Lie/Ложь

- Я так нервничаю, - я почти визжу, подскакивая на месте. - Ты всегда можешь сказать ему «нет», - говорит Тэ с отвращением. - Тэ, перестань смотреть так на меня каждый раз, когда я упоминаю Юнги, - грустно говорю я. – Он был не виноват. - Что ты имеешь ввиду?! – кричит он. – Конечно, он был полностью виноват! Я вздыхаю и подхожу, чтобы обнять его. - Что случилось, то случилось. Никто не может это изменить. - Ты сказал, он пришел домой пьяным и пытался заняться сексом с тобой! С какого хрена это окей?! Несколько голов в кафе поворачиваются в нашу сторону, чтобы шикнуть на Тэхена. Он правда не любит Юнги. Я еще даже не сказал ему, что мы планируем съехаться вместе. Он не одобрит это. Право Тэ. Это не было окей. Но я понимаю, почему Юнги сделал это. Он не хотел обидеть меня. Никогда не хотел. Я знаю это наверняка. - Техён, - говорю я. – Пожалуйста, поверь мне. Юнги делает меня очень, очень счастливым. Со мной все хорошо, поверь. Он не пытается ранить меня. Он тяжело вздыхает, прочищая горло. - Если он делает тебя счастливым... тогда, думаю, все нормально. - Спасибо! – улыбаюсь я, обнимая его покрепче. - Не важно, - он закатывает глаза. - Ну, а как у вас с Хоби? – я игриво тыкаю его. Как только я упоминаю имя его бойфренда, рассерженное выражение немедленно исчезает с его лица. - Мы поцеловались, - хихикает он. – Это было замечательно. Он восхитительный, я не могу насытиться им. - Ааааа, Тэ, - воркую я. – Я так счастлив за тебя. - Я все еще не знаю, что с моей сексуальной ориентацией, - говорит он, внезапно сдуваясь. – Из-за этого я боюсь быть с ним и потом понять, что меня не возбуждают мужчины, понимаешь? - Просто посмотри гей-порно и увидишь, нравится тебе или нет, - смеюсь я. - Это не помогает. Порно есть порно, не важно какого типа. Меня любое возбуждает, - спорит он. - Как скажешь, Тэ, - смеюсь я и возвращаюсь к своей работе, принимая заказы. После моей смены в кафе у меня будет преподавание в двух танцевальных классах и потом я пойду домой. Я весь в тревоге от мыслей о том, что ждет меня, когда я приду. Юнги сказал, что он от позаботиться о том, чтобы все было великолепно. Что это значит? В смысле, он писатель романтических новелл. И он знает, что я безнадежный романтик. Я немедленно начинаю думать о шелковых простынях покрытых розами, как в одной из его книг. Я сосредотачиваюсь на посуде, пока мои фантазии не увели меня слишком далеко. Я такой нервный, мои руки реально трясутся. Честно говоря, насколько я возбужден, на столько же я и испуган. Что если он не захочет меня после всего? Я, наверняка, не настолько привлекателен, как другие люди, с которыми он спал. Я имею ввиду, посмотрите на Чонгука. Мое тело ужасно по сравнению с его. Мое лицо тоже не настолько привлекательно, как его. - Тэ? – зову я моего лучшего друга, погружаясь в сомнения относительно всей этой идеи. - Аааа? – отвечает он, подходя с новыми заказами на кофе. - Я теперь привлекательный, да? Я не вызову у него отвращение, правда? – спрашиваю я дрожащим голосом. - Чимини, больше так никогда не говори, - строго говорит он. – Ты охренительно красивый и, уверен, Юнги паникует сейчас потому, что он будет трахать тебя. - Тэ, потише, - ною я, становясь красным, когда пожилая пара, сидящая рядом с кухней, осуждающе смотрит на меня. Мои руки снова трясутся, когда я стучусь в дверь Юнги. Снаружи довольно холодно, так что если он спросит, я смогу свалить все на погоду. Не знаю, что я ожидаю увидеть, когда он открывает дверь, а он просто стоит там, в черном оверсайз худи и скинни джинсах,, со своей ленивой усмешкой на лице и я