Вечер на двоих

В этом глупом — точнее, слишком тёплом — городе снег всё никак не хотел сыпаться с неба. Ну вот что ему, жалко, что ли? Уже давно ведь декабрь. Лицо Рина было серее всех затянувших небо унылых облаков. Хотя, возможно, это было и из-за недосыпа. —Где. Мой. Снег. — злобно процедил он в адрес прогноза погоды, светившегося на экране телефона, — Нет, ну я больше так не могу! —Пф, да брось, — Рико выхватил свой телефон из рук друга, — Твоему новогоднему настроению вряд ли помешает отсутствие снега. И в этом он был прав. Да, Рин романтизировал Новый год, и Рико знал это, как никто другой. Каждая зима у него начиналась одинаково — тёплый зелёный чай и прослушивание миллиона голосовых с криками наподобие: «ПРЕДСТАВЛЯЕШЬ, уже зима! Ты же понимаешь, что это значит? ПОНИМАЕШЬ, ДА?» —Мы купим три, нет, пять килограммов мандаринов! А ещё украсим твою комнату. И повесим гирлянды- помнишь, те, что с фонариками? Жалко, мне тогда на них десятки не хватило… — энергично жестикулируя от накатившей радости, перечислял теперь парень. —Откуда ты взял, что мы празднуем у меня? — проворчал Рико. «Чего весёлого в том, что ещё один год пролетел…» —так он всегда отвечал. Но не говорить же, что и мандарины, —пусть, конечно, не пять килограммов и даже не три, но около того, — и гирлянды, на которые Рин так засматривался в магазине, уже давно куплены и ждут своего часа в коробке на кухне. —Да ла-а-дно, ты слишком любишь меня, чтобы отказать! — тряхнул длинными русыми волосами друг, тыкая идущего рядышком парня в щеку. Тот вздохнул и прихлебнул горячего шоколада из бумажного стаканчика, купленного по пути из школы. Да уж, этот зараза знает слишком много, пусть и сказал это полушутя — Рико будет терпеть все его причуды и выходки, ведь в этом и есть его друг. День был очень напряжённым и выматывающим, но сейчас восприимчивый ко всему этому Рин шагал с таким приподнятым настроением, что помпончик на его любимой вязаной шапке качался туда-сюда. —А знаешь, у меня концерт в вечер тридцать первого намечается, — сказал этот радующийся непонятно чему человек (вот уж действительно, ему только повод найди), — С группой в парке выступаем. Придёшь же? —Погоди, — Рико знал, что Рин будет играть на гитаре к Новому году, но не думал, что это произойдёт прямо в тот же день, —Но я думал… —О, я пришёл, —тот приобнял друга на прощание и торопливо побежал к калитке своего дома, похоже, так и не расслышав попытку Рико что-то сказать, —Давай, до завтра! А билет я тебе возьму, как всегда. —Конечно. Кажется, так любимый Рином совместный Новый год в этот раз они проведут раздельно. Хотя, возможно, Рико спешит с выводами — его друг просто вечно куда-то торопится, но все равно всегда умудряется проводить с ним кучу времени. Парень поднял взгляд тёмных глаз с влажного, покрытого небольшими лужицами асфальта и хмуро подумал: «Мда, снег и вправду не собирается выпадать…» *** «Абонент временно недоступен. Пожалуйста, перезвоните позднее.» Рико, прихрамывая на подвёрнутую лодыжку, еле доковылял до своей комнаты. Надо же было так оплошать прямо на улице! Обычно подобные истории происходили только с Рином, который за неделю мог и с температурой поваляться, и руку потянуть, и упасть, споткнувшись о собственную ногу. Видимо, с кем поведёшься, от того и наберёшься… Хорошо, что это произошло почти рядом с домом, а то он бы точно не добрался без посторонней помощи. «Абонент временно недоступен. Пожалуйста, перезвоните позднее.» —Да ё-мое! Рико решил не истерить и подумать логически- Рин ведь сейчас все равно вряд ли возьмёт телефон, так зачем он ему названивает? Наверное, потому что тот давно приучил его звонить или писать при абсолютно любом произошедшем случае и высказываться. И Рико привык, что Рин всегда возьмёт трубку и ответит. Своё обычное: «Привет, мой хороший! Рад тебя слышать!» Ну, значит, занят. Стоп, почему он может быть