Без сожалений

Иногда происходит такое, что в твоей жизни появляется человек. Поначалу он не кажется тебе кем-то особенным, ты не видишь в нём ничего важного точно также, как и не рассчитываешь на что-нибудь стоящее. Вы кажетесь такими разными, а ваши взгляды на жизнь почти никогда не совпадают. Оба не видят смысла в компании друг друг, но тем не менее постоянно ищут её. Они хватаются за эту нить, как за спасательный круг, выискивая всё новые способы быть рядом. Их отношения не назовешь простыми. В них постоянно проскальзывает странная неопределенность. Казалось бы, что здесь сложного? Можно ведь просто всё прекратить, тем самым прекращая усложнять себе жизнь. Вот только каждый раз появляется что-то, что останавливает вас от принятия этого решения. Что это? Быть может, привязанность?.. Некоторые назовут это зависимостью. Лю Цингэ был зависим. Ровно с того самого момента, когда жизнь свела его с тем самым человеком, подарив новые, неизведанные ранее чувства, оставляя за собой множество несбыточных надежд, о которых он не в праве сожалеть. Шень Цинцю был дорогим человеком для Лю Цингэ. Даже больше, чем он об этом думает, даже больше, чем думает об этом сам Лю Цингэ. Вот только жизнь всегда предоставляет нам выбор и только от нас зависит какой из них мы решим принять. Жизненные принципы этих двоих были слишком разными. Возможно, не будь это так, всё сложилось бы иначе. Иногда Цингэ было невдомёк двоякое поведение Шень Цинцю, жизнь которого была одной сплошной загадкой. О нём не было известно ничего, кроме сухих фактов, из которых и состояла его личность вплоть до конкретного момента. Этот то момент и стал переломным в жизни обоих. Мужчины невзлюбили друг друга с первого взгляда. По крайней мере, так должно было быть. История умалчивает о том, что чувствовал Лю Цингэ в те самые первые мгновения, когда его взгляд выловил из толпы одежды цвета цин. В тот день он впервые пришёл в орден. Тогда на какое-то время ему показалось, что он умер. Такая простая вещь, как биение сердца стала практически невыполнимой. Человек, которого он увидел был прекрасен. Мужчина бесстыдно рассматривал его до тех пор пока не встретился взглядом с холодными изумрудами. Кажется, его поймали с поличным. Какой, должно быть, позор. Странно, но это было последним о чём волновался тогда Лю Цингэ. Простояв так ещё пару невыносимо долгих секунд, в голову мужчины пришла вполне себе логичная мысль о том, что неприлично так долго в открытую пялиться на совершенно незнакомого человека. Краем глаза он уловил присутствие главы ордена, что находился подозрительно близко к незнакомцу, бровь которого почему-то раздражённо взлетела вверх. Шень Цинцю, которому видимо надоело проявление оказанного неуважения к его персоне, стал неспешно подходить ближе. На удивленный взгляд Юэ Цинъюаня он никак не отреагировал, а на просьбу быть сдержаннее тем более. Лю Цингэ не обратил на это внимания, он был полностью сконцентрирован на образе «небожителя» перед ним. Тем временем Шень Цинцю остановился в двух шагах от мужчины, оценивающе глядя на него сверху вниз. Они были практически одного роста, вот только Шень вёл себя так, как будто перед ним был глупый ребёнок. Взгляд изумрудных глаз был насмешливым. Лю Цингэ тонул в этом омуте, не сопротивляясь, с каждой секундой всё глубже и глубже погружаясь на дно. Это продолжаясь ровно до тех пор, пока он не услышал голос этого человека. — Тебя никто не учил, что нехорошо так открыто глазеть на людей? Особенно, если этот «кто-то» старше тебя по рангу, — превосходство с которым это было сказано заставило Лю Цингэ задуматься. А кем на самом деле был этот человек? Только сейчас он обратил внимание на