Худший

— Что-то беспокоит? — начинает Элиан, — детали не скрипят? Шестеренки не натирают? — Нет, все отлично, — спокойно отвечает Санрайз и протягивает руку, позволяя начать диагностику конечностей. Алиссия молча копошится в ящиках стола, продолжая дело, начатое еще вчера. Кроме кучи однотипных схем ничего интересного нет. Она ощупывает нижнее дно стола, вспоминая сотни просмотренных детективов. — Лис, что ты делаешь? — не выдерживает Элиан, слыша очередной стук. — Я ищу второе дно, — тут же отвечает она, — на твоем месте, я бы сделала это уже давно. — Я был занят! — «Лис»? — тихонько уточняет Солнце и вентилирует системы. — Меня так младший брат называет, — поясняет Фонетт, — кстати, откуда ты узнал? — она переводит взгляд на механика. — Я не знал. Мне просто очень лень произносить твое имя полностью, — он пожимает плечами, — «Лис» и «Лисси» подходит тебе больше, чем «Алиссия». — Как мило, Элиан, ты душка! — закатывает глаза Алиссия и отворачивается, продолжая рыскать в ящиках. — Ты не можешь обидеться на меня из-за этого, — он проверяет гибкость пальцев Солнца, — интересно, а… — Элиан! — А мне нравится твое полное имя, — признается Санрайз, — оно очень нежное и мелодичное, — а спустя секунду добавляет, — как ты. Алиссия тут же краснеет и радуется, что никто не видит ее лица. Она шарится рукой по пыльному полу, пытаясь достать оттуда бумажку. Царапнув ногтями по поверхности, она вдруг слышит тихое металлическое звяканье. — Спасибо, Солнышко, — громко произносит она и ухватывается за деталь, — что это? — Подлиза, — тихо шепчет Элиан в аудиосенсор Солнца. — Что?! — искренне возмущается он. Фонетт залезает под стол и рассматривает найденный предмет. На первый взгляд он напоминает обычную трубку. Деталь крупная, но умещается на ладони. На ней множество кнопок. Алиссия подносит ее ближе к глазам и зажимает кнопку. Яркий свет тут же ослепляет ее. Она вскрикивает и ударяется головой об стол. — Проведенные исследования… — начинает вещать трубка, продолжая заливать все светом. — Заткнись! — Фонетт быстро нажимает ту же кнопку. Свет и звук исчезают. Она облегченно выдыхает. Кабинет погружается в тишину. Слышатся торопливые шаги, а затем под стол заглядывает обеспокоенное лицо Элиана: — Что ты делаешь под столом? — не понимает он. — Случайно получилось, — отмахивается она и прячет деталь в карман, — сейчас поищу тут еще что-нибудь и вылезу. — Алиссия, ты в порядке? — доносится голос Солнца. — В полном! — Ну… ладно, — Элиан пожимает плечами и возвращается к Солнцу, — теперь давай проверим твой воколайзер, приятель… Алиссия вздыхает. Значит, она нашла что-то вроде проектора, на котором записаны… А что собственно записано? Она облизывает губы и обещает себе просмотреть все это на этих выходных. Она кивает сама себе и продолжает поиски, которые довольно быстро увенчиваются успехом. На руках у нее оказывается не схема, а скорее рисунок. Наверное, так рисуют шизофреники. На рисунке изображен Солнце, но совсем не такой, каким она привыкла его видеть. Здесь он очень сильно напоминает Луну. Цвета с желтого и оранжевого сменились на красный и коричневый. Лучи на концах потемнели, а улыбка стала куда более зловещей, чем даже у Луны. Глаза почернели. Сохранилось отсутствие глазных яблок, но ярко светился красным узкий зрачок. Алиссия с ужасом рассматривала рисунок, а затем перевернула. На обратно стороне значился короткий текст: «Сегодня мне приснился кошмар. Санрайз явился мне в нем в своем ужасном облачении. Это больше не он. Это ГлитчСолнце. Он убил меня. Он не такой жестокий, как Луна, он хуже. Если вирус коснется Солнца, то он не остановится ни перед чем. Он станет нашим самым худшим кошмаром. Теперь