Амнезия

      Лучи солнца по утрам были особенно яркими и нежными. Парочка солнечных зайчиков всё-таки смогла прорваться сквозь портьеровые шторы и сейчас умиротворённо сидит на гладкой коже лица Дилюка, грея его своим теплом. Тонкие брови сошлись на переносице, пушистые ресницы нервно задрожали и мужчина лениво открыл глаза, тут же прищуриваясь. Понадобилось несколько мучительных секунд привыкания к утреннему свету, чтобы Дилюк опять раскрыл веки. Под яркими лучами солнца алые глаза обрели самый удивительный вид — однотонная алая радужка заиграла тысячами тонких языков пламени. Самые разные оттенки красного и оранжевого.       Понаблюдав какое-то время за резным деревянным потолком и взвесив все «за» и «против», Дилюк таки поднялся, лениво потягиваясь. Резкий холод обдал верхнюю часть тела, отчего мужчина скривился. Ноги и тело до грудной клетки всё-ещё были накрыты тёплым одеялом. Голые плечи немного подрагивали от прохлады и Дилюк хотел было нырнуть обратно под тёплый покров, но кто-то одним резким движением стянул одеяло и бросил его на кресло. Рагнвиндр тут же скривился ещё больше и обнял себя руками, дабы не замёрзнуть окончательно. — Мастер Дилюк, избавьте меня от такого взгляда… — хихикнули где-то сверху. Дилюк уже догадывался кто это, но для подтверждения своих мыслей всё же приподнял взгляд, как вдруг на него свалился плед, прикрывая вид, — Я же не настолько жестокий, чтобы лишать тебя тепла. Хотя ты мог бы и сам себя согреть! — Кэйа… — сонно вздохнул Рагнвиндр, укутываясь в любезно брошенный в лицо плед. Мужчина отнюдь не хотел скандалов и пустых ссор, поэтому просто поднялся и босиком по холодному дереву направился в сторону шкафа.       Медленно одеваясь, мужчина думал о своём поведении. Вот уже около полугода винодел утверждает, что у него амнезия и он забывает большую половину всего происходящего как ранее, так и сейчас. И притворяется вполне профессионально — пока не нашёлся ни один человек, который смог бы распознать ложь. В чём причина этого притворства? Он устал. Устал от вечных ссор с Кэйей, устал от защиты Мондштадта, от повседневных проблем. От всего мира… Сначала это решение казалось ему самым лучшим. Потом — ужасным, но, как оказалось — всё не так уж и плохо! Народ стал относиться к нему мягче и даже с заботой, Кэйа стал менее раздражающим, безумный поток проблем превратился в спокойный ручеёк. Конечно, Дилюк не фанател от излишней заботы в свою сторону, ведь, в принципе, ему это не нужно; он — сильный человек, может обойтись и без этих «прелюдий». Но в целом, ему всё нравилось.       Тонкие прохладные пальцы коснулись шеи; Дилюк настолько погрузился в свои мысли, что даже не заметил, как к нему подошёл Кэйа. Ладонь еле касалась нежной кожи, но и этого было достаточно, чтобы сорвать лёгкий вздох, где-то далеко граничащий со стоном. Кэйа убрал ладонь, оставив только кончики пальцев. Ими он медленно скользнул вниз к воротнику, после чего так же аккуратно и медленно поправил воротник рубашки и неаккуратно завязанный галстук. — Ты уже начал забывать то, как правильно завязывать галстук? Дилюк, с этим нужно что-то делать… — Кэйа тяжело вздохнул и положил голову на плечо брата. Дилюк не видел его лица, ведь он всё это время стоял сзади, но он чётко понимал, что капитан переживает за него. Если бы ещё полгода назад ему сказали, что самовлюблённый и напыщенный Кэйа Альберих будет заботиться о нём и всячески ухаживать, Дилюк залился бы смехом до слёз и боли в животе. Он даже представить не мог, насколько на самом деле Кэйа может быть нежным и заботливым, и в какой-то мере мужчина был рад, что узнал эту сторону брата. Возможно, если бы не его притворство, он никогда не узнал, как на самом деле Кэйа переживает из-за того, что врал ему раньше и в какой глубокой депрессии он был, когда умер Крепус. — Я ещё сонный, поэтому просто не заметил. Всё в порядке, — Дилюк мягко улыбнулся, чтобы успокоить Кэйю. В последний раз он улыбался ему в детстве, когда ещё ничего не произошло и они были не разлей вода.

