Серебряная принцесса

21:30 того же дня. Малая гостиная Малфой Мэнора. После ужина, домочадцы как и договаривались, решили собраться в малой гостиной мэнора. Пока хозяева и гость перебирались из одной комнаты в другую, эльфы разожгли камин и оставили на кофейном столике бутылку огневиски, три бокала и легкую закуску. Люциус и Северус прошли в гостиную и усаживаясь в кресла и дожидаясь остальных членов их маленького собрания, погрузились каждый в свои воспоминания. POV Люциус Прошло уже немало времени после войны и победы. Но я до сих пор не могу понять, как наша жизнь делает такие резкие повороты. Кто бы мог подумать лет эдак 8 назад, что я приму в семью Гарри Поттера. Да, судьба творит порой странные вещи. «Ретроспектива» Война закончилась. Каким-то, одному Мерлину известным, способом наша семья оказалась на свободе. Даже более того, репутация семьи ни капельки не запачкалась. В стране хоть и была разруха, но все ликовали. Конечно, ведь Гарри Поттер… Избранный исполнил пророчество! Волдеморт мертв. Спустя несколько дней после финальной битвы, когда люди начали приходить в себя, пытаясь отстраниться от ужасных событий, постепенно начали восстанавливать то, что было разрушено. Св. Мунго оказывали помощь всем, кто нуждался. Министерство работало как никогда. Авроры ловили тех, кто успел сбежать или затаиться. Азкабан снова заполнялся Пожирателями. Некоторых из них тут же приговаривали к поцелую, других сажали до судебного процесса, заставляя мучиться. За одно лето успели сделать столько работы, что письма из Хогвартса разослали в начале августа. Наконец-таки люди Магической Британии могли спокойно отправлять детей в школу, не страшась за их жизни. Письма пришли и тем студентам Хогвартса, кто из-за войны не успел доучиться последний год. В этом году для них сделали отдельный курс (8 курс) чтобы они смогли доучиться и сдать ТРИТОНы. Этот год должен был стать для них легким на прохождение. Ведь сами посудите, какие экзамены могут сравниться с тем, что они уже пережили (многие из них). 1 сентября 1998 года было теплым, и платформа 9¾ была буквально забита детьми, подростками и их родителями. Чета Малфоев прибыла на вокзал ранее остальных, но поезд уже стоял. Чтобы не шататься по платформе, семья поднялась в один из последних вагонов и расположилась в первом купе. Неспешно ведя беседу, Малфои наблюдали за тем, как платформа начала заполняться студентами и взрослыми. Нарцисса и Люциус отмечали всех нынешних восьмикурсников и семикурсников, и от их взгляда не ускользнуло то, что эта война на каждом оставила свой след. Драко Малфой же в отличии от своих родителей сидел как на иголках. После того как Реддл пал и началась вся эта суматоха: погоня за Пожирателями, помощь пострадавшим, перестройки, суды, в том числе и над их семьей, родители не отпускали его ни на минуту. И сейчас он чуть ли не подпрыгивал, смотря в окно и выискивая кого-то взглядом. Малфои начали переживать, что их сын начал сходить с ума, но вдруг тот резко подскочил и вылетел из купе. Они тут же последовали за ним. Какого же было их удивление, когда их сын, высунувшись из вагона, на всю платформу заорал: - ПОТТЕР! – и резко спрыгнув начал пробиваться сквозь толпу чуть ли не в самое начало платформы. С другого конца к нему направлялся не кто иной как сам Гарри Поттер, точно также расталкивая толпу студентов. Ко всеобщему удивлению, когда парни наконец-таки оказались друг напротив друга, они крепко обнялись, а затем на платформе застыла звенящая тишина. Драко Малфой и Гарри Поттер… заклятые враги в Хогвартсе… две противоборствующие стороны…два совершенно разных молодых человека слились в поцелуе. Молодые люди хватались друг за друга так, будто умирающий хватается за соломинку, чтобы не уйти под воду. Оба плакали, не смущаясь, стирая друг другу слезы и попутно целуя вновь и вновь, дотрагиваясь друг до друга, будто проверяя, цел ли другой. Пока к ним не подошли друзья, они не отрывались друг от друга. Потом уже по рассказам Драко и Гарри, пока они все вместе ехали в Хогвартс - экспрессе, Малфои осознали происходящее, да и не только Малфои, но