Волшебство в мелочах

Она сидела за кухонным столом, пила кофе, наслаждалась вкусом свежих булочек и смотрела в окно. Ранняя осень, расцвечивая всё вокруг яркими красками и радуя пока ещё тёплым и почти по-летнему ярким солнцем, только вступала в свои права. Ещё вчера она думала, что с началом нового дня всё, что произошло прошлым вечером, закончится, исчезнет. Кто он и кто она? Даже в самом начале их, она задумалась, подбирая слово, но кроме "общения" ничего на ум почему-то не шло. И она решила, что пусть так оно пока и будет. Хотя какое это было общение?! Когда он впервые с ней заговорил, она думала, что упадёт в обморок. Потом были взаимные улыбки и приветственные кивки головой, если он не мог подойти к ней из-за окружающих его поклонников и сказать дежурное: "Здравствуй! Рад тебя видеть!". Если же все-таки ему, каким-то чудом, удавалось избежать всеобщего обожания, и он подходил к ней, то спрашивал: "Как дела? Понравился спектакль?", и они просто обмениваясь дежурными фразами, расходились по своим делам. Хотя он так делал со всеми более-менее постоянными почитателями его таланта, стараясь уделять немного времени всем. Она даже не думала тогда, что он стал выделять её из общей толпы. Правда, однажды, после последнего в сезоне спектакля, когда уже все разошлись, он попросил её подождать его возле машины, указав на достаточно крупный, серый автомобиль, чуть-чуть не дотягивающий до внедорожника. Она удивилась, но покорно встала неподалёку, гадая, что будет дальше. Распрощавшись со всеми своими коллегами и подойдя к ней, он предложил подвести ее хотя бы до ближайшей станции метро. Она растерялась и ещё долго колебалась, ссылаясь на нежелание обременять его, но он убедил её, что уже слишком поздно, а идти далеко и проблематично. Уже сидя в его машине, она не могла поверить в реальность происходящего, гадая, что бы это могло значить, и почти не вслушивалась в то, что он пытался ей говорить, волнуясь и чувствуя себя неуютно. Для нее он был кем-то из совершенно другого мира, к которому по случайности ей позволили прикоснуться. Уже прощаясь, стоя на промозглом осеннем ветру, возле входа в метро, он печально улыбнулся и сказал: "Увидимся в следующем сезоне... я буду ждать...". Она лишь кивнула и поспешно скрылась за массивными дверями. Сейчас ей было даже смешно и грустно, ведь всё, что было сейчас, могло начаться уже тогда. Как она могла не понять, что для него их отношения начались уже давно, что она действительно стала для него особенной. Свет осеннего солнца, вроде бы яркий, но уже не такой как летом, освещал всё вокруг. Ей было тепло и уютно. Сейчас она действительно чувствовала себя дома. Звонок телефона вывел её из созерцательно-медитативного состояния. Рингтон с его голосом, она уже давным-давно поставила одну из песен в его исполнении в качестве звонка и даже не допускала мысли сменить, наполнил комнату. Она подняла трубку и услышала его голос: - Доброе утро, родная! Как спалось?, - прозвучал его голос, как будто он был совсем рядом. - Доброе, волшебный мой! Сладко и так хорошо…, - ответила она не сдерживая улыбки, и сразу же восторженно продолжила, боясь не успеть всего сказать или что-то забыть, - Цветы, что ты оставил для меня... они великолепны! Даже не представляю, где ты их взял в такое время?! Да ещё мои любимые красные тюльпаны! Так приятно! Спасибо, любимый! И завтрак... я так давно не ела таких восхитительных булочек, а кофе... я в восторге. Я так рада, что ты у меня есть. Мне нужно съездить домой и переодеться. Я очень быстро. И ты не будешь против, если я приготовлю обед? Я очень хочу пообедать вместе с тобой... Она перевела дух, собираясь продолжить, но услышала его бархатный баритон: - Ты даже не представляешь, как я счастлив, что тебе всё понравилось! И как мне хочется сейчас видеть тебя, но... Прости, дорогая, нужно идти... мы скоро встретимся... обещаю! Люблю, целую и уже скучаю..., - в его голосе сквозили искренняя радость и легкая грусть. - Ой... прости!, - вырвалось у неё, она совершенно забыла, что у него сегодня утренняя репетиция