Не отпускай

      Машину резко занесло.       Серёжа отчаянно вцепился в руль, стараясь не потерять управление. Из последних сил он выровнял машину, но мощный удар сзади подбросил его. Серёжа ударился лицом о руль, машину снова занесло, послышался скрежет шин. Серёжа окончательно потерял управление и отчаянно выжал тормоз. Почему Олег молчал? Почему?... Ах да, потому что он остался в башне — одинокая тень его призрачного мрачного прошлого. Машину развернуло, бросило вперёд, затрясло по кочкам грубого резкого спуска и ударило о кирпичную стену заброшенного промышленного здания. От удара Серёжу отбросило, выбивая из груди болезненный сдавленный выдох.       Наступила тишина. Откуда-то несло дымом. Серёжа болезненно застонал и не сразу, но всё же толкнул дверцу. Она открылась, Серёжа вывалился на холодную покрытую изморозью землю и закашлялся. Было холодно: тонкие брюки и рубашка не согревали зимним вечером. Поднявшись на дрожащих ногах, Серёжа отошёл от дымящейся машины, но тут же услышал пробирающий до дрожи визг тормозов и шин.       Две машины резко вывернули сверху и стремительно съехали в овраг, в который выбросило Серёжу. Они затормозили, в воздух взлетела грязь с мокрым снегом. Серёжа зло сжал кулаки — эти ублюдки его подрезали! Ему бы сейчас хоть какое-то оружие... только вот у него ничего не было. И все же Серёжа не намеревался сдаваться без боя. Он встал в боевую стойку, смотря, как из машин выходят восемь человек с битами. Один из них усмехнулся — его повеселило боевое настроение Серёжи.       — Тебе передавали «привет»! — крикнул один из них. — «Привет» от О...       Его перебил грозный пугающий рёв. В воздух взвилась пыль и, казалось, что на них мчится бешеный комок агрессивной грязи. Жуткое существо скатилось к ним и с оглушающим рёвом ударилось о близ стоящих наёмников. Они с гортанным выдохом отлетели на землю, выронив биты, и только тогда Серёжа понял, что это мотоцикл. Он резко крутанулся, наехал ещё на двоих, и только тогда близко стоящие к Серёже люди бросились на него, а остальные к бешеному мотоциклисту.       Серёжа вскинул сложенные крестом руки, принимая на них удар биты, завопил и ударил ногой в ответ. Он увернулся от второго удара, напал его, а мотоциклист тем временем слез с байка и уложил ещё двоих. Серёжа дрался, как зверь. Он вырывал из чужих рук биты, бил ими, потом кулаками, разбивая их в кровь, отчаянно кричал и снова бросался в бой, пока мотоциклист избивал кого-то из шайки лицом о капот машины.       Серёжа уже добивал последнего, когда мотоциклист разбирался с ещё двумя. Впрочем, и из этого боя он вышел победителем.       Разобравшись с бандитами, он размял шею, обернулся и лениво глянул на тех, которых уложил Сергей. Они, трое, с разбитыми в кровь лицами и вывернутыми руками, лежали на промёрзлой земле без сознания. В воздухе пахло снегом и кровью. Подул холодный, пробирающий до костей ветер, и Серёжа сжался. Его спаситель качнул головой, не одобряя подобную агрессию, снял шлем и шумно выдохнул.       — Неплохо для программиста, — сказал он. — Этому на курсе IT учат? Или это врождённый талант?       — Игорь?! — удивлённо воскликнул Серёжа. Он словно ожидал увидеть кого угодно, но только не Игоря. Слишком уж часто в последнее время сталкивала их судьба.       — Игорь, Игорь, — ответил тот. — Доброго вечера, Сергей.       Подумать только: майор Игорь Гром, собственной персоной! В тёплой, но потёртой старой куртке и в поношенных едва ли не рваных джинсах. Когда он пришёл к Серёже в первый раз (из-за дела Чумного Доктора), то выглядел чуточку лучше, а вот сейчас явно запустил себя или не считал нужным одеваться прилично вне работы. И лишь при второй их встрече, на открытии казино «Золотой Дракон», Игорь выглядел сногсшибательно: в элегантном чёрном костюме, с причёской и без дурацкой кепки. Только вот все эти вещи ему не принадлежали. Он надел их для прикрытия, для создания образа, и хоть это не был настоящий майор Гром, Серёжа до сих пор помнил его крепкое тёплое рукопожатие. Не такое, как у всех.       