и все их друзья, которые ничего не знали. Кто бы мог поверить, что эти двое сойдутся. Всё то время, что они ехали до платформы Хогсмида, гриффиндорцы и слизеринцы рассказывали друг другу, в том числе и Малфоям старшим, что с ними происходило все эти годы. Поттер поделился со всеми тем, как однажды в начале четвертого курса к нему подошел Драко Малфой и извинился перед ним. Как тот простил его и как они постепенно начали общаться. По началу было легко скрывать дружбу, которая между ними завязалась. Ведь никто и подумать не мог, что за всеми этими статьями в газетах, издевками и подколками скрывается иное чувство. Как Драко узнавал у Крама его секреты и при мимолетных столкновениях в коридорах, передавал информацию ему, Гарри, после чего на весь коридор орал что-то оскорбительное. Драко рассказал, как в начале пятого курса, частенько встречался с Поттером в Выручай-комнате, и как успокаивал его, когда у того начиналась истерика по поводу смерти Диггори и возрождении урода. Слушал рассказы про боли в шраме, про все догадки и мысли, которые посещали его нового друга. Пытался найти что-то, что могло бы помочь Гарри. Когда был основан ОД ему, Драко, пришлось придумывать как отвлекать Амбридж от них. И иногда, после окончания собраний ОД, им удавалось задержаться в Выручай-комнате, чтобы обсудить новости и поделится мыслями, а иногда и просто потренироваться. Чуть позже они раскрылись перед Паркинсон и Грейнджер с Уизли младшим. Вот тут скрываться стало сложнее. Тогда-то Панси с Драко и решили, что пора бы прибегнуть к помощи своего декана. До этого Гарри рассказывал Драко, как у него со Снейпом состоялся разговор по душам на третьем курсе. В итоге Поттер начал учиться окклюменции намного раньше, чем спохватился Дамблдор, чтобы никто не смог проникнуть к нему в голову, а слизеринцам пришлось вступить в бригаду чокнутой Амбридж. Вот так они начали играть свои вторые роли во всей этой суматохе. А потом начался шестой курс. Ни Гарри, ни Драко первые недели в школе не разговаривали. Каждый хранил обиду, ведь их встреча в начале учебного года произошла совсем не так, как предполагалось. Гарри с Драко тогда не знали, что Снейп рассказал Люциусу часть секретов его сына. И что Люциус специально остался в Министерстве, чтобы попасть в Азкабан. Но потом, однажды, по словам Грейнджер, Поттер застал Малфоя в туалете плаксы Миртл со слезами на глазах. И пока Гермиона с Роном следили за тем, чтобы их никто не заметил, Гарри разговаривал с Малфоем. Потом уже их маленькая компания узнала, что случилось на самом деле и что Темный Лорд дал Драко задание и не простое. Но тут уже помог сам Дамблдор, потому что на тот момент Снейп и Поттер видели одно решение проблемы и тут же пошли к нему. В итоге Драко выполнил задание, но частично. Он починил Исчезательный шкаф и провел в Хогвартс Пожирателей. Но когда Драко направил палочку на Дамблдора, его оттолкнул Снейп и вырвав у Малфоя палочку кинул Авадой в директора и тот свалился с башни. После, когда уже золотое трио и остальные члены ордена Феникса собрались в больничном крыле (кроме Снейпа) к ним вышел живой и невредимый Дамблдор в сопровождении мадам Помфри. Оборотное зелье и задолжавший долг жизни Пожиратель сделали свое дело. Альбус в это время спокойно решал вопросы, руководя из-за кулис, собственно так и продолжая делать до самой победы. Именно после того знаменитого туалета Миртл, парни начали свои отношения и тем самым усложнили себе жизнь. На седьмом курсе в школе начался ад. Вот тогда было сложнее всего скрывать свои истинные отношения к Поттеру. Пока Избранный вместе с друзьями занимались поисками крестражей, в Хогвартсе во всю орудовали Пожиратели. Парочка Кэрроу чего только стоит. Не было никакой возможности узнать хоть какую-то толику информации о гриффиндорце. Приходилось вести себя тихо и стараться не лезть на рожон. А потом он появился прямо посреди зала, живой, но покоцанный и жутко усталый. Мастерски кидал обвинения Снейпу и не обращал никакого внимания на Малфоя. Дальше было не лучше: всех слизеринцев отправили в подземелья, непонятная суматоха, волны