Ночное рандеву

      Дни рождения. Весело, увлекательно, шумно. Так, как Леви не любит. Можно завести новые знакомства, но..Нужно ли? Вот и Леви не так уж уверен. Однако кашу сами заварили.       Ещё вчера они с парнями – сердобольные соседи по комнате в общежитии – решили, что оставлять новичка без подарка в День рождения негоже. Эрен – первокурсник. Сначала Леви даже негодовал, что юнца посмели заселить к ним – второкурсникам, на минуточку! Но разбитый в хлам локоть и вечные «ой, извините» заставили смириться, сменить гнев на милость, словно Леви царственно разрешил оставить «щеночка» дома: «Пусть живёт».       - Так что, Леви, давай подарим мальцу какую-нибудь безделушку. Ему приятно, нам ненапряжно. Всё-таки День рождения.       - Душа требует праздника, Конни? Хотя я тоже не против – завтра суббота, посидим, выпьем, – Жан игриво поглядывает на соседей, надеясь на положительное решение в столь важном (как он считает) деле для его досуга.       Леви сидит на кровати, пытается доделать лабораторную, но вселенная явно против – ноутбук подвисает, а пара настырных глаз скоро просверлит дыру в нём самом. Леви закрывает крышку ноутбука, уповая на более продуктивные выходные.       – Ладно. Поздравим. Кто пойдёт за подарком? И да, Эрену ни слова.       Жан вытягивает руку вперёд и торжественно заявляет: «Камень, ножницы, бумага!».              Через полчаса Леви, чертыхаясь, идёт на рынок по осенним улицам города. Удача помахала ему ручкой ещё до того, как Жан сказал «Всё по-честному».       «Сами предложили, сами бы и шли», – недовольно бубнит Леви у себя в голове и совершенно не понимает, что нужно в подарок на 18-летие парню, который и на скамейке-то не может ровно усидеть – захлёстывается.       Отделы с одеждой, бижутерией, книгами Леви успешно минует, но продавщица из отдела игрушек оказывается настойчивой и неподвластной даже безразличию самогО Леви.       – Я только посмотреть, – убеждает он то ли её, то ли себя. «Конечно, конечно», – продавщица тараторит, ведь любого клиента можно убедить. Главное – поймать на крючок.       – Вот, смотри, отличные подарки. Сколько лет вашему мальчику? – и после услышанного ответа пластиковые сабли сменяются музыкальными колонками, но Леви…              – КУПИЛ ЕЖА? ЛЕВИ. ТЫ. КУПИЛ. ДОЛБАННОГО. ЕЖА?!!! – лица Конни и Жана, мягко говоря, выражают недоумение, а вообще:       – НАХРЕНА?       Леви и сам не знает, как так вышло. Но ёж прикольный.       – В подарок. Сами просили. И да – шоколадки упакуете сами, – распоряжается Леви, с чувством выполненного долга снимая с себя дальнейшую ответственность. Конни достаёт из пакета открытку:       – О, прикольно. Жан, понюхай – она ароматизированная. М, земляника.       – Ага. Парню пора презервативы с усиками покупать. Тоже, кстати, ароматизированные. А мы ему ежа с открыточкой.       – И шоколадками, прошу заметить, – Леви выставляет указательный палец вверх в знак особой важности сказанного, но в ответ получает уже два. Не указательных.              Наутро всем троим не стоило большого труда бесшумно проснуться раньше именинника – тот лёг позже всех из-за «важных дел актива университета».       – Вы нормальные вообще? Вы зачем этого ежа по кругу шоколадками нарядили? – Леви шёпотом негодует на то, что парни достают из шкафа.       – Он просто такой же сладкий, как наш птенчик-именинник, – Жан получает ощутимый тычок в бок от Конни и давится смехом. – Буди уже.       Конни достаёт припасённую хлопушку, намереваясь обеспечить Эрену «доброе бодрое утро» и …       – АААА! КТО? ГДЕ? – Эрен подскакивает на кровати, пытаясь руками ухватить реальность, но хватает только золотинки из хлопушки.       – Золотой снег – сюрприииз! – Конни явно оказывается доволен работой хлопушки – эффект дала самый тот.       –Ребята, вы чего? – сонный первокурсник потирает глаза и тут же обретает «питомца».       – Эрен, с Днём рождения! Мы тут подумали и решили, что 18-летие надо отметить..       – С ЕЖОМ!       – Жан, ты придурок, конечно.       – Заметь, Конни, это не я в леса за ежами бегаю, – и вторая хлопушка выстреливает прямо в лицо язвительному оратору.       – Жан, ты бы блестяшки прибрал – это у тебя явно выйдет лучше, чем болтать. В общем, Эрен, мы тебя поздравляем. А это – просто на память, – Леви ожидает какой угодно реакции, но увиденная превосходит все ожидания. Эрен смотрит на ежа /ёж на Эрена/ – искра, буря, безумие!       – Какой крутой! Парни, СПАСИБО! Классный, мягкий, как подушка!       – Да пожалуйста! Поздравляем!       Утреннее чаепитие подкрепляется торжественным объявлением от Эрена:       – Парни, на сегодня не стройте планов. Я вчера хотел сказать – забыл. Сами понимаете – профком, актив и всё такое. В общем, сегодня едем отдыхать на хатку. Вас я тоже приглашаю. Кто «за»? Кто «против»? Воздержавшиеся? Единогласно «за»! – монолог Эрена подкрепляется довольной улыбкой Конни, радостным «ес!» от Жана и старческим вздохом Леви. Но деваться некуда – вместе, так вместе.              В такси Леви окончательно прощается с мыслью доделать лабораторную и свыкается с новой мыслью – отработка на парах, на которых обычно он спит. Но сегодня какой-никакой праздник, поэтому можно уже, наконец, расслабиться, и Леви всерьёз намерен напиться, как никогда. Да и старикашкой для парней он был не потому, что состарился в привычках, а просто из-за того, что ему всё было ЛЕНЬ: лень идти, лень веселиться, лень тратить время и силы на что-то. Однако за год жизни в общежитии Конни и Жан смогли внести в размеренную ленную жизнь Леви хоть немного бодрости. Да, он по-прежнему спал на парах, но уже не отказывался от кино, дурацких фотографий на площади, ночных гостеваний в соседних комнатах. Всего было вполне достаточно.       – Кто будет ещё, Эрен? Девочки? – Жан настойчиво устраивал свой вечер, который планировал провести несколько разнообразнее, чем просто напиться, в отличие от того же Леви.       – Хочешь – девочки, хочешь – мальчики. Я – звезда! Ты вот знаешь, сколько у меня приятелей на факультете и вообще в универе? – и после этой реплики Жан понимает, что Леви был прав насчёт выпитой в общежитии бутылки – мальцу явно уже было хорошо. Но никто не осмелился прервать дифирамбы Эрена самому себе. Как сказал Конни, лишь бы геноцид не устраивал, а остальное – просто веселье.       Квартира, в которой планировалось торжество, оправдала ожидания – просторная, уже наполненная «и мальчиками, и девочками», как и говорил Эрен, украшенная в лучших студенческих традициях. С порога именинника уже встречали гости – организаторы праздника для любимого «малыша Эрена», которому вообще-то сегодня исполнялось 18 лет. Но собравшиеся были явно старше самогО активиста, потому и не меняли обращение – из лучших побуждений. А тот и не сопротивлялся.       – Йооооу, парни! Поляна – для вас всех, – и Эрен торжественно обвёл рукой просторную гостиную с накрытым столом, на котором, ко всеобщему удовлетворению, красовалось спиртное во всех проявлениях.       Поздравления, тосты, знакомства, пикантные конкурсы – обстановка позволяла расслабиться. И Леви сказал уверенное «Прощай» здравому смыслу, когда отважился мешать самодельные коктейли под одобрительное «Ооо, наш человек» от уже теперь знакомой компании. «Саша, хм, Энни, Армин…иии», – Жан избрал простейший способ выучить всех – «Снежный ком», в котором он умудрялся по несколько раз забывать имя одной и той же девушки – Микасы.       Оказалось, что не все собрались – о прибытии ещё двух гостей торжественно возвестил Эрен:       – Прошу любить и жаловать – праотцы!       – Мелкий, да ты совсем уже опьянел тут без нас! Поздравляем, – в комнату вошли опоздавшие гости – девушка в очках, Ханджи, которую с объятиями встречал другой гость – Моблит, и высокий блондин, который не упускал возможности каждому представить с почётом свою персону: «Эрвин», «Привет, я Эрвин», «Эрвин Смит», «Очень приятно, Эрвин».       – Привет! Я ..       – Эрвин Смит, – закончил Леви за гостя. – Староста и отец всея факультета, а я и не удивлюсь, если всего университета.       – Приятно, но непонятно, откуда такая осведомлённость, – улыбнулся Эрвин. – Парень, у меня на этот вечер серьёзные планы напиться в хлам. Компанию будешь составлять?       – Ээээрвин, ты по адресу, – Эрену уже было наверняка хорошо, поэтому он решил довести до такой кондиции всех присутствующих. – Ты по адресу, потому что Леви, – тут он закинул руку на плечи товарища, – вот он, Леви. Он мешает тут коктейли, хых, непрофессионально, но действенно, – и тут Эрен указал на Конни, мирно спящего в уголке дивана.       – Ага. Привет. Я Леви. Леви Аккерман. Оооочень приятно – Леви Аккерман. Что пить-то будешь?       Эрвин усмехнулся подколу, но не отказался от «фирменного» ерша Леви – для цели «в хлам» все средства хороши. Вечеринка набирала обороты…       Время перевалило за полночь, но о сне никто не думал – даже Конни проснулся к игре в «Пей или делай». И, вопреки правилам игры, все и пили, и делали: грациозная, насколько это можно применить к этому действию, пародия на злого гиганта от коротышки Армина, обмен одеждой Микасы с Жаном, к бешенному счастью второго, теперь походившему на трансвестита в блестящем платье с красным шелковым шарфиком на шее. Следующая карта выпала Эрвину.       – Эрвин, милый, с тебя стриптиз! – Ханджи под всеобщее улюлюканье увеличила громкость музыки и выключила свет, оставив комнату в эпилептическом мигании светомузыки и гирлянд.       – Элвис Пресли? Ты серьёзно? – пытался перекричать «Love me tender» испытуемый, но Ханджи была непреклонна, а до чёртиков счастливый и пьяный Эрен ещё и швабру притащил, мол, не обессудь – шеста не держим. Леви сочувствовал Эрвину – ну, серьёзно, столько людей и стриптиз – умереть можно. Эту дурную мысль Леви заливает очередным бокалом и продолжает наслаждаться зрелищем – мускулистый Эрвин и нежная музыка заслуживали внимания. Но Ханджи решает играть по-крупному: в дело пошла «Dirty mind» от 3oh!3, и сам Эрвин словно в момент стал «Dirty mind», срывая рубашку, играя с каждым горящим взглядом и седлая пресловутую швабру. Да и всем было плевать, что там седлает Эрвин, главное – КАК. Кажется, мало кто ожидал, что у «старосты и отца всея факультета» окажутся такие крепкие рельефные мышцы, в переливе света извивающиеся совершенно немыслимо. Вот и Леви не ожидал, смотрел на этого парня заворожённо, будто знакомился снова. С Эрвином. Смитом. «She wants me at the party» – и ремень от брюк на шее у Ханджи, а Леви думает, что там не только she, там кто угодно wants. И на очередном «you do» Жан вознаграждает героя розочкой, которую Эрвин берет зубами и медленно подходит к «Нет, нет, нет» Леви, игриво изгибая бровь – теперь Леви видит черты лица отчётливо, слишком близко. Пьяный мозг в паре с опьянённым сердцем делает «d-d-d-dirty mind», и Леви тянется к Эрвину, забирая розу способом подачи – зубами. Всеобщее пьяное ликование не удержать, и танцы уже становятся не только волей Эрвина – Ханджи всех вытаскивает танцевать.       Леви всё ещё не верит в происходящее, но вот она – розочка, трофей от жаркого танца, нашедший своего фаворита. «Пожалуй, хватит», – думает Леви и не собирается никого предупреждать о своём уходе – да и вряд ли тут есть кто-то в более-менее здравом уме, раз он и сам соображает с трудом.       На улице осенняя ночь входит в свои права с лихвой – плечи прозябают от влажного воздуха, и куртка не спасает. Леви закуривает, будоража лёгкие и предчувствуя завтрашнее «плохо, очень плохо», пытается заказать такси, но вот пальцы плохо слушаются, а картинка перед глазами никак не хочет складываться во что-то понятное.       – Помочь? – из подъезда выходит Эрвин. Как вовремя.       – Ну, ты можешь вызвать мне такси.       – Вот так сразу? После всего, что между нами было? – притворная ехидная обида в голосе Эрвина не ускользает от Леви.       – Язва.       – Да брось. Сейчас всё равно не дождёшься машину, а там ваш юнец разошёлся – требует продолжения банкета. Сходишь со мной за добавкой?       Леви делает глубокую затяжку, бросает сигарету под ноги и выдыхает дым в лицо Эрвину.       – Допустим.       – Класс.       