детали исходя из которых можно было установить личность мужчины. — Надо же, не сказал и слова, а уже меня бесишь. Какая раздражающая способность. Лю Цингэ вопросительно выгнул бровь. Пазл в его голове сложился. Скверный характер, изысканный веер в руках, простые на вид благородные одежды в купе с надменным взглядом. Мужчина понимал, почти каждый, на кого падал его взор осознавал всю свою ничтожность в его глазах. Шень Цинцю, лорд пика Цинцзин и по совместительству его будущий шисюн. Сказать, что эта новость его поразила всё равно что солгать. Лю Цингэ разве что был слегка удивлён такой первой встрече. Он догадывался, что Юэ Цинъюань слегка преувеличил, когда рассказывал ему об этом человеке. Мужчина остался при своём мнении. Пока что ничего сверхъестественного и ужасного не произошло, а значит и беспокоиться не о чем. Единственное, что он никак не мог понять, это то, как человек, обладающий такой поразительной внешностью может иметь настолько сложный характер, а ведь пока что он едва ли сказал пару фраз. Лю Цингэ не собирался отступать. В конце концов, а дерзости ему было не занимать. — Могу ответить тебе тем же, — спокойно отозвался он, сделав акцент на слове «тебе». Послышался ироничный смешок, а с ним зрачки Шень Цинцю угрожающе сузились. Веер в его руках со звонким щелчком захлопнулся. Юэ Цинъюань, что все это время напряжённо наблюдал за двумя беседующими людьми, уловил это действие и поспешил уладить ситуацию. Он распрощался с главой пика Цяньцао, на что тот понимающе кивнул. Двое всё также прожигали друг друга взглядами. Один смотрел с вызовом, а второй с любопытством. Стоило им заметить приближающегося главу, Шень раздражённо цокнул языком. — Кажется, главе больше по нраву нянчить меня, чем налаживать дела в его собственном ордене, — невнятно промычал Шень. Каким-то чудом услышав это, Цингэ едва подавил смешок. Горный лорд развернулся, собираясь уйти первым, когда за его спиной послышался голос. — Ещё увидимся, Шень Цзю. — У мужчины задёргался глаз, пока он с силой сжимал в руке веер. Его так давно не называли этим именем. — Исчезни, — он ушёл, не замечая блеска в глазах мужчины. Юэ Циньюань увидел, что его названный брат идёт прямо к нему, и уже собирался вздохнуть с облегчением. — Брат, я надеюсь, что ты… — он запнулся на полуслове, встретившись взглядом с горящими изумрудами. Этот взгляд так и говорил «не трогай меня». Мужчина не собирался рисковать. Он, как никто другой, знал непростой характер этого человека. С чувством полной беспомощности покачав головой, он посмотрел на Лю Цингэ. Тот задумчиво смотрел вслед уходящему мужчине, думая о чем-то своём. Увидев, как к нему подошёл глава, Цингэ слегка кивнул в знак приветствия. На лице Юэ Цинъюаня была всё та же добрая, располагающая к себе улыбка, вот только глаза его были полны известной лишь ему печали. Лю Цингэ мог бы понять его, зная запутанную и совсем не радостную историю этих двоих. Он нахмурился, не понимая причины возникновения у него такого интереса к этому человеку. Возможно, ему просто нужно не обращать внимания. Он принял решение держаться подальше от горного лорда с надменным выражением лица и поразительно острым на язык. И как только из всего этого разнообразия Лю Цингэ умудрился обратить внимание на маленький *цветок сливы, что запутался в идеально уложенной причёске мужчины? Вид Шень Цинцю можно было назвать идеальным и даже этот маленький нюанс, что был замечен из чистой случайности настолько гармонично смотрелся вместе с этим человеком, удачно дополняя его образ. Лю Цингэ это показалось чем-то символичным. *Слива символизирует гордого и красивого человека с кристальной душой, несгибаемого и стойкого.

