Один день декабря

      23 декабря.       Несмотря на все сложности, наконец-то концерт состоялся. Ковид, который подкосил Юлю так не вовремя, давно был забыт, а бесконечные репетиции восстановлены. И вот сейчас, пройдя все испытания, Юля поёт перед огромным количеством людей. Она мечтала о таком, чего уж говорить. Мечтала о встрече со всеми поклонниками, ждала их лица, переполненные эмоциями. Хотела видеть и слышать всех тех, кто любил её и её творчество. И как же Юля была счастлива, когда все её мечты и желания осуществились. Выйдя на сцену, услышала голоса, которые практически слились в один: люди приветствовали её с широченными улыбками. Казалось, большего и не надо было: настолько хватало всей этой энергии, исходившей от зала. Но в какой-то момент, ближе к середине её концерта, она почувствовала сильную потребность в одном человеке, который вот-вот должен был явиться к ней. Его она ждала всегда больше, чем кого-либо другого. Именно он её главная поддержка и опора. Он всегда вытаскивал её из трудных ситуаций, он был рядом тогда, когда это больше всего было нужно. И именно он сделает этот вечер по-настоящему волшебным.       Она случайно столкнулась с ним взглядом. Он стоял в самом конце зала, но не узнать любимые глаза, даже среди тысячи других, было невозможно. Они одни такие особенные. А сейчас они смотрели прямо на неё, выражая всю ту поддержку, которую Юля так хотела от него получить.       Закончив песню, Паршута объявила короткий пятиминутный перерыв и ушла за сцену, желая поскорее встретить Марка. А когда почувствовала, как со спины её обхватили крепкие мужские руки, внутри произошёл эмоциональный взрыв. Хотелось летать и дарить счастье всему миру. Но сейчас она просто повернулась к Марку лицом и чмокнула его в губы — этот жест вошёл в коллекцию «дружеских» совсем недавно, но уже так прижился, что Юля каждый раз всё больше и больше ощущала, что его губы нужны ей, что хочется овладеть ими полностью, хочется целовать до беспамятства, ожидая, пока он перехватит инициативу, а после отдать ему всю себя, все чувства без остатка. Но пока что это были всего лишь её ожидания и мечты, и она наслаждалась их объятиями и вот такими короткими поцелуями.       — Ты бесподобна, действительно богиня, — Марк осмотрел девушку с ног до головы, подтверждая этим свои слова, а Юля смутилась. Да, несмотря на все те мысли и желания, что крутились в её голове, её смущали вот такие простые вещи, как комплименты, которые Марк сыпал в её адрес практически постоянно. Каждый раз на её щеках появлялся лёгкий румянец, что замечал Тишман и подшучивал над ней. Сейчас произошло то же самое, а Юля подхватила его хорошее настроение и засмеялась искренне и громко, понимая, что такая минутная разрядка ей очень поможет.       Во время последних минут перерыва Юля как могла настраивала себя на нелёгкое выступление. Оно было сложным для неё в эмоциональном плане: каждый раз, когда они пели «Невыносимую», они взаимодействовали друг с другом по-разному, и предугадать, что придумает Марк в этот раз, было абсолютно невозможным. Он никогда не переходил границ личного пространства, но всё то, что он делал, казалось Юле таким интимным и личным, что хотелось сбежать со сцены, уводя его с собой, и продолжать уже где-то подальше от посторонних. Его объятия, поцелуи в макушку, сплетение их пальцев… Всё это распаляло в Юле пожар чувств.       Ей намекнули по поводу того, что пауза затянулась и надо выходить на сцену. Паршута сделала глубокий вдох, а выдохнуть не успела. Её аккуратным движением развернула крепкая рука, одно мгновение она смотрела в голубые глаза напротив, спустя долю секунды оказалась прижата к мужской груди, а после ряда этих действий почувствовала его губы на своих.       Невыносимо.       Из-за лёгкого замешательства она даже не успела ответить ему. Буквально через секунду после касания их губ Марк услышал визги толпы, которой объявили о продолжении концерта, и оторвался девушки, беря её за руку и уводя на сцену. А Юля не понимала ничего. Этим действием он вывел её из строя. Она не могла думать, не могла сосредоточиться на чём-то, витая теперь в мыслях о том, что сейчас произошло. Марк самый настоящий безумец, если знал, какую бурю эмоций вызовет этим.       Юля не помнила, как оказалась на сцене, но как только гитарист сыграл первые ноты, она немного очнулась и обратила внимание на зал, не переставая ощущать на себе взгляд Марка, стоящего сзади.       Два голоса как один. Во всём мире только они и никого больше. Такое единение душ, что про существование публики забыли оба. Все эти четыре минуты прошли как отдельная жизнь. Они всегда исполняли эту песню как-то по-особенному, вкладывая в неё все свои чувства друг к другу. Каждый знал, о чём поёт, что хочет сказать голосом, взглядом и этими мимолётными касаниями пальцев. Песня получалась живая и настоящая, описывающая их реальные чувства. Но сегодня Юля не просто знала, о чём поёт. Она знала, что Марк поёт то же самое и ей. Она смотрела в его глаза, кричащие о любви, и понимала, что так и было всегда. Всегда именно этот взгляд говорил ей о его безграничной любви к ней, а она не понимала, и за это готова была поплатиться как за самый страшный грех. Столько лет она не видела его взаимных чувств, и, судя по его горящим голубым глазам, они были в десятки, а то и в сотни раз сильнее, чем она могла бы предположить. И от этих мыслей по щеке невольно скатилась слеза. А когда они повернулись друг к другу, дважды пропевая припев, за всё это время ни разу не разорвали зрительный контакт, погружаясь в мир, отдалённый от всего того, что здесь сейчас происходит, и жили в нём. Слышали только голоса друг друга и музыку, соединяющую их души воедино. На последней строчке Юля не сдержалась, и по её щекам потекла уже не одна слеза, а целый ручей.       Пришлось сделать внеплановую остановку, но зрители всё поняли и аплодировали ей, не прекращая. Паршута почувствовала, как её ладонь оказалась сжата мужскими пальцами. Марк, посмотрев ей в глаза, молча приобнял её за плечи и повёл в сторону выхода за кулисы, чтобы несколько минут посидеть в гримёрке и перевести дух. Как только дверь закрылась, Юля бросилась к мужчине, прижавшись к нему всем телом и пряча лицо в изгибе его шеи, уже не стараясь сдерживать слёзы. Тишман гладил её по голове, переходя к шее, плечам и спине, оставлял короткие поцелуи на макушке, а Юлю, кажется, эти действия не успокаивали, а, наоборот, заставляли плакать ещё сильнее. Тогда Марк попытался отстранить её от своего плеча, но девушка в ответ на это только сильнее прижалась к нему, несколько раз всхлипнув, и сцепила руки в замок вокруг его шеи.       — Юля, — он аккуратно убрал её руки, переплетая их пальцы. Паршута попыталась выровнять сбившееся дыхание и всё же посмотрела на Марка.       — Я совершила такую ошибку… — Тишмана эти слова немного удивили. Он знал, что Юля очень эмоциональна и не раз, исполнив эту песню, она уходила со сцены со слезами. Но эта её фраза заставила задуматься и полностью посвятить внимание её следующим словам, — Марк, прости меня, я такая дура. Господи, это… Марк… — девушка хотела сказать всё, что было у неё в мыслях сейчас, но предательские слёзы и надорвавшийся голос прервали её. В эту короткую паузу Юля увидела, что глаза Марка выражали сильное беспокойство и бегали по её лицу, видимо, выискивая ответы на нём. — Я столько лет не замечала твои чувства… Так много боли… Марик, прости меня, — это самое «Марик» как ничто другое выражало её эмоции в данный момент. Юля опустила взгляд на их сплетённые пальцы и не смогла сдержать лёгкую улыбку, которую вызвала эта картина. Она хотела, чтобы так же сплелись и их жизни. — Я люблю тебя. Люблю больше всех на свете.       После этого признания Марк не сдержался и сделал то, что хотел сделать так давно. Поцеловал её по-настоящему. Не то касание губ, которое было перед выходом на сцену несколько минут назад, а настоящий поцелуй, нежный, трепетный и долгий. Все ощущения поделились между ними поровну. Теперь они две половины одного целого. Теперь только вместе и никак иначе. Рука об руку.