Зябко, сыро. Изо рта идёт пар, под ногами хлюпают редкие лужицы. А Эрвину и нравится. Меланхоличный любитель осени, мечтатель и крайне нестабильный в настроении человек. Кажется, иногда он готов был полюбить весь мир, но эта безграничная любовь часто граничила с таким же рьяным озлоблением на каждого. Ещё вчера Эрвин с блеском проводил интеллектуальный турнир, а сегодня сложил свои полномочия хорошего парня. За это Эрвин и любил вечеринки – здесь все были равны, и никто не смотрел на тебя, как на шаблон – делай, что душе угодно. А сегодня ещё и с компанией повезло – новый знакомый в лице Аккермана пришёлся по душе Эрвину.       – Так ты сосед Эрена?       – Да. Мы ему сегодня.., – Леви запинается, но оказывается на ходу благодаря крепкой руке Эрвина, – Мы ему ежа подарили, – делится наболевшим Леви.       – С каких пор у нас разрешили питомцев в общежитии заводить? – улыбается Эрвин в ответ. – Сколько себя помню, у нас были только тараканы.       Леви усмехается – за год и он успел с ними познакомиться. Боролся, конечно, нещадно, потому что «Чистота – залог здоровья», как уже выучили и Конни, и Жан. Эрену же пришлось просто смириться с режимом – выбора ему никто не давал.       – Не, мягкого ежа. Игрушечного.       – Вполне неплохо – останется на память. Так, паспорт. А ты, пожалуй, посидишь тут на скамейке, окей?       Аккерман кивает головой в знак согласия и опускается на покрытую изморосью скамью. Эрвин уходит в «наливайку», как называет такие питейные заведения Конни, а Леви снова закуривает, пытаясь выпускать дым кольцами – такое себе развлечение. Тем временем на улицу вываливается хорошо подгулявшая компания. «Хорошо – это слабо сказано», – думает Леви, глядя на рвотный фонтанчик одного из них и слушая громкий ржач перегулявших парней.       – Эй, сигаретки не найдётся? – один из этой компании подходит к Леви, неприятно наклоняясь сверху.       – Нет, – коротко отвечает тот, понимая, что вот вообще не время и не место связываться с незнакомцами.       Собеседнику ответ явно не нравится – он мерзко скалится и потирает подбородок. Леви в принципе эта ситуация не нравится, не то что вопросы-ответы. «Эрвин, ты ещё где там застрял», – надеется, что мысленные сигналы дойдут до того.       – Знаешь, чей это ответ?       – А? Какой ответ? – Леви теряет нить событий совершенно, когда получает крепкий удар в челюсть. Пьяный громила сносит юношу со скамейки, и Леви слетает на мокрую клумбу рядом. Сигарета безнадёжно утеряна, и это единственное, что сейчас, по большому счёту, огорчает его.       – А ты не охренел ли часом? – Эрвин появляется, как и на торжестве, в самый удачный момент – картина маслом.       – А ты кто ещё? Дружок этого? – и Леви искренне жаль, что Эрвин не знает предыстории.       – Ага, дружок. Леви, ты как?       За протянутую руку тот хватается, как за спасательный круг.       – Нормально.       – Майк, завязывай с этими малолетками, – компания пьяного парня явно умнее своего товарища, но Эрвин уверен, что не намного.       – Майк, значит? Большому дяде что, поиграть захотелось?       – Шёл бы ты, белобрысый, пока жив-здоров.       – Пойду, вот только коврика под ногами не хватает.       Мощный удар с ноги не оставляет и без того пьяному Майку остаться в вертикальном положении. «Зря, ооооочень зря», – думает Леви. И надвигающиеся парни тому явное подтверждение.       – Да вы охренели!       – Лучшего бы за приятелем своим последили, уроды. Пошли, – Эрвин тянет Леви, намереваясь уйти быстро и без последствий. Но так не получается.       – Чё ты сказал?       – Чё слышал, – Эрвин понимает, что двое на пятерых (подавший признаки жизни, но так и не поднявшийся Майк не в счёт) – плохая комбинация, если ещё и учитывать, что Леви по сравнению с ними в комплекции – чистый ребёнок.       В рюкзаке звякают бутылки, и Эрвина осеняет мысль – не гениальная, но на крайний случай может сойти, если из круга не вырваться. Один из компании подходит вплотную к ним с Леви.       – Кажется, сегодня вы сдохнете.       – Слушай, как-то у нас не заладилось. Давай, я попробую уладить всё? Смотри, пара бутылок в подарок должна решить вопрос, как думаешь? – Леви видит, как из рюкзака Эрвин достаёт бутылку, но не отдаёт пока что, а держит точно за горлышко, словно собирается…       Хрясь!       – Бежим!       