не могу быть более признательным ему за это. - Чиминииии, я скучал по тебе, - пропевает он, втягивая меня в объятия прямо на пороге. - Можно мы сначала войдем, - смеюсь я, пытаясь стряхнуть его с себя. – Здесь холодно. Вместо ответа он втягивает меня внутрь и продолжает обнимать. - С каких пор ты стал таким прилипчивым? – смеюсь я. - С тех пор, когда вернул тебя. Теперь я никогда не дам тебе уйти, - выдыхает он в мою шею. Он осматривает меня с ног до головы и соединяет наши губы в коротком, но таком сладком поцелуе. - Прости меня за то, как я относился к тебе, - извиняется он глядя мне прямо в глаза. - Я знаю Юнги, ты повторил это уже всего лишь навсего миллион раз, - я улыбаюсь. – Все нормально. - Позволь мне загладить вину перед тобой, - мягко говорит он, теребя низ моего свитера и пробуждая бабочек в моем желудке. - Я.... – ох. - Детка, - говорит он, чуть отстраняясь. – Мы не должны, если ты не хочешь. Не думай, что я тороплю. - Выглядит так, как будто я нервничаю? - неловко смеюсь я. - Ты выглядишь так, как будто готов вот-вот взорваться от тревоги, - улыбается он. – Это окей, Чимин. Мы можем сделать это в дру... - Нет! – перебиваю я его. – Я хочу этого. - Уверен? – спрашивает он, тихонько покачивая меня в руках. – Я не хочу, чтобы ты говорил это лишь для меня. - Нет, Юнги, - говорю я. – Я просто немного нервничаю. - Тогда хорошо. От чего ты тогда нервничаешь? – спрашивает он, поднимая руку и теперь играясь с моими волосами вместо свитера. - Я все еще совсем не уверен в своем теле, - тихо говорю я. – Ничего не могу поделать, но мне кажется, что тебе оно не понравится. Он в шоке смотрит на меня. - И еще я никогда не был... ну, знаешь... в принимающей позиции, - смущенно говорю я. Я потерял свою невинность с Чонён, и у меня не было секса с кем-то кроме нее. Она была более доминантна, чем я, но это означает что-то другое, когда ты с парнем. - Со вторым мы сможем разобраться позже, но вот с первым мы должны сделать что-то немедленно, - говорит Юнги серьезным тоном. - Ч-что ты имеешь ввиду? – говорю я, еще больше нервничая. - Доверься мне, - говорит он, легко касаясь губами моих губ прежде, чем взять меня за руку и потащить в свою комнату. Клянусь, мое сердце выпрыгивает из груди. Он открывает дверь и я замираю в изумлении. Комната освещена свечами и наполнена легким ароматом ванили. - Пошло, я знаю, - краснеет Юнги. – Но тебе нравятся мои книги, поэтому я решил, тебе понравится что-то подобное. Это не слишком? - Нет, все прекрасно, - говорю я, тронутый заботой. - Я никогда не делал ничего такого для кого-то еще, - признает он. – Я буквально ходил скупать свечи. Вот как ты сводишь меня с ума. Теперь моя очередь краснеть. - В любом случае, мы сейчас мы уберем твои нездоровые мысли из твоей головы раз и навсегда, - говорит он, меняя тему и заводя меня в ванную комнату. Он останавливает меня лицом к зеркалу и его руки сзади обнимают меня. - Посмотри на себя, Чимин. Ты так чертовски прекрасен, что останавливаешь мое дыхание, - шепчет он. – Я хочу, чтобы ты смотрел на себя до тех пор, пока ты не увидишь то, что вижу я. - Я не могу увидеть этого, Юнги, - возражаю я, пытаясь отвернуться от зеркала и смотреть на него. - Не-а, ты будешь. Ты не уйдешь отсюда, пока ты не Увидишь, - он улыбается, прижимая меня крепче к своей груди. - Эти хорошенькие губки, которых мне никогда недостаточно. Пухлые щечки, которые заставляют меня ворковать. Мягкие волосы, с которыми я все время хочу играть. Эта широкая улыбка, которая останавливает мое сердце. Прекрасные глаза, в которые я могу смотреть всю свою жизнь. Особенно