◷

      Чарльз уже давно стоял за барной стойкой, наливая пьяницам, что ещё с самого утра ждали открытия таверны. Дилюк быстро подменил бармена, поблагодарив за работу. Тот лишь кивнул и направился протирать столики. День обещал быть скучным, как и всегда. Дилюк понимал что за время его «отставки» за пределами Монда накопилось немало монстров и рыцари наверняка не могут дать им достойный отпор. Это было внутреннее сражение эгоизма и героизма, и пока что побеждал героизм. «Сегодня я обязательно разберусь с ними…» — пообещал себе Дилюк.       Остаток дня мужчина провёл в таверне. Ничего необычного, за исключением того, что Донна заявилась в таверну с целой корзиной закатников. Девушка бесцеремонно поставила плетёную корзину на барную стойку, уверенно смотря в алые глаза. Никто в таверне не ожидал такого поворота событий, и никто не знал как на такое реагировать. Конечно, весь город был осведомлён о том, что юная цветочница была без ума от Дилюка, но мондштадтцы явно не ожидали, что однажды эта хрупкая и трусливая девушка вот так заявится к нему. — Мисс Донна? — удивлённо спросил мужчина, приподняв одну бровь. Конечно, ему было приятно, что даже его фанатки начали беспокоиться о его здоровье, но такой поступок поставил мужчину в неловкое положение. — Мастер Дилюк, Вам нужно есть больше витаминов! — голубые глаза девушки светились уверенностью, хотя молодое личико уже давно залилось краской. В ответ Дилюк лишь выдохнул, невинно улыбаясь. Прошептав «спасибо», мужчина аккуратно поставил корзину за барную стойку. — Обещаю, я скоро верну её. — Ладно. Хорошего дня, мастер Дилюк! — с этими словами девушка быстро вышла из таверны. Видимо, её храбрость исчерпалась и Донне пришлось быстро ускользнуть из поля зрения пьяниц и самого Дилюка.

◶

      Таверна закрывалась поздним вечером. Чарльз уже выпроводил последних пьянчуг и протёр все столики. Дилюк в свою очередь перемыл все бокалы до бриллиантового блеска, перепроверил наличие алкоголя и принялся за подсчёт денег, заработанных за день. Выделив достаточно моры и завернув её в аккуратный мешочек, Дилюк подозвал Чарльза и вручил ему зарплату. — Ты хорошо поработал, Чарльз. Спасибо, — мужчина коротко кивнул, что означало, что Чарльз может быть свободным. — Доброй ночи, мастер Дилюк! — бармен кивнул в ответ и вышел за дверь. — Доброй ночи!       С того момента, как Дилюк «начал терять память», Чарльз работал сверхурочно. Поэтому винодел повысил ему зарплату. Как никак, он это заслужил. Работу с подсчётами Дилюк искренне ненавидел, но это была неотъемлемая часть его бизнеса. Целая гора моры лежала на деревянном столе второго этажа, за ним сидел и сам Дилюк, перебирая монетки. Одна за другой мора создавала ещё одну сияющую горку монет. Когда две горки наконец-то превратились в одну, Дилюк устало потер глаза. Куда бы он ни посмотрел, перед глазами у него была та самая злосчастная горка монет. Устало вздохнув, мужчина притянул к себе книжечку с прикреплённым к ней пером-ручкой. Хотелось бы сказать Дилюку, что на подсчёте всё и закончится…       Мужчина принялся записывать заработанный за сегодня гонорар, распроданный алкоголь и примерное количество моры, которое ему придётся потратить на новую поставку продуктов как для еды, так и для приготовления нового алкоголя на следующие года. Будучи полностью поглощённым работой, Дилюк даже не заметил, как кто-то зашёл в таверну и поднялся к нему. Как только мужчина решил сделать маленький перерыв и потянуться, он ощутил, что упёрся поднятыми вверх руками и головой во что-то мягкое. Он тут же