и не учла, что ему нужно спешить, - Я забыла, что ты занят. Хорошей репетиции! Я буду ждать нашей встречи. Пока! Отключив вызов, она ещё несколько минут с любовью смотрела на экран телефона с его фотографией. Она любила эту фотографию, на ней он выглядел таким настоящим, таким родным. Фотографу удалось, казалось невозможное, запечатлеть всю гамму чувств от робости и смущения до внутренней силы и несгибаемой воли, передать саму суть его души. Когда она впервые увидела эту фотографию, её поразило, что он выглядел не как лощеная звезда, совершенная и далекая от мира людей, а как обычный человек. Она ещё больше восхитилась, что он даже не попытался скрыть то, что обычно не принято выставлять на показ. Глядя на эту фотографию, она ещё подумала, что так мог выглядеть обычный архитектор, инженер, автослесарь, да кто угодно не связанный с искусством и творчеством. Она и поставила эту фотографию на экран телефона, чтобы любоваться, представляя, что он простой работяга, ставший её судьбой. Теперь всё изменилось, мечты стали самой настоящей реальностью, и она невольно вспомнила их самое первое свидание. Его лучезарная и немного робкая улыбка, полные затаенной и искренней надежды глаза, протянутая, открытой ладонью к ней, рука, тогда он так был похож на задорного мальчишку. При одном только этом воспоминании её сердце наполнилось невероятной радостью и затаенной нежностью. Она смотрела куда-то вдаль, там где-то далеко и так близко, в переплетении множества домов и улиц огромного города был он. Она бездумно поглаживала бока пузатой фарфоровой чашки, кофе медленно, но верно остывало, а она не могла выйти из этого странного состояния расслабленности и покоя. В её голове до сих пор звучал его голос " ... мы скоро встретимся... обещаю! Люблю, целую и уже скучаю...". "Скоро, уже совсем скоро они увидятся вновь!" - эта, внезапно пришедшая, мысль заставила её прийти в себя и посмотреть на часы. Время было неумолимо. Такое волшебное и наполненное приятными мелочами утро растянулось на целых полтора часа. На краткий миг она запаниковала, что ничего не успеет сделать, но быстро взяла себя в руки. Уже убрав за собой после завтрака и заправляя постель, она вспомнила, что совершенно забыла спросить, когда он приедет на обед и какое блюдо приготовить? Звонить и отвлекать она не решилась, а вот написать?! Она быстро набрала сообщение: "Совсем забыла спросить! Когда тебя ждать и что приготовить?" - гласило оно. Перечитав напечатанные слова, с каким-то волнением и предвкушением, она нажала на отправку, тут же отложив телефон и продолжив собираться, стараясь не думать, как быстро придёт ответ. Ответное сообщение от него пришло, когда она ехала в такси к себе домой и уже начала паниковать, накручивая себя: "Прости, не сразу увидел твоё сообщение. Раньше 13:30 ч. не получится. Все, что тебе придёт в голову. Я всеяден!". "Хорошо! Буду ждать с нетерпением! Хорошего дня! Люблю" - быстро напечатала и отправила она. На душе стало спокойнее и намного легче. Времени оставалось не так уж много, но у неё возникли кое-какие мысли по поводу их первого совместного домашнего обеда. Уже у себя дома, переодевшись, собрав всё необходимое, и готовясь вызвать такси и поехать обратно к нему домой, она на миг замерла, а потом прошла в спальню, вспомнив, что чуть не забыла о самом главном. Вернулась, она, держа в руках небольшую коробочку. Давно, даже ещё не имея представления о том, что он существует, пытаясь прийти в себя после очередной полосы неудач. Она поехала в однодневную экскурсионную поездку. Помимо экскурсии по маленькому, самобытному городку с живописной архитектурой и прекрасной природой в тур входило посещение местных мастерских и многочисленных лавок с работами искусных мастеров. В одной из них её внимание привлек прилавок с множеством украшений ручной работы. Среди разнообразных и очень красивых работ лежал простой на вид медальон. Выполненный в виде стальной пластины с выгравированной головой ощеренного горного льва и надписью на латыни, на простой стальной цепочке, он разительно отличался