Ромео/Зонт.

Тихая, спокойная ночь, будто отдающая розовым цветом, лёгкий свет полнолуния, проходящий сквозь тоненькие неоново-малиновые занавески, прикрывающие маленькое окошко и три часа ночи на часах. Обычно в таких ситуациях голубоглазый парень спит, но не сегодня. Сегодня ему приснился сон, с содержанием сильно его испугавшим, и уснуть он уже больше не мог, по причине чего пришёл к Ромео. Почему именно к Ромео? Хороший вопрос. Вот только ответа на него не знал и сам Зонтик. Просто вдруг ему показалось, что это будет лучшее решение. Сейчас же, шестой лежит положив голову на колени сидящему на кровати седьмому, и чувствует мягкие прикосновения к своей голове, а точнее к волосам. —Ну так что же тебе приснилось, солнце?—Ромео давал всем подряд эти дуратские прозвища. Феликса называл сладким, Куромаку умницей, Габриэля ушастичком, а его, Зонта, называл солнцем. Прозвище это казалось Голубому Зонту даже глупее остальных, и вообще ему не подходящим, но сколько раз он не просил романтика не называть его так, тот не слушался. И вот сейчас Рома задал этот вопрос, вновь «обозвав» голубоглазого солнцем. —Ромео, ну я же просил тебя меня так не называть...это прозвище мне даже не подходит, оно больше применимо к Феликсу, но точно не ко мне!—Жалобно пролепетал клон, чья голова лежала на чужих коленях. Ромео издал звуки, которые можно назвать чем-то между хихиканьем и смехом. —Феликс сахороед, а вот ты солнышко.—На лице червового блестела нежная улыбка. Зонту вдруг стало так стыдно, он вдруг раскраснелся...—Моё милое, симпатичное солнышко.—Бледное лицо стало бордовым. —Р-ромео, хватит..Так можешь называть девушек, для друга это чрезмерно слащаво!—Со смущением бормотал трефовый.—Звучит к-как намёки.. —Потому что это намёки.—Фраза эта прорубила разум валета, влилась в его мозг, который быстро начал перерабатывать полученную информацию. Закончив обработку сказанных парнем слов Зонт тихо забормотал. —Ч-что? В смысле?—Румянец всё не сходил с белого лица. —Это намёки, глупыш.—С прекрасной и нежной улыбкой спокойно и без единого колебания ровно произносил Ромео.—Намёки, о которых ты и подумал. —Если ты хочешь...ну меня...то я не одна из тех распутных девчонок, что соглашаются войти к тебе в спальню, а потом об этом и не вспоминать! И вообще я не из э...—Достаточно возмущённо бормотал Зонт, с уже повёрнутой к розовому лицом и сидя рядом, возмущённо сжав костлявые ручки в кулаки. —Чш...—Ромео приложил палец к матовым губам парня, сидящего перед ним.—Тихо, милый мой. Ты для меня нечто большее, чем эти девушки.—Рука, пальцем закрывавшая рот Зонта медленно переползла к щеке и стала её поглаживать.—Этих девушек я всего-то хочу трахнуть, от скуки, и от того что я сексуально озабоченный конечно...но суть не в этом. Их я хочу, а тебя люблю. Ну тут спорный вопрос, ведь второго без первого не бывает, а вот первое..—Зонт не слушал. Вообще. Плевать он хотел на речи романтика о сексе и любви..сейчас есть дела поважнее. —Ты любишь меня?—Удивления Зонта не передать словами. Послышался смешок с уст короля. —В точку. —И...ты...правда? —Ну да. —И ты сейчас не трахнешь меня, выброси потом гнить в одиночестве? —Нет конечно! Что за бред? —И...Никогда так не сделаешь?.. —Да. —Честно? —Да. —Обещаешь? —Клянусь.—Зонт с подозрением посмотрел на парня, взявшего его за подбородок. —Точно?—Строго проговорил он. —Ну я же поклялся.—Нежно и тихо прошептал Ромео приближаясь к заветным губам, так манившим его уже долгое время.