вскочил, оборачиваясь. — Воу-воу, потише! — Кэйа помахал руками в стороны, показывая, что он отходит и «сдаётся». Дилюк расслабился, заприметив знакомое лицо, но он не сразу заметил состояние этого лица. Весь раскрасневшийся и запыхавшийся, Кэйа смотрел уставшим взглядом. Из приоткрытого рта Дилюк буквально видел пар. Рыцарь Ордо был в самом что ни есть странном виде. Глубоко вдохнув, он сел возле стула Дилюка, положив голову на сложенные на столе руки. — Кэйа? Ты в порядке? — сейчас Дилюк искренне беспокоился за брата. Нельзя было назвать его вид нормальным. — Да так… У самих ворот повстречал незваных гостей, пришлось немного задержаться, — хихикнул мужчина. Последний кусочек пазла в голове Дилюка стал на своё место. Ну конечно, он же рыцарь. Не удивительно, что Кэйа выглядел уставшим. — Воды? — Да!       Дилюк ухмыльнулся и быстро последовал к лестнице. Но уже на середине спуска вспомнил обещание, которое он дал сам себе ещё утром. Сердце пропустило удар-другой, будто он забыл о чём-то чертовски важном, и вспомнил в последний момент. Поднимался мужчина уже с чётко-сформулированным предложением и стаканом воды в руках.       Подойдя к столику, винодел аккуратно поставил стеклянный стакан возле рук брата. Тот всё ещё шумно дышал, но, услышав глухой стук, сразу приподнялся и, выхватив стакан, залпом осушил его. — Я давно уже никуда не выходил… — аккуратно начал красноволосый. Сердце бешено колотилось, во рту почему-то пересохло. Наверное, последний раз Дилюк чувствовал себя так, когда просил отца отпустить его на свидание с девушкой. Почему мужчина себя так чувствовал, он и сам не знал.       Кэйа поднял на него вопросительный взгляд, всем своим видом намекая на непонимание. При этом Дилюк чувствовал себя мальчишкой, которого готовы отчитать в любой момент. С каких пор он стал таким трусливым? Осознание этого, словно свет в тёмном, сыром подвале, накрыло его с головой, и он тут же осмелел. Пропала неуверенность, исчез и страх вместе со странным чувством. Взгляд слегка ожесточился и брови немного придвинулись к переносице. Вот оно — фирменное выражение лица мастера Дилюка, которое сопровождало его долгие годы после смерти отца. — Я хотел бы выйти на ночную зачистку. Это не нормально, что «гости» уже начали появляться у ворот Монда, — привычный похолодевший голос вернулся на своё место и теперь Дилюк стал более похожим на себя, ещё когда «был здоровым». Кэйа хитро улыбнулся. — Мастер Дилюк вернул свою прежнюю манеру речи? Может ещё выгонишь меня? — поменялся и Альберих. Теперь он тоже был «обычным». Единственный глаз немного сузился и наглядно похолодел. Вернулись язвительный тон, высокомерная улыбка. Что-то внутри Дилюка перевернулось. Он знал? Кэйа знал, что Дилюк претворяется?! Вопросы в голове лились рекой, но мужчина не подавал виду. — С чего вдруг мне тебя выгонять? Я просто хочу пойти на зачистку, — немного помолчав, мужчина опустил глаза, будто смущаясь, — И хочу, чтобы ты пошёл со мной… Кэйа громко рассмеялся, запрокинув голову назад. Дилюк стоял в недоумении. Этот день определённо был странным: Донна, поведение Кэйи, резкая смена привычного поведения. Что-то внутри не давало мужчине покоя. Что-то было не так, он уже начал это осознавать. Только никак не мог понять что же не так. К тому времени Кэйа пересмеялся и снова смягчился. — Ладно… Только обещай, что далеко от меня не будешь отходить, — капитан поднялся, легонько похлопав брата по плечу. Лёгкая улыбка всё ещё была на его лице. — Обещаю, — тяжело выдохнул мужчина, убирая в мешочек мору и книгу с пером.