от всех представленных украшений. Она даже не знала, что ей в нём понравилось, но он притягивал её внимание и, в конце концов, не в силах удержаться, она купила его. Медальон был крупный, достаточно увесистый и агрессивно-мужской. Всю дорогу обратно она не выпускала его из рук, любуясь тонкой гравировкой и вчитываясь в смысл фразы. Тогда же она и загадала, что это будет подарок для кого-то особенного, с кем она готова будет пойти по жизни вместе. Правда с учётом того, что на тот момент рядом даже никого не предвиделось, а последний претендент на руку, сердце и иные жизненно важные органы исчез, как только у нее начались неурядицы, она даже самой себе не могла объяснить столь странную и внезапную покупку. Теперь же, она с воодушевлением думала, как вручит ему этот простой, но такой значимый для неё подарок. Такси прибыло на удивление быстро, и также быстро она вновь оказалась в его квартире. Она даже удивилась, было ощущение, что само время прониклось важность момента, и встало на её сторону, замедлив свой бег. До назначенного времени оставалось ещё два часа. Этого времени ей должно было хватить с лихвой. Выкладывая необходимые для приготовления обеда продукты, она все ещё была не уверена, что выбранные блюда придутся ему по вкусу. Ей хотелось удивить его и сделать их первый совместный обед особенным. Сейчас, смотря на все ингредиенты, она думала, что как-то всё просто и незамысловато, но отступать было поздно. Вздохнув и отбросив сомнения, хотя бы большую часть из них, она приступила к готовке. Процесс приготовления всегда успокаивал и завораживал её. Нарезая продукты, смешивая их, используя различные приправы и специи, она чувствовала себя чародейкой, которой подвластно всё. А сегодня же всё было вдвойне особенным и наполненным какой-то своей, особенной магией. Каким-то невероятным образом она легко ориентировалась на кухне, без труда находя посуду и столовые приборы, почему-то её это даже не удивляло. Она как будто действительно была в своём доме. Уже почти закончив и оглядываясь вокруг, она удовлетворенно улыбнулась. Почти всё было готово и у неё даже оставалось время, чтобы чуть-чуть передохнуть и привести себя в порядок. Спагетти с грибами под белым соусом с прованскими травами были уже приготовлены, как собственно и мясо в белом вине. Оставалось только нарезать свежие овощи и зелень. Уменьшив огонь до минимума, и убедившись, что все идёт как нужно, она приступила к нарезке. Все было хорошо и шло, как она задумала, пока в её голове не возникла мысль, что она же в ЕГО квартире, на ЕГО кухне, готовит для НЕГО обед. Эта мысль шокировала её, краткий миг замешательства и рука, державшая нож, дрогнула. Она даже не почувствовала боли, машинально отдернув уже пораненную руку. Зажав кровоточащий палец бумажным полотенцем, и ругая себя за невнимательность, она направилась в комнату. Порывшись в недрах своей сумочки, она с облегчением обнаружила пластырь. Похвалив себя за предусмотрительность, она устранила досадную оплошность и вернулась на кухню. Больше она не отвлекалась, прогнав все непрошенные мысли и сосредоточившись на последних приготовлениях. Поворот ключа в замочной скважине чуть не застал её врасплох. Поспешно вытерев руки о полотенце и ещё раз оглядев накрытый стол, убедившись, что всё в порядке, она поспешила выйти ему на встречу. Он уже зашёл в квартиру и закрывал за собой дверь, когда она в нерешительности застыла, глядя на него и не зная, что делать дальше и как себя вести. - Здравствуй, родная!, - с каким-то придыханием, как будто пробежав все семнадцать этажей до своей квартиры, сказал он, протягивая к ней руку. Она заулыбалась и, сделав шаг навстречу, вложила свою руку в его открытую ладонь. Он мягко притянул её к себе и поцеловал в губы. Поцелуй вышел легким, почти невесомым, но таким сладким и многообещающим. - Как же я соскучился..., - шепотом, почти не отнимая своих губ от её, произнес он.