Давайте поговорим о Бруно

Едва утреннее солнце успело проникнуть в настежь распахнутые окна виллы Кабальеро, Марта быстро вскочила с кровати, натянула поверх ночной рубахи свое самое "походное" платье и, тихо минуя комнату старшей сестры, ринулась на улицу. Сегодня был особенный день. В нос тут же ударил свежий запах цветов, а нежный, тёплый, едва уловимый ветерок начал беззастенчиво щекотать её лицо да запутывать распущенные волнистые волосы. Насладившись прекрасной погодой только одну минутку, Марта уверенно зашагала в сторону Каситы. Если кто и знал, куда мог пойти или где мог прятаться дядя Бруно, так это знаменитое семейство Мадригаль. Марта привыкла всегда доверять своей интуиции. А она, словно внутренний навязчивый шепот, подсказывала хозяйке бежать прямиком к верному другу Камило, который, должно быть, прямо сейчас мирно посапывал в своей волшебной кроватке в своей волшебной комнате в своём волшебном доме. И он почти никогда её не подводил, а если подводил, то быстро исправлял ошибки да всегда искренне извинялся. Марта невольно вздохнула, вспомнив насколько часто Мадригаль перед ней извинялся. Доверять этому мальчишке страшную тайну было невероятно опасно, однако все-таки интуиции, которая уж точно прежде никогда не подводила, верить было необходимо. — Как это нет? — удивлённо пискнула Марта, когда Камило, отрицательно покачав головой, неохотно впустив подругу в свою огромную комнату. Мда, а жил он, честно говоря, прямо как в раю. С его громадными хоромами не мог сравниться, пожалуй, дом даже самой богатой семьи в Энканто, Гузманов, чей сын, значительно опередив семейство Ферредо, вот уже практически взял себе в жены красавицу Изабеллу, сестру Камило. Комната мальчишки была залита ярким солнечным светом, отражающимся от десятка, нет, наверно, сотни, разноцветных зеркал, и сильно бившим в глаза всех нежелательных гостей. Невольно сощурившись, Марта нахмурила брови, но все же двинулась вслед за Мадригалем. — Камило, что значит нет? Ты же сам говорил, что ты настоящий мужик. Признаваться себе, что будучи пятнадцатилетнем колумбийцем Камило уже считался довольно-таки взрослым, Марта никогда не хотела, однако сейчас, когда все его грехи были давно замолены, а точек давления у неё не осталось вовсе, акцентировать внимание было возможно только на его когда-то неосторожно брошенной фразе. — Настоящие мужики должны защищать свою семью! — отмахнулся от неё Мадригаль, возвращаясь в свою не менее огромную кровать. Так он и сказал в прошлый раз, помнит значит. — Но мы все твоя семья! — взвыла Марта, подходя к другу ближе. — Абуэлла говорила, что все горожане... — Не в том плане... — О, да, сразу видно, кто тут настоящий мужик! — Señorita, прости, но дядя Бруно был действительно... — Тебе тогда едва пять исполнилось! Разве ты помнишь? — Я помню! Наступила драматичная пауза и, казалось, в комнате даже стало немного темнее. Камило замер в странной театральной позе и, судя по его выразительному выражению лица, он поджидал подходящий момент, чтобы продолжить. "Он что ждёт пока музыка включится?" — Подумала вдруг Марта, да побоялась озвучить. В итоге так и осталось непонятным – наступил подходящий момент или нет, но подросток, заметив искреннее недоумение во взгляде подруги, все же решил закончить начатую мысль. — Ростом под два метра... — заявил он полушепотом. — Очень страшно, боюсь, боюсь. — И крысы... Много, много крыс... Я знаю, что девчонки боятся крыс! — Да когда ты девчонок в последний раз видел? — И правда! — Камило всплеснул руками. — Напротив меня же не... — Напротив тебя настоящий мужик! — Заявила Марта, ткнув друга в грудь. — Так ты поможешь мне? Помолчав минуту, но так и не дождавшись ответа, которого, в принципе, и быть не могло, она разочарованно хлопнула себя ладошками по коленкам, тяжело вздохнув. — Трус. И не сказав больше ни слова, Марта гордо развернулась на одних только каблучках к сияющей изнутри двери, пряча от Камило обиженно поджатые губы, и зашагала прочь — Señorita, ну стой! Подожди! — Он тут же встрепенулся, попытавшись было догнать её, схватить за плечи или за подол светло-сиреневого платья и снова все объяснить, но Марта, к его удивлению, будто почувствовав опасность, мгновенно сорвалась на бег, а бегала, на минуточку, она очень быстро. — Касита, останови её! Девчонка же, ловко увернувшись от рук темноволосого друга, мигом юркнула за дверь, тут же громко захлопнув её прямо перед носом подоспевшего Мадригаля. По ту сторону раздался громкий глухой стук, а за ним — мальчишеский сдавленный стон. Губы Марты стремительно поползли вверх, скривившись в самодовольной ухмылке. "Не