глаза, когда ты улыбаешься, о, Господи, даже не начинай! - Это все только слова, Юнги. Не значит, что все это правда, - вздыхая, я смотрю в пол. Чонён всегда говорила, что мои губы слишком большие. Мои щеки толстые. Мои волосы слишком длинные. Мои глаза имеют странную форму. Она говорила мне, что я должен сделать пластику, чтобы изменить форму верхнего века. (У Чимина в реале очень выраженное азиатское веко, его глаза действительно закрываются, когда он широко улыбается. В оригинале истории написано «избавиться он улыбки глазами», но по-русски мы так не говорим, поэтому я слегка подредактировала текст, чтобы не потерять смысл – примечание переводчика). - Выбрось свою бывшую из своей головы, - велит Юнги почти сердитым тоном, снова удивляя меня своей способности читать мои мысли. - Я заменяю все воспоминания, помнишь? Я – твой первый. Ее никогда не было, - говорит он, поднимая мою голову вверх, чтобы я снова посмотрел на себя. И в этот раз я Смотрю. Я думаю, мои глаза... как-бы... красивые. Мне они нравились, когда я был юным. И мои щеки, они милые. - Нуууу.... думаю, я как-бы... ничего, - тихо признаю я. - Ты больше, чем ничего. Ты, пожалуй, самое очаровательное человеческое существо, которое я видел в своей жизни, - говорит он, улыбаясь из-за моего плеча. – Я помню, как я впервые увидел тебя в кафе. Я был так измучен работой, и, входя, говорил Хосоку насколько я не заинтересован в отношениях. И потом подошел ты, и я немедленно попал в зависимость. - Да... Я думал о тебе весь день после этого, и я должен был увидеть тебя снова. Именно тогда я пришел и попросил твой номер, - продолжил он. Я улыбаюсь, облокачиваясь на него. - Я был такой худой тогда. Я буквально выглядел как скелет. Я сейчас выгляжу лучше, правда? - Я думал, что ты был прекрасен тогда. Я думаю, ты прекрасен сейчас, - просто говорит он. – Но что важнее, это то, что ты здоровее сейчас. Он разворачивает меня к себе лицом. - Ты веришь мне? Я киваю. Я действительно верю. - Я люблю тебя, - выдыхаю я, прежде чем прижать свои губы к его. Он притягивает меня ближе, пальцы нежно пробегают, вычерчивая круги, по моей спине. Его язык очерчивает мою нижнюю губу, прося о доминировании, и я отдаюсь ему. Поцелуй быстро становится горячее, но не похотливым. Больше безумно влюбленным, и действительно заставляет меня поверить, что он никогда меня не оставит. Он оставляет влажные поцелуи на моей шее, останавливаясь, чтобы оставить отметины на моих особо чувствительных местах. К моменту, когда он достигает ворота моего свитера, я уже отчаянно хочу большего. Это момент, где мы обычно останавливаемся, но я думаю, что я доверяю ему. Я отстраняюсь на столько, чтобы сказать: - Сними его. - Ты уверен? – спрашивает он, поглаживая мою щеку. Я киваю, снова нервничая. Он стягивает через голову мягкий голубой свитер, и я остаюсь более обнаженным, чем когда бы то ни было. Но только на мгновение перед тем, как я чувствую его теплые руки на моей обнаженной спине, сбегающими вниз по бокам. - Твоя кожа такая мягкая, - говорит он улыбаясь. – Я не понимаю, почему ты всегда жалуешься на свое тело, тогда как для меня ты выглядишь совершенно. Я краснею. У меня нет на это ответа. Вместо этого я тяну его толстовку, ожидая, когда он ее тоже снимет. Он смеется и без сомнений стягивает ее через голову. Он иногда спит без майки, так что нет ничего такого, чего бы я не видел до этого, он контекст совершенно новый. Я кладу свои дрожащие ладони на его подтянутый бледный живот, пока его губы движутся вниз по моей груди с мягкими поцелуями, которые посылают дрожь вниз по моему