- Я тоже, милый..., - вторила она ему, отмечая про себя, как ей приятно произносит это вслух. - У меня для тебя небольшой сюрприз!, - улыбаясь, произнес он, отстраняясь и протягивая ей достаточно объемный крафтовый пакет. - Мне?... За что?..., - переспросила она с удивлением, принимая подарок из его рук. - Конечно тебе... хм... просто так... чтобы тебе стало приятно..., - с легким смешком, тепло улыбаясь, проговорил он. - Разве не хочешь посмотреть что там? - А... да... наверное... очень!, - проговорила она, все ещё пребывая в некотором замешательстве. - Так посмотри! Надеюсь, тебе понравится..., - уже откровенно веселясь, проговорил он. Попутно раздеваясь, снимая лёгкое полупальто и расшнуровывая чёрные, лакированные туфли. Она с любопытством заглянула в пакет и ахнула. Там оказалась плетёная корзина, наполненная свежими фруктами, вперемешку с конфетами и небольшими шоколадками. - И это все мне!, - её удивление перешло в полнейший восторг. - Тебе! Хотя... может ты со мной все-таки поделишься? Или хотя бы вкусом… с твоих губ…, - в его голосе сквозило неприкрытое удовлетворение. Он был очень рад, что ей понравился его небольшой незамысловатый сюрприз. - Все может быть..., - ей явно передалось его приподнятое настроение, - Спасибо!, - искренне поблагодарила она. - Я рад тебе угодить, любовь моя, - произнес он, обнимая её и целуя глубоко и чувственно. Пакет с подарочной корзиной выскользнул из её враз ослабевших рук. Она растворилась в этом поцелуй, отвечая, пытаясь перехватить инициативу. Он не сопротивлялся, позволяя ей вести. Они прервались только тогда, когда воздуха просто перестало хватать. У обоих бешено колотились сердца. Чтобы хоть как-то успокоиться, он поднес её левую руку к своим губам, медленно целуя каждый пальчик. Пока не ощутил что-то чужеродное. Воззрившись на заклеенный пластырем палец, он вопросительно перевёл свой взгляд на неё. - Просто небольшой порез... ничего серьёзного…, - почему-то начала оправдываться она под его ставшим серьёзным взглядом. - Пойдём, - он потянул её в сторону ванной. Она, не сопротивляясь, последовала за ним, почему-то чувствуя себя виноватой. Достигнув цели, он легко поднял её и усадил на стиральную машину. Сам же метнулся к одному из шкафчиков, поспешно доставая белую коробку с красным крестом. Вернувшись к ней, покорно замершей и опустившей голову, он поставил аптечку рядом. Бережно взял её пострадавшую руку. Только сейчас она заметила, что пластырь насквозь пропитан кровью. Теперь ей стала понятна причина его внезапного беспокойства. Пока он снимал пластырь и осматривал ранку, она думала, как могла не заметить и не почувствовать, что поранилась несколько серьезнее, чем думала. - И как ты так умудрилась?, - его расстроенный голос вывел её из размышлений. - Сама не знаю... задумалась…, - виновато сказала она, пока он внимательно осматривал небольшой, но глубокий порез. - Будет немного щипать, - предупредил он, обрабатывая ранку сначала перекисью, а затем нанося медицинский клей. Она невольно поморщилась от неприятных ощущений. От него это не укрылось, и он привлек её к себе, целуя в висок и отвлекая от кратковременной боли. - Прости, родная... сейчас всё пройдёт, - сказал он, поглаживая её волосы. Его голос был наполнен нежностью и любовью. - Ты со мной как с маленькой…, - пробормотала она, нежась в его объятиях. - Конечно... ты и есть моя маленькая…, - услышала она его шепот возле самого своего уха. Раньше бы она возмутилась, доказывая, что она вполне уже взрослая и может позаботиться о себе сама, но сейчас, вслушиваясь в его голос и вкрадчивую интонацию, только улыбнулась, укладывая голову на его плечо и наслаждаясь его объятиями. - Ну, что же... думаю, теперь всё заживёт... до свадьбы, - вывел её из приятного оцепенения его голос, - Пойдём обедать! Я хочу попробовать, то ради чего была принесена столь кровавая жертва, - закончил он, возвращая в свой голос прежнюю веселость. Зайдя на кухню, наполненную ароматами свежеприготовленной еды и увидев сервированный стол, он не сдержал восхищения: - Да, ты оказывается настоящая волшебница! И когда ты только всё это успела приготовить?! - Ты ещё ничего не пробовал..., - смущённо сказала она, направляясь к