Однажды

      Пак часто поддавался власти своим эмоциям, как и сейчас. Его раздражали глупые и надоедливые шутки девушки, из-за чего он был крайне зол. Взбесившись он вплотную подошёл к Элис и схватил её за ворот одежды. - Ты совсем дура или что? Прекращай уже этот свой цирк! - как сорвавшийся с цепи злой пёс, он начал "рычать" на неё, от такой яркой реакции даже сама того не ожидавшая Элис удивилась на секунду. Хоть она и намеренно доводила его до такого состояния, она и подумать не могла, что у уважаемого господина полицейского так быстро закончится терпение и он поведёт себя подобным образом в присутствии толпы людей вокруг них. - Ого, что это только что было? Неужели вы меня оскорбили? - на этот раз улыбка исчезла с её лица и теперь же оно выражало лишь недовольство поведением зашитника правопорядка, что нарушал в этот момент тот самый порядок, - Никто, кроме самой меня, не имеет право оскорблять меня.       Осознав изменение обстановки тут же начала суетиться и Ната. Эта высокая девица разделила друг от друга этих двоих, что уже вот-вот могли бы начать драться. По росту она почти совпадала с юношей, что поражало прохожих, да и самого парня, в принципе, тоже. По сравнению с ростом Элис и прочих кореянок, началось противостояние гигантов.       Брюнетка хотела что-то сказать и прогнать их "противника", однако ей не дали этого сделать и перебили до начала слов. - Мне абсолютно без разницы, что с тобой происходит и испытываю я к тебе только неприязнь, ты одна сплошная ходячая проблема. Не удивлюсь, если тебя кто-то изобьёт и ты снова попадёшь в участок, но в этот раз помогать я тебе не стану. Сваливай уже к себе на родину, - от его грубого тона Алиса немного поникла. Безобидную детскую шутку неправильно восприняли и ещё оскорбили её за это. Учитывая его слова, следовало бы развернуться и уйти этим двум иностранкам, но сделал это он сам, поскольку он отлично понимал, что они бы этого не сделали, а только бы продолжили ссору, поэтому, чтобы победить потом, ему пришлось пойти на уступок сейчас. - И я тебя люблю, ублюдочный расист, -выдавливая из себя улыбку крикнула ему вслед рыжая, более того, последнее словосочетание, являвшееся также руганью и оскорблением, она произнесла на своём родном языке. Если её послали на родину и сделали акцент на том, что ей здесь не место, то она будет специально на зло выделять то, что она не местная и знает то, чего не знают другие. Скребя зубами Ёнсу не оборачивался и продолжал уходить от них до тех пор, пока окончательно не исчез из поля зрения. - Ну и что за чёрт возьми только что произошло? - повернулась к своей подруге Ната, поставив руки по бокам и требуя объяснений. Теперь они уже начали беседу на своём языке, чтобы особо любопытные персоны не узнали что-нибудь из их разговора, да и сильно не пугались. Конечно, слышать незнакомый язык удивляет и одновременно пугает, но не так, как жуткие оскорбления и маты, в такие моменты уж лучше и вовсе ничего не понимать. - Мне просто было скучно и я хотела побеседовать с ним, а у пацанчика недотрах, что я сделаю то? Мне блять что пойти в секс-шоп, купить резиновый хуй и выебать этого пидораса нахуй? - тон Алисы с каждым словом всё больше и больше становился недовольным и злым, - Ну и пусть катится он нахуй, да чтоб его собаки дворовые выебали, неженку этого блять. - Боже... - голубоглазка вздохнула, она ничего не могла поделать со своей подругой, вернее с её характером, его невозможно было изменить, - В следующий раз просто не говори с ним. Вообще. Не. Говори. С. Ним. - Хорошо-хорошо. А теперь давай уйдём отсюда... Не дай бог снова этого ублюдка встретим... Окей? - А вот с этим я согласна, идём отсюда.       После этого они практически молча шли по коридорам торгового центра. Сначала это была тишина, но потом яркие вывески привлекали их внимание и они болтали уже об этом на ту или иную тему связанную с разными вещами.       Покинув столь душное и шумное место как торговый центр, они отправились в ближайший парк в поиске тишины и спокойствия. И вот спустя примерно полчаса они добрались до центра одного из парков этого большого города Южной Кореи. Город был переполнен машинами, постоянно издававшими различные звуки, но всё же нашлось найти и более тихое место, где едва слышное пение птиц прекрасно гармонировало с шумом листвы, а где-то с весёлыми детскими возгласами. Алиса легла на скамью и устремила свой взор на прекрасное ярко-голубое небо, что виднелось за зелёной занавесой листвы. - Никогда не перестану поражаться вашим скачкам настроения. Вроде бы база, а вроде бы каждый раз как новый... - начала говорить севшая рядом на скамью  Ната, -  Такой резкий переход с уважительного обращения на маты и нецензурные выражения с ограничением восемнадцать плюс... - И агрессия из ниоткуда... Знаю я, знаю. Сама же вижу своё поведение. Ну, что ж поделать, самый явный недотрах ведь у меня, хаха, - ответила ей наша шутница, за что чуть не получила. - Ох уж эти твои шутки. Без них нельзя было? - Не-а, без такого никак нельзя, - наконец вновь они обе улыбнулись, - Это неизлечимо. Я, как человек, обучавшийся в медицинском колледже тебе говорю, мой характер неизлечим. Аха-ха-ха-ха. Я просто противная, вредная, извращённая и наглая жопка, хы - Точно ли неизлечимо?... Кстати, где там ваш принц... Ой, лечащий врач. Может он сможет вас излечить от такого заболевания? - Врач? Кто? - сначала не поняла Элис, но потом до неё дошло, что хотела сказать другая, - Занят он, на работе, не до меня. Работу он лечит. Хотя и меня поди не вылечит. - Это мы ещё узнаем. Что он там вообще может делать... Так, вытаскиваем его и я отдаю вас ему, хотя бы на ночь. - Ах вот вы как, отдаёте меня на изнасилование! - в шутку красновласка обиделась и надула губки, - А я думала, что мы подруги. - Ну он же вас вылечит. Не изнасилование, а лечение, хотя... - Ната повернулась и дала щелбан вредине, - Чего вы тут спорите. Я знаю вас, вы сами то и против не будете изнасилования. - Упс, ха-ха, не палите контору, тс-с. - Ты сама себя больше палишь, извращенка, - пожаловалась Хомяк и продолжила тему, что была чуть ранее, - Так чем он так там занят?