Мне показалось, что это конец, но потом, я встретил тебя.

Один в ребро, один в плечо. Ох, прямо по почке. Вдох. Горячо. Это сигарета? Больно...Долгожданный затихающий топот. Тишина. Всё закончилось? Нет. Большая рука сдавила горло, мерзкий мокрый язык залез парню в рот. Вот теперь конец. Чимина стошнило сразу же как только он кое-как принял сидячее положение. Глотая слёзы, он пытался не задохнуться. Может так было даже лучше. Желудок пуст, но тошнит всё равно. Парень был уверен, что никакого сотрясения у него нет, тошнило от происходящего. Ненависть внутри было сложно описать, всё чаще в голове всплывали мысли об убийстве. Возможно тогда, в тюрьме, он мог бы спокойно умереть, зная что те, кто делают ему больно, уже умерли самой страшной смертью. Жизнь, этот мир, все эти ужасные события. Всё против него. Тогда, зачем он вообще родился на этот свет? Одна вещь не позволяла Паку делать страшные вещи, это семья. Чимин попытался подняться. Грудь сдавливало, дышать было больно. - "Не вдыхай много, не вдыхай много" - повторяло сознание парня. Самое отвратительное всегда в конце. От мысли об этом, Чимина снова стошнило, но кроме слюны больше ничего не вышло. Пак был так зол, агрессия и ненависть мгновенно заполняла его разум. Тогда, раздался звонок. Только не это, почему сейчас? Почему? Так должно быть? Голос Хосока был как всегда бодрым и весёлым. - Чамани, я всё сделал, купил маме подарок от нас на вечер, только пришлось оставить его у Гука, я должен быть на занятиях до вечера. Сможешь забрать его? У тебя же пары закончились уже? - Да,... - вдох - хён. - Всё хорошо? Пыхтишь как будто с занятий удрал. - засмеялся брат в трубку. Чимин больно укусил себя за язык, чтобы не сказать хёну ничего плохого. - Я заберу. - смог сказать Чимин, после чего скинул звонок. Во рту почувствовался вкус металла. Сегодня день рождения мамы Пака. Сегодня должен был быть хороший день. Чимин вместе с братом скинулись на подарок, который она так хотела, и вечером, они должны были подарить его во время уютного семейного ужина. Всё так и будет, только никто не будет знать о том, что Чимин будет желать воткнуть в себя нож, лежащий на праздничном столе. Парень вытер слезы на глазах и похромал в сторону остановки. Сейчас вместо того, чтобы сразу вернуться домой и запереться в своей комнате, Чимин должен переться домой к Чонгуку, потому что у Хосока целый день ебанные пары. Чёрт бы всё побрал. Почему сегодня? Почему всё случилось сегодня? Проклиная мерзких людей, день, ситуацию, себя, парень кое-как добрался нужной ему остановки. Маршрутка была переполнена, терпя ужасную боль во всем теле, Чимину пришлось давиться между толпы в просто отвратительный жаркий день. Солнце после обеда жарило еще сильнее, а Паку пришлось идти еще и в толстовке, в которой он просто варился, словно в аду в красном котле. Снять он её не мог, ведь под ней, на теле творился полный ужас. Квартира Чона оказалась пустой. Спустя сто звонков в дверь, никто их так и не открыл. Колотя по чертовой двери кулаками, Чимин молился всем богам, чтобы не зарыдать прямо под ней. Выйдя на улицу, он схватил телефон, чтобы позвонить брату. - Разве он еще не вернулся? - КАКОГО ХРЕНА, ХЁН? Ты и правда спрашиваешь это у меня? Я бы вернулся уже как час домой. - Да ладно тебе не кипишуй ты так, чего злой такой? Я сейчас его наберу. Как же хотелось раздавить телефон в руках. Запустив руки в свои волосы, парень больно потянул себя за них. Чимин был на грани, оставался один маленький шаг. К сожалению, его толкнули. - Чимин? - послышался голос рядом. - Всё нормально? - Всё просто АХУЕННО!!! РАЗВЕ НЕ ВИДНО, ВСЁ ЧУДЕСНО! - инвалид чуть не уронил пакет с колен испугавшись звукового тона младшего. - Тебе...