позвоночнику. Его руки движутся к моим бедрам, заставляя меня подпрыгнуть. Он несет меня обратно в его – нашу – комнату, и укладывает меня на постель, нависая надо мной. Я смотрю на него понимающим взглядом. - И конечно, шелковые простыни. - О, Господи, ты читал эту книгу? – краснее он от смущения и утыкается лицом мне в шею. - Она хорошая! – смеясь говорю я. - Хммм, значит, тебе нравятся такого типа книги, - поддразнивает он, заставляя теперь смутиться меня. - Ой, заткнись, - ною я. – Я прочитал ее только потому, что ТЫ написал ее. Все мои нервы исчезают к этому моменту. Он так много делает, чтобы мне было комфортно, так почему я должен переживать. Мы любим друг друга, это так естественно, заняться любовью. У меня больше нет вопросов. Я доверяю ему. На 100%. (Несовершеннолетние – кышь!) Он стягивает с меня мою одежду и я позволяю ему это, потому что один взгляд на его лицо по настоящему заставляет меня почувствовать себя самым прекрасным в Мире. Он целует меня в местах, где его губы до этого никогда не были, запуская все мои чувства на овердрайв. Я практически разваливаюсь на куски, когда он оставляет засосы на внутренних сторонах моих бедер. - Черт, ты не шутил, когда говорил, что ты чувственный, - смеется Юнги. Я хнычу в ответ. - Юнги, пожалуйста, сделай что-нибудь. - Я делаю что-нибудь, - отвечает он между поцелуями моих ног. - Что-то еще, - дуясь, говорю я. Он смотрит на меня с ухмылкой. - Например, что, детка? Я краснею. Я не могу сказать это. Слишком развращенно. - Юнги, - хнычу я снова, растягивая его имя. – Ты знаешь. - Как я могу знать, если ты мне не говоришь, - говорит он, убирая свои руки с меня, заставляя меня еще больше расстроится. Я хватаю его за руки и тяну его на себя, чтобы мы оказались лицом к лицу. - Я хочу чтобы ты, - шепчу я, - F-word меня. (F-word – эвфемизм к слову fuck – примечание переводчика). - Ты такой невинный, я почти чувствую себя виноватым похищая это, - он улыбается, осыпая мои губы нежными поцелуями. – Кстати, я не буду тебя трахать. Я займусь с тобой любовью. - Охренеть, - меня пробивает на смех. Он вздергивает брови на меня, дотягивается до прикроватной тумбочки и достает презервативы и лубрикант, быстренько заставляя меня заткнуться, так как меня снова накрывают нервы. Он вот-вот вставить свой член мне в зад. И он довольно большой... Я скептически смотрю на него, когда он зачерпывает пальцами какое-то невероятное количество смазки. - Я хочу, чтобы тебе было так комфортно, как только возможно, - объясняет он, без предупреждения вставляя в меня два пальца. У меня отваливается челюсть, когда он начинает пальцами, как ножницами, растягивать меня. Я никогда не чувствовал чего-либо столь же приятного. Ну, во всяком случае, до тех пор, пока он не добавляет еще один палец и не склоняется ко мне, чтобы пробежаться языком по моим сверхчувствительным соскам. - Юнги, - выдыхаю я, запутывая свои пальцы в его волосах и двигая бедра навстречу его пальцам. - Тебе хорошо, детка? – спрашивает он, ища в моем лице малейшие признаки дискомфорта. Это так трогательно, видеть, как он так бережно обращается со мной. Я знаю не понаслышке, он не особенно любит нежно и медленно. Однажды я воспользовался его лэптопом, а он случайно оставил открытым порно. Скажем так, там было много бандажа и криков. Это испугало мои невинные глаза наверное на всю оставшуюся жизнь. (Ой, да ладно! Чимин, с Юнги у тебя нет других вариантов – *хищно хихикаю*, примечание переводчика). Я киваю, притягиваю к себе, чтобы можно было снова поцеловать его. Медленно и страстно. Исполнено любовью. И так ново для