Гарри и его змейка пугают всех

На следующий день Гарри Поттер проснулся знаменитым. Конечно, не славы мальчика-жертвы хотел бы он себе, но если такова плата за улучшение его жизни, то... пусть. События накануне уже подёрнулись плёнкой былого в его памяти и сейчас воспринимались просто, как факты. Да, он не просто играл себя - его эмоции были настоящими, просто он их пробудил к конкретно той ситуации, чтобы она обернулась в его пользу. И она обернулась. Его изъяли у Дурслей. Сейчас он находился в специальном центре для детей с похожей судьбой. Ещё лет пять назад его бы определили в приют, но сейчас благодаря более человечной политике в области семейного права, таким детям подбирают приёмные семьи. Как ему вчера объяснили: правительство задолбалось тратиться на исправление взрослых преступников, которые чаще всего вырастали из приютских детей. Поэтому, теперь так. И Гарри был рад. Ему выделили целую комнату на одного, с кроватью, шкафчиком, столом и парой стульев. Всё оформлено в пастельных тонах и по-домашнему уютно. Конечно, впечатление оказалось немного смазанным - он уже успел немного пожить не в чулане - и здесь он тоже не навсегда, но... ему было приятно. Жалко только Шиссу. Как она там? Выдастся ли у него возможность заехать за змеёй, чтобы забрать к себе? О характере возможных новых опекунов Поттер старался не думать - да, и врядли они будут хуже или такими же, как Дурсли. Всё-таки, его кейс прогремел на всю страну и теперь его ведут самые лучшие специалисты - чуть ли не назначенные Короной! Тук-тук-тук - прозвучало в дверь. Тут всё строится на вежливости. И уже этим лучше Дурслей. - Гарри, ты готов завтракать? - прозвучал приятный переливчатый голос мисс Джонс - молодой симпатичной африканки - сотрудницы центра: они вчера познакомились. - Да, иду! - отозвался Поттер. Что же, пора полностью вверить себя профессионалам и расслабиться. * * * Объект М. Секретная Королевская Служба. В просторном светлом кабинете, выполненном в стиле хай-тек, с панорамными окнами в пол, и отделанном светлыми древесными породами, царила сухая деловая атмосфера. На отполированный чёрный стол легла чёрная же кожаная папка. Ухоженные костистые руки с седоватыми волосками на них развязали тканые тесёмки. Серые многоопытные глаза, повидавшие ещё молодого Гесса*, вглядывались в ровные строчки. - Значит,.. Поттер, - испытующий взгляд, от которого хочется бежать, остановился на среднестатистическом лице, в данном случае, его тандем-заместителя. Который, разумеется, не дрогнул. Альтер-эго. Насущное требование... в их работе. - Ищейки вышли, - ответил на незаданный вопрос зам. - Вот список. На стол легла записка. Минута на изучение. Затем, чирк зажигалки - и пепельница принимает очередное подношение. - У нас же есть семьи... с "одарёнными", - он выделил слово немного другим тоном. - Детьми? - Предлагаю №72. - Кроули. - Да. - У них же дочь. И обеспечены. - Яйца в одну корзину,.. - начал недовольно зам. Хотя сам же и предложил этот вариант. - Если... когда влюбится - мир перевернёт, - не согласился он и приказал. - Введи их в круги. - Так точно! - Выполняй. Он привычно остался один. Руки оторвали папку от столешницы. С цветного фото смотрели зелёные глаза пронзительной жизни. Аристократ. Игрушка Гендальфа. - Мир многополярен. Глаза с фото с доверчивой хитростью смотрели в ответ. За стеклом высотки дышал будничный Лондон. * * * - Здравствуй, Гарри Поттер. Двое представительно одетых взрослых - мужчина и женщина, молодые, чем-то сразу располагающие к себе - знакомились с ним. Со взрослыми была ещё девочка чуть старше его самого - с каштановой копной непослушных волос, глаза цвета молочного шоколада прятали робость и смущение за высокомерным вызовом. Гарри она тоже понравилась. Потому что чувствовалась настоящей. - Здравствуйте, - ответил культурный мальчик Гарри с дружелюбной улыбкой для всех троих. За спиной его с едва слышимым облегчением выдохнули сотрудники Центра. Они находились в кабинете директора Центра. Всего тут было их сейчас семь человек: он, гости, директриса, невозмутимый представитель полиции в звании капитана - из-за особенности его случая - и мисс Джонс, с которой Гарри пообещал держать связь в дальнейшем. Прошла всего неделя, как он здесь. А ему уже подобрали возможных опекунов. Семью. - Меня зовут Гектор Грейнджер, - по-простому протянул взрослый руку Поттеру и представил своих женщин. - Моя жена Джейн и дочь Гермиона. Гарри пожал большую тёплую сухую ладонь. Пока всё шло хорошо. Он не чувствовал подвоха за этим человеком. - Гарри Поттер, очень приятно! - представился он лично, улыбаясь уже персонально. - Нам тоже приятно! Естественно возникшая неловкость в разговоре была быстро заполнена формальностями. На самом деле, Гарри знал о Грейнджерах уже пару дней как. Таков порядок: сначала личные дела возможных опекунов - подопечный Центра выбирает тех, кто ему понравится, иногда нескольких. Потом, личная встреча. И если всё хорошо - то подписание документов, сопровождение в новый дом и поддержка связи с подопечным на всё время жизни в семье или до достижения совершеннолетия. В его случае - Грейнджеры оказались первыми среди ещё двух семей и чем-то Поттеру сразу понравились: ощущался в них крепкий тыл. Такие не будут ни издеваться, ни лезть в душу с непрошенной опекой. Он остановился на хорошем, чтобы не мучиться выбором лучшего. Личная