тебе нужна помощь? - Я похож на человека, которому нужна помощь? Я СКАЗАЛ, ВСЕ НОРМАЛЬНО, ПРОСТО ИДИ КУДА ШЕЛ! - машина Чонгука как раз остановилась рядом. - Может, я всё же смогу помочь? - СЕБЕ ПОМОГИ! Чонгук вышел из машины. Заметив Чимина во дворе, Чон взял запакованную коробочку и двинулся на встречу. - Привет, хён, Хоби звонил мне только что, я немного задержался, извин... - коробку у парня буквально вырвали из рук. Чимин испарился молниеносно, быстро и без слов, сжав бедную коробочку так, что от красоты не осталось и следа. - Что это с ним? - Чонгук удивленно глянул на Юнги. - Вы повздорили? Юнги? Алё, с тобой то что? Чимину безумно хотелось кричать, сделав это прямо сейчас, скорее всего, люди позвонят в психушку. Как ему успокоиться? В голову лезли только самые плохие мысли. Только так он смог бы отрезать всю свою боль. Раз и навсегда. Чимин внезапно остановился посреди дороги. Сделав большой и глубокий вдох, он посмотрел наверх, подняв глаза к синему небу, и задержавшись в такой позе на несколько секунд. После, парень перевёл взгляд на коробочку в своей руке. Подарок для мамы вышел бы ужасный. Смерть сына на свой собственный день рождения. Еще один вдох. Пак заставил себя зайти в ближайшую аптеку и попросил успокоительных, которые сразу там же и выпил. Он принялся убеждать себя, что пока он дойдет до дома, таблетки помогут ему успокоиться. С помощью тех же таблеток и силы самовнушения, Чимин, казалось, немного остыл. Придя наконец-то домой, парень сразу же отправился в ванную. Пока дома никого не было, у него было время чтобы прийти в себя. Чимин приложил очень много усилий для этого, но было безумно сложно. Когда вечером семья вернулась домой и мама накрыла на стол, Чимин был спокойнее, но особо ни с кем не разговаривал. Мама была рада вниманию, папа и Хосок были веселыми и болтливыми. Они вообще будто один человек. Чимин бы очень хотел быть похожим на них, но увы. - Чимина, ты совсем ничего не ешь, у тебя был плохой день? - после вопроса мамы, парню очень захотелось расплакаться. - Нет, всё хорошо. Я просто перекусил недавно, поэтому не очень голоден, извини. - С друзьями ходил кушать? Хоби мне тут на ушко шепнул, что у тебя друг новый появился. - засияла женщина глянув на старшего сына, но переведя взгляд снова на младшего, в миг заволновалась. Чимин прокусил губу пытаясь удержать слезы внутри себя, капелька крови убежала вниз по подбородку. Спросив сына о друге, Чимин вспомнил те ужасные слова, которые сегодня сказал Юнги. Парень ощущал отвращение к самому себе, прямо сейчас, осознавая как сильно обидел его. - "СЕБЕ ПОМОГИ!" - пронеслось в голове отвратительное предложение. Чимин почувствовал как горечь подступила к горлу и сорвался с места убегая в ванную комнату. - Чимини, что с тобой? - все со стола подорвались следом за Чимином испугавшись. - Чимин? - постучала женщина в дверь ванной комнаты. Чимина снова вырвало, здоровых нервов кажись совсем не осталось. Мама вошла в комнату и спустилась к парню, когда Чимин поднял голову, она спросила: - Где болит, Чимини? - Нигде. Я наверное съел что-то не то. - Я всегда вам говорю смотреть что едите. Сейчас жара невыносимая, еда может портиться даже в самых хороших местах. Я дам тебе лекарства. - Не надо, мам. - Как это не надо? Отравление дело серьезное. Надо еще температуру померить. - У меня нет температуры. - но мама завелась не на шутку. Чимину пришлось остановить её. - Мам, мне надо с тобой поговорить. - Судя по этой тихой просьбе, мама поняла, что остальных надо отправить назад. Когда муж и сын ушли, женщина снова спустилась вниз и присела рядом с Чимином. - Что случилось? - Я просто перенервничал. Мы, эмм, с другом, немного поссорились, я сказал ему плохую вещь, именно такую, которая бьет по самому больному, поэтому, я чувствую себя сейчас последним дерьмом, извини, я совсем не хотел этого говорить. - Чимин всё же заплакал. - Я не плохой, правда, я не хотел этого говорить, он очень важен для меня, я не хотел его обидеть... - парень постепенно вводил себя в истерику. - Чимини, конечно ты неплохой, ты у меня самый хороший. - обняла сына мама. - Я уверена, что всё будет хорошо, он простит, обязательно тебя простит. Извинись и скажи как он дорог тебе, и он обязательно простит. - Я пойду к нему. - Куда это ты собрался, уже поздно, сходишь к нему завтра. Тебе и так сейчас плохо, Чимин, я тебя никуда не пущу. Ты сможешь успокоиться и всё обдумать, обдумать, что бы ты хотел сказать и как это сказать. Возможно мама была права. Как бы хотелось Паку поделиться с ней всей своей болью. Состояние Чимина сейчас было не из лучших. Сегодня случилось много плохого, возможно, нужно сперва отпустить этот день и забыть его как страшный сон. Но реальность была такова, что этот страшный сон часто повторялся.