Мечта, усыпанная снегом

25 декабря это знаменательная дата. Стоит наряженная ёлка, по телевизору идут любимые фильмы, Санта Клаус приносит подарки. У всех настроение праздничное, радостное. А кому то повезло родиться в этот день и смело кличить себя католическим Иисусом. Этими счастливчиками являются Йона и Луис. Для них, самые близкие люди, с которыми те часто пересекаются, решили устроить небольшой сюрприз. — Эта страшная женщина нас мучает более полу года, а мы ее ещё радовать должны? — Спросил Сайлас, подавая пустые расписные тарелки. — Тебе ли говорить, зеленыш. Не у тебя жопа от секса болит! — Произнес Вакия, с раздражением принимая тарелки и протирая их от пыли. — Давайте не будем забывать, что больше всех достается Вальту. — Встрял в разговор Шу, накладывая красиво салаты на большие блюдца. — У него не только задница болит. — А давайте мы не будем говорить о грустном?! Я только настроился на праздник! — Заливаясь краской добавил свое словцо и Аой, расстилая скатерть на столе. — Йона на самом деле очень хорошая, просто фантазия у нее испорченная немного. — Немного? Вальт, ты занижаешь планку. — Фыркнул Комурасаки, вытирая уже ложки с вилками. — Я уверен, что она нам не показала и половины чертиков, которые хранятся в ее омуте. Мне даже страшно моргать с ней рядом, вдруг что подсыпет, а когда тебя будет колбасить, скажет, что это часть сценария, и пригласит какого нибудь активчика. — На ее месте я бы закрыл тебе рот кляпом и не вынимал его никогда. — Влез и Фри, ставя красиво стулья со всех сторон стола. — То, что Йона этого не сделала, уже делает ее чрезмерно милостивой. Молча возмущаясь всем своим видом, Вакия положил чистые приборы на стол. — Мне так и не понятно, сколько нас должно быть? — Ненамеренно сменил тему разговора Карлайл, рассматривая помещение, лишь краем глаза подмечая, как Шу и Вальт мечутся в попытках хорошо поставить салаты. — Если посчитать, то получается восемь человек. — Ответил Фри, закончив со стульями и рассевшись в кресле. — Восемь? Почему так мало? — Потому что Луи итак будет раздражен из за того, что компания более, чем из двух человек, так мы ещё и остальных добавим. — Ах точно, я уже и забыл, как он на самом деле забитый и вредный. — Кстати Йона и Луи в этом похожи. — Встрял в разговор Вакия, стащив кусочек колбасы с тарелки. — Ха-ха-ха, черт, а ведь и правда! Козероги такие козероги. — Согласился Сайлас. Пока веселая шайка занималась столом и украшением, Йона и Луи только были на пути к дому. — Ну и в общем я так и не смогла подписать этот договор. — Сказала Красная, подмечая, как на лице собеседника расцветает недовольство. — В смысле ты его не дописала?! Надо было добиваться! Раскрыть дверь, заглянуть в комнату директора и попросить секретаря сесть на свое место! — Легко сказать! — Если захотеть, еще и сделать будет просто. — Настаивал на своем Широсаги. — Человек счастлив только тогда, когда добивается собственных нужд и целей и это касается далеко не только бэйблейда. Мне в начале пути тоже было неловко и страшно, но потом я взял себя в руки и вот, чего добился. Раскрепоститься постепенно в проявлении гордости не так то и невозможно, как кажется. — Как ты дельно говоришь, брат близнец. — "Ха-ха". — Невесело посмеялся голубоволосый. За этим разговором и спором они даже и не заметили, как постепенно становились все ближе и ближе к назначенному месту. Первым на крыльцо дома взобрался по ступенькам именно Луис. Он и открыл дверь, сначала впуская девушку, а затем и заходя сам. Темнота дома сменилась резким светом и звуком хлопков, повсюду залетали конфети. Вдобавок к этому всему хоровой крик "С днём рождения" был чуть ли не оглушительным. От этого всего Широсагиджо не скрывая ни одной отрицательной эмоции, зажмурился до почти черных точек перед глазами, в то время как Йона буквально подпрыгнула на месте от неожиданности, но потом тут же улыбнулась и засмеялась: из разных углов комнаты стояли мальчишки все, как на подбор, с теперь уже пустыми хлопушками в руках. — Что же вы стоите? Проходите быстрее! — Сказал Вакия, первым вылезая из насиженного места и взяв обоих именинников, завел их глубже в комнату. Как только все уселись за стол, на чистые, белые тарелки начали накладываться различные салаты и закуски, а помещение не сильно, но загудело от разговоров на самые рандомные темы. Но вот, блюда наполнены, как и бокалы алкоголем, пришло время тостов. — Чур я первый. — Сказал Рантаро и поднялся с места, взяв фужер в руку. — Что ж. Столько лет мы знакомы с Луи. Прошли вместе множество