занят? Каникулы же уже начались, разве нет?.. —Погодите-ка, какое сегодня число… —парень, насколько это было возможно, метнулся к календарю (самодельный календарик от Рина, на котором красовалась их недавняя совместная фотография- сам Рин, обнимающий друга за плечо и улыбающийся от уха до уха, и Рико с недовольным лицом и двумя растопыренными пальцами). Ну конечно, тридцать первое. Блеск… Билет одиноко лежал на столе, и надпись на нём гласила, что концерт группы Рина начинается в шесть вечера. А уже, ну, начало девятого. Лодыжка болела до невозможности, Рико пропустил новогодний концерт лучшего друга, а этот самый лучший друг, с которым он настроился провести вечер, не брал трубку уже час. День был просто отвратительным. Парень зафиксировал ногу и рухнул на диван, закрыв лицо рукой. Чувство одиночества накатило резко, волной такой же холодной, как накрапывающий унылый дождь на улице. —Да пропади оно всё пропадом…- выругался Рико, надеясь, что покроет свою грусть злостью. Получилось плохо. «Абонент временно недоступен. Пожалуйста, перезвоните позднее.» Ну и ладно. Рико изначально не любил Новый год, да и вообще бессмысленные праздники. Но ему так нравились эти восторженные глаза, эта не сходящая с губ широкая улыбка, эти радостные возгласы, это «Рико, Рико, смотри сюда!!!» Что ж, позволить себе провалиться в глубокий сон было бы неплохой идеей. Мигающие лампочки уже развешанных по комнате гирлянд заставляли успокоиться и действительно начать погружаться в какую-то полудрёму. Мешал только громкий звон, на который Рико обратил внимание только после того, как тот повторился раз десять. До него только потом дошло, что нужно встать и открыть дверь, в которую кто-то настойчиво ломится. В лицо дунул студёный ветер. На пороге стоял, собственной персоной, Рин- с гитарой за плечом, огромным пакетом вкусностей в руках и с красными щеками. Глаза его блестели радостно, как никогда. —Рико-о! С наступающим! —завопил он, —Заждался, а? —Ещё как заждался, дурында! —Рико был так рад, что едва не плакал, —Заходи уже, хватит на морозе стоять! Вечер тут же стал прекраснейшим на свете. —Я к тебе со всех ног, —с одышкой болтал Рин, выливая на стол печенья, леденцы, шоколад и пряники, — Как понял, что с тобой что-то случилось. Ты же не мог не прийти. А там ещё слушатели как набежали! Дайте, говорят, автограф! —И ты ушёл?! Это же твои первые фанаты! —Какие фанаты, когда я хотел к тебе побыстрее, —парень фыркнул и сунул Рико в руку овсяную печенюшку, — Держи, это я сам испёк. И главное: с ногой-то разобрался? —Ага, —пробормотал тот, жуя печенье. Очень, кстати, вкусное. —Чем займёмся? Поиграем? Поглядим что-нибудь? Или почитаем? —начал предлагать Рин. —Знаешь что, —у Рико на этот раз была идея получше, — Сыграй мне. Лицо друга загорелась счастьем — таким, которое Рико замечал каждый раз, когда тот собирался играть на инструменте. В полутьме уютной комнаты мягко светились новогодние фонарики, а друзья сидели прямо на махровом ковре, разложив закуски. Слабо пахло мандаринами, а от Рина, на чьё плечо прилёг Рико, чем-то ещё — кажется, имбирём. Было так тепло, что парень сам удивлялся- почему немногим раньше ему было так холодно. Рин умело перебирал аккорды, скользил пальцами по грифу, негромко пел, и звучало все это настолько невероятно, что Рико, наверное, мог бы забыть, кто он такой. Хотя бы от мысли, что друг сейчас играет и поёт только для него. —Твой голос такой красивый, — ему требовалось много смелости, чтобы сказать что-то настолько честное, ещё и нарушить эту идиллию. —Не красивее, чем ты, —мягко, нараспев откликнулся парень. Вот хитрец. За окном давно было темно, но за ним можно было разглядеть медленно кружащиеся снежинки. Здесь, в сумраке маленькой комнаты, было так тепло и хорошо, а там царил настоящий снегопад. Постойте-ка! Снегопад? Рико восторженно раскрыл полусомкнутые глаза. —Рин, гляди! Снег пошёл!