я уверен в том, что нужно уничтожить Воспитателя с его обеими личностями». Фонетт пару раз перечитывает текст заново и прикрывает рот ладонью. Думать о том, что ее милый и спокойный Санрайз может однажды стать таким монстром из кошмара, было мучительно больно. Ей нужно уничтожить этот вирус или узнать, как его устранить. Она должна поговорить об этом с кем-то. С Луной. Едва эта мысль проскальзывает у нее в голове, под стол снова заглядывает Элиан: — Мне нужна твоя помощь. Вылези, пожалуйста, — он протягивает ей руку, предлагая помощь. Алиссия молча поворачивает бумагу рисунком к лицу механика и прижимает палец к сомкнутым губам, призывая к молчанию. Его глаза расширяются, он застывает и пару раз просто открывает и закрывает рот. Фонетт качает головой, быстро складывает рисунок в несколько раз и убирает в карман. — Конечно, секунду. Она принимает предложенную помощь и выныривает из-под стола. Они с Элианом переглядываются и надолго задерживают взгляды друг на друге. Алиссия незаметно кивает ему и поворачивается к Солнцу. Он сидит на платформе, и в его позе прослеживается некая напряженность. Алиссия ласково улыбается ему и подходит ближе. Рука невесомо скользит по его плечу в попытке успокоить, пока Фонетт встает за его спиной. — Суть такая, — начинает Элиан, — мне нужно сейчас вытащить чип личности, чтобы проверить его функциональные способности. В это время тебе, Лис, нужно будет зажать несколько кнопок на задней стороне лицевой пластины, чтобы Солнце остался в сознании. — Звучит несложно, — замечает Алиссия, — давай начнем. Элиан кивает, подходит ближе и ловко вытаскивает тонкую микросхему. Фонетт тут же зажимает указанные кнопки и напрягается. Санрайз быстро цепляется рукой за платформу и сильно ее сжимает. Слышится тихий хруст металла. — Тебе больно? — уточняет Алиссия, — все в порядке, Санрайз? — Нет, все отлично, — он хочет покивать головой, но вовремя вспоминает о том, что делать этого лучше не стоит. Элиан замирает у стола, рассматривая микросхему через монитор на приборе. Он делает все быстро, ловко нажимая какие-то кнопки и наводя окуляр ближе. Едва загорается зеленая лампочка, он вытаскивает микросхему и возвращается к Санрайзу. — И, — тянет он, медленно погружая чип обратно в ложу, — готово! Как себя чувствуешь? — По-прежнему, — кивает он, — все отлично. — Это очень хорошо, — Элиан улыбается, — тогда вы пока проверьте функционал, а я схожу за проводами для зарядки. Скоро буду, — он пристально смотрит на Алиссию, — все будет хорошо. — Не отворачивайся. Он хмурится, кивает, а затем выходит из лаборатории, плотно прикрыв за собой дверь. От Алиссии не ускользает то, как тут же расслабляется Санрайз. Она удивленно вскидывает брови и присаживается на платформу рядом с ним. — Тебе не нравится Элиан? — спрашивает она, — Ты ему не доверяешь? — Просто я не особо рад смене главного инженера, — признается Солнце, — не обращай внимания, Алиссия. Он делает акцент на ее имени, и Фонетт неловко опускает голову. Она заламывает руки. — Он твой друг? — прерывает молчание аниматроник. — Не знаю. Возможно. Мы познакомились с ним только вчера, поэтому я знаю о нем только имя и то, что до этого он был стажером, — Алиссия пожимает плечами, — но знаешь, я думаю, мы можем ему доверять. Он такой… наивный и веселый, не думаешь? — Я не знаю. Если ты считаешь, что он хороший человек, то я доверюсь тебе, — Санрайз вентилирует системы. — Спасибо, — она улыбается и чуть опирается на него, опуская голову на плечо. Ни слова не говоря, аниматроник приобнимает ее в ответ, оставляя холодную руку на ее талии. — Ты чувствуешь вирус? — спрашивает вдруг Алиссия. Санрайз вздрагивает и громко