Мне показалось, что это конец, но потом, я встретил тебя.

Он бросил её на кровати в собственной рвоте. Не он первый, не он последний. Все подонки поступают с ней одинаково. В тусклой комнате стоял ужасный бардак. Везде были разбросаны бутылки и окурки, даже на кровати. Наверно, спать в окурках куда лучше, нежели в содержимом своего собственного желудка. Парень сидя в коляске тяжело прикрыл глаза рукой. Ему тяжело. Очень. - Эй. - тихо позвал Юнги. - М...эй - парень слегка толкнул женщину в плечо, но та никак не отреагировала и продолжила спать. Мин Юнги сложно живётся, и физически, и психологически. Его друг Чонгук, последнее время стал замечать, что парень сильно исхудал, и если это не исправить, то всё может свернуть на очень плохую дорожку. Но разве у Юнги может быть хоть какой-то аппетит, когда его жизнь настолько ужасна. Разве он может спокойно сидеть и набивать желудок? От постоянных стрессов, паренька в прямом смысле начинало тошнить от вида хоть какой-нибудь еды. Пьянство матери переходит все границы. Квартира превратилась в помойку для алкашей и бомжей. Юнги очень не хватало бабушки, он сильно скучал по ней, если бы она была жива, ему было бы хоть немного легче. Бабушка хоть как-то, но справлялась с матерью, а сейчас, ему приходится стараться самому. Был бы Юнги не в инвалидной коляске, всё было бы намного проще. - Эй, проснись. - Юнги подъехал ближе к кровати и сморщил нос от запаха, кажется, его самого сейчас стошнит. Он потряс мать за плечо несколько раз уже сильнее, но та, еще не проспавшись от алкоголя, продолжила сопеть в подушку. Мин не трогал бы её, была бы она не в таком ложе. - Чёрт. - тяжело вздохнул инвалид. Ему придётся в хрен знает какой раз попросить Чонгука о помощи. Юнги все ждал, когда друг наконец-то пошлёт его куда подальше, но Чон в который раз сообщил, что будет через несколько минут. - Хён, мне не тяжело спуститься на этаж ниже и помочь тебе . - сразу выпалил Чонгук, когда Мин открыл ему дверь. Только посмотрев на друга, Чонгук всегда видел в нём неудобство и вину . - Что случилось? Снова мама? - Юнги ответил на вопрос усталым кивком головы. - Она в спальне. Чонгук вошёл в комнату и направился прямо к кровати на которой спала миссис Мин. Парень уже достаточно долго дружит с Юнги, и помощь в таком роде совсем не первая. - Можешь приподнять её немного? Я хочу стянуть бельё с кровати. После того как Юнги убрал грязные покрывала, он отправился к туалетному столику, для того чтобы взять пачку салфеток. - Ещё тут немного. - помогал друг, пока Мин пытался хоть немного протереть кончики волос женщины от рвоты. - Ты как? - Как всегда. Что ему еще оставалось ответить? Юнги большим счётом никогда больше ничего и не чувствует. Ни радости, ни хотя бы намек на то, что его настроение является хорошим. Только "как всегда", оно имеет перевод - "разочаровано в своей жизни". Немного позже, когда возня с матерью закончилась, Чонгук задержался с другом на кухне. Чонгук даже понятия не имел, как Юнги еще вывозит всё это дерьмо. Друга было жаль до усрачки. Чон конечно этого не показывал, а только старался поддерживать и помогать чем может. - Юнги, всё хорошо? - Да, всё нормально. Спасибо что пришёл, и извини. - Ты перестанешь извиняться когда-нибудь? - Юнги в ответ только вздохнул. - Тебе больше ничего не надо? У тебя продукты есть? - Да, всё есть, Чонгуки. - Давай к нам на ужин? - Я... - Я знаю, ты хочешь сказать нет. Мы можем поесть в моей комнате, если ты не хочешь вместе со всеми. Пожалуйста, я очень хочу чтобы ты