Язык цветов

Новогодняя суета в Норе это то, что Гарри ненавидит больше всего. Как бы ему не нравилось жить с такой большой и дружной семьёй, он всё равно ощущает себя лишним. Иногда он закрывает глаза и представляет, чтобы было, родись он в этой семье, или что если бы его родители не умерли от рук Пожирателей Смерти, что если… Но потом он открывает глаза и окунается в реальный мир. Гарри — сирота, который прожил одиннадцать лет в чулане под лестницей, пока его не забрали в волшебный мир. И сказка оказалась совсем не радужной. Фанатики и подражатели Темного Лорда пытались угробить Гарри всю его сознательную жизнь. На первом курсе его пытался убить преподаватель ЗОТИ, на втором в школу запустили Василиска и хотели выставить Гарри тёмным магом, повелевающим королём змей и убивающим детей. На третьем из Азкабана сбежал Сириус, и школу приставили охранять дементоров. И Гарри не мог даже покурить выйти, ибо все они стаей слетались на него, пытаясь высосать душу. Из-за чего ему пришлось обращаться к новому преподавателю ЗОТИ, бывшему другу его отца, а ныне мужу Сириуса — Ремусу Люпину за помощью в изучении Патронуса. На четвёртом случился турнир и, конечно, кто-то подкинул в кубок бумажку с его именем. И на финальном испытании его выкинуло порталом на жуткое кладбище, где его пытался убить в «честной дуэли» змеемордый подражатель, называющий себя воскресшим Тёмным Лордом. На пятом от Министерства пришла Жаба Амбридж, настроенная захватить управление школой, что ей почти удалось, если бы не Томас Марволо Реддл, пришедший от того же Министерства с проверкой и обнаруживший, что детей пытают темнейшим артефактом-пером. Был жуткий скандал. Дамблдора засыпали угрозами, и ему пришлось уйти со всех постов, которые он занимал. Когда начались суды, он пытался бежать за границу, но русские депортировали его назад, тогда и вскрылась вся правда. Гриндевальд всё это время не гнил в тюрьме за свои деяния, а находился под личиной Альбуса Дамблдора, которому Гарри немного, но доверял. Именно он развоплотил, но не убил бывшего Лорда Вальпургиевых Рыцарей, переименовал организацию в Пожирателей Смерти, переврал законы и порядки, принял в ряды садистов, безумцев и мародёров и дал им полный карт-бланш, поставив во главе своего слугу. Естественно, вернувшемуся к жизни Томасу Реддлу это более чем не понравилось, и он, судя по слухам, самолично расправился с Пожирателями Смерти. Что неудивительно, учитывая, что его имя и честь опорочили. Теперь же Лорд Реддл баллотировался в министры, ведь предыдущий министр — Фадж также был пешкой Гриндевальда. На шестом курсе всё уже устаканилось. Никто больше не пытался убить Гарри. И он наконец-то сбросил с плеч груз под названием «пророчество-про-мальчика-который-выжил». Но тогда-то его настигло письмо с просьбой встретиться и поговорить от нового Министра Магии. Гарри надеялся, что он не натворил ничего такого, и пришел на встречу. Вблизи Томас Реддл ещё более красив, чем на страницах газет, и у Гарри Поттера перехватывает дыхание. Ледяные красные глаза смотрят хитро, тонкие губы изгибаются в лукавой улыбке, когда их взгляды встречаются. И Гарри смущённо отворачивается, разглядывая чашку чая перед собой. Реддл извиняется перед ним за то, что косвенно из-за него погибли родители Гарри, и много кто ещё. По жестам и мимике Гарри видит, что его действительно гложет чувство вины. И тогда он вкладывает в свои слова столько магии, сколько в нём осталось после изматывающих экзаменов, объясняя мужчине пред собой, что во всём случившимся за годы его отсутствия в мире живых, нет ни капли его вины. Зелёные глаза горят, переполненные волшебством, и Лорд Реддл замирает, не в силах отвести взгляд. Так начинается их дружба, довольно странная из-за очевидной разницы в возрасте. Гарри тяжело вздыхает, смотря на гору