Именно в тот раз майор спас Серёжу в первый раз. Бросил бокал в голову заводилы мародёров, чем спас Серёжу как минимум от пролома черепа. Сейчас же подобные спасения, кажется, начинали входить в привычку.       И всё же Серёжа будто и правда не ожидал увидеть тут Игоря, потому что не так давно тот подозревал его в том, что он и есть загадочный Чумной Доктор, устраивающий беспорядки на улицах. Это был долгий и тяжёлый разговор — едва не дошло до драки. Потом были обыски, долгие извинения, Игоря даже чуть не уволили, хотя Серёжа не жаловался и сказал, что всё нормально, что он всё понимает. К тому же, это Новый Год! Бравый майор должен быть дома, с семьёй; пить, как показывают в российских сериалах, и толкать дурацкие тосты за жизнь и за погоны.       Но нет, Игорь был здесь, на этом безлюдном пустыре. Серёжа ощутил стремительно растущую неловкость. Он не был уверен в себе, не умел общаться с людьми и часто терялся, особенно под суровым взглядом Игоря. Тот всегда смотрел так, словно его окружают одни враги. Возможно, он таким образом защищался от окружающего мира?.. Впрочем, от такого осознания легче не стало. Серёжа помялся и посмотрел на брошенный байк.       — Это что за раритет? — спросил он.       — Это «Восход»! — возмущённо ответил Игорь и махнул рукой. — Молодежь... И он тебе жизнь спас вообще-то. Здоровье так точно. Эти ребята не были настроены дружелюбно.       Серёжа глянул на разбросанных по земле избитых наёмников, припорошённых легким слоем снега, и невольно сглотнул.       — Да уж... — смущённо ответил он и убрал за ухо прядь рыжих волос. — Спасибо, Игорь. Вы с «Восходом» спасли меня.       — Не за что, — буркнул Игорь. — Оденься, чего трясёшься?       — Я... Я не брал куртку, думал, что так и просижу в машине. Выходить не собирался, только покататься.       Игорь вздохнул и прикрыл глаза. Качнув головой уже в третий раз, он снял свою куртку и подошёл к Серёже. Тот попытался отказаться, но Игорь без церемоний натянул на него куртку и застегнул на молнию. От этого Серёжа покраснел, как рак, и спешно потёр щёки, словно это от холода, а не от смущения.       — Раз ты дерёшься, как Рэмбо, — сказал Игорь, не заметив его волнение. — Может, поможешь и этих молодцев связать? Оставим подарок для моих коллег.       — Да, но... чем? — удивился Серёжа и осмотрелся.       — Для начала... — Игорь подошёл к их машинам и потёр подбородок. — Срежем ремни безопасности... Им тачки в ближайшие лет пять точно не понадобятся.       Вскоре все напавшие на Серёжу люди были связаны по рукам и ногам. Они всё ещё оставались без сознания, когда Игорь вызвал подкрепление, а Серёжа осмотрел свою машину. Он заметно погрустнел — тут помог бы только ремонт.       — Что такое? — спросил Игорь, подойдя со спины. — Не поедет?       — Не-а, — мотнул головой Серёжа. — Хорошо её эти козлы приложили. Могу попытаться завести, но...       — Лучше не надо... — Игорь задумался. — Такси сюда тоже вряд ли вызовешь, особенно тридцать первого. Все по гостям разъезжают. Знаешь, что? Садись на байк, я тебя прокачу. Но сначала обработаю твои руки, ты же кулаки до крови содрал. Доставай аптечку.       — А полиция? — спросил Серёжа. — Не будем дожидаться?       — Ты же не хочешь на всю ночь в участке застрять? Эти и так никуда не денутся, а ты завтра напишешь заявление. К тому же, вон камера, всё заснято.       