Последствия войны или как заставить влюбиться врагов

      Сяо Чжань прокручивал в голове фразу его "супруга", что, к счастью, не узнал его без маски, ради собственной забавы. — Обещание, что он придёт.. мой муженёк действительно мил Расхохотавшись, сказал господин Чжань, оттряхиваясь от пыли после падения. — Значит, увидимся, Ван Ибо       Улыбнувшись пустоте, Сяо Чжань вновь побежал, ведь его ждали серьёзные переговоры с Ю Бином по поводу охраны и сотрудничества между государствами, а также блока стены против государства Ван с разрешением доступа в нейтральные территории.

****

      Ван Ибо после столкновения мигом вернулся через большой круг в заведение, где они решили остановиться.       Вэй Ксуею, думая, что "избавился" от господина хотя бы часа на три, устроился довольный за чтением прозы из плетения "Нравы Царств". Мужчина решил прочесть вслух одну из песен этого сборника под названием: Песни царства Шао и стран, лежащих к югу от него, «Лань в лесу…» : — Лань в лесу стрелою сражена. Лань прикрыта белою травой. На сердце у девушки — весна. С девушкой красавец молодой. Лань мертва. Она в тени куста Белою травой перевита. Здесь листва зеленая густа. Яшмою — девичья красота. Лучше ты меня не трогай, друг! Мой передник не для дерзких рук! Как бы не залаял пес мой вдруг.       На последней фразе, будто по волшебству, в покои врывается господин Ван Ибо в своих царских одеяниях, двигаясь в сторону Вэй Ксуею. — Господин Ван? Что-то случилось? Решил спросить перепуганный от неожиданного возращения своего господина Вэй. — Случилось, Ксуею.       Спокойным голосом сказал Ибо, смотря на своего подчинённого, после продолжив: — Я повстречал юного мальчишку, по одеяниям явно из государства Сяо. — Он вас не ранил, господин? Поднявшись со стула, Ксуею начал осматривать своего господина, по совместительству друга, с ног до головы, проверяя, нет ли каких-либо увечий.       К счастью, Ибо был здоров, лишь одежда немного запачкана в пыли после укладки камней на мосту. — Нет, но у нас с ним сегодня встреча после заката солнца. Сказав это, Ибо поправил свой рукав. — Тогда нам стоит скорее приготовить вас к встрече, господин Чуть ли не выкрикнув это, Ксуею подхватил своего господина и повёл в ложи, чтобы надеть на него самые дорогие одеяния. Как и подобает господинам, Ван Ибо во всём войске имел самые дорогие ложи. Те обставлены в древнекитайском интерьере. Небольшой столик с веткой сакуры в кувшине, резные окна из дорогого дерева, полки с вещами ручной работы. Даже будучи в военном походе на нейтральных землях, государство Ван могло позволить господину и подчинённым военным дом с ложами для каждого, пусть не отдельно, как у Ван Ибо, но никто не жаловался. ******       Наконец всё было готово. Волосы Ван Ибо собрали в цзы — уложили на темени, закрепляя шпилькой.       Талию обернули куском ткани шан. Шан закреплялся на талии гэдай, а сбоку к нему прикрепили шоу, что в древнем Китае являлось важной вещью в этой одежде. Перекрёстный воротник и правый отворот прекрасно дополняли чжицзюй. Считалось, что на левую сторону запахиваются только варвары. Поэтому, показывая всю цивилизованность, отворот был обязателен и важен. Рукава были широкими, а в диаметре составляли примерно два метра. Во время династии Чжоу был строгий иерархический порядок, что дошёл и до этих времён. Одежда стала показателем социального статуса: люди различались по ширине рукава, длине юбки и украшению. Цвета в костюме также регламентировались по чинам: императорской фамилии – желтый, другие ценились по иерархии ниже. Воины, к примеру, носили белое и красное, а молодые юнцы – голубое. Но с появлением раздробленности цвета всё ещё имели значение, но не такое, как тогда. Сейчас статус показывался лентой на поясе. В государстве Ван все одеяния были нежных и белых оттенков, но пояса разные и ценились по-разному. К богатым поясам привязаны были и декоры в виде колокольчиков, а цветом были или золотые или голубые с золотыми нитками, что значило юность господина, как и сейчас надето на Ван Ибо. — Ксуею, ты не думаешь, что это слишком?       Не постеснялся спросить Ван Ибо, что сам для себя уже походил на богатого купца тканами из-за земель, а не на прославленного своим доблестным и благородным поведением господина земель около японского моря. — Господин, поверьте мне, он будет без ума.       Чуть ли не выгоняя Ибо, сказал Ксуею. Прогнав своего друга и господина, тот пожелал ему удачи и закрыл двери ложи, явно не желая его более пускать. — Надо понизить его в должности за такое....       Глубоко вздохнув, господин государства Ван начал свой путь до моста, где и повстречал тогда юношу.

*****

Лето — это самое долгожданное время года, оно граничит между весной и осенью. Но не суть, самое главное – в день летнего солнцестояния дни самые длинные, а ночи – самые короткие. А ведь это самое лучшее и благоприятное время для романтических прогулок. Пора влюблённых... В один из таких летних вечерков в городе Хэчуань всё подходило под описание романтики. Пусть сам город ничем примечательным не отличался, но незадолго до наступления темноты происходит незабываемое зрелище. Для каждого человека закат красив по-своему. Догорает летний тёплый день. Солнце медленно опускается по линии горизонта, заходя за леса и сливаясь с прозрачной водой, протекающей меж двух побережий. Оно уже совсем не такое обжигающее и слепящее, чем днём, но стало ещё прекраснее. Закат мягко пригревает своими тёплыми вечерними лучами. Природа будто замирает в этот момент, давая прохожим полностью насладиться романтичностью вида. Диск солнца окрашивается в ярко-оранжевый цвет и становится тем больше, чем ближе опускается к земле. Небо окутывает плеск ярких красок, будто Гу Кайчжи прошёлся кистью по небу. А ведь закат для китайцев означает —《Знак конца света》. А на самом деле всё не так. Небо окрашивается в кроваво-красные оттенки, схожие с полем военных боев. Чем же не 《Конец》? Но сейчас совсем не об этом.... В этот вечер, на закате дня и в эту минуту , под лёгкий ветерок, который приятно обдувал, двое влюблённых должны встретится на мосту. Хотелось бы так сказать и верить в любовь с первого взгляда, но на деле всё было совершенно не так... Или же нет? Столкнулись случайно? И это тоже не подойдёт к этому моменту... А ведь может... — Вей Илин? Чуть повысив голос, произнёс Ван Ибо, заметив юного парнишу в черно-красных одеяниях, стоящего на мосту. Волосы цвета туши на кончике кисти, которой самурай пишет свой дзисэй, плавно танцевали в вальсе с тёплым ветерком летнего вечера. Повернувшись на своё имя, юноша улыбнулся и, подходя к Ван Ибо, сказал. — Можно просто Вей Усянь, Ван Ибо.