магии и битва. Когда Драко увидел Поттера лежащего без сознания, то чуть сам не последовал за ним. Мало того, что весь седьмой курс он ничего о нем не слышал, а когда тот появился в Большом зале, то даже не взглянул на него, и вдруг бездыханный лежит напротив. То ли сыграло шестое чувство, то ли Малфой никогда бы не поверил, что Поттер может вот так просто умереть. Момент, когда Гарри скатился с рук Хагрида, для Драко стал решающим. Как он сорвался с места и кинул свою палочку Поттеру помнили все. Ну а в конце, когда была одержана победа над Темным Лордом, всё настолько завертелось, что они не смогли толком даже поговорить. Гарри практически сразу отправили в Св. Мунго. Родители забрали Драко и укрылись в мэноре до прихода к ним авроров. Дальше были аресты, конфискации имущества, суды, и на каждом из них присутствовал Гарри Поттер – Герой магической Британии. Благодаря ему многие чистокровные рода оправдали и оставили на свободе. Если Поттер был занят всей кутерьмой с политикой и общественными мероприятиями, то Драко помогал возвращать своему роду репутацию и величие и времени даже послать весточку не было. Тем более вся корреспонденция Героя стала сразу же тщательно проверяться. Лишь когда из Хогвартса пришло письмо у обоих внутри загорелся огонек надежды на скорую встречу. И сейчас после частичного раскрытия их жизни перед друзьями и родителями они смогли вздохнуть с облегчением. «Конец ретроспективы» А теперь у меня есть второй сын и тот, кто продолжит наш род и род Поттеров. Драко и Гарри подарили нам с Нарциссой внука. И возможно подарят ещё одного. Кто бы мог подумать, что однажды я буду благодарить судьбу за это. Конец POV Люциуса Не только блондин был погружен в свои мысли. POV Северуса Судьба странная штука. Всегда один, со своими тайнами, мыслями и даже со своей любовью я всегда оставался один. Ошибки юности переросли в ошибки взрослой жизни. Чертово пророчество, смерть единственной любимой женщины, исчезновение Лорда и лишь пронзительный плач ребенка в колыбели не дал окончательно сойти с ума. Его Лили погибла, возможно по моей вине, в том числе, но остался сын. Мальчик без родителей, впоследствии воспитанный в атмосфере невежд и отбросов. Если бы Моя Лили только знала об этом, она бы разозлилась на меня и обругала за то, что не помог, не забрал с собой. Но я не мог, тогда не мог. Первое сентября 1991 года стало переломным моментом в моей жизни. Я прекрасно осознавал, что в этом году ребенку Лили должно было исполниться одиннадцать лет. Ни на миг я, Северус Снейп, не забывал о том пухлощеком мальчугане в колыбели. И вот заместитель директора произносит заветную фамилию «Поттер, Гарри» и вся жизнь в миг переворачивается. Лохматый, в круглых несуразных очках из-за которых сверкают глаза Лили. Мальчишка был катастрофически худой и с невообразимым восторгом в глазах. Какое же было огорчение, что он попал на Гриффиндор. Будь он на факультете змей, я смог бы присматривать за ним и выполнить обещание, данное Лили. Все эти неприятные ситуации и опасные приключения совершенно не должны были коснуться необученного мальчугана. Оставалось лишь догадываться благодаря кому Поттер влипал во все эти неприятности, всё чаще напоминая своего отца. Какого же было моё удивление, когда на третьем курсе в один из учебных дней, а точнее вечеров в мой кабинет постучался никто иной, как Гарри Поттер и, что ещё больше удивляло, попросил о личном разговоре. Тогда я очень заинтересовался и совершенно не ожидал, что сын Лили придет ко мне за информацией и советом. Парень, долго смущаясь и спотыкаясь на многих словах, разъяснил причину своего появления и убедительно просил не гнать его прочь. Тогда я принял глупое, но в то же время необходимое для меня решение - проверил его на терпение и просто сидел и прожигал Поттера взглядом. Мальчишка выдержал и также покорно сидел, и ждал ответа. Это было первым несовпадением в поведении меж ним и его отцом. Возможно именно это, а может и его обещание, заставило изменить свою точку зрения и начать помогать мальчику-который-выжил. Учеба, посвящение во все тайны, дополнительные