Серёжа послушно вытащил из машины аптечку, открыл, и Игорь молча достал перекись и бинты. Серёжа сел на сидение, а Игорь опустился на корточки. Он взял руки Серёжи в свои, внимательно осмотрел и смочил бинт перекисью. От прикосновений тёплых пальцев Серёжу бросало в дрожь — ему была приятна его близость. Серёжа не отводил взгляда, когда Игорь осторожными прикосновениями стирал с его рук кровь и заматывал разодранные до ссадин костяшки бинтами. Его пальцы были грязными, со сбитыми ногтями и грубыми подушечками — это были руки трудяги, борца. И всё же его прикосновение не вызывали неприязни или дрожи. В этот момент Серёжа словно прикасался к чужому, давно забытому миру.       — Ну что? — спросил Игорь, когда они закончили. — Не боишься сесть на мой «Восход»?       — Ну... как сказать...       Ветер гудел в ушах. Несмотря на то, что Игорь отдал свой шлем Серёже, ветер всё равно завывал так громко и яростно, что перебивал все остальные звуки. Было очень холодно; хорошо, что Игорь отдал свою куртку Серёже. Сам он ехал в свитере и без шлема и, хотелось верить, что он не заболеет. Меньше всего Серёже хотелось быть причиной его новых проблем.       Когда они ехали по мосту, Серёжа осмелился поднять взгляд. В тот же миг он едва не потерял дар речи от красоты. С чёрного тяжёлого низкого неба падал снег. Словно звезды, снежинки летели вниз, покрывали землю плотным слоем и кружили в воздухе, ведя свой дивный хоровод. Серёжа смотрел на них и сильнее жался к Игорю, к его тёплому сильному телу — потрясающее чувство. И они мчали, мчали, мчали — казалось, что вот-вот взметнутся ввысь.       Когда Игорь свернул на знакомую дорогу, Серёжа внезапно несколько раз дёрнул его за футболку, словно прося остановиться. Игорь, если и удивился, виду не подал. Он осторожно съехал к обочине, остановился и обернулся к Серёже.       — Что? — удивлённо спросил он. — Укачало?       — Нет, просто не хочу в башню, — ответил Серёжа и сжался. — Там... жутко, плохо и страшно. Только не сегодня.       Игорь нахмурился. Он поднял взгляд, словно обдумывая это и вспоминая молчаливую жуткую башню с пустыми стенами и эхом бесконечных тёмных коридоров. Башню, где Серёжу так часто преследовал призрак Олега. Об этом Игорю знать не следовало, этот кошмар принадлежал только Серёже, как вечное напоминание о его ошибке, о его вине. Если бы он не отпустил Олега, если бы...       — Окей, а куда хочешь? — спросил Игорь, возвращая Серёжу в реальность. — Я подброшу.       — Никуда. — Серёжа моментально сник. — Я никуда не хочу.       Единственное, что он сейчас хотел, это подольше побыть с Игорем. С живым, реальным человеком. Правда, говорить об этом вслух он всё же постеснялся — и так доставил ему много неудобств.       — Есть к кому поехать? — спросил Игорь.       Серёжа отрицательно мотнул головой.       — Слушай, ну ведь новогодняя ночь, я не могу просто так тебя бросить на обочине, — сказал Игорь.       — Извини, — вздохнул Серёжа. — Веду себя, как ребёнок. В общем, если не сложно, подбрось меня... Игорь, ты чего так дрожишь?       — Ну, без куртки-то, да на ветру...       — Слушай, тебе надо срочно согреться! Так, поехали куда угодно, лишь бы в тепло!       — Да кому мы нужны и где? Тридцать первое же, поздний вечер. Хотя... — Игорь щёлкнул пальцами. — Знаешь, а есть одно местечко.       Внутри неприятно пахло. Серёжа изумлённо осматривался по сторонам, не понимая, что они с Игорем забыли в таком месте. Кофейня, точнее, придорожная забегаловка, пустовала. Мало кто забредал сюда в новогоднюю ночь, но, тем не менее, на столике, на забрызганной кетчупом скатерти, были разбросаны крошки, словно недавно тут кто-то ужинал. Серёжа поморщился, глядя на использованную одноразовую посуду и даже побрезговал подойти ближе.       — Сейчас разгребём, — сказал Игорь и поставил на столик поднос с двумя горячими чашками кофе из автомата и бумажными тарелками с хот-догами.       