пришёл. - Ладно. - промычал парень в ответ, когда увидел на лице Чонгука запрещённый приём, а именно, большие глаза Чона, которые он умел делать очень милыми. - Я зайду за тобой в шесть. - обрадовался донсэн. Юнги не очень любил обедать или ужинать у друга. Не то, чтобы там было что-то плохое, наоборот, у Чонгука прекрасная семья, прекрасные родители и старший брат. Мин тоже всегда мечтал о брате, если честно. Так, возможно, он не остался бы таким одиноким и никому ненужным. Потому что из семьи у Юнги есть только мать, а ей как бы на него насрать-пересрать. Единственный по правде дорогой человек для парня, покинул этот мир пять лет тому назад. Бабушка очень любила внука, как и он её, а когда она умерла, Мин смог понять, что на самом деле любил бабушку куда больше. Честно говоря, Юнги очень много думал на тот счет, как бы он существовал, если бы в его жизни не было Чонгука. Дом Чона был мечтой для него, поэтому, после таких обедов или ужинов, инвалиду становилось ужасно грустно. - Хён? - Мм? - Ты ничего не ешь. Тебе не нравится? - Что?... Нет, мне нравится. - оторвался от колупания в еде Юнги. - Ты съел кусок огурца. - Я.., я просто не голоден, Чонгуки. - Тебе плохо? - отложил тарелку младший. - Может тебя тошнит? Юнги хотел повертеть головой и сказать, что всё хорошо, но неожиданно для него самого, в горле сильно сжало. Он отвернулся. Пытаясь сквозь давление сказать несколько обычных слов, парень понял, что не может противится этому, и поэтому, большое накопление в себе боли, внезапно полилось у него из глаз. - Хён? - соскочив с кресла, Чонгук поторопился забрать тарелку у старшего и отложил её на стол. - Я рядом, хён. - взял за руку его младший. - Меня тошнит, Чонгук, я не могу нормально есть. У меня панические атаки, и... - ухватил воздуха Юнги - и, кажется я скоро совсем откинусь. - Дурак. - Чонгук обнял друга и принялся поглаживать его по спине. - Ничего ты не откинешься, херню не говори. - Чонгуку приходилось видеть друга таким не так уже й часто. Юнги правда всегда держится очень сильно и прячет все свои чувства и переживания глубоко внутри. Но казалось, именно это имело на него наиболее плохое влияние. Рано или поздно, наши чувства поглощают нас. - Не такая уже это и херня. - Так, давай завтра мы с тобой поедем к врачу. У тебя скорее всего расстройство желудка, только и всего. - Не надо. - Юнги протёр глаза рукавами своей блузки. - У тебя учёба. - Манал я эти пары. У меня тут друг хуйню городит, неужели мне есть до них дело? - Не... - Да блин, заканчивай трепаться, пойду я на твои пары, только первую пропущу и всё. - Мне надо домой, возможно, она уже проснулась. - Ладно, идем. - Чонгук отодвинулся чтобы посмотреть на хёна. - Юнги, как бы дерьмово тебе не приходилось, у тебя всегда есть я, помни об этом. Хён? - Хорошо, я понял. - Я зайду за тобой утром в семь, будь готов, окей? - Угу. Мать парня и правда проснулась. Когда Юнги толкнул коляску к компьютеру, чтобы немного поработать над музыкой, она просто прошла мимо, не удостоив сына и одним своим несчастным взглядом. Парень надел наушники на голову и собирался войти в программу для работы, но ему помешала внезапная теплота, которая пройдясь по всему телу, начала приливать в голову. Воздуха снова мало, и Юнги в который раз сделалось ужасно страшно. Сопротивляясь панике, он старался хватать ртом воздух. Сердечко паренька как-будто собиралось выскочить наружу, но он отчаянно ухватился худыми бледными руками за сидение коляски в ожидании когда наконец это закончится. - Мам... - прошептал Юнги.