вентилирует. — Почему ты спрашиваешь? — Я хочу помочь тебе, но не знаю как, — она глубоко вздыхает. — Потому что это твоя работа? — как-то прохладно интересуется он и убирает руку, отстраняясь. — Нет, потому что ты мой друг, Санрайз, — она хватает его за руку, — не отстраняйся от меня. Я хочу сделать все возможное, чтобы помочь. Он колеблется пару секунд, а затем с тихим скрипом поворачивается к ней всем корпусом, обхватывает ее лицо ставшими еще холоднее руками и заставляет посмотреть прямо на него. Алиссия напряженно замирает, механически накрывая его руку своей ладонью. — Ты не знаешь, что происходит в этом месте, и я не хочу, чтобы ты знала. Я понятия не имею о том, что случится со мной или кем-то еще завтра. Не копайся, прошу, Алиссия. Не ищи себе проблем, — он втягивает лучи, — но я в любом случае благодарен тебе за то, что ты есть. Алиссия мягко улыбается и обнимает его, слыша тихое шуршание механизмов. Она не знает никого человечнее этого робота. Ему так не повезло оказаться собранным, а не рожденным. Никто и никогда не касался ее также осторожно и нежно, как это делает Санрайз. Дверь начинает открываться, и Фонетт вынужденно отстраняется и поднимается на ноги. Элиан входит внутрь, волоча за собой огромные чёрные провода. Он подходит к крупному аккумулятору и подключает их. — Мне отключить тебя? — спрашивает Алиссия. — Да. Она кивает, а, уловив удивленный взгляд Элиана, качает головой. Тот пожимает плечами и быстро вставляет второй конец провода в отверстие, открытое ранее на спине аниматроника. Он начинает очень громко вентилировать. Алиссия придерживает его за плечо. — Слушай-ка, — начинает Элиан, — а что с твоими глазами? Алиссия незаметно пинает его под коленом. Тот ойкает и с непониманием смотрит на Фонетт. — Я это к тому, — он сглатывает, — что мы могли бы заменить их. Сделать подвижными. Я бы вообще полностью заменил фейсплейт. — Не стоит, — он качает головой, — я уже привык. — Почему? Это ведь замечательно, — Алиссия сжимает его ладонь и улыбается, — может, ты подумаешь? — Я не думаю, что в этом есть смысл, — упорствует Санрайз. — Я просто предложил, дружище, — Элиан пожимает плечами, — подумай об этом, но я не настаиваю. Аниматроник не отвечал. Алиссия глубоко вздыхает и быстро отключает его. Элиан смотрит на нее, ожидая ответов. — Ты знаешь Ванессу? Она ночная охранница, — спрашивает Алиссия. — Да, видел. Хмурая блондинка в линзах, верно? — уточняет механик. — В линзах? С чего ты взял, что в линзах? — Ну, знаешь ли, я еще не видел людей с фиолетовым глазами. Может, ты видела, но я нет. Алиссия задумывается, припоминая лицо охранницы. — Но у нее абсолютно точно зеленые глаза, я помню! — она встает и начинает мерить комнату шагами, — видимо, действительно линзы. Ну не важно. Она стерла ему нарисованные зрачки. — Ванесса? Санрайзу? Но зачем? — удивляется Элиан. — Да. Я не знаю зачем, но это факт. Об этом мне рассказал он, — она указывает на тело аниматроника, — я думаю, это болезненная тема, не стоит затрагивать ее при нем. Я сама поговорю с ним о замене позже. — Это очень-очень странно, — замечает Элиан, — слушай, может, мы поднимемся наверх и поговорим об этом там. Мне просто немного страшно здесь. — Понимаю, но как же Санрайз? Как долго он тут пролежит? — Все выходные, — он пожимает плечами, — так каждый раз. Он обходится без подзарядки целую неделю, поэтому на то, чтобы пополнить батарею нужно продолжительное время. Я сниму его с подзарядки вечером в воскресенье. — Позвонишь мне? Я тоже приеду! — просит Алиссия, пока они поднимаются по лестнице. — Зачем? Я и сам могу его подключить. Кстати, кто научил тебя отключать его? — удивляется Элиан. — Он. Он просил меня отключать