хочет помогать? Ну и не надо." – подумала она, быстро спускаясь по лестнице на первый этаж, а её руки невольно сжались в кулаки. — Касита! Выпусти меня! Касита! — Камило тем временем начал ожесточенно тарабанить по двери, наваливаясь на неё всем своим весом, однако волшебный дом даже и не думал помогать. — Я не трус! Марта! Я не трус! Кто знает, слышала ли Кабальеро его истошные вопли, пока стремительно покидала вовремя подсобившую Каситу, или она уже была слишком сильно занята тщательным обдумыванием плана своих дальнейших действий. "И почему Камило меня бросил? Это же просто нечестно... А может он занят чем-то более серьёзным? А может он правда сейчас готовиться к помолвке с моей Анитой?" Марта раздраженно фыркнула, отмахиваясь от навязчивых мыслей. От былого запала не осталось и следа, однако найти Бруно было все ещё жизненно важно. "Всё так невовремя. Неужели, они не могли подождать хотя бы совсем немного? Еще пару тройку лет, а потом уже и планировать свою глупую помолвку?" — Мам! Пап! Я дома! И в ответ снова тишина. Тяжело вздохнув, Марта неторопливо зашагала вверх по лестнице, театрально здороваясь с каждой перепрыгнутой ступенькой. Ну а вдруг её дом тоже был волшебным? Вяло прошмыгнув мимо ванной комнаты, она уже было хотела незаметно заскочить в свое небольшое убежище, однако внезапно заметила, что высокие, дубовые двери, ведущие в комнату её старшей сестры были слегка приоткрыты, и в этот раз она просто не могла пройти мимо. Розовые лучи утреннего солнца падали на постель Доры Кабальеро, которая вот уже вторые сутки не попадалась Марте на глаза. Напротив ее кровати стояли два плотно приставленных друг к другу кресла: одно – ярко красное с вышитыми белыми розами на подлокотниках, а второе – небесно-голубое с подсолнухами на том же месте. Оно было чуть меньше по размеру, и Марта была даже готова поклясться, что это отец притащил его из другой комнаты, скорее всего из гостиной. Девочка сделала неуверенный шаг вперёд, вглядываясь в утреннюю темноту. Прямо в креслах, крепко взявшись за руки, спали их родители, Лусиа и Эмилио Кабальеро. Марта сделала ещё один шаг вперед, как вдруг деревянная дощечка, прогнувшись под ее весом, издала громкий протяжный скрип. Эмилио, уже давно не молодой мужчина, до этого момента не пошевеливший ни одним своим поседевшим волоском, резко поднял взгляд на младшую дочь. Он смотрел на неё изучающе, неотрывно, как лев смотрел бы на своего маленького львенка в момент надвигающейся опасности. Марта нервно сглотнула. Что-то здесь было явно не так. — Выйди из комнаты живо! — словно опомнившись от навождения, воскликнул Эмилио, подрываясь с места. — Ma vida, тише... — тут же встрепенулась мама, нервно завертев головой и резко схватив мужа за руку. Отец на секунду отвернулся от Марты, подарив ей желанное мгновение для того, чтобы пулей подлететь к кровати. — Давай я сбегаю за Джульеттой, она тебя быстро подлатает, — прошептала Марта, подходя ближе к сестре, но тут же в ужасе ахнула, едва только взглянув на неё. Дора была совсем на себя не похожа. Ее пустой взгляд был прикован к потолку, её кожа, совсем потерявшая привычный медовый оттенок, теперь по цвету больше походила на мокрый асфальт, а волосы, до этого огненно–черные и густые, тонкими, вялыми локонами обрамляли ее в конец иссохшее лицо. — Уходи отсюда, — тихо ответила она, еле шевеля губами. — Mamita, проводи её, пожалуйста. — Никуда я не пойду! — Громко заявила Марта, разрушив плотно засевшую в доме тишину. — Давай я прямо сейчас принесу тебе пирожки Джульетты? — Уходи. — А хочешь я сама отнесу тебя к Джульетте? — беспомощно протянула Марта, отбрасывая руку Лусии, которая уже успела встать с кресла и, незаметно подойдя к младшей дочери, положить руки к ней на плечи. — Милая, пойдём. — Марта, уходи. — Но я могу помочь... — Уходи. Марта выбежала из комнаты, едва мама успела вновь протянуть к ней руки. Нужно было торопиться. Нужно было срочно искать Бруно. Марта была уверена, что только этот внезапно пропавший мужчина мог помочь её старшей сестре оклематься, наконец помириться с Мадригалями и впихнуть ей в рот дурацкое печенье Джульетты. Громко захлопнув дверь в свою небольшую комнатку, и еле слышно всхлипнув, она мигом распахнула книжный шкаф, мгновенно вываливая на пол все его содержимое. Помимо детских сказок, Дора часто читала ей на ночь в детстве "Создание Энканто", небольшую историю, написанную местным священником ещё, пожалуй, десяток лет назад. "Нашла." Не очень то толстая книжка в кожаной обложке и твердом переплете лежала в ее дрожащих от волнения руках, зазывающе поблескивая на солнце. "Ну, приступим"