Учитель, вы мне очень нравитесь

Шёл уже четвёртый год одиночества Андрея Ивановича в опустевшей, хоть по-прежнему вроде как уютной квартиры. С того момента, как пятнадцатилетний мальчишка сдал с первого раза ОГЭ и ЕГЭ меньше чем за месяц, а затем выиграл грант на обучение в элитной академии для особо одарённых, прошло указанных выше три года. Они один раз зимой отметили Рождество, новый год и день рождение малыша, когда ему исполнилось пятнадцать. Его мать дала своё разрешение на проживание мальчика у старшего ещё до нового года, так что, все праздники они отмечали с размахом и удовольствием до того самого лета, а точнее месяца - июня. Собрав вещи, в указанный день мальчик стоял всё ещё такой один, беззащитный и милый на станции поезда, держа в руках чемодан. Он пообещал старшему, что вернётся, как закончит учёбу, а до тех пор им запрещено покидать здание учебного заведение, только в случае окончания обучения или исключения оттуда. По телефону давали редко общаться, а, как итог, Андрей вообще не видел, как изменился его малыш за эти годы, он пропустил его восемнадцатилетие только в этом году, не находя себе места и оставив в углу зала который уже подарок за эти годы, продолжал ждать. Он изменил свою жизнь, после того, как закончил практику в школе и занялся бизнесом, да и условие практики было поставлено ровно на один год, ни больше, ни меньше, поэтому он смог заняться остальным. Развитие шло в гору за этим три с половиной года, да и уходить с головой в работу было большим облегчением, по сравнению в бессмысленной прокрастинацией в комнате от печали. Но, несмотря на цифры прибыли, личного дохода, он жил в той же квартирке. Единственное, что менялось - ёлка, которую он ставил к Рождеству, новому году и убирал в середине января. Однако, не так давно, буквально в новом июне этого года, самом конце, к нему пришло сообщение, неоднозначное и единственное за последние несколько месяцев. "В этом году всё сдаю и возвращаюсь, если сдам - буду в середине июля". Весть вроде радостная, однако Андрей был весь на иголках, не в силах последние полмесяца работать нормально, числа с двенадцатого начав ежедневно приходить на станцию в глубоком ожидании. Да и было неизвестно, точно ли мужчина приезжает или не сможет что-то сдать и останется на пересдачу, если такое понятие вообще существует в этом элитном заведении. Но, как говорится, надежда умирает последней. Поэтому он оставил большинство своих полномочий на подручных, работал последние дни удалённо, отлучившись только один раз - случился большой переполох на одном из предприятий. Подарок Андрей купил ещё до этого переполоха, после работы и он ожидает так же в квартире, как все остальные подарки за эти годы, тихо и безмолвно. Хотя, может, этот не такой безмолвный и всё несколько изменится.. День проходил за днём. Наступила середина лета и июльского месяца, за ним следующий день и ещё один. Восемнадцатого числа мужчина вновь пришёл на станцию, сев среди свободных рядов сидений и слегка прикрыв глаза, не зря ведь он работал всю ночь напролёт, нужно восстанавливать производство, чтобы не было больших потерь, однако, в то же время, он не может не приходить сюда каждый день, ожидая приходящих поездов, которые останавливаются на некоторое время, а после продолжают свой путь. Он сидел рядом с выходом в зале ожидания, таким образом видя всех проходящих мимо людей и каждый раз надеясь вновь, что среди них будет его Максик. А может уже можно не надеяться, вероятно, тот всё-таки не приедет, ведь прошла середина июля и скорее он что-то завалил из всех предметов, перечень которых ему дали. Такое тоже бывает, а потому он доучится с остальными и приедет только через год, если не два, снова оставив на долгий период старшего, которому уже двадцать восемь, почти двадцать девять. Получается, младший приедет как раз на его юбилей, там уж не отвертится. Успев даже несколько отчаяться, Андрей встал, слегка отряхнулся, чисто для галочки и неспешно направился в сторону выхода, решив сегодня выйти на работу. Пока его не остановили, чуть не сбив с ног, крепко обняв со спины. Это было очень неожиданно, бизнесмен даже подпрыгнул на месте, мгновенно замерев, боясь пошевелиться. Он очень надеялся, что это не обознались, иначе он пойдёт и сделает что-то очень плохое, а, в лучшем случае, его сердце не выдержит такого исхода, совсем, остановится прямо здесь, на этом вокзале и откажется запускаться. Словно бы боясь спугнуть того, кто так смело и сильно обнимает его сзади, Андрей увидел мальчишеские руки с тонкими знакомыми пальцами, еле заметный шрам на мизинце правой руки, осторожные подстриженные ногти, они были такими знакомыми, что невозможно было обознаться. Мужчина осторожно положил ладонь поверх чужих, чувствуя тепло, то, как в него утыкаются и не хотят отпускать, точно зная, что они наконец нашли друг друга. Но было страшно оборачиваться, смотреть друг на друга, ведь прошло три года с некоторыми началами. Мальчишка явно повзрослел, теперь ему восемнадцать, а не пятнадцать, он жил один, где-то там, далеко, при академии. Да и у старшего появились лишних три седых волоска среди золотистых волос, но это было необходимо, чтобы уже увидеть друг друга. Поэтому он осторожно разомкнул легко поддающиеся его воздействию руки и обернулся, смотря уже не так низко, как раньше. Юноша был ниже его всего на полголовы, повзрослевшие черты лица, более крепкое тело, чуть островатые скулы и те же голубые глаза, невинные, детские. - Ну здравствуй, малыш. Усмехнулся старший, на что парень замялся, поглядывая