плите, - Вдруг тебе ничего не понравится. Садись за стол. - Мне всё понравится... мне не нужно пробовать... достаточно знать, что ты приготовила это всё для меня..., - его голос раздался совсем рядом, а он сам, подойдя сзади, заключил её в свои объятия, прижимая к своей груди и целуя в шею. - Давай ты все-таки попробуешь то, что я приготовила, а потом уже будешь нахваливать меня, - возразила она, пытаясь скрыть своё смущение, его слова и действия были так необычны и чрезвычайно приятны. - Хорошо... как скажешь, но я все равно думаю, что не буду разочарован, - ответил он, выпуская её из объятий и садясь за стол. Несколько минут и вот они уже вместе сидят за столом, а она с волнением наблюдает, как он пробует приготовленный обед. Ей было важно, чтобы ему понравилось, чтобы он был так же приятно удивлён и рад, как и она, когда утром наслаждалась приготовленным для неё завтраком. В какой-то момент она поймала себя на мысли, что чувствует себя как на экзамене, на самом главном экзамене в своей жизни. Едва справляясь с волнением и пытаясь не думать, что ему может не понравится, она сама принялась за еду. Они ели в полном молчании. Она старалась даже не смотреть на него. Хотя взгляд так и тянулся. Смотреть на него, касаться, хотелось постоянно, особенно когда он был рядом, вот так как сейчас. Она поймала себя на мысли, что никогда не испытывала таких чувств к кому-то кроме него. - Ты прекрасно готовишь, - прервал он её размышления. Она взметнула свой взгляд, чтобы встретиться с его внимательным и наполненным невероятной смесью восхищения и любви. - Спасибо... мне приятно... и я рада, что тебе нравится, - она попыталась вложить в свой голос всю свою любовь. - Это тебе спасибо, родная, - его голос был наполнен нежностью и чем-то, что она никак не могла интерпретировать. - Знаешь..., - продолжил он, после небольшой паузы, - Для меня ещё никто и никогда не готовил. Я думал ты захочешь пойти в ресторан... но... ты постоянно удивляешь меня... ты необыкновенная... Он протянул к ней открытую ладонь руки, как тогда в кафе, когда только все начиналось. Она вложила свою руку в его не отводя взгляд, смотря на него прямо и открыто. Слегка сжав её руку, будто желая убедиться, что она настоящая и не исчезнет, он невольно отметил как её ладонь, такая хрупкая и тёплая, хорошо и правильно ощущается в его руке. Поглаживая тыльную сторону её ладони, он ощущал гладкость кожи, считывал её реакцию, как у неё изменяется дыхание, как она расслабляется от его даже такого лёгкого и незначительного прикосновения. Смотря на неё, он чувствовал, как она взволнована и как ей важно сейчас его одобрение. Он не переставал удивляться, насколько она открыта в общении с ним. И как ему хочется чтобы доверия между ними стало еще больше. Желание защитить её от всего, укрыть в своих объятиях с каждым днём становилось просто непреодолимым. А ещё ему так хотелось утолить голод прикосновений. Со вчерашнего вечера желание ощутить её всю, всем своим телом росло и ширилось. Её взгляд, такой открытый и полный нежности, притягивал его. Как же он жалел, что сегодня спектакль, что оставшегося до выхода из дома времени недостаточно чтобы доставить и ей, и себе такое желанное удовольствие. По её взгляду, реакции на его прикосновения, он понимал, что она, так же как и он хочет большего, намного большего, чем было сейчас между ними. Но его останавливало обещание не торопиться, узнать друг друга лучше, что он дал ей вчера вечером, что он дал самому себе. Соблазн послать все к черту и поддаться моменту... Он мысленно одернул сам себя. Сейчас ему казалось, что он ступает по очень тонкому и опасному льду. Меньше всего ему хотелось нарушить то доверие, которое возникло между ними, разрушить ту магию чувств, что со вчерашнего вечера окрыляла и дарила ощущение невероятного счастья. Он не сомневался, что если сейчас встанет и отведёт её в спальню, она покорно последует за ним и сделает всё, что он захочет, как он захочет. Восхищение и восторг в её глазах, которое он когда-то увидел и которое в какой-то момент заменялось абсолютной