А что, если...

— Как закончила? А грудь? Товарищ медсестра, Вы что-то халтурите, — Лёша перевернулся на спину, довольно улыбнулся и ждал дальнейшего развития событий. — Грудь? — Ксюша смутилась. Она вообще в последнее время замечала за собой странные изменения в поведении. Вот и сейчас она не ожидала от себя такой странной реакции — сердце как-то слишком быстро забилось, дыхание стало сбивчивым и слишком громким. Про щёки и говорить нечего — хорошо, что в комнате работал только небольшой светильник. — Ну да. Чтобы я быстрее выздоровел, а тебе не пришлось отвечать по всей строгости перед тётей Леной, ты просто обязана тщательно меня растереть, — юноша поёрзал на кровати, устраиваясь поудобнее.       Девушка не знала, что ей делать. Если она сейчас уйдёт, то насмешка Агапова снова увенчается успехом. А если останется… — Ладно. Раз уж ты такой немощный, разотру тебе и грудь тоже, — она придала голосу максимально возможное на данный момент безразличие и уверенно выдавила на руку нужное количество крема. В этот момент безразличие покинуло кое-кого другого. — Чего это я немощный? Я и сам могу, — Лёша явно не ожидал такого поворота событий. — Всё, теперь уже лежи смирно и не дёргайся, — Ксюша мягко, но решительно уложила поздно спохватившегося пациента обратно на кровать. Она медленно и довольно сильно втирала крем в кожу, но вдруг заметила что-то странное. — Слушай, мне кажется, ты заболел серьёзнее, чем мы думали. У тебя сердце слишком сильно стучит. А может, температура опять поднимается? — она аккуратно наклонилась, чтобы потрогать лоб парня. Обычно она «измеряла» температуру ладонью, но почему-то именно сейчас она дотронулась до лба губами. Лёша издал глубокий вздох, отчего девушка немного испугалась, отстранилась слишком резко и чуть не упала, но её придержали сильные руки. — Или это не температура? — Ксюша смотрела в блестящие и какие-то неожиданно прекрасные глаза Агапова. Он всё ещё дышал часто. — Ты мультик «Иван Царевич и Серый Волк» смотрела? — очень неожиданный вопрос был задан слегка охрипшим голосом, но никакой болезненности в нём не было. — Вроде да, — Ксюша всё ещё не могла оторваться от Лёшиных глаз. — «Любовь — это когда сердце сильно-сильно бьётся, и то в жар бросает, то в холод, и дыхание прерывается…», помнишь? — Это грипп… Или ОРЗ… — в этот момент она почувствовала на губах вкус сиропа от кашля. Ксюша на мгновение удивилась, а потом вдруг поняла, что сейчас всё встало на свои места, всё именно так, как должно быть. Лёша аккуратно притянул её ближе и нежно целовал, пока у кого-то из них не кончился воздух. — Значит, сироп ты всё-таки выпил, это хорошо, — Ксюша улыбнулась и положила голову на грудь смеющегося Леши.