на взрослые черты мужчины, которому уже не двадцать четыре и даже не двадцать пять. Тот так и начал прыгать от волнения, потряхивать руками, пока не перестал ждать. Он забыл всё, что хотел сказать при встрече и кинулся на шею мужчины, потянувшись ближе, заставил слегка наклониться к себе и поцеловал после всего этого длительного ожидания. Этого так давно не хватало, что можно было больше не ждать. - Поехали домой, я хочу наверстать упущенное, хочу чувствовать тебя. Начал было мальчишка, но поутих, как это было и раньше, смутившись и как тут не понять, о чём шла речь. Сам Андрей тоже не был против и взяв всё тот же чемодан, так же взял за руку и Макса, наклонившись к его уху, говоря приятным глубоким полушёпотом в его глубину. - Поехали домой. Я не оставлю тебя без внимания. Максик смутился, повиснув на чужой руке, обняв её, прижав к себе, зная, что это абсолютно его человек, который терпеливо ждал его возвращения. Да и пора вернуться в ту же атмосферу, что и раньше, ещё когда они были учеником и учителем, при этом найдя что-то новое друг в друге. До самой машины мальчишка говорил без отдыха, делая только редкие паузы, чтобы глубоко вдохнуть и продолжить. Ему не терпелось рассказать о том, как он жил все эти три года, как он закончил всю эту шарагу раньше на пару лет, как выбрался и как изменился за это время, с кем знакомился. Даже пока чемодан убирали в багажник, юноша стоял рядом, не умолкая даже на секунду. Уже в машине его нагло заткнули поцелуем, стоило завести машину. Тогда всё было предельно ясно и он чуть поутих под чужую ухмылку и ещё один нежный поцелуй. - Потерпи до дома, Макс. Однако тут же старшего поцеловали нагло и требовательно, сунув язык и после отстранившись, растягивая ниточки слюны между ними. - А может в машине? Не хочется ждать до дома.. Потом ещё разок, дома. Шаловливые ручки полезли к чужому паху, расстёгивая ширинку. Он хотел этого и не желал останавливаться, слушать Андрея, в конце концов, это удовольствие для них обоих, поэтому здесь ничего такого и не было. - У меня нет ничего с собой, однако, как-нибудь мы точно попробуем это в машине. Чмокнул он снова своего малыша и тот уселся на место, согласившись и смирившись. Нужно было только подождать до дома, пока они поднимутся и наконец сделают то, чего хотят, в конце концов, сам младший ждал этого, не заводя лишних отношений три года и не чувствуя никого в себе всё это время, а понежиться можно и после. Поэтому всю дорогу он сидел, то и дело что-то говоря, обсуждая, спросив про зефир дома, есть ли он, будет ли его любимое какао мальчику, что изменилось и на всё Андрей отвечал несколько сдержано, тая интригу до самого дома, даже в лифте, пока он не открыл дверь, пропуская внутрь мальчишку и заходя следом. - Малыш, иди сюда. Довольно громко позвал старший в глубину квартиры, хитро ухмыляясь и боковым зрением заметив этот злобный ревнивый взгляд со стороны своего мальчика. Они всё-таки не обговаривали тему партнёрств за всё это время и, казалось, можно окончательно расстраиваться, ведь, походу, у Андрея за это время кто-то появился, а в академии, возможно, просто не было нормальных партнёров. На глаза начали наворачиваться слёзы, но мальчишка тут же их вытер, особенно когда из-за угла показался маленький щенок акита-ину, пушистый, с ровно подстриженной шерстью, такой милый, просто загляденье. Потому, не успев даже снять до конца куртку, умиляясь данному созданию, Максим кинулся к нему, начав тискать, пока мужчина смог нормально снять куртку, повесив её и после сел к своему любимому, нежно поцеловав в висок. - С прошедшим днём рождения, солнце. Оторвавшись от тисканья щеночка и смутившись, Максик спрятал личико в куртке, а после буквально запрыгнул на старшего, повалив его на пол и поцеловав. Слишком многое было сделано для него, ждала если представлено вот так, шуткой, слишком много любви дано для одного ребёнка, с которым всё получилось когда-то так случайно, когда тому было четырнадцать, практически в самом конце сентября. Он просто теперь был счастлив, не прекращая целовать старшего, не спеша обняв его за шею. Но вскоре он разорвал поцелуй, встав с места и убегая. - Схожу в душ, прежде чем мы перейдём к самому интересному. Усмехнулся мальчишка, забежав в спальню за полотенцем и вскоре убежав в ванную. Андрею ничего не оставалось, кроме как взять щеночка на руки, поглаживая его и уйти неспешно на диван в гостиной, где старший развалился в некотором ожидании, но абсолютно не напряжённом. Он точно знал, что на то, чтобы помыться, у мальчика уйдёт достаточно много времени и можно было выдохнуть перед самым интересным. Но вышел малыш скорее, чем думал Андрей, очень скоро лицезрев полуголого парня, стоящего на пороге и придерживающего полотенце, что стремилось упасть с пояса. - Ты ведь не заставишь меня ждать, верно? Усмехнулся младший, от тела которого уже не могли оторвать глаз, пожирая его взглядом, пока щенка не оставили на диване, подхватывая парня и унося в спальню без лишних слов. Максимка тут же был вжат спиной в уже закрытую дверь, а губы нашли чужие, захватывая во властном поцелуе. Смысла медлить не было, они оба соскучились друг по другу и не хотели ждать. Шаловливые ручки младшего начали стягивать одежду с торса любимого, оставляя только штаны на его усмотрение, чувствуя стягивающийся комок в низу живота, желая его развязать. Они слишком счастливы вместе и даже после всех страстей лягут на диван, включат мультфильмы, старший заварит любимое какао Максимки и подарит ему все подарки, что должен был за эти годы.