***
*Стук* — Мария Владимировна, простите если отвлекаю, но я лишь хотела узнать всё ли в порядке. Господи! Господи! Это Лаура! Мария тут же подлетела с дивана и прилипла к двери. — Вы так странно сегодня утром... — Лаура засмеялась, — отреагировали на меня, я не знаю почему, но надеюсь у нас всё хорошо? — Да, всё в порядке, я просто... Сегодня...— Мария не могла ничего придумать. — Ааа, — протянула Лукина — мне немного неловко стоять у двери, может мне можно зайти? — неловко спросила она, всё так же пытаясь перевести это в шутку и немного смягчить их непростой "диалог". — Ээ, я не могу открыть...что-то с замком, он кажется сломался... — искала слова Маша. «Ну здорово, сейчас слесаря вызовут, молодец я, дура!» — подумала Мария. — Мария! Вы кажется просто не хотите со мной разговаривать, простите, что побеспокоила. — сказала Лаура и начала уходить. — Нет, нет, я... Мария ничего не смогла придумать, в голову не лезли никакие более менее нормальные мысли, чтобы Лаура ей поверила. Маша просто не умела врать, с одной стороны это хорошо, но вот сейчас это было совершенно не в её пользу. Лаура, остановилась, чтобы выслушать если причина её странному поведению всё таки есть и она достаточно весомая, но ничего не услышав кроме двух слов, окончательно разозлилась на Марию и ушла.***
— Вы как так угодили? — Да даже смешно говорить, ударилась в машине о козырёк, вчера вечером, думала ничего, а утром вот синяк. — Оу, ну что же вы так, нужно аккуратнее. Но не волнуйтесь уже ничего не видно— пыталась успокоить Марию гример и уже наносила последние штрихи. — Да, спасибо, Дианочка, ты очень помогла. — Улыбчиво ответила Мария, ведь сейчас она могла пойти к Лауре и рассказать такую "правду". — Съемка через 10 минут, как раз закончим. — Отлично. «После подойду к Лауре извинюсь и всё расскажу» — подумала Мария и с нетерпением ждала конца "макияжа". Когда девушка закончила, время как раз подходило к началу съёмочного процесса и Мария спустившись вниз, прошла и села рядом с Лаурой, чтобы отснять церемонию выгона. За всё время Лукина ни разу не посмотрела на Марию. Она даже не повернула голову в её сторону, не то что взглянуть. Иногда она смотрела на Татьяну, но взгляд её был исключительно рабочий. Можно не ревновать. Мария же старалась посмотреть незаметно для всех и главное незаметно для самой Лауры. Съёмки прошли быстро, девочки поднялись и разбрели по своим комнатам, а работники стали разбирать оборудование и кое-какие декорации. Как только прозвучала заветная фраза режиссёра "Снято" Лаура тут же сорвалась с места и направилась на второй этаж. Марию испугало такое резкое рвение сбежать, но догонять её сразу же она не стала, чтобы не привлекать лишних взглядов. — Что с ней? — спросила Татьяна , обращаясь к Маше. — Не знаю, может ждёт важный звонок или просто что-то вспомнила. — Утром нормальная была, а сейчас какая-то дёрганая стала. Устала. — предположила Полякова и помахав Маше на прощание вышла на крыльцо школы. Мария улыбнувшись на прощание коллеге, решила пойти в кабинет директора, чтобы расставит все точки над "i" и наконец поговорить за сегодня хоть раз. Когда она поднялась и постучала в дверь никто не ответил. Мария постучала ещё раз, но нет – ответа не было. «Вышла куда-то, ладно потом зайду. Всё рано домой она сейчас не уедет» — прокрутила она план в голове и направилась к себе.***
— Мария Владимировна, была на гриме сегодня? — Да, мы прямо перед съёмкой закончили с ней. Сегодня пришлось повозиться. — Почему? — улыбчиво спрашивала Лаура, чтобы не показалось, что она специально выпытывает эти сведения. — А, да у неё синяк на лице, вот замазывали. — Синяк? — Да, о козырёк в машине сткунулась вчера. — О козырёк значит... — повторила Лукина, чуть тише. — Ага, мы замазали его и сделали тон. Никто и не заметил. — улыбнулась девушка. — Да, отлично сработали девочки, молодцы! — похвалила их Лаура, и вышла из комнаты. — О козырёк значит — всё твердила она себе под нос. — Ну сейчас разберемся. — Прошипела она и уверенной походной направилась в кабинет первого заместителя.***