Игорь осторожно собрал грязную посуду, переставил на соседний, ещё более грязный, чем их, столик, потому что мусорок нигде не было, смахнул салфеткой крошки на пол и оценил довольным взглядом результаты своих трудов. Девушка за кассой происходящее проигнорировала: её точно не смущала грязь. Видимо, она считала, что стоит радоваться тому, что она дежурит в новогоднюю ночь.       Серёжа ничего не сказал. Игорь придвинул к нему один стаканчик, поставил по центру стола тарелку и сделал приглашающий жест рукой, мол, угощайся. Сам он взял хот-дог и смачно откусил.       Серёжа вздохнул. Единственное, на что он решился, это облокотиться на жуткую скатерть. На белых (и тоже грязных) стенах были развешаны гирлянды. Они беспрерывно мигали, а на столике кассира стояла ваза с еловыми ветками. На фоне играла тихая музыка — что-то из дискотеки девяностых.       — Скоро новый год, — сказал Игорь, с аппетитом жуя хот-дог. Желудок Серёжи тихо заурчал. — Точно не подбросить тебя домой или к друзьям?       — Да меня заберут, — соврал Серёжа и всё же взял второй хот-дог. — Не парься, Герой. А ты сам чего не дома? Семья? Друзья?       — Нет у меня друзей. — Игорь пожал плечами. — Некогда их заводить. Это общаться надо, встречаться, а я вечно на работе. Семьи тоже нет, а мешать тем людям, которые мне как семья, я тоже не хочу. И без того вечно со мной носятся. Так что... я один практически каждый год.       — Ясно... — грустно ответил Серёжа. К его удивлению хот-дог оказался очень вкусным, а кофе сносным. — А как ты оказался у того оврага?       — Да решил прокатиться, типа, неофициальный патруль. Увидел, как две тачки одну прессуют, понял, что не чисто. И поехал следом. А кто эти козлы?       — Деловые партнёры.       — Не похожи они на партнёров.       — Плох тот деловой партнёр, который не пытается тебя убить.       Повисла неловкая пауза. Серёжа улыбнулся и пожал плечами, обозначая, что это шутка. Игорь кивнул. Он разделался со своим хот-догом, вытер руки и взялся за кофе.       — И часто они тебя так? — всё же спросил он.       — Часто. — Хот-дог оказался очень вкусным, и Серёжа, прежде чем продолжить, доел его. — Как же не попытаться припугнуть, покалечить или даже убить пацана из детского дома? Без семьи, без друзей, без защиты. Искать никто не будет. Мне же тоже было некогда друзей заводить. Точнее, был у меня друг, но он давно погиб... на чужой войне. Именно поэтому я и заказал охранку у Хольта. Так что, Игорь, ты уже устроил мне классный новый год. Наверное, лучший за последние годы.       Снова повисла пауза. Серёжа опустил голову, постучал пальцами по стаканчику и сделал небольшой робкий глоток.       — Тебе не к кому ехать? — догадался Игорь. — И никто тебя не заберёт отсюда?       Серёжа помедлил и кивнул.       — А домой?       — Не могу находиться в башне. Тишина сводит с ума, темнота пугает. Я там словно в лабиринте... Дышать нечем. Тяжело. Ты понимаешь, что я говорю?       — Понимаю. У меня бы тоже там крыша ехать начала.       — Да... — Серёжа прикрыл глаза. — Я же... просто сбежал оттуда в ночь. Куда угодно поеду, но не туда.       — Ну-у-у... — протянул Игорь. — Я бы пригласил тебя к себе, не на улице же бросать. Но тебе это, наверное, не по статусу?       — Какому статусу? — не понял Серёжа и нахмурился.       — Ну... ты богатый разработчик. А я бедный мент. Не та компания для праздничной ночи.       — Богатства — это просто деньги, Игорь.       — Да что ты? Скажи ещё, что не любишь их. Эти деньги.       — Люблю! — пылко ответил Серёжа. — Конечно люблю! Люблю комфорт, который они дают, то, что я ни в чем не нуждаюсь, уверенность в завтрашнем дне. Но я не сужу по ним людей. Это они... видят только мои деньги. Поэтому у меня никого нет.       — Ты не похож на них, — задумчиво сказал Игорь. — На других богатеев. Иногда мне кажется, что ты обычный парень.       — Я обычный, — заверил Серёжа. — Игорь, я самый обычный. Кстати, сколько я должен за еду...       — Нисколько. Я же пригласил.       Пригласил. Серёжа почувствовал, как горят щёки, и смущённо отвёл взгляд. Звучало так, словно у них свидание. Серёжа понимал, что ему стоит держаться от Игоря подальше, ведь ни к чему хорошему бы это ни привело, но в то же время его безудержно тянуло к этому человеку. Было в Игоре что-то такое, чего не было в других. Словно рядом с ним всё менялось: мир расцветал, наполнялся красками и звуками, а жизнь снова обретала смысл.       — Ну, вдвоём веселее, — сказал Игорь. — Могли бы посидеть в тепле, поболтать, салют из окна посмотреть. Правда, у меня еды нет...       — А ведь «Шестерочки» еще открыты! — оживился Серёжа. — А можно? Можно с тобой? Если ты не против, то, пожалуйста, давай поедем к тебе! Я уже с ума схожу от одиночества, со стенами разговариваю! Ну пожалуйста! Ты же сам предложил!       Игорь явно растерялся от такой пылкой реакции, но улыбнулся.       — Ну... можно, конечно.       — Я же каждый новый год один... — добавил Серёжа. — Игорь, поехали! Давай быстрее!       Если квартира Игоря и произвела неизгладимое впечатление на Серёжу, то он ничего не сказал. Только осмотрелся долгим задумчивым взглядом и чуть вскинул брови. Ещё и вешалка, предательница, рухнула, стоило Игорю открыть дверь, а багета покосилась для полноты картины. Давно следовало сделать ремонт, да всё руки никак не доходили. Да что уж ремонт... просто убраться бы. Окна помыть, полы протереть... штукатурку размыть...       — Ну... так себе место для Нового Года, — сказал Игорь и приготовился вызывать Серёже такси.       — Да почему? — Серёжа улыбнулся и снял куртку. — Вполне себе. Тепло и ладно! Так, первое, найдётся ли у тебя для меня домашняя одежда? И, второе, сейчас составлю список продуктов, сгоняешь в магазин... Я могу хозяйничать на кухне?       — Да пожалуйста. — Игорь пожал плечами. — Едва ли ей уже хоть что-то страшно.       Серёжа фыркнул, но улыбнулся — шутку понял.       Игорь оставил Серёже абсолютно новые вещи, взял составленный им список и пошёл в магазин. Серёжа казался ему милым, но странным. Игорь замечал каждый его взгляд, думал о каждом прикосновении, когда он прижимался к нему на байке. И что-то в нём словно откликалось в ответ. Игорь прекрасно понимал, к чему всё это, и понимал, что не стоило сближаться, но остановиться уже не мог. Серёжа нравился ему. Нравился своей наивностью, своей улыбкой, своей искренностью. Чудесный мальчик. Пожалуй, если бы он не был богат и знаменит, Игорь уже бы сделал первый решительный шаг.       Игорь закупил целую гору продуктов, всё по списку, но подумал, что Серёжа всё равно ничего не успеет с этим сделать — до Нового года оставалось полтора часа. И тем не менее, он все купил и принёс.       Когда Игорь вернулся и открыл дверь, он едва не потерял дар речи. Серёжа включил свет везде, где только можно, нашёл все кастрюли и сковородки, перевесил дождик и гирлянды, оставленные тётей Леной, настроил антенну телевизора, добыл откуда-то еловые ветки и даже...       — Ты откуда дверь в туалет взял?! — удивился Игорь.       Некогда пустующий проём закрывала старая пошарпанная дверь.       — Вообще-то твои соседи ремонт делают, — ответил Серёжа и выглянул из кухни. — И эту дверь они собрались выкидывать. Я попросил отдать ее нам, всё равно она в парадной стояла.       В этот момент Игорь снова потерял дар речи. Серёжа, одетый в его черные спортивные штаны и светлую футболку, выглядел безумно очаровательно. Как же ему шли такие простые уютные вещи. Свою одежду он почему-то сразу выбросил — возможно, ему было неприятно оставлять эти вещи после драки. Серёжа улыбнулся, взял из рук Игоря пакеты, и тот понял, что нужно хоть что-то сказать.       — Ты познакомился с соседями? — выпалил он первое, что пришло на ум.       — Да. — Серёжа отнёс сумки на кухню. — Они очень милые, особенно Тимофей...       — Даже я их по именам не знаю.       Серёжа задумчиво глянул на него, но промолчал.       Готовку возглавил тоже он. Серёжа велел Игорю помельче нарезать куски размороженного мяса и отбить, а сам натер сыр, чеснок, помидор и сделал густую «шубку» с майонезом. Мясо на противень он выложил сам, «шубку» нанёс тоже сам, а увенчали композицию тончайшие дольки груши. После он отправил Игоря накрывать на стол, а сам нарезал салаты — овощной с сочным помидором, огурцом, луком и маслом, и греческий с оливками и сыром. Вскоре он принёс на импровизированный праздничный стол нарезку, сельдь в баночке и бутылку дорогого даже для «Шестёрочки» вина (Игорь закашлялся, когда увидел в магазине ценник, но всё же послушно купил его).       — Бокалов нет, — сказал Серёжа.       — Возьми стаканы, это самое толковое из всей моей посуды.       Финальным актом для стола стала отварная картошка. Серёжа слил воду, выложил её в тарелку и с гордым видом поставил на стол.       — Где ты так научился? — спросил Игорь, наблюдая, как Серёжа перемещается от стола к духовке с мясом индейки. Запах уже стоял такой, что текли слюнки.       — Игорь, — улыбнулся Серёжа и выделил его имя голосом. — Напоминаю в сотый раз. Я из детского дома. Нас учили, даже заставляли готовить, убирать, резать, мыть, шить, да всё заставляли делать. А потом я пять лет тусил в общаге и готовил себе тоже сам. Это не что-то необычное. Я не родился с миллиардами во рту.       — А как разбогател, перешёл на фастфуд и рестораны? — усмехнулся Игорь.       — Ну... Мне никогда не нравилось делать хоть что-то из бытового, — признался Серёжа и наморщил нос. — Потому что заставляли. А вот для тебя мне это делать приятно. Точнее, для нас. Для нас.       — Для нас... — повторил Игорь и опустил голову. — Помочь?       — Нет. Лучше поправь антенну, скоро поздравление президента. Никогда его не смотрел...       — Почему?       — Потому что я сам мечтаю стать президентом.       Шутку Игорь оценил.       Только вот шутку ли?..       Когда они закончили со столом и всеми приготовлениями, на часах было без пятнадцати двенадцать. По телевизору тихо играла музыка из очередного «Голубого огонька», за окном моросил снег. Слышались голоса и смех — кажется, кто-то решил встретить Новый Год на улице. Раздались первые залпы салюта.       — Устал? — спросил Игорь, когда Серёжа сел рядом с ним на диван.       — Нет! — Серёжа улыбнулся и тряхнул головой. — Мне было приятно заниматься таким... я же постоянно в договорах, бумагах, офисной фигне... И, повторюсь, поговорить даже не с кем. После шпионажа одной из сотрудниц я перевёл всех на удалёнку. Так что... А тут я не один, делаю что-то давно забытое и просто... живу. Не в этом ли смысл жизни?       — Я не знаю, в чём смысл... — тихо ответил Игорь, и его губы тронула меланхоличная улыбка. — Это сложно, но я рад, что тебе хорошо. Мне тоже хорошо. Я даже отвык от общения. Нормального общения.       — Скажи... — Серёжа сжал кулаки, явно занервничал.       — Да? — Игорь потянулся за штопором и взял бутылку вина.       — Ты же догадался о моих чувствах?       На мгновение Игорь замер. Он помолчал, подумал, а потом открыл бутылку. На часах было без пяти, картинка «Голубого Огонька» сменилась на вид Кремля. Серёжа не слышал ничего из того, что говорил президент. Он думал, что зря вообще затеял эту тему, когда забили куранты. Игорь стукнул своим бокалом о его бокал, Серёжа слабо улыбнулся, и внезапно его резко притянули к себе. Тёплые решительные губы накрыли его рот, поцелуй получился размытым, неясным, но Серёжа чуть не выронил бокал. Когда смущённый Игорь отстранился, Серёжа глотнул вина и сам прижался к его губам новым поцелуем.       