Во веки веков

      Танцуя в невероятном изящном танце, тысячи снежинок превращали обычные скучные улицы в рождественскую сказку. Люди в костюмах пели, желая всем прохожим хороших праздников. В воздухе витал дух Нового года, пропитывая собой каждую клеточку тела и души случайных зевак. — Николь! — сделав феерический вираж на льду, Катрина остановилась, — ты так всё веселье пропустишь! — Ты не сможешь заставить меня встать на эти железяки! — продолжала возмущаться Романова, уплетая очередную горячую булочку. — Не мешай ей обогащать карман пекаря, Кат, — усмехнулась проезжавшая мимо Мирослава. — Ну конечно, — Николина закатила глаза, — я вообще-то присматриваю место для нашего шатра. — Хочешь гадать людям на таро? — Или сразу сажать их на пики, чтобы в следующий раз нам хватило ингредиентов для обряда? — Вы мне всю жизнь будете припоминать ту чешую русалки? Я думала, для обряда сойдёт и рыбья! — Конечно! Это же одно и то же. — Ну хватит вам, бестии, — к девушкам подошла мадам Орлова, — через час начнётся фестиваль, я хочу, чтобы вы хотя бы в этом году приняли участие в нём. — Тёть Лид, а может не надо? Нам же и так весело, — лебезила Мирослава, нехотя уходя со льда. — Вы же знаете, что я строга в своих решениях, девочки. — Слишком хорошо занем, — одновременно согласились Николь и Катрина. — Вот и ответ, дорогие. Желаю вам удачи.       Женщина снова покинула общество своих племянниц, предпочитая его кружке горячего шоколада в ближайшем кафе. — Значит фестиваль.       Девушки собрали свои вещи и ушли с катка, направляясь к главной площади, где уже начал собираться народ. Явно переигрывающий ведущий постоянно нелепо шутил, а волонтёры устраивали конкурсы и раздавали конфеты, чтобы разогреть энтузиазм людей перед первым этапом фестиваля, а именно — трём квестам. — Мы ведь обещали участвовать в фестивале, а не в самих испытаниях? — уточнила у сестёр Мирослава, явно недовольная количеством людей вокруг. — Но это же весело! Если выиграем, нам подарят призы, — возмутилась Катрина. — Можем просто посетить ярмарку и вернуться обратно на каток, — рассудила Николь, поймав на себе умоляющий взгляд старшей сестры. — Если вы мне купите ту видео-игру, то я согласна, — заключила Катрина, направляясь в сторону киоска. — Идём.       Девушки взялись за руки и пошли вслед за младшей сестрой. Рыжие кудрявые волосы Катрины разлетались на ветру, норовя вырваться из-под тёплой шапки. Ведьмочка была похожа на маленькую сказочную эльфийку, живущую в стране конфет — розовые от мороза щёчки, красивая улыбка и большие, всё ещё горящие детским энтузиазмом карие глаза.       Старшие сёстры были совершенно не похожи на младшую Романову. Мирослава больше походила на мать, как и строгостью характера, так и внешностью. Холодный взгляд и жемчужный цвет волос придавали её лицу неземной вид, будто она слеплена изо льда и снега. Что касалось средней из сестёр — Николины — эта ведьма забрала от родителей всё самое лучшее. Буйный нрав отца и природная мягкость матери слились в одном красивом создании с глазами цвета кофейных зёрен и длинными белоснежные кудрями. — А говорят, ведьмы не дружат с технологиями, — усмехнулась Мирослава, смотря за тем, как Катрина выбирает себе подарок у киоска. — А ещё мы летаем в ступе, метлой задавая курс, — поддержала Николь, доставая деньги, — всё это сказки. — Ну на мётлах-то мы летаем, — возразила старшая Романова, — квиддич? — Ах, да, эта несносная игра. — Ты настолько её не любишь? — Вы о чём? — недоумевала Катрина, услышав последние реплики диалога подошедших. — О квиддиче, — спокойно ответила Николь, протягивая кассирше деньги и натянуто улыбаясь. — С Наступающим вас, девочки, — радушно улыбнулась женщина лет пятидесяти и подала сдачу. — И вас с Наступающим! Хорошего вечера!       Наконец ведьмочки последовали к площади, где всё сияло и светилось. Кажется, Николь даже смогла обнаружить парочку волшебников, торгующих украшениями в палатках, походивших на шатёр. Добрые бабульки демонстрировали свои лично связанные свитера и носочки, предлагая их всем прохожим. Мимо прогуливающихся по площади на коньках проносились официанты с подносами горячего шоколада. — Это удивительно, — неразборчиво бросила сёстрам Катрина и унеслась вслед за разносчиками. — Катрина! — возмутилась Мира, уже собираясь догонять младшую Романову, но Николь её остановила. — Ей уже не 10, не потеряется. Пойдём лучше посмотрим украшения и подарки. — Хорошо, идём.       