Эрвин хватает Леви за руку, и они срываются с места. Быстро. Слишком быстро для Леви. Дыхание сбивается сразу же.       – Туда! – Эрвин петляет по проулкам, надеясь, что погоня попросту затеряется в лабиринтах подворотен.       – Стой! Эрвин! – Леви останавливается, пытается отдышаться. Бег наперегонки – ага, да, конечно. Нашли тоже специалиста.       – Не тормози, парень, не тормози! Давай, – Эрвин возвращается и, практически, тащит Леви за капюшон дальше. – Всё, тихо. Здесь отсидимся.       Высокие тополя шумят над головой, приглушая звуки погони. Нет, уже не найдут. Место глухое, даже собака не пробежит.       – Слушай…       – Тшшш! – Эрвин закрывает рот Леви рукой, всё ещё прислушиваясь и оглядываясь. – Что?       – Тот парень…Ты его случайно не это самое?       – Что? Убил? Нет, он даже не упал, кричал нам что-то вслед – это я точно слышал. Конечно, за разбитую голову он бы мне сейчас «спасибо» не сказал, но это сработало.       Леви пробирает истерический глухой смех. Мокрая земля, глубокая ночь, какая-то подворотня, малознакомый тип – лучше бы делал лабораторную.       – Ты в норме, или тебе тоже по голове аукнулся удар?       – Я в норме, просто это всё, – Леви разводит руками, – хрень какая-то!       Эрвин достаёт телефон и включает фонарик.       – Дай посмотрю, – берёт Леви за подбородок и поворачивает к свету. Леви шипит, но ссадина, по словам Эрвина, плёвая. – Заживёт. А вот зрачки у тебя, конечно, жуткие. Но мне нравится. Всё нравится.       – Эээ, ты и сам, кажется, того…Кгхм. И перестань уже на меня светить, – Леви смущён как никогда. Странное чувство.       Эрвин выключает фонарик, смотрит на экран.       – 3 часа ночи. И 9 пропущенных от Эрена. Дааа, кажется, наш приятель останется сегодня без продолжения банкета. Ладно, пойдём?       – Пойдём.       Леви соглашается идти, по инерции просто бредёт. Оказывается, они не так далеко от площади – уже виднеются точки фонарей по её периметру. Леви смотрит на небо и вдруг останавливается.       – Эй, Эрвин. Ты тоже это видишь? Или у меня уже глюки?       Эрвин поднимает голову и да, тоже видит это. По небу плывут разноцветные огоньки – большие и маленькие. Будто кто-то ради забавы запустил тысячи воздушных шариков, снабдив их подсветкой.       – Леви, если это и глюки, то сразу у нас обоих. Что это такое?       – Может, звёзды?       – Странные звёзды. И так много в одном месте, – Эрвин протягивает руку вверх, словно пытаясь ухватить видение. Но светящиеся разноцветные точки остаются недосягаемыми. Вокруг ни души, так что поинтересоваться реальностью происходящего не представляется возможным. Да Эрвину и не нужно. Кажется, он будет рад простоять здесь вот так вечность, даже готов смириться с подхваченным воспалением, если на то пошло, только бы не один.       – Мы, наверное, похожи на дебилов. Стоим и в небо пялимся, – шея у Леви уже затекает, но мгновение разрушать не хочется. – Давай мы никому не скажем об этом?       – Будет наш секрет?       – Ага.       Костяшки пальцев их рук находятся непозволительно близко, соприкасаясь лишь при лёгком движении. Непозволительно. Леви это чувствует и не решается сделать шаг – ни ближе, ни дальше. В голове проносится «Мне нравится. Всё нравится». А Леви нравится это напряжение между ними. Он специально не смотрит на Эрвина, потому что боится, что отступит. Сначала мизинцем легко дотрагивается до руки Эрвина и тут же опускает, опасаясь реакции. Боковым зрением Леви замечает, что головы вниз тот так и не опустил. Значит, тоже только чувствует, не видит. Решается снова и уже проходится пальцами по пальцам Эрвина. В ответ получает движение – движение навстречу. Рука Эрвина, больше и сильнее, чем у Леви, обхватывает его ладонь. Эрвин не пробует и не играет. Он соглашается на все ходы напрямую.       – У тебя рука ледяная.       – Просто холодно. Просто была не в кармане.       Эрвин воспринимает слова Леви как просто намёк. «Тоооонкий» намёк. И позволяет обеим ладоням уместиться в кармане его куртки.       – Об этом тоже никому не скажем?       – Да. Это тоже секрет.       – Хорошо.       И, кажется, этого «хорошо» обоим вполне достаточно.