меня. - Думаю, со мной все хорошо, - говорю я, отчаянно желая почувствовать больше его, еще ближе. Я ценю, что он не спешит, но я уже схожу с ума от желания большего. Я истекаю смазкой себе на живот и я знаю, что меня едва ли хватит на пять минут, если он продолжить прелюдию как сейчас. - Ты на 100% уверен, что хочешь этого? – спрашивает Юнги. – В начале это не совсем комфортно. Если захочешь остановиться, пожалуйста, только скажи, окей? Я чувствую, как головка его члена прижимается к моему входу. - Я никогда не был более уверен в чем-либо. Я люблю тебя. Теперь, пожалуйста, поторопись. Он кивает и медленно входит, покусывая мою шею. По честному, это ощущается так, как будто мой зад разрывают на части. Мои глаза наполняются слезами, но я смаргиваю их, зная, что Юнги остановится при первом знаке, что мне больно. Он ждет, пока мое тело не привыкнет и вскоре боль исчезает, и сменяется неприкрытым желанием. Он начинает двигать бедрами и, я клянусь, я чувствую эйфорию. Моя голова откидывается назад на подушки, я тело омывают волны удовольствия. - Fuck, ты такой узкий Чимин, - бормочет он, блаженство разливается на его лице. Юнги смотрит на меня с неприкрытой любовью и желанием в глазах. Он такой красивый в мягком свете свечей, с тонким слоем пота на его прекрасно накаченном теле. - Ты охуенно красивый, - говорит Юнги. – Я сейчас даже не могу поверить, что могу назвать тебя своим. Я готов ответить ему чем-то слащавым, когда он касается внутри меня точки, которая заставляет меня стонать во весь голос. - Да, з-здесь, - всхлипываю я через тяжелое дыхание. Он старается попадать прямо по моей простате, чуть ускоряясь. Если раньше я думал, что я чувствовал эйфорию, ребята, я был не прав. - Юнги! – выкрикиваю я, впиваясь ногтями в его спину. Теплое чувство в моем животе нарастает, становясь невыносимо жарким. Единственное слово, которое я помню в этот момент, это его имя, и я кричу его. - Я кончаю, - постанываю я, мои бедра начинают трястись. Юнги кладет на них свои руки, удерживая их разведенными, двигается в лихорадочном ритме. - Я тоже, - рычит он, обхватывая рукой мой член, дроча его, увеличивая наслаждение, если это еще возможно. Подавленный стон вырывается из моего горла, когда я кончаю на себя, веду ногтями вниз по его спине, пока все мое тело сотрясается от наслаждения. Думаю, моего вздоха было достаточно, чтобы столкнуть Юнги с края, потому что он кончает вслед за мной со стоном в мою шею. Мы замираем на некоторое время, чтобы восстановить дыхание. (Мелкие, можете вернуться) - Я так сильно люблю тебя, Чимин, - говорит Юнги и его горячее дыхание касается моего горящей кожи. - Я тоже люблю тебя, - почти бездыханно отвечаю я, постепенно начиная спускаться с высот своего наслаждения. - Я серьезно, Чимин, - говорит он, чуть поворачиваясь ко мне, чтобы видеть меня. – Я так охрененно влюблен в тебя. Я хочу прожить всю жизнь с тобой. Меня не заботит, что мы знаем друг друга всего пару месяцев. Меня не колышет, что наша любовная история – сплошное клише, как и мои книги. Я хочу быть с тобой всегда. Ты – моя единственная любовь. Моя муза. Смысл моей жизни. Пак Чимин, из-за тебя любовь кажется преуменьшением. Когда он заканчивает говорить, я уже весь в слезах. Шмыгаю в его руках, не обращая внимание на то, что я совершенно нагой и весь покрыт спермой. Я уже был весь в эмоциях на протяжении всего, что он со мной делал, а теперь из-за его речи нет вариантов, чтобы я прекратил рыдать в ближайшее время. - Любимый, не плачь, - нежно говорит он. – Что не так? - Все так. Все абсолютно безупречно, - я улыбаюсь сквозь слезы.