встреча только укрепила Гарри в первоначальных выводах: перед ним хорошие люди. Личных вещей у Гарри было немного - и те все на нём. Поэтому, собрался он заранее. И после подписания всех необходимых документов и прощания (неокончательного) с директрисой и обещанием звонить и писать мисс Джонс, Гарри Поттер отправился в новую главу своей жизни. * * * В тёмной потасканной комнате на втором этаже ещё более потасканного хогсмитского паба за столом сидели двое. Издалека в них легко было узнать родных братьев: высокие статные фигуры, мощные серьёзные ауры, одинаковые ужимки, близкие возраста. И только вблизи, в лицо бросались отличия: один ухоженный, другой потрёпанный жизнью, у одного дважды изломан нос, другой - обладатель полностью аристократических черт внешности. И глаза первого отражают столько всего, что в них запросто потеряться. Зато, другой смотрит с усталостью и застарелым ожесточением. - Не надоело тебе? - спросил второй: судя по гримасе первого - провокация действенна уже сорок восьмой год. - Не наиграешься судьбами,.. Благодеятеть наш... Всеобщий, бл!.. - Достаточно, Аб! - оборвал собеседника Альбус. - Ты никогда не понимал и не поймёшь. - Действительно, - хмыкнул Аберфорт Дамблдор. - Куда уж мне, ограниченному? Это ты у нас великий волшебник. Разговоры на эту тему они вели десятилетиями. Всё уже было многократно проговорено. И ещё раз проговорено. И ещё раз проговорено! И судьба Ариадны давно оплакана. Теперь, это больше походило на попытку исповеди, чем на переубеждение оппонента. Альбус ратовал за активное слияние с маглами - и убирал с пути к этой цели все препятствия и всех "препятствиев". При этом, в глубине души отчаянно боялся, что ошибается в самой своей концепции - поэтому и не мог заставить себя прекратить "играться судьбами". Аберфорт же не только видел последствия этой активности со стороны - последствия прилетали по нему, по его семье, по его друзьям, по его знакомым, по родне и знакомым его знакомых. Он истово хотел, чтобы всё шло своим чередом. Что, если традициям и аристократам и суждено вымереть - пусть они сами дойдут до этого, без насилия над природой общества. Пусть общество постепенно привыкает - оно же даже к альбусовым махинациям привыкает: таков запас прочности! Почему не предоставить путь естественному ходу вещей? - Ты не понимаешь, - упорствовал Альбус. - Отказываешься понимать и видеть, как и все обыватели. Но выйди в магловский мир хоть раз - они давно культурно опережают волшебников! Их мир динамичен, постоянно меняется, развивается, растёт. Почитай их книги - того же Курцвейла**, например... Я ведь тоже не верил, пока сам лично не рассчитал темпы их технологического прогресса: они нас догонят, Аб, в двадцатые годы следующего века. А в тридцатые превзойдут! Безо всякой магии! А в сороковые мы уже никогда не догоним их! А в пятидесятые... - Насрать. - ...Что?! - опешил Альбус. - Насрать, говорю, - ответил Аберфорт меланхоличным тоном: как же его это всё достало! И вздохнул. - Я уже понял: нам с маглами не тягаться. И как человек разумный и, хочется надеяться, достаточно умудрённый жизненным опытом - я так скажу: если маглы развивают свои технологии - значит, они в первую очередь развивают свой разум... Поверю тебе на слово - насчёт их темпов развития... Так вот, я давно заметил: чем более развит разум - тем легче и полнее им просчитываются риски, тем меньше тяга к войнам, насилию и негуманным экспериментам даже над животными. Я думаю, когда маглы без магии с нами хотя бы сравняются по возможностям - они с нами воевать не захотят. Скорее, предложат равное сотрудничество. Альбус хотел перебить, но брат заткнул его жестом руки, мол, ещё не договорил. - Конечно, если откажемся - то в следующий раз нас уже и не спросят. Просто используют. Но врядли будут убивать или как-то измываться... Это в детстве, - вспомнив свой опыт, привёл Аберфорт пример. - Мы бьём палкой крапиву забавы ради. А потом вырастаем из этого. Ну, обычно. Альбус сверкнул глазами. - Ты обвиняешь меня в ребячестве?! - гневно раздул ноздри его властьимущий брат. - Скольких ты убрал, Альбус? А сколькие потеряли всё ради тебя?.. - задал вопросы Аб. - Ты не любишь людей... Да и хрен с ними, в общем-то. Но блядь! Нахер ими играть?! Что хорошего тебе лично принесли эти шашни?! - Я должен... - Кому?! - Так не должно быть, Аберфорт, - по какой-то тысяче раз начал Альбус. Глаза его фанатично застекленели. - Все эти чистокровные аристократы настолько закоренели в своих традициях, что несут угрозу всем нашим мирам одним только фактом своего существования! А я мог бы не играть, чтобы они сами всё поняли... могли бы понять всё сами. Я мог бы, как Гел... - Иди нахуй! - взорвался Аберфорт, вскакивая и доставая палочку. - Нахуй иди! Пока я тебя не проклял к едрёной матери! Я ебал Азкабан! Я ебал всех дементоров! Я ебал всю твою идеологию и всех твоих последователей! Ты понял меня?! Вон отсюда!!! Альбус медленно поднялся из-за стола. И медленно, как неживая кукла, вышел из комнаты. Молча. С отстранённым видом. Зря он вспомнил этого!.. Зря. Это единственное, кроме крови и магии, в чём братья Дамблдоры были до сих пор едины. * * * Со стены грустно вздохнул волшебный портрет тоненькой девочки-подростка в простом ситцевом платье и двумя светлыми косичками. Ариадна. Сестрёнка!.. Аберфорт закусил губу, зажмурившись и крепко сжав кулаки. Ариадна. Дамблдор.