Так девушки и разминулись. Больше часа старшие сёстры бродили по ярмарочным палатках, рассматривая диковинные вещи, пока младшая носилась по площади в поисках приключений на свой нос. К слову, она их нашла. — Мира! Николь! — вопила девушка, разыскивая среди толпы сестёр. — Мне нужно вам кое-что показать! — Дьявол тебя подери, Кат, — выругалась Николь, неожиданно встретившись с Катриной лицом к лицу. — Я как раз вас ищу! — Мы это поняли, — иронизировала средняя Романова, спускаясь, чтобы поднять вещи, которые обронила из-за столкновения. — Что такое? — ласково поинтересовалась Мирослава, чтобы смягчить настроение в компании. — Я хотела вас познакомить кое с кем, — Катрина просияла и повернулась к двум парням сзади.       Странно, что девушки не сразу заметили новых знакомых своей сестры. Возможно, дело было в толпе и увлечённости негодованием Николь. К слову, ведьма, собрав всё необходимое, наконец обратила внимание на всех подошедших. — Охренеть. — И тебе добрый вечер, русская принцесса. — Вы знакомы? — Катрина в недоумении нахмурилась. — Даже больше, чем просто знакомы, булочка, — расплываясь в дьявольски наглой улыбке, констатировал Фред, а это был именно он. — Добро пожаловать в Россию, недо-колдуны-из-Англии. — Ты не рада нас видеть, Николь? — удивился Джордж, — а мы-то даже на поисковые чары заморочились. Удивительно, что ты всё ещё носишь наш подарок.       Колдун кивнул в сторону девушки, смотря на её запястье. Она смутилась, пальцами сжав перстень, и прикусила обветренную губу. Казалось, на этой площади больше нет никого, кроме их троих. И всё же парни решили уделить внимание не только своей обожаемой. — А с Вами мы не знакомы. Меня зовут Джордж Уизли, — волшебник поклонился, протягивая руку Мирославе, на что девушка кокетливо сняла тёплую перчатку и дружелюбно протянула ему свою. — Меня зовут Мира… Мирослава… Мирослава Романова… можно просто Мира. — Хорошо, просто Мира. Очень приятно познакомиться, — оставив невесомый поцелуй на тыльной стороне ладони ведьмочки, Джордж вновь вернул внимание Катрине. — Это так по-британски! — Конечно, — парень подмигнул младшей из сестёр, на что его брат раздражённо закатил глаза. — А как звучит твоё имя? — продолжая краснеть как никогда раньше, вопросила Мира второго близнеца. — Моё имя Фред, но ты всё равно нас будешь путать, так что можешь называть меня хоть Троллейбусом. — Хорошо. Очень приятно, Троллейбус, меня зовут Мира. — Взаимно, Мира. — Я не понимаю, а откуда вы знаете Николь? — не унималась Катрина. — Это долгая история, Кат, — решила отвертеться Николь, — потом тебе её расскажу. — Мы не помним как познакомились, — наслаждаясь реакцией белокурой бестии на их появление, решил поддержать её нежелание делиться подробностями Фред. — У меня вот назрело целых два вопроса: какого чёрта вы двое забыли в России и с какого чёрта ты, сестрёнка, знакома с ними? — Это просто, Николь, не сердись, они помогали мне сейчас найти подарок маме в своей лавке. Я решила, если они иностранные волшебники, открывшие здесь бизнес, то вам будет интересно познакомиться с ними. Я даже попросила их прийти к вам. — Очень милый поступок, Кат, — смягчилась ведьма, — я не сержусь.       Уже несколько минут наблюдая за тем, как мёрзнет Николь, надрываясь от пакетов и коробок, в то время как её сёстры были свободны, Джордж решил в прямом смысле брать дело в свои руки. Освободив девушку от ноши, парень многозначно посмотрел на брата. — Может, пойдём в место потеплее? Тут куча кафе, там и расскажем, как оказались здесь под Рождество, — уловив мыль близнеца, предложил Фред. — Отличная идея, — поёжившись от холода, согласилась Николь и кивнула в сторону ближайшей закусочной. — А как же ваша лавка? Вас никто не потеряет? — заботливо побеспокоилась Катрина. — Нет, булочка, у нас есть сменщики. — Это просто замечательно, — улыбнулась Мирослава. — Николь, дорогуша, кажется, из всей компании только ты недовольна нашим приездом, — заметил Фред, наколдовывая девушкам согревающие. — Я просто в лёгком недоумении, Фредди, не льсти себе.       Приятное, знакомое тепло разлилось по телу Николь. Она обернулась к близнецам, одаривая их многозначной улыбкой. — Ну конечно, принцесса, куда ж нам до тебя и твоего недовольства, — продолжил перебранку Джордж. — Вот именно, — заключила Романова, открывая двери заведения.       