После этого они уже не смущались. Серёжа лёг спиной на Игоря, тот обнял его, и они долго говорили обо всём на свете. По телевизору снова играл «Голубой Огонёк», и Игорь сделал небольшой экскурс в историю российской эстрады, пока Серёжа смеялся и просил его перестать. Чтобы остановить этот поток ненужной информации, он даже начал кормить его со своих рук. Они смеялись, как дети, дурачились и ощущали себя абсолютно счастливыми, когда за окном взрывались фейерверки и салюты, восторженно кричали люди, мёл снег и мигали огоньки.       Серёжа поймал себя на мысли, что во время учёбы ему было не до такого, он работал во все праздники. А как разбогател, так забрался наверх самой высокой башни, где не было видно огней города и где не слышались голоса людей. Теперь же всё это было близко, рядом, теперь мир снова ожил. И рядом был Игорь, который с упоением целовал его в висок и скулу.       Они наболтались, поужинали, допили вино, и снова ощутили неловкость. На часах было начало пятого утра, и усталость постепенно брала своё.       — Пора спать... — тихо сказал Игорь. — Я лягу на полу, а тебе постелю на диване.       — Мы можем раздвинуть диван, — заметил Серёжа.       — Боюсь, что он развалится. Он старше моего бати.       — Но на полу...       — Слушай, я постелю себе плед и будет прекрасно. И не так спал. Вот однажды в камере...       Игорь постелил Серёже на диване, а сам и правда лёг на полу. Он устроился на пледе, укрылся одеялом и прикрыл глаза. На улице всё ещё кричали и смеялись люди, но эти звуки были приятными, успокаивающими. Хотя бы в новогоднюю ночь город отдыхал. Игорь уже засыпал, когда услышал скрип половиц и тихие шаги. Каким же было его удивление, когда Серёжа пришёл к нему под бок и прижался всем телом. Игорь обнял его, уткнулся носом в мягкие рыжие волосы, словно поцелованные самим солнцем, и уснул, поглощённый сладкой негой и чужим запахом.       Наутро его разбудил шум в парадной. Кажется, это соседи выходили погулять со своими детьми. Серёжи рядом уже не было, зато из ванной доносились звуки льющейся воды. Игорь потянулся, медленно встал и мечтательно улыбнулся. Да, Новый Год удался — он был счастлив. Впервые счастлив так, что улыбка сама собой не сходила с лица, а жизнь казалась светлой и прекрасной.       Игорь встал, размялся и подумал, что стоит снова накрыть на стол. Он глянул на лежащий на столе телефон Серёжи, нажал на боковую кнопочку и глянул на время — уже обед, ужас же!.. Два часа дня! Игорь усмехнулся — он никогда не вставал так поздно. И в этот самый момент, как назло, на экране всплыло смс сообщение:       «Плати больше. Это мы должны были навалять менту, а не он на...»       Игорь, как вкопанный, замер. Внутри всё рухнуло — сообщение обрывалось, но суть была ясна. Задрожали руки, на висках проступил пот. Игорь сразу понял всё: он вспомнил, как патрулировал город и подозрительные машины словно специально несколько раз попались на глаза. Они вели его за собой, когда появилась машина Серёжи. Игорь, конечно же, не мог не поехать следом. Не мог бросить мальчика в беде. Не мог оставить его на морозе без куртки. Не мог бросить его в новогоднюю ночь. Не мог не...       Не мог не пригласить к себе.       Всё с самого начала было ложью.       Игорь резко обернулся к окну, где висела перевешанная Серёжей гирлянда — именно там располагалась его доска с уликами, а под ней, в столе, хранились все папки с делом Чумного Доктора. Игорь уже не сомневался, что, пока он ходил в магазин, Серёжа изучил или перефотографировал их все. А почему?.. Зачем ему это?.. Конечно же. Ответ очевиден.       Потому что он и был Чумным Доктором. Как Игорь когда-то и предполагал.       Игорь метнулся к мусорке, куда накануне Серёжа выбросил свою одежду. Он достал её, прошупал карманы и в брюках обнаружил небольшой пакетик с подозрительного вида порошком. Серёжа хотел его... убить?.. усыпить?.. Почему не стал? Зачем выкинул?       