занятия, рассказы о прошлом, помощь – всё это помогло мне принять окончательное решение о том, что сына Лили я не брошу никогда. Одни только его уловки в обхождении клятв непреложных обетов чего стоят. Жаль, что относительно спокойная жизнь так быстро закончилась и ей на смену пришел сплошной ужас и кошмар. Начиная с пятого курса, я не помнил, как вообще жить без страха. Лишь выдержка, отработанная годами помогла выжить в эти годы. Выдержка и Гарри Поттер. Все чертовы операции по спасению, собрания ордена, Мордред бы подрал этого старого интригана. Стоило то всего лишь собраться всем причастным и нет, и убрать этого безносого змеемордого идиота. Нет же, нужно сделать всё аккуратно, разыграть партию будто по нотам и в итоге всё равно получить множество смертей. Ведь если проанализировать всё произошедшее в очередной раз, будто препарированную лягушку, то смело можно заявить, что и я мог погибнуть в этой совершенно никому ненужной войне. В том домике у озера, я уже не рассчитывал ни на что и даже готов был умереть. Я лишь сожалел, что не выполнил своего обещания, данного любимой женщине. Смутно помню тот черноволосый вихрь, сбитые набок очки, изумрудные глаза, наполненные слезами и перепачканные руки, зажимавшие рану на моей шее. Все крики и слова слились в один сплошной фоновый шум. Честно, в тот момент было настолько плевать на всё вокруг, что я уже готов был уйти, как кто-то буквально выдернул меня из рук милосердной Смерти. Каждый раз вспоминая, картинка в голове не становится тусклее, а наоборот складывается ощущение, будто всё это было вчера. Помню, как взгляд прояснился и блестящие глаза Лили, нет… Глаза Гарри смотрели на меня и светились радостью. Чертов Гарри Поттер, мальчик-который-выжил, тогда спас и меня, Северуса Снейпа. Слезы Феникса, которые этот несносный мальчишка сохранил ещё с четвертого курса (полученные кстати от самого Фоукса добровольно), исцелили раны от укусов Нагайны. Сын Лили подарил мне ещё один шанс и в этот раз я его не упущу. Этот мальчуган, несмотря на жуткую обстановку войны, тогда ещё пошутил, мол рано умирать, впереди ждут дети. Не упустил. Также, как и на суде по делу Малфоев, Поттер защищал и меня. По окончании всей кутерьмы с восстановлением после битвы за Хогвартс, в итоге я отказался от предложенной должности профессора ЗОТИ или Зельеварения и стал помогать чете Малфоев, а с ними и Поттеру в обустройстве и житие. Я стал своеобразным членом их семьи и отказался от любой работы, благо компенсации министерства хватало на первое время. Спустя пару лет, мы совместно с Гарри и Драко открыли собственную лавку редких зелий и артефактов. Драко стал нашим управляющим, заодно подмяв под себя и родовые мастерские и бизнес-проекты Поттеров, Гарри начал обучение на получение печати Мастера в артефакторике, а я естественно занимался любимым делом. Спустя те же пару лет, я, кривя душой, всё же дал согласие заменить на церемонии бракосочетания отца/отчима Гарри, а в последствии и провести ритуал продолжения рода сперва Гарри, а затем и крестнику, Драко. Также эти двое неугомонных заставили меня возродить свой собственный род Принцев и теперь у "бедного" меня ещё больше забот. Каждый день я благодарил судьбу за этот шанс, за возможность всё исправить, за большую и любящую семью. Кто бы мог подумать, что не хило так обваляв меня в грязи, судьба сделает такой подарок. Конец POV Северуса Дверь в гостиную отворилась и вошли Драко, сопровождаемый Нарциссой и Гарри. Когда все расселись, Люциус улыбнулся еще раз своим мыслям, потянулся к бутылке огневиски и разлил жидкость по бокалам. Эльфы тут же подали леди Малфой и её сыну чай с пирожными. - Я надеюсь теперь вы можете утолить мое любопытство и поведать тайну, которую так яро скрывали за ужином? – Северус взял бокал и сделал пару глотков, оглядывая свою «семью», приподняв бровь. - Конечно, друг мой. Пожалуй, начну я, а затем уже остальные подключатся к обсуждению. Но сперва я задам тебе пару вопросов. – Люциус устроился поудобнее – Скажи мне Северус, что ты помнишь о пророчествах Сивиллы Трелони и как ты к ним относишься? Скривившись