его на ночь, потому что он боится Луны, — она опустила глаза, — он помнит все, что тот делает ночью. — Знаешь, мне кажется, ему очень сложно, — аккуратно начинает Элиан, — на нем такая большая ответственность. Наверняка он чувствует свою вину за тот инцидент. — Это точно, — кивнула Алиссия, — ты знаешь о нем что-то? — Только то, что это произошло в личной комнате Воспитателя. Убили двух маленьких мальчиков. На этом все. Никаких деталей, — признается инженер. — И я. Я хочу поговорить с ним об этом, — они останавливаются в главном зале, — встретимся в воскресенье здесь же в семь вечера? — Договорились, — соглашается Элиан, — ты ведь что-то нашла, верно? — Да. Я просмотрю все это дома и все расскажу при встрече. Увидимся! И Алиссия устремляется на выход. Впереди ждет долгая дорога домой. * * * Усевшись на кровати, Фонетт запускает проектор и направляет его на пустую стену. Проходит несколько секунд, и начинает проявляться картинка. — Проведенные исследования показывают, — вещает мистер Чедвиг, — что Луна был заражен вирусом еще на этапе программирования, а значит среди нас есть… не совсем адекватный человек. Сейчас я нахожусь прямо около комнаты, где временно находится наш аниматроник. Он подходит ближе и указывает на Луну, сидящего в темном помещении за стеклом. Он поджимал к себе ноги и держался за голову. Мистер Чедвиг приблизил картинку, позволяя разглядеть его лучше. — Луна, ты слышишь меня? — спрашивает он, наклонившись в микрофону. — Уходите, — раздается знакомый хрипловатый голос, — уходите. — Скажи, что с тобой происходит? Почему ты пытаешься причинить вред инженерам, которые пытаются с тобой работать? Что мы делаем не так? — Я не знаю. Не хочу знать, — Луна подскакивает на ноги и стремительно подходит к стеклу, опираясь на нее рукой, — сейчас я не хочу сделать вам ничего плохого, но стоит вам подойти ближе, как все внутри меня… желает убить. Я не могу ничего с этим сделать, мне так жаль. — Ты знаешь, что внутри тебя вирус? — спрашивает Чедвиг. — Знаю. Он говорит со мной, — Луна касается своего лица, — он угрожает, он приказывает убивать. Где Солнце? — Нам пришлось перевести его в другую секцию. В прошлый раз ты повредил многие его системы, когда он пытался контактировать с тобой, — объясняет инженер, — ты пытался убить его. — Я не хотел, — стонет Луна, — не хотел! Он приказал мне. — Кто он? — Уильям Афтон, — шепчет Луна и хватается за голову, — он говорит мне, что Солнце будет следующим. Он угрожает мне… пожалуйста, — аниматроник падает на колени, — помогите мне, умоляю… — Мы собираемся объединить вас. Возможно, это поможет и тебе, и ему. — Нет, не смейте! — Луна корчится от громких звуков, которые сам же издает, — он захватит и его! Пожалуйста! Его глаза вдруг загораются красным, и он медленно поднимается на ноги. — Я убью вас, — вкрадчиво шепчет он, — убью! И он с силой ударяет по стеклу. Снова и снова. Алиссия начинает всерьез опасаться за его сохранность. Луна словно сходит с ума. Он барабанит в стекло так сильно, что оно начинает дрожать. Комнату наполняет тихая мелодия. — Возьми себя в руки, Луна, — просит мистер Чедвиг. — Уничтожу! пожалуйста… — Луна падает на колени и громко стонет, держась за голову, — я не удержу его, не удержу! Видео обрывается, и Алиссия замирает, смотря на стену. Луна пытался бороться с этим. Она встает на ноги и подходит к окну. Сможет ли она помочь им обоим? Хватит ли у нее сил? Внутренности скручивает неприятным предчувствием. Фонетт оборачивается и смотрит на свою кровать. На покрывале лежит улыбчивая плюшевая игрушка-Солнце. Если ей придется выбирать, она выберет его. Не Луну, только Санрайза. Она не позволит ему заразиться вирусом.