Омела

Праздновать Новый год небольшой компанией друзей было замечательной идеей. Как минимум, потому что эту идею предложила Люмин. Итэр, кажется, не был в восторге от этого, но и не возражал. Близнецы понимали, что встречать Новый год в тоскливом одиночестве намного хуже. К несчастью, Люмин подумала об этом слишком поздно. Оказывается, у большинства друзей уже были планы. Без всяких уговоров согласилась прийти Фишль. Конечно, брат и сестра были удивлены этому, но спрашивать, почему она не хочет праздновать с семьёй, невежливо. Мона постоянно металась. Ей хотелось и отдохнуть, и провести время с друзьями. Однако, узнав о том, что Фишль тоже придёт, моментально согласилась. Хотя это и неудивительно. Люмин знала о симпатии Моны к их общей подруге. А вот Итэру было знать необязательно, по мнению сестры. Фишль к Моне тоже была неравнодушна. Девушка не понимала, какие конкретные чувства испытывает, и ждала первых шагов со стороны. По крайней мере, так она сказала Люмин. И в этот праздник всё складывалось как нельзя лучше. Люмин приняла решение, что ей обязательно нужно помочь подругам. Девушка даже догадывалась, как это сделать. За пару часов до Нового года все были заняты приготовлениями к празднику. Итэр в магазине пытался найти самые вкусные мандарины. Дома в неловкой тишине Мона и Фишль с разных сторон наряжали ёлку, стараясь не пересекаться даже взглядами, пока Люмин сидела на диване и копошилась в коробках с украшениями. Насколько помнит хозяйка квартиры, где-то у них должна быть веточка пластмассовой омелы. Близнецы даже не знали, откуда она взялась, так что оба уверяли, что никто из них её не покупал. Люмин отодвинула разобранную коробку и взяла новую. На полу лежали две небольших кучки новогодних шаров, которые Мона и Фишль вешали на ёлку. Разговор как-то не клеился. Все были погружены в свои мысли. В коробке оказалось несколько мотков гирлянды. «Точно, это же ещё вешать придётся», — с тяжёлым вздохом подумала Люмин. Она начала распутывать провода, и неожиданно в коробке оказалась та самая веточка омелы. Глаза девушки тут же распахнулись, а на лице появилась хитрая улыбка. Она аккуратно взяла веточку, чтобы никто не заметил, и подошла к ёлке. Попытавшись скрыть своё предвкушение, она сделала вид, что оценивает работу подруг. — Знаете, — начала Люмин неторопливо, — я думаю, тут не хватает ёлочных украшений. Как считаете? Обе девушки сразу же перевели на неё своё внимание. Они отложили всё и подошли посмотреть, о чём говорит Люмин. К счастью, Мона и Фишль как раз встали рядом. — Может, ты права, — сказала Мона, когда подошла к ёлке. Взглянув на впереди стоящих девушек и убедившись, что они ничего не подозревают, Люмин не смогла сдержать смешок. Девушки тут же обернулись и, казалось, уже хотели задать вопрос, почему их подруга так странно себя ведёт, как Люмин подняла руку с веточкой омелы. Мона и Фишль взглянули наверх. Лишь через секунду они поняли, что это значит. — Люмин… — нерешительно начала говорить Мона, — что ты задумала? — Девушка скрестила руки, скрывая своё смущение, а вот Фишль уже начинала немного краснеть. — Ну вы же знаете эту традицию, — широко улыбнулась Люмин. — Под омелой нужно целоваться. — Но мы же не в Англии, чтобы соблюдать эти традиции, — неожиданно подала голос Фишль, явно растерявшись и выйдя из своего образа Принцессы Осуждения. — Да ладно, какая разница, — фыркнула Люмин. — Традиция есть традиция, её надо выполнять. Мона и Фишль неловко молчали, не решаясь сделать хоть что-то. Обе понимали, что от них так просто теперь не отстанут. Обе девушки смотрели в пол. Фишль нервно начала теребить подол своего свитера. Вероятно, поняв, что это всё-таки неплохой шанс, чтобы сделать первый шаг, Мона тяжело вздохнула. Она аккуратно взяла Фишль за руки. — Ну… раз уж это традиция… — неуверенно начала Мона, боясь, что её сейчас пошлют далеко и надолго, — то её нужно выполнить. Люмин спокойно выдохнула и опустила свою руку. Девушка понимала, что её план сработал, и была рада, потому что помогла подругам. Она была действительно счастлива за друзей, ведь была уверена, что те идеально подходят друг другу. Просто они обе немного нерешительны и им требовалась небольшая помощь. — Возможно… ты права, — ответила очень смущённая Фишль, не отрывая взгляд от пола. От удивления Мона подняла брови. Она, конечно, предполагала, что нравится ей, но уж точно не думала, что та сразу согласиться на поцелуй. Мона сделала шаг вперёд, встав поближе к Фишль, и одной рукой нежно приподняла подбородок. Понимая, что сейчас произойдёт, Люмин отвернула голову в сторону, чтобы не смущать своих подруг. За окном шёл снег. Наверное, сейчас Итэр придёт с маленьким мешочком самых вкусных мандаринов и будет жаловаться, что на улице катастрофически холодно, а в магазинах было слишком много людей. Люмин улыбнулась. Сейчас всё было хорошо. И она была рада осознавать, что этот праздник стал и для её близких подруг счастливым событием. Кажется, послышались слова «ты мне нравишься», произнесённые кем-то из девушек шёпотом. Люмин вздохнула. Новый год через пару часов, а у них ещё две коробки украшений не разобраны.