и чистой любовью. Он хотел быть уверен, что это не слепое обожание и поклонение кумиру, а именно любовь и любовь к нему, а не к образу, что он надевал на себя, общаясь с поклонниками или играя на сцене. Когда он только понял, что её образ поселился в его мыслях, когда осознал, что желание быть рядом с ней не просто мимолетное увлечение, а нечто большее. Именно тогда он решил для себя, что сделает всё возможное чтобы полностью и безраздельно завладеть её вниманием, добьется её доверия. Медленно, но верно он добился, что она стала видеть в нём его самого, а не созданный им для других образ. Сейчас он боялся, что она будет разочарована... в нём, в его непростом характере и укладе жизни. Когда вчера с его губ слетело признание, когда она согласилась приехать к нему и осталась, он был счастлив, но теперь счастье затапливало его полностью. Просто объятий и поцелуев ему было уже недостаточно. А как перейти на новый уровень общения он просто не знал... - Ты в порядке? Все хорошо?, - её голос заставил его вынырнуть из непростых размышлений. - Все в порядке, дорогая..., - он улыбнулся, глядя на появившееся в её глазах беспокойство. - Я просто задумался... я не знаю как тебе сказать насколько я тобой восхищен... и как ты мне дорога... Он поднёс её руку к своим губам и поцеловал. Она замерла и, кажется, перестала дышать. Как же ему было жаль упускать такой момент, но ради дальнейшего, их совместного будущего, он должен был сделать выбор. - Давай я помою посуду, а ты пока переоденешься и мы поедем... Ты же поедешь со мной?, - он постарался чтобы его голос звучал мягко и не дрогнул в последний момент. - Уже... Так рано?, - в её голосе звучало едва скрываемое разочарование и она похоже не совсем воспринимала его слова. - Да. К сожалению..., - он даже не стал скрывать своих чувств. - Нужно ещё решить кое-какие дела, нанести грим, проработать некоторые моменты... в общем..., - он глубоко вздохнул. - Все сложно... и обычно я как уезжаю с утра, так только после вечернего спектакля и возвращаюсь... но сегодняшний день исключение... мне так хотелось с тобой пообедать... - Правда? Ты приехал только ради меня?, - её голос слегка дрожал от нахлынувших эмоций, она была тронута этим нечаянным признанием. - Да... не могу без тебя..., - слова сами сорвались с его губ. - Спасибо, любимый! Я..., - она замолчала, было видно, что эмоции захлестывали ее. - Я быстро. Ты справишься? Если хочешь я сама могу всё убрать? Она уже встала, хотя её рука все также покоилась в его ладони. - Справлюсь... не волнуйся... иди, - сказал он, притягивая её к себе и оставляя на её щеке целомудренный поцелуй. Так не хотелось отпускать её, но он убедил себя, что это нужно сделать. Едва она вышла из кухни, он встал и принялся убирать со стола. Он только успел помыть посуду, когда услышал её тихие шаги, обернулся, попутно вытирая руки, и так и застыл. При одном лишь взгляде на неё, сердце зашлось в невероятно быстром, рванном ритме. Ещё никогда он не видел её в таком образе. Чёрные легинсы, подчеркивали стройность её ног, трикотажная туника с широким, многослойным воротом и ассиметричным подолом, тёмно серого почти стального цвета, выглядела строго, но в тоже время так привлекательно. Глядя сейчас на нее он даже не мог понять почему этот наряд так его привлекает, в нём не было ничего сексуального или провокационного, но ему определённо нравилось как она выглядит. - Что-то не в порядке? Тебе не нравится... я подумала, что раз мы сегодня решили вечером погулять, то такая одежда будет в самый раз..., - быстро заговорила она, почувствовав его замешательство и немного нервно проводя руками по одежде, расправляя невидимые глазу складки. - Нет... всё так... и даже больше, - он шагнул к ней, заключая в свои объятия. - Ты прекрасно выглядишь... мне нравится... и ты точно не замерзнешь... Он не смог удержаться и поцеловал её, глубоко, жадно, до сбившегося дыхания, как мечтал последние полчаса. - Пойдём..., - едва выравнив дыхание проговорил он, когда, наконец, смог отпустить её губы. - Не хочу опоздать... - Как