— Козырек значит? Она зашла без стука. Дверь была открыта, точнее уже "починена", а Мария сидела за столом и что-то писала. — Что? — Подняла она голову. Она была безумно счастлива видеть директора в своем кабинете, но взгляд Лауры её настораживал и даже пугал. — Козырек, да? В машие? — О чём вы.. ах, девочки вам рассказали, да, я и сама хотела сказать, поднималась к вам, но вас не было. Да, представляете, утром сегодня в машине случайно и вот так быстро синяк. — Диана сказала, что это вы вчера получили. — А.. я... Нет она наверное путает, я это сегодня... — Мария, вы врёте мне? — резко перебив, спросила Лаура. Этот вопрос прозвучал и неожиданно и ожидаемо одновременно. Мария сразу же положила ручку, которую до этого теребила в руках, так как жутко нервничала, ведь ей приходится врать, чего она не особо умеет делать. — Нет, я не вру, конечно просто видимо Диана перепутала и дезинформировала вас. — Шутливо говорила Мария, пытаясь смягчить обстановку. — То есть она врёт? Пойдемте к ней вместе и спросим, тогда и узнаем когда же это произошло утром или вчера вечером. Лаура уже направилась к выходу. — Идёте? — решительный настрой Лауры пугал Машу. — Нет, я... Да, это не в машине... — сдалась Мария. — Женя вчера разозлился, мы спорили, а я стояла рядом и... вот. — Мария рукой показала на место где был синяк, которого сейчас было не видно и села на диван. Лаура, стоявшая у дверей, помедлила и спросила: — Почему не сказали мне сразу? — Не хотела, чтобы вы знали... Думала будете осуждать меня. — Что!? Я бы никогда не стала, тем более эта ситуация так мне знакома... Вы же знаете. — Я не знала, что он сможет сделать это. Он раньше никогда, даже если выпьет и мы поссоримся, вот и сейчас я думал, что всё обойдется, но вот как бывает — усмехнулась младшая. — Почему вы не сказали правду? Почему не позвонили мне? Вы же обещали! — злилась Лукина. — Я знала, что нужно было остаться и пойти с вами! — Я не хотела, чтобы вы подвергали себя опасности... — А себя вы хотели подвергать опасности? — В тот момент я думала о вас... — ... Эти слова Лаура услышала и больше не смогла ничего ответить. Она конечно понимала, что Мария переживала за неё, как за друга и правда не хотела, чтобы пьяный мужик ударил бы их обеих. Но так же она жутко злилась на Марию, а больше на себя, из-за того, что ничего не могла сделать. Не смогла защитить и это бесило её больше всего. — Знаете, — она прошла чуть вперед по кабинету — когда я пришла на работу с фингалом и вы стали расспрашивать меня, я рассказала вам всё, хоть мы и небыли тогда близки с вами как сейчас, но я рассказала. Это было очень личное и я могла просто сказать, что да, я ударилась или вообще вас выпроводить из своего кабинета, но нет! Я рассказала и рассказала правду, а вы солгали мне... Обидно когда тебя обманывают, но вдвойне обиднее когда тебе лжёт, именно тот, кому хочется верить больше всего. — Я обидела вас? — Вы разочаровала меня... Я думала теперь у нас нет секретов, но оказывается это очень поспешное решение. — Лаура развернулась и направилась к выходу. — Нет! Я же хотела вас уберечь от него, поэтому и не позвала с собой. — Соскочив с дивана ответила Мария. Она так переживала за это и боялась, что после этого разговора Лаура не захочет большей с ней говорить. — Я говорю про то, что вы не рассказали мне об этом сразу, как мы и договаривались, а написали, что всё в порядке, то есть соврали. Почему? — Не хотела чтобы вы жалели меня... — Жалость – это гнусное чувство. Я лишь хотела вас поддержать, но вижу вы и сами справились. Я пойду. — Нет, нет, я не то имела... Но Мария не успела договорить, и Лаура вышла из кабинета закрыв за собой дверь.***
Она пошла к себе в кабинет. Зайдя, села за стол и сразу принялась за работу, разгребая бумаги, и кучу папок за эти выходные. Тут же позвонил телефон с неизвестным номером, кто-то постучал и всё это одновременно свело её с ума. Выключив телефон и бросив на стол, она сказала, даже крикнула, что входить нельзя, а бумаги разбросала по столу и откинулась на спинку кресла потирая глаза рукой. «Что же не так с вами Мария? Почему мне не плевать?» — прокручивала она в голове. «Дружеской заботой это не назовешь. Я злюсь на неё, но почему? Неужели...»