***

По происшествии нескольких лет, Лю Цингэ уже не кажется тем юнцом, каким он впервые переступил порог пика Цанцюн. Красота этого человека не собиралась покидать его, наоборот, он стал ещё более прекрасным, чем был до этого. Разве, что образ его теперь казался более сдержанным и спокойным, чего нельзя было сказать о его характере. Вспыльчивость и буйный нрав были верными спутниками Лю Цингэ. Забавно, но вся несдержанность и раздражительность пропадала всякий раз, стоило ему заметить одежды цвета цин. Он постоянно хмурился, не совсем понимая своей странной реакции на этого человека. Почему он так себя ведёт, учитывая кто находился перед ним? По закону жанра они должны были ненавидеть друг друга. Лю Цингэ оставалось только позавидовать реалистичности чувств мужчины — тот со своей ролью справлялся на отлично. Богу Войны было сложно понять всё то, что происходит с ним и его сердцем. Последнее начинает биться быстрее каждый раз, когда дело касается Шень Цинцю. Это заставляло Лю сомневаться в собственной адекватности. Он даже обратился за помощью к Му Цинфану. Тот только обречённо посмотрел на него, записывая что-то в своей тетради. — И как тебя только угораздило? Поверить не могу, — с его уст слетел добродушный смешок, и мужчина утешительно похлопал Цингэ по плечу. Действие оказало точно противоположное влияние. От одного взгляда чёрных омутов, лекарь поспешил убрать руку, нервно смеясь. Зная взрывной характер этого человека, ему не оставалось ничего кроме как подыграть. Предположив, что ложь в данном случае будет намного эффективнее правды, Му Цинфан выпроводил «больного», торжественно вручив ему старое-доброе успокоительное. Покинув обитель лекаря, Лю Цингэ вдохнул вечерний воздух, ловя остатки тепла последних летних дней. Где-то там вдали были слышны голоса юных адептов. Кажется, не только Лю Цингэ наслаждался располагающей обстановкой. Ему нужно было подумать, привести свои мысли в порядок. Иронично, но он не мог уцепиться ни за одну. Не успел он сделать и пары шагов в сторону своего пика, как замер на месте. Навстречу ему шёл никто иной как лорд Цинцзин. Его шаг был твердым, а походка, как всегда, элегантна и уверенна. Веер в изящной ладони был сложен. Тот вцепился в него стальной хваткой и, кажется, не замечал ничего вокруг. Он шёл в сторону Лю Цингэ. Почему-то последнему не хотелось, чтобы его обнаружили, а потому Бог Войны принял решение спрятаться. О том, насколько это, наверное, нелепо он подумает позже. Мужчина скрылся в тени дерева. От туда можно было незаметно наблюдать за тем, что происходит. Тем временем Шень Цинцю спокойно прошествовал дальше. Он легко толкнул дверь, даже не постучавшись. Это было в духе мужчины. Вот только, зачем этому человеку приходить сюда? Цингэ принял решение продолжить наблюдение. Он подождал, пока Цинцю покинет хижину. Ждать ему, кстати говоря, пришлось недолго. Спустя, буквально, пару минут дверь снова открылась и из неё показался всё тот же Шень Цинцю. Лю Цингэ было сложно противиться желание посмотреть на него поближе. Вот только на минуту позабыв о конспирации, мужчина наступил на сухую ветку, которая под тяжестью его веса звонко хрустнула, тем самым привлекая к себе ненужное внимание. Лю Цингэ невольно задержал дыхание, максимально скрывая своё присутствие. Тем временем Шень Цинцю резко остановился. Он с подозрением уставился на близстоящее дерево, со стороны которого был слышен посторонний звук. — Кто там? — как ни странно, ответа на свои слова он так и не дождался. — Покажись и я дам тебе возможность достойно проститься с жизнью. Не каждый в состоянии похвастаться такой привилегией. Лю Цингэ за деревом скептически усмехнулся, раздумывая над «заманчивым» предложением горного лорда. Тем временем Шень Цинцю продолжил: — На свете существует только один человек, способный с такой раздражающей преданностью проявлять интерес к моей скромной персоне. Я буду очень удивлён, если мои предположения окажутся неверными. — Снова не дождавшись отклика на свои слова, в Цинцю стало накапливаться раздражение. Его терпение было на исходе. Многозначительно хмыкнув, мужчина развернулся, продолжая свой путь. Лю Цингэ вздохнул с облегчением. Кажется, никто не в силах понять, когда это произошло, но в какой-то момент Шень Цинцю оказался за деревом, точно на том же месте, где буквально мгновение назад находился неудавшийся шпион. Мужчина внимательно осмотрелся, выискивая следы пребывания здесь постороннего человека. Уловив движение сбоку от себя, он медленно перевёл взгляд. Белка. Опасным наблюдателем с неведомым умыслом было глупое животное? Шень Цинцю ещё какое-то время прожигал дыру в маленьком пушистом создании. В его голове был рой мыслей и только одна выделялась среди остальных. Он точно был уверен — ему не показалось.