Кадомацу

      Ранпо смотрит на кадомацу перед собой и особо не понимает, что ему нужно делать. Точнее, он знает — вынести на улицу и поставить перед входом, но здесь проблема в другом.       Как его поднять?       Эдогава, попросив Дазай принести кадомацу, что у него находится дома, ожидал обычное украшение стандартных размеров. Не может же Осаму хранить у себя в квартире, которая и так забита всяким хламом, украшение почти в два метра?       Оказывается, может.       Смотря сейчас на это украшение, Ранпо даже кажется, что оно выше него. И поднимать его из горизонтального положения для выяснения этого он не хотел. Не то, чтобы ему было неинтересно, скорее, он не мог. Кадомацу оказалось слишком тяжелым, когда детектив пытался его хоть немного поднять. И как только Осаму умудрился притащить его сюда? Ему точно нужно записать куда-нибудь напоминание купить нормальное кадомацу, которое не нужно будет тащить втроем. Или просто дожидаться Дазая. Которого, между прочим, не было дома. И куда он только мог уйти? Сегодня же у них выходной, пусть и не официальный, ведь агентство даже на время праздников не перестает работать, что совсем не понравилось Дазаю, который решил взять больничный. Даже если все понимали, что Осаму здоров, никто возмущаться не стал и просто дали ему уйти. Кроме Куникиды, конечно, но не то, чтобы это кого-то волновало - даже директор не стал ничего об этом говорить. Походу, не хотел снова слушать вечные споры работников.       Именно поэтому Ранпо рассчитывал, что Осаму встретить его сегодня дома и они вместе спокойно — или не очень — украсят дом. Но, к его удивлению, Дазая нигде не было, а огромное кадомацу было. Эдогава фыркает, слабо пиная украшение ногой. И что ему с этим делать? Оставить тут пока Осаму не придет? В принципе, звучит неплохо. Если уж он и принес это слишком большое украшение, пусть сам и ставит! А вот Ранпо сможет после немного украсить его. Звучит как отличный план, думает он, уходя в зал и последний раз недовольно смотря на украшение.       Но долго беспокоиться о кадомацу ему не пришлось, ведь минут двадцать спустя пришел и сам виновник всего этого. Осаму радостно открывает дверь, только успевая крикнуть «Я дома!», как спотыкается об дерево и падает с ужасным грохотом. Ранпо на кухне вздрагивает, сразу выбегая в коридор и тяжело вздыхая. Наверное, все же нужно было немного подвинуть кадомацу, а не оставлять прямо у двери. Хотя, с другой стороны, так ему и надо, проскальзывает короткая мысль и Эдогава хмыкает.       — Поднимайся, тебе это еще тащить на улицу, — детектив с легким весельем смотрит на растерянного Дазая, что до сих пор лежит на полу, смотря перед собой глупо хлопая глазами.       — Ну Ранпо-о-о, — тянет Осаму гласные, смотря на того грустными глазами. Он только зашел в теплый дом, готовый уже поесть чего-нибудь сладкого — ведь это единственное, что можно было найти в доме Эдогавы — и попить горячего чая. Но тут его снова выставляют на мороз, да еще и заставляют взять с собой это невероятно тяжелое дерево! Ладно, на самом деле для Осаму оно было не тяжелым, он спокойно принес его сюда. Но это ничего не меняет!       — Давай, давай, вставай, — говорит детектив, тихо хихикая, а после возвращаясь обратно на кухню.       Осаму же ничего больше не остается, кроме как встать и, пару секунд сверля взглядом кадомацу, поднять его и понести на улицу. В следующий раз он не пожалеет денег и купит украшение меньше. Несомненно, конкретно это смотрится прекрасно, но таскать его каждый год Дазай не планирует. Недовольно фыркая, но у него получается поставить кадомацу ровно, учитывая, что вокруг полно снега.       Осаму как можно быстрее возвращается домой, трет замерзшие ладони и тихо заходит на кухню. Там уже давно стоит Ранпо и режет какие-то овощи. Он обычно ничего не готовит — да и не особо умеет, — но сегодня походу особый день. Осаму слегка приподнимает брови, а после хитро улыбается, неожиданно подходя со спины, обнимая и просовывая холодные руки под свитер Эдогавы. Последний же дергается, крича чтобы Осаму его отпустил, но он только смеется на это. А когда детектив успокаивается и возвращается к своему изначальному делу, то Дазай кладет голову ему на плечо, наблюдая. Пусть Ранпо и надул смешно щеки, показывая, что он обиделся, но все равно берет одну дольку морковки и подносит к Осаму. Последний же радостно съедает все, быстро целуя детектива в шею и отходя к чайнику. Ранпо что-то тихо шепчет себе под нос, кажется, возмущения, но с улыбкой.       Дазай смеется.