководитель на удивление не сделал ни одного замечания новому варианту отправленной ему переделанной главы. Вечером в понедельник он похвалил Чонгука и отправил дорабатывать следующую главу. Возвращался домой он в приподнятом настроении, в кои-то веки его труд оценили, а не раскритиковали. Погода была замечательная, поэтому Чонгук решил прогуляться пешком. В последнее время он вообще много гулял, пытался где-то по дороге найти вдохновение, увидеть что-нибудь интересное, кого-нибудь интересного, чтобы захотелось написать портрет или какую-то сюжетную картину. Он ещё только студент, а уже потерял вдохновение, как оказалось просто выбить его из колеи бытовыми проблемами и лишить его творческой искры. Он не переставал думать о том, какая ответственность на нём, как на лучшем студенте, лежит, и не хотел подводить своих педагогов, которым он был во многом благодарен. Но при этом он не хотел в практической части своего диплома писать обычный портрет, он же не копирует, не фотографирует, он выражает с помощью рисунка чувства и эмоции. Именно об этом теоретическая часть его диплома, и портить его практическую часть заурядным рисунком он не хотел. В очередной раз так и не встретив свою музу, Чонгук вернулся домой. Открыв дверь своим ключом, он замер на пороге и прислушался — из комнаты Тэхёна доносились стоны. «Твою мать, какая херовая звукоизоляция», — подумал он и, стараясь не шуметь, осторожно разулся и на цыпочках направился в сторону своей комнаты. — Чонгук-а, не хочешь к нам присоединиться? — услышал он крик Чимина из той комнаты, и в недоумении округлил глаза. — Нет, спасибо! — крикнул он в ответ и, поняв, что быть тихим не обязательно, пошёл в гостиную, включил погромче телевизор и прошёл на кухню заварить чай. Чонгук, конечно, большой мальчик, но слушать такое, тем более, зная их обоих, он не горел желанием. Он сидел за столом и мысли сами лезли в его голову. Для чего его звал Чимин? В каком смысле, «присоединиться»? Как часто вообще они здесь это делают? И как это, интересно, выглядит со стороны? У Тэхёна такие длинные ноги… Ох… Чонгук помотал головой из стороны в сторону, смахивая ненужные мысли и достал чашки. Минут через пятнадцать к нему на кухню зашёл Чимин и, сев за стол, попросил налить ему тоже немного чая. — Что-то ты как-то странно выглядишь, — вырвалось у Чонгука после того, как он оглядел друга с головы до ног. — В каком смысле, «странно»? — не понял тот. Он достал телефон, включил фронтальную камеру и проверил, всё ли у него в порядке с лицом. — Чего не так? — Ну… — пытался объяснить Чон, наливая себе и другу чай, — разве ты не должен быть красным, вспотевшим и взлохмаченным? — С чего бы вдруг? — продолжал недоумевать Чимин. — Ну, там, после секса обычно люди именно так выглядят. — Блять… Тэхён-а! — позвал громко Чимин и начал смеяться. Через полминуты на кухне был уже и хозяин квартиры. — Тэ, Чонгук-и подумал, что мы там трахаемся, — сквозь смех рассказал ему Пак. Вместо ответа Тэхён тоже начал хохотать. Чонгук смотрел то на одного, то на другого, а те смеялись до слёз и не могли выдавить из себя ни слова. Он сидел и с обиженным видом пил чай, смотря только в свою кружку. — Ну чего? — не выдержал он. — Просмейтесь уже, в конце концов, и объясните мне, что здесь такого смешного. — Чонгук-и, мы порнушку смотрели, — объяснил ему сквозь слёзы Чимин. — Чимин-и, а прикинь, когда ты его звал к нам присоединиться, он подумал, что ты его на тройничок зовёшь! И ещё такой вежливый, «Нет, спасибо», — еле смог выдавить из себя слова вперемешку со всхлипами Тэхён, и парни зашлись новой порцией дикого хохота. — Вы нарушите мою психику когда-нибудь, — не выдержал Чонгук и засмеялся вместе с ними. Оставшийся вечер воскресенья друзья провели все вместе в гостиной. Чонгук наслаждался общением и чувствовал себя в своей тарелке. Чимин был счастлив, потому что на днях закончил один большой проект у себя на работе и получил больше свободного времени, да ещё и существенный бонус к зарплате. Тэхён тоже выглядел вполне необременённым никакими негативными эмоциями, но ближе к ночи у него зазвонил телефон. Извинившись, он вышел из гостиной, а когда вернулся, обнял на прощание Чимина и, быстро собравшись, вышел из дома. — Куда он на ночь глядя? — спросил обеспокоенно Чонгук. — На работу вызвали, — ответил Чимин и, попрощавшись, тоже ушёл. «Странная работа, на которую нужно ходить ночью, да ещё и по вызову», — подумал Чонгук и, прибравшись в гостиной, отправился в душ и спать. В эту ночь ему приснился Тэхён — довольно странно, учитывая то, что они практически не знакомы. Во сне он был каким-то гангстером, которого вызывают в любое время дня и ночи для того, чтобы решить какие-то непонятные мафиозные проблемы. Проснувшись, Чонгук фыркнул и, поразившись своей весьма красочной и богатой фантазии, быстро собрался и пошёл в кафе. Его ли дело, где и кем работает его сосед? Определённо, не его, и думать об этом не имеет смысла, но мысли сами лезли в его голову, не давая покоя. Тэхён нисколько не был похож на бандита, да и Чимин не стал бы им так восхищаться при каждом его упоминании в разговорах. К тому же, Сокджин считал его чуть ли не самым добрым человеком на свете. Но такая таинственность притягивала, с этим сложно было спорить.