◵

      Выбравшись за пределы Монда через тайный ход, Дилюк восхищённо ахнул. Мондштад — город свободы и ветров, и лёгкий ветерок был неотъемлемой частью столицы. Но за пределами высоких стен гулял самый настоящий ветер свободы. Одуванчики, растущие недалеко от стен города, свободно парили в воздухе, путешествуя по всему Тейвату и разнося самые интересные истории, повествования и слухи. Каждое семечко таило в себе отдельную историю и разносило её по всему континенту, чтобы в итоге прикрепиться к одному месту, вырасти в новые прекрасные цветы и сотворить новые семена, что продолжат историю.       Сильный порыв свежего весеннего ветра ударил в лицо Дилюка, и его настигла ностальгия. Ветер подобрал красные волосы и вплёл в кудряшки парочку семян одуванчика. Заметив это, Кэйа нежно улыбнулся и аккуратно убрал семечки. Дилюк непонимающе посмотрел на брата, а тот молча показал находку. Стоило капитану немного разжать пальцы, как ветер подхватил белый зонтик и унёс в сторону озера. — Я давно не выходил за границы Мондштадта… — вздохнул Дилюк. Тёплое до несдержанной улыбки на лице чувство медленно растекалось по всему телу. Это было чувство свободы, чувство лёгкости. — Да, потому что на винокурню я приносил тебя уже спящим. Собственно, как и забирал… В повозке. — Если ты был менее жесток к ограничениям, я бы не жаловался! — фыркнул Дилюк.       Вдруг где-то вдали послышался страшный рёв. Всё вокруг притихло: пение самых разных птиц, плескание рыб, что по-шальному выпрыгивали из Сидрового озера, жужжание насекомых и шелест травы, где пробегали юркие ящерицы. Даже ветер притих. Только неразборчивый рёв вдали доносился до слуха двух мужчин. Наверняка его слышала и стража, охраняющая врата в столицу, и патрульные. От этих неистовых криков по телу Дилюка пробежали мурашки — он довольно давно не слышал таких звуков близь Мондштадта. Да и не только рядом с городом… Так ревел раненный, разъяренный митачурл. Насколько же всё было плохо, что даже такие чудовища пробрались к стенам Монда?       Названые братья мельком переглянулись: им было этого достаточно, чтобы решить что делать дальше. Оба бросились на звук, доносящийся больше со стороны шепчущего леса. Пришлось отвлечь стражников, чтобы можно было нормально пробраться через мост. К счастью, оба мужчины сразу бросились в сторону причала, стоило Кэйе провести несколько лёгких манипуляций со льдом и камнями.       Они бросились через мост и совсем скоро добрались до другого берега. Рёв стал ещё громче — он уже совсем близко. Предвкушение и детский восторг охватили тело Дилюка. Хищная улыбка придала более грозного вида мужчине. Руки уже чесались взять свой старый добрый меч и как следует проучить чудовищ. Сердце бешено колотилось в ожидании грандиозной схватки. Вот, чего всё время не хватало Дилюку — сражений. Натянув перчатки на руки и завязав хвост потуже, мужчина взял оружие и с нескрываемой азартной улыбкой пошёл вперед. Возбуждение вытанцовывало в глазах винодела бушующими волнами пламени. Каждый нерв желал наконец-то почувствовать давно утраченное ощущение опасности и несравненного адреналина. Сейчас мужчина ничего не видел, кроме раненного митачурла. Взяв двуручный меч покрепче, мужчина как можно сильнее замахнулся и несколько довольно сильных ударов отбросили назад существо, что в попытке защититься прикрыло себя обеими лапами. Болезненный скулёж, больше похожий на рёв, эхом прошёлся по пустому лесу. Вдруг монстр накинулся на мужчину, наставив на него свои огромные рога. Предсказуемо, Дилюк был вполне готов к такому. Собрав все силы в руки, он замахнулся, чтобы хорошенько пройтись по любезно подставленной голове монстра, но тут митачурл покрылся инеем, а вскоре и совсем обледенел, остановившись перед Дилюком в нескольких сантиметрах. Тут-то мужчина и вспомнил о Кэйе, который к тому времени со всей силой прошёлся своим мечом по заледеневшему чудовищу. Ещё пара ударов и тот рассыпался на кусочки, которые потом испарились. — Ты лишил меня самого интересного! — прорычал мужчина, пряча двуручный меч. Укоризненный взгляд скользнул по освещённому луной лицу Кэйи и невольно опустился на приоткрытую грудь. Но стоило ему заметить умоляющий взгляд брата, как он сразу отвёл глаза в сторону упавшего во время боя закатника. — Сегодня Донна принесла мне целую корзину закатников… — бесстрастно сообщил винодел. Он совершенно не понимал, зачем эта информация Кэйе, но ему просто хотелось это сказать. — Ну, Донна довольно милая и красивая девушка, — невозмутимо ответил Кэйа. — К тому же она ещё не замужем, — игриво ухмыльнулся капитан, на что получил лёгкий толчок в грудь и вопросительный взгляд. — Не притворяйся, что не понимаешь о чём я. Ты то должен помнить, что она твоя фанатка номер один на всём Тейвате! — отмахнулся Кэйа, — По домам? — Мы живём в одном доме, идиот! — усмехнулся винодел брату.

◴

      Домой братья вернулись уставшими и счастливыми. По пути на винокурню из-под их рук не ускользнул ни один монстр. Пали все: пара митачурлов, несколько слаймов и кучка хиличурлов. — Кэйааа… Кэйа, я устааал!.. — не умолкал Дилюк, повисая на шее у брата, который пытался как можно аккуратнее скинуть сапоги. Наконец-то разобравшись со злосчастными застёжками, капитан выпрямился, умоляюще смотря на кррасноволосого. — Прошу, подари мне своё снисхождение и разберись как-то со своей усталостью сам… У меня тоже силы на исходе, а мне ещё на второй этаж тащиться, — промямлил рыцарь, уже поднимаясь по скрипучей лестнице.       Вздохнув, Дилюк пополз за ним, опираясь на быльце. Ноги, руки и спина гудели от боли, но в целом он был рад размять мышцы. Не напрягая себя раздеваниями, винодел просто лёг на постель. Резко голову вскружило и мужчина всем своим телом ощутил, будто комната вокруг него вращается. Давненько он не чувствовал эту усталость и ему это определённо нравилось! Подумывая о сегодняшнем дне, мужчина вскоре заснул. Мягкая, прохладная кровать полностью поглотила его в свои объятия.