от одного упоминания данной особы, Снейп презрительно выдал: - Эта особа не отличалась прекрасным талантом прорицания, собственно талантом там и не пахло, и все её пророчества были до жути странными и всегда любым образом касались Поттера, что относится к мельчайшим предсказаниям, то это легко объяснимо благодаря пророчицам в её роду. Моё отношение ты и сам прекрасно знаешь, Люциус. Встречный вопрос: какое отношение это имеет к тому, зачем ты меня позвал? - Самое прямое, Сев, отношение – сделав глоток огневиски – У нас сегодня состоялась «интересная» встреча в Министерстве. Мы с Гарри должны были встретиться у отдела тайн, чтобы я передал им документы от Шеклболта. Каково же было моё удивление, когда Гарри привел с собой именно Трелони. Снейп удивился не меньше Малфоя старшего, но вопросов не задавал. - Так вот по стечению каких-то обстоятельств, ей нужно было в тот же отдел, что и нам. И пока мы разбирались с нашими делами, она разбиралась со своими. И перед тем как уходить, в дверях мы столкнулись с Уизли старшим. - Что он то забыл в отделе тайн? Он же работает в отделе связанным с магглами. - А вот и нам теперь это интересно, но это сейчас не суть. Вот дальнейшие события действительно важны. Как только Трелони решила с ним поздороваться, она ушла в астрал и начала прорицать. - Я надеюсь вы запомнили пророчество? – насмешливо произнес Снейп, а Люциус кивнул Гарри и тот продолжил. -Да, Северус. Звучало оно так, но я слил воспоминания и позже отдам флакон, просмотрите подробнее: «Поздней осенью, на восьмом месяце, когда планеты Сатурн, Плутон и Земля встанут в ряд, а в небе появится Скорпион, в этот мир придет дитя, которое сможет возродить или уничтожить темную магию, и вознесется – Серебряная принцесса». - А сразу после её возвращения в наш мир, Уизли вылетел как ужаленный в одно место. Мы ушли спустя несколько минут, договорившись о встрече через несколько дней с одним из невыразимцев. Снейп задумался, и никто не смел его прерывать. Пока он обдумывал услышанное, леди Малфой, сходила проведала внука, а мужчины решили обсудить некоторые детали по работе. Когда же Северус вернулся из мира размышлений в настоящее, он был хмур как грозовое небо. - Я понимаю ваше беспокойство, но пока не вижу особого смысла сильно переживать. Хотя меня и смущает многое. - Что именно, Северус? – Нарцисса сложила руки на коленях, чтобы не выдать свой страх. - Кроме того, что Уизли сразу же побежал к Дамблдору докладывать о пророчестве, это странное прозвище и беременность Драко… Благо об этом никто не ведает. Хорошо, что сразу после ритуала ты решил “переехать во Францию”, Драко. Молодцы, что не стали афишировать его положение. Сейчас нам это на пользу, но также меня пугает дата и астрономические прогнозы. Дитя должно появится на свет поздней осенью, а срок у Драко подойдет только в декабре, не раньше. Следовательно, мы можем отмести сие предзнаменование. Если конечно не будет всяких «если» - он грозно покосился на двух молодых родителей - Вот что значит на восьмой месяц…тут надо подумать. – Северус встал и начал мерить шагами комнату. - Ты же помнишь про легенду? – настороженно задала вопрос Нарцисса. - Про Скорпиона и Сатурн, да, слышал. Занимательная история. Надо будет связаться с астрологами и узнать у них когда будет в небе скорпион, а заодно и три планеты. Пока Люциус строчил письмо на принесенном эльфами пергаменте, Драко нарушил тишину. - А вы не думаете, что это может быть связано и со Скорпиусом? - Зная Трелони, все что угодно может быть – фыркнула Нарцисса. - Думаю пока что не надо сильно зацикливаться на этом до тех пор, пока не увидим ответ от астрологов. Да и от Дамблдора тоже стоит ждать новостей. Не удивлюсь, если он снова предпримет попытку вернуть Сева и нас под своё крыло – Люциус позвал эльфа и отдал ему письмо. Когда тот исчез с характерным хлопком, Малфой продолжил – Кстати Северус, к концу этой недели должны закончить реставрацию зимнего сада. -Да, Северус. Ты сможешь посадить там то, что считаешь наиболее нужным. Обсуждение насущных вопросов медленно перетекло к светской беседе.