***

      Завершившийся пару часов назад концерт оставил на душе Юли такой отпечаток, который не сотрётся, наверное, никогда. Она всё сделает, чтобы он остался. Кроме того единения с поклонниками, которого она так долго ждала, кроме той эйфории на сцене, кроме всех эмоций она обрела нечто большее. То, что до краёв, в одно касание заполнило её сердце самыми светлыми и тёплыми чувствами.       Любовь. Безграничную и необъятную.       Сейчас, сидя на кухне в квартире Марка, она ждала, пока он выйдет из душа, и, чтобы занять время, листала те записи и истории в Инстаграме, где её отмечали. На самом деле, девушка была довольна собой и всей проделанной работой. Вечер и правда удался, что подтверждали восторженные отзывы всех её слушателей. Для неё, как для артиста, это было самым главным и самым счастливым событием. Столько труда, столько времени — и всё не зря.       В какой-то момент после нескольких видео с её сольными песнями стали попадаться их с Марком дуэты, и тогда Юля в полной мере осознала, почему все их шипперят. Конечно, люди видят то, как они смотрят друг на друга, как они касаются друг друга. Со стороны это всё выглядит точно так же, как и представляют «тиршутовцы» — такое необычное название Юля уже давно отметила, и оно зачем-то прочно засело в её голове.       — Неплохие операторы у тебя в фан-базе, — девушка вздрогнула от неожиданности. Настолько сильно она погрузилась в свои мысли, что даже не заметила Тишмана, который тихо подошёл со спины и уже третий или четвёртый раз пересматривал одно и то же видео в её телефоне.       — Да, но Ксюша незаменима, ты же знаешь, — Паршута отложила телефон, встала на носочки и оставила поцелуй на щеке мужчины. Теперь, она уверена, все те же самые проявления заботы и любви будут восприниматься ими на совсем ином уровне. Марк посмотрел в её глаза, улавливая там тот самый огонёк, который всегда зажигался у него самого, когда он находился рядом с ней, снял резинку с её волос, распуская высокий хвост, и запустил пальцы в её уже распущенные волосы. Юля прикрыла глаза от удовольствия: ей так нравились все касания Марка, то, с какой осторожностью он это делал и какие чувства вкладывал. Невозможно было не наслаждаться.       Они как будто бы уплыли в какую-то другую реальность. Настолько это всё было какое-то необычное, неземное. Но спустя несколько минут Юля вышла из этого нового мира: Марк поднял её на руки и закружил по комнате, слушая её очаровательный смех.

24 декабря. 02:40. 23 декабря. 22:30. Начало новой жизни.