В глубине души девушка была несказанно счастлива, что встретила их вновь, хоть это и случилось неожиданно, ведь даже мечтать о чём-то подобном считалось невозможным. Компания заняла столик у окна, расположившись на двух мягких диванах с подушечками. Близнецы сели напротив старших сестёр Романовых, а младшая устроилась в середине между первой парой. — Ну, так что вы забыли в России? — напомнила вопрос Николь, разглядывая меню. — Свою сбежавшую невесту, — язвительно ответил Фред, на что Мирослава от неожиданности подавилась, неправильно вдохнув. — Здесь становится всё интереснее, — мечтательно оглядывая обоих Уизли, протянула Катрина. — У всех есть ошибки молодости, — Николь пожала плечами. — Ты имеешь в виду то, что не сбежала бы тогда, если бы смолга изменить прошлое? — Джордж вопросительно поднял бровь, отмечая каждое изменение в лице возлюбленной. — Если бы я знала, что вы выжили после войны, то, скорее всего, я бы вернулась в Лондон. — Мы вроде бы и не умирали. — Значит Крам что-то не так понял. Я целый год думала, что вы мертвы. — Так это они? — продолжала удивляться Мирослава.       Николь взяла сестру под столом за руку. Сейчас ей точно не хотелось ворошить те раны, что она так старательно заживляла. — Оплакивала нас, значит?       Фред наклонился через столик, чтобы якобы поправить выбившуюся прядь волос ведьмы, и так невесомо и ласково прошептал: «Всё позади, любовь моя». Она подняла взгляд на парня, тут же утопая в его глазах, таких родных. — Значит мы действительно приехали не случайно. Теперь-то точно, — заключил Джордж, закрывая меню, — тогда может отметим наше воскрешение? — Сегодня ещё и сочельник, — вспомнила Катрина, — вы ведь католики? У вас завтра Рождество? — Да, верно. С нами сюда приехал младший брат, а остальная семья в Румынии и Франции. — Кстати, — Фред щёлкнул пальцами, усаживаясь на место. — Наш приезд — случайность. Мы собирались заключать договор с владельцем одной лавочки в Норвегии, но что-то пошло не так, в Министерстве перепутали путёвки и направили нас в Россию. Нам пришлось за месяц полностью менять свои планы и открывать новый магазин здесь. — А потом ещё и вспомнили, что в России живёт наша прекрасная Николь, и решили поехать в ваш город. — Ирония судьбы… это так романтично, — поделилась Катрина, расплываясь от зависти маленькой лужицей. — Значит, с вами Рон? — уточнила Николь, ловя себя на мысли, что действительно скучала по их семье. — Да, принцесса, он с нами. — Давно его не видела. — Он женится в через пару месяцев. — Рон? Просто невероятно.       Компания просидела в ещё несколько часов, проведя их за обсуждением разнообразных тем. И каждому казалось катастрофически мало друг друга. За окном начался снегопад, а количество людей на площади редело. Пятая кружка горячего чая и гирлянда на окне придавали моменту шарм теплоты и уюта. — Как круто, что у нас так много общих тем! А может, тогда мы все поедем к нам домой? Мы ведь получается почти семья, — предложила Мирослава, — встретим Рождество вместе. — И брата вашего тоже пригласим, — поддержала Катрина. — Очень заманчивое предложение, девочки, но у нас идея получше, — парни переглянулись, — как насчёт того, чтобы составить нам компанию на бал? — Бал?! Я никогда не была на балах! — от радости завопила Катрина. — И я, — несмело поделилась Мирослава. — Я так понимаю, он начнётся через пару часов. Нам не в чем туда идти, — констатировала Николь, скептически рассматривая идею близнецов. Она знала про бал ещё неделю назад, Паркинсон лично выслала ей приглашение. — Дай нам час, — с вызовом заверил Джордж. — Это было бы так прекрасно! Только представь, Ники, танцы, живая музыка, зал, украшенный новогодними атрибутами! — начала мечтать Мирослава. — Вы невыносимы! — Николь закатила глаза. — У вас час, чтобы найти нам троим платья. На бал Фред сопровождает Катрину, а Джордж Мирославу. — А ты, значит, решила идти с Роном? — с толикой мрачности в тоне вопросил Фред. — Какая разница с кем мы прибудем? — Никакой, — ответил за брата Джордж, — встречаемся через час на этом же месте.       Ребята собрались, заплатили за счёт и вышли из забегаловки. Разделившись на группы, они трансгрессировали каждый по своим делам. Девушки вернулись домой, чтобы сделать макияж и причёски. — Ты как-то не очень дружелюбно настроена, — заметила Мира, разыскивая плойку. — Вы бы знали что я чувствую, девочки, — на выдохе ответила Николь, — спустя год невероятной депрессии я снова увидела тех, без кого моя жизнь потеряла смысл. Этот бал устраивает Виктор Крам, который и сказал мне о смерти близнецов! — Милая! Почему ты раньше не сказала? Мы даже не знали, что с тобой происходит, — Катрина крепко обняла сестру, пытаясь хоть как-то показать, что ей не всё равно. — Я действительно всё это время думала, что ты так внезапно изменилась только чтобы мама восхищалась тобой. — Отметь, Кат, а она хорошо держалась, когда увидела их, да? Я бы упала в обморок на её месте! — Да, она права, Николь. Ты очень сильная! — Вас не смущает тот факт, что мы трио, а не