Вода в ванной стихла. Игорь засунул одежду обратно в мусорку и распрямился. Щёлкнула задвижка, приоткрылась дверь и послышалось тихо мурлыкание — Серёжа что-то напевал себе под нос. Игорь чувствовал, что его мир снова рухнул, как в тот день, когда он лежал на крыше поезда и думал о том, что надо купить шарф. Он медленно, на негнущихся ногах, пошёл к ванной. Он подумал о покалеченном обожжённом Гречкине. Подумал о навеки изуродованной Исаевой. Подумал о семье, пострадавшей при взрыве на помойке.       Почему же его Серёжа убивать или калечить не стал?.. У него была редкая и уникальная возможность.       Игорь заглянул в ванную. Серёжа уже оделся и промокнул волосы полотенцем.       — Доброго утра, Герой! — радостно улыбнулся он.       Игорь только кивнул, но ничего не сказал.       — Что такое? — спросил Серёжа и нахмурился. — Что-то случилось?       Игорь хотел закричать. Хотел обвинить его. Хотел ударить, избить, сделать больно. А лучше скрутить и притащить в отделение. Он уже сделал шаг и... и крепко обнял Серёжу, прижимая его к себе. Нет — думал Игорь — этого не могло быть. Серёжа добрый и милый мальчик, он искренний и наивный, это какая-то ошибка, что-то просто пошло не так. Игорь обнимал его, прижимал к себе и думал, что всё ещё можно исправить. Держать Серёжу подальше от чёртовой башни, стать его опорой и другом — да что угодно! Только не бросать наедине со своими демонами, будь то птицы или чумные доктора из далёкого прошлого.       — Ты чего, Герой? — тихо спросил Серёжа и осторожно, но крепко обнял Игоря в ответ. Его руки были тёплыми, а прикосновения мягкими, так не прикасаются убийцы.       — Ничего, — ответил Игорь и зажмурился. — Всё хорошо. Всё хорошо...       Игорь не видел, как глаза Серёжи блеснули обжигающим золотом. Он не почувствовал, как переменилось пространство вокруг них. Серёжа глянул на умывальник и увидел бритву, ножницы, тяжёлую мыльницу — всем этим (на выбор) можно было быстро убить Игоря. Руки уже тянулись туда, но почему-то Олег молчал. Почему Олег не подсказывал?.. Почему не приказывал?.. Ведь это был его план! Олег давно говорил, что хватит пускать сопли — надо убивать зажравшихся ублюдков, и Игоря Грома, слугу системы, точно. Олег наверняка потом будет ругаться за то, что Серёжа выбросил порошок... но это будет позже. Сейчас же без его голоса было тихо и непривычно спокойно.       Серёжа несколько раз моргнул. Нет, он не хотел. Он не собирался причинять зло Игорю! Игорь не такой как все — он хороший, добрый и смелый, он бескорыстно спас его и привёл к себе. Не потому что Серёжа богат и знаменит. Вовсе нет! Игорю ничего не нужно было кроме чувств, внезапно возникших между ними. Серёжа моргал и моргал, пока его глаза не стали обратно голубыми. Без Олега, точнее без его мрачной тени, было намного лучше.       — Не отпускай меня, Игорь, — попросил Серёжа. — Не отпускай. Мне давно не было так хорошо.       — Я с тобой, — тихо ответил Игорь. — Я с тобой.       Они простояли так какое-то время, а когда Игорь отстранился, Серёжа заметил на полу белое сияющее перо.       — Что это? — удивлённо спросил он.       — Да из подушки, наверное... — отмахнулся Игорь и выдавил улыбку. — Забей. Посидишь со мной? Давай чай заварю и сгоняю за тортиком. А ещё... хочешь, расскажу тебе про своё трудное детство?       — Конечно, хочу! — оживился Серёжа.       Игорь протянул руку, и Серёжа сжал его тёплые сильные пальцы. Он улыбнулся искренне и счастливо. Почему-то Игорю показалось, что он появился на злосчастном пустыре очень и очень вовремя, даже если всё это было спланировано. Ничего, он когда-то тоже оступался и выбирал плохой путь. Всё ещё можно было исправить. Главное, чтобы Серёжа доверял и был рядом.       А Серёжа не спешил возвращаться в башню.