подарков под ёлкой. Чертовски неловко каждый раз распаковывать посылки при всех жителях Норы. Но что поделать. Ещё страннее будет, если он сгребет в охапку все адресованные ему подарки и сбежит в их общую с Роном комнату. Множество подарков от их отряда сопротивления, много писем с благодарностями. Еда, которую либо придётся бесконечно проверять на зелья и родовые проклятия, либо всё же выбросить — отправляется в камин к разочарованию Рона. Несколько конвертов вспыхивают почти всеми цветами радуги в магическом пламени, что только убеждает Гарри в правильности своих намерений. В какой-то момент Гарри натыкается на свёрток, перевязанный бечевкой. На конверте вместо подписи — цветы, изящно нарисованные пером. — Миона, ты же учила язык цветов на допах по травологии? — Гарри неловко перегибается через спинку дивана, смотря на подругу, сидящую за столом с домашкой. — Да, а что? — Грейнджер отрывает взгляд от учебника и заинтересованно смотрит в его сторону. — Можешь это перевести? Мне желают смерти или опять признаются в любви до гроба? Глаза Гермионы загораются когда она вглядывается в линии цветов, вскакивая с места и подбегая к дивану. Её пальцы едва касаются бумаги, когда она ведёт им по чернильным линиям. — Тут в конце бегония. Некто предупреждает тебя об опасности. Первая — астра. Вероятно, человек прячет чувства глубоко в себе, но всё же не боится признаться. А виноградные листья — просьба встречи. То есть, примерно, это может означать: «Ты мне нравишься, давай встретимся, но будь осторожен». Но также это может значить: «Я жажду наконец встретиться с тобой, но…» — Гермиона прикусывает язык, внезапно осознавая, кто именно мог написать нечто подобное. — Миона, ты чего замолчала? Что там дальше? — Гарри тоже настораживается, замечая резкие перемены в поведении подруги. — Не думаю, что открывать эту посылку хорошая идея. — Что? Почему? — Тут может быть буквально угроза жизни. В том смысле, что человек жаждет встретиться с тобой, чтобы свершить месть или завершить расправу. То, что говорят злодеи в фильмах, вроде Джокера из «Бэтмэна»: «В следующий раз будь осторожен, если повстречаешь меня, а я буду ждать нашей встречи!» — Гермиона бледнеет и пытается выхватить у Гарри из рук конверт, но не преуспевает в этом, ибо Гарри, как ловец команды Гриффиндора, проворнее. — Это не шутки, Гарри, там может быть что-то опасное! — А мне кажется, тебе нужно смотреть меньше боевиков. Джинни на тебя плохо влияет. — Гарри пользуется своим ростом, задирая руки со свертком наверх, пока убегает от Гермионы в сторону спальни. * Внутри свёртка оказазываются дорогие и явно раритетные серебряные часы на цепочке, внутри которых записка, написанная на печатной машинке, чтобы невозможно было определить отправителя. «Сегодня в пять вечера карманный телепорт перенесёт тебя в моё поместье, приходи один, буду ждать». Холодок пробегает по спине, интуиция воет раненым зверем, и Гарри медленно сползает по стене на пол. Кто и почему хочет с ним встретиться, почему в поместье, а не на нейтральной территории? Определённо, чтобы надавить на него без свидетелей. Но зачем? Он буквально был тише воды, ниже травы последние полгода, кому он мог так насолить? Драко Малфою? Они друг друга конечно на дух не переносили ещё с первого курса, но просто старались игнорировать существование друг друга. Так что, с чего бы ему вдруг желать встречи. Гарри нервно дёргает себя за волосы, пытаясь составить список всех подозреваемых. И выходит список, состоящий поголовно из детей бывших Пожирателей. Но не поздно ли квитаться с ним за то, что он назвал имена убийц в суде, которых узнал во время дуэли с лже-Реддлом. К тому же большинство из них оправдали. И всё же, кто мог узнать, что он давно хотел такие же часы на цепочке, какие были у крестного. Чтобы эффектно доставать