скажешь..., - в её голосе чувствовалось лёгкое разочарование. Но оба понимали, что пока ничего сделать нельзя. - У нас будет... будет время чтобы..., - начал он, но замолчал, подбирая слова. - Насладиться друг другом, - закончила она за него, проводя рукой по его волосам, слегка ероша непослушные прядки. Он кивнул, улыбаясь, ловя и целуя ладонь её руки. Удивительным образом она угадала его мысли. Чтобы окончательно прийти в себя и набросить верхнюю одежду, хватило нескольких минут. Уже сидя в машине, она ощутила какое-то радостное предвкушение от начинающегося вечера. Даже не взирая на час пик они довольно быстро продвигались к месту назначения. На одном из перекрёстков, когда они успешно миновали очередную пробку, он даже посмеялся, что только одно её присутствие приносит невероятную удачу. Она лишь улыбнулась в ответ, видя какое приподнятое у него настроение, про себя отметив, насколько ей хорошо и спокойно рядом с ним. Скоро они въехали на парковку возле театра, припарковав автомобиль в тени деревьев позади здания возле служебного входа. Смотря на хорошо знакомое место, она не переставала удивляться, насколько все изменилось. Ещё вчера она ждала его почти на этом месте, а сегодня он привёз её сам на своей машине. Она невольно улыбнулась, а затем, глубоко вздохнув и досчитав до трех, обернулась к нему: - У нас же есть пара минут?, - начала она. Он согласно кивнул, пытаясь понять, чего она хочет и внимательно её слушая. - Я хочу сделать тебе подарок. Он небольшой, но..., - она сделала паузу, попутно достав из сумочки маленькую коробочку. - Много значит для меня. Надеюсь, тебе понравится и..., - замолчав, она попыталась справиться с нахлынувшими эмоциями, но руки предательски дрожали когда она протягивала ему невзрачную коробочку. - И скажет тебе о многом..., - наконец закончила она, замолкая, отводя взгляд и закусывая губу. Справиться с собой она смогла только через несколько минут. Когда она осмелилась поднять взгляд, всё ещё внутренне обмирая, боясь его реакции, он сидел и задумчиво смотрел на лежащую на его коленях открытую коробочку. Медленно и аккуратно он достал покоящийся там медальон. Несколько томительных для неё мгновений он рассматривал гравировку, вчитываясь в слова на гладкой поверхности, любуясь филигранной тонкостью изображения. Она затаив дыхание, наблюдала за ним. Наконец он заговорил: - Primus inter pares..., - вслух прочитал он надпись, начертанную на пластине. - Ты... ты действительно так думаешь... что я лучший среди равных?, - задал он ей вопрос не отрывая взгляда от её подарка. - Да..., - просто сказала она, теребя от волнения ручку сумки. - Спасибо..., - его голос вибрировал, как будто он еле справлялся с собой. - Это действительно очень особенный подарок... от самой особенной... Ещё несколько мгновений он грел пластину медальона в руках, а затем надел, заправляя за ворот футболки. - Теперь он всегда будет со мной..., - проговорил он, поворачиваясь к ней и протягивая руку, чтобы погладить её по щеке. - Рядом с сердцем... Она прижалась к его руке, чувствуя как съедающая ещё недавно тревога, что ему может не понравится, отступает, заменяясь абсолютным счастьем и спокойствием. Глядя на него, такого близкого и родного, светящиеся от счастья и на едва угадываемый под тканью футболки, силуэт подаренного медальона, она загадала одно самое сокровенное желание. "Пусть тебе всегда будет хорошо, любимый мой, даже когда я не смогу быть рядом...", - само собой возникло в её голове и тотчас же исчезло, растворившись в пространстве и времени. - Нужно идти..., - с сожалением сказал он через какое-то время, отнимая ладонь от её лица, выходя и огибая машину, чтобы открыть ей дверь. Ей на мгновение показалось, что он хотел добавить что-то ещё, но так и не решился. Задержав дыхание, и на краткий миг прикрыв глаза, досчитав про себя до десяти, она счастливо улыбнулась, вкладывая свою руку в его ладонь, выходя из машины навстречу своёму счастью. Теперь она была убеждена, впереди её ждал совершенно необыкновенный, волшебный вечер, а может и вся жизнь...