турниров, видели поражения и победы, как ломались бэи, как чинились и выходили снова на ринг. Много было недоразумений, неприязни. Однако, мы выросли и стали оценивать и ситуации и друг друга более трезво, чем раньше. И сейчас, будучи уже совершеннолетним, с удовольствием скажу, что те годы были прекрасны. Не смотря на свою вредность, Луи, ты каждого из нас научил чему то весьма важному в блэйдинге и мне очень хочется верить, что следующие поколения игроков, которых ты увидишь, обделёнными не останутся. Чтобы это сбылось, предлагаю выпить за щедрость Луи! Реакцию Широсагиджо надо было видеть. Глаза раскрылись шире, лицо чуть вытянулось. Для него каждое слово было неожиданным и весьма приятным. Обычно ему льстили, а об обычных комплиментах не могло идти и речи. Люди либо старались угодить, либо просто боялись собеседника. Здесь же все совсем по другому и если бы Луис не был слишком гордым, то и вовсе заплакал бы от искренности, с которой выступил Рантаро. Йона всматривалась в лицо голубоволосого и старалась запомнить каждую эмоцию в глазах, на щеках, губах, ей было настолько интересно, что она и не задумывалась над тем, что такая пристальность неприлична. Однако, естественно, когда люди начали чокаться бокалами в честь одобрения тоста Киямы, Красная оторвалась от своего занятия и присоединилась к остальным, слабо сталкивая бокал с чужим. — Я и не знал, Рантаро, что ты такой красноречивый. — Сказал Сайлас, вставая с места. — Но я смогу сказать и не хуже. В конце своей не менее хорошей речи, Карлайл предложил выпить за "красивые глазки Йоны". Девушка, хихикая и снова чокаясь бокалом с остальными, подумывала о том, что столько нахваливаний, вылетивших из этих уст, было как немая просьба не мучить его в следующих сценариях. Красноволосая не фанатка комплиментов в свою сторону, но раз человек так старался, то почему бы и не пойти на встречу? Следующим встал Вакия, затем Драм, который все это время сидел тихо и жевал салаты, потом подошла очередь Шу. И вот, наконец, встал Вальт. Он был самым последним, но таким желанным для девушки. Парень встаёт с места, берет бокал. Женские фиолетовые глаза жадно всматриваются в карие очи, в них столько теплоты и доброты, этой нежности, которой так не хватает многим людям. — Вы поздравляли по очереди каждого именинника, а я их обоих сразу. — Произнес Аой, обхватив пальцами фужер получше. — Вы оба замечательные люди, такие яркие и уверенные в себе. Конечно, с ваших языков слетают весьма грубые иногда словечки, но это можно простить. Мне бы хотелось пожелать вам самоконтроля и определиться полностью со своим будущим, это очень важно. Предлагаю выпить за ваше светлое будущее! — Ну наконец то, хоть кто то не отделил их друг от друга! — Сказал Вакия. — Ты ведь понимаешь, что только что оскорбил самого же себя? — Спросил Рантаро. — Заткнись и чокайся бокалом, Кияма! — Достаточно смешно со стороны огрызнулся длинноволосый и слабо стукнулся своим фужером с его. От поздравления со стороны Вальта, Йона, откровенно говоря, разревелась. Мальчишки удивленно на нее все посмотрели и отставили бокалы в стороны. — Чего уставились? Не видели, как девочки плачут? — Спросил Луи, утирая пальцем с чужих щек слезы. — А ты не реви, надо быть сильнее и не пускать сопли от всякой мелочи. — А как же не плакать, если мужчина мечты поздравляет? — Спросила Красная, шмыгнув носом. Чужое удивление сменилось смехом, в то время как Вальт опустил взгляд на свои колени. Бедный, смутился, а покрасневшие уши с щеками спрятать некуда, все на виду. Так и прошел праздник, в веселье и большой оживленности. Мальчишки все салаты смяли, курицу, их даже на десерт хватило. Йоне только оставалось моргать глазами и наблюдать, как все буквально сметается безвозвратно со стола. Сидела компашка до вечера, под конец, конечно, начала играть в настольные игры, потом мини турнир в бэйблэйд. Победитель получал какую нибудь плюшку. Выиграл Луис, но у Красной подозрения, что ему поддались. Оглашать эту теорию вслух она не стала, но, хихикая, подумывала о ней еще не раз. А время текло и текло. За окном светало, но будильник и не думал звенеть. На улице легкий морозец, белый снег все припудрил, словно устелили чистейшую дорожку, специально для именинницы, которая свернулась калачиком в постели. Глаза плотно закрыты, а руки и ноги обвивают подушку. Губы неосознанно растянулись в улыбке, ведь в своем сне она никак не может напраздноваться с любимыми персонажами, ну и налюбоваться Вальтом. Как жаль, как жаль, что это все сон, но такой приятный.