их из кармашка на жилете, чтобы крутить между пальцев покатые бока, как когда-то он делал с призовым снитчем, утерянном на злополучном кладбище на четвёртом курсе, пойманным на первом году обучения весьма уникальным способом. На часах даже были выгравированы его собственные инициалы. Так, может быть, Аноним не хотел его убить, а действительно был тайно влюблён, и был по крайней мере парнем, а не девушкой. Гарри надеялся, что после того, как он открыто признался всем, что является геем, студентки от него отстанут, но не тут то было. Его начали сватать за других парней, в особенности за Малфоя и Нотта. Кто-то даже рискнул свести его с профессором Снейпом из-за того, что Гарри часто попадал к нему на отработки. Сириус же посоветовал просто не обращать на это внимания, в его молодости с ним была точно такая же ситуация, и, так как он был тем еще ловеласом, сводили его буквально со всеми. Гарри отгоняет от себя воспоминания, смотря на время на часах. Три часа дня. Остается всего два часа. Если он всё же собирается отправиться на встречу, стоит начинать собираться прямо сейчас. * Цепочка идеально ложится в ладонь, и Гарри жмурится, когда его тянет в перемещение. Едва под ногами снова оказывается твёрдая поверхность, Поттер облегченно выдыхает и открывает глаза. Свет, отражённый от стеклянных ёлочных игрушек на мгновение ослепляет, и Гарри снова зажмуривается, протирая слезящиеся глаза. — Не думал, что ты всё же придёшь, — в,его в нескольких шагах раздается приятный и знакомый мужской голос. — Не думал, что у тебя есть поместье, — Гарри усмехается, смотря прямо в алые глаза, пока в его голове складывается пазл. — Досталось в наследство, — Том Реддл протягивает ему бокал шампанского, проводит до монструозного дивана у камина и выправляет воротник чужой рубашки из-под жилетки, когда они садятся. Гарри бросает короткое «спасибо», и отпивает из бокала. — Как ты узнал, что я хотел часы на цепочке, как у крестного? — Поттер проводит большим пальцем по гравировке с инициалами, всё ещё не веря в реальность происходящего. — Заметил, как ты не сводил с них взгляд на приёме в Министерстве в честь моего назначения. Думал, тебе понравится, — Реддл чуть ослабляет галстук и тоже отпивает из своего бокала. — Они чудесны. Спасибо за подарок. Надеюсь, ты снимешь с них чары перемещения? — Вообще-то я думал над тем, чтобы сделать из них постоянный порт-ключ в моё поместье, чтобы тебе было куда сбегать от твоих вездесущих фанатов. Оба смеются, прекрасно понимая друг друга. — Так, к чему был весь этот пафос? — Гарри уже догадывается, какой ответ получит, но лучше, если он убедится на все сто процентов. — Понимаешь, Гарри, я… — Том растерянно крутит в пальцах полупустой бокал, и Гарри замечает, как подрагивают его руки. — Я долго думал о наших отношениях, и, может, мы могли бы… — Встречаться? — Гарри легко продолжает предложение, дивясь тому, как Министру удаётся решать глобальные проблемы магической части Британии, но не получается признаться в своих чувствах. — Конечно, я согласен. Удивлённый Том разворачивается к Гарри, отставляя бокал в сторону. Для уверенности в реальности происходящего он аккуратно берет Гарри за руку, легко переплетая пальцы. — Ты правда согласен и хочешь этого? В его голосе слышны нотки недоверия и уязвленности. Гарри понимает, что сейчас Том показывает настоящего себя, и только ему одному. Поэтому он подносит их переплетённые пальцы к губам и мягко целует чужие костяшки. — Правда, Том. А ещё я хочу, чтобы ты меня поцеловал. Гарри хотел было улыбнуться, но в этот момент его губы накрывают чужие, вовлекая в нежный поцелуй, и он буквально растворяется в объятиях возлюбленного, отвечая со всей пылкостью и жаром, на которые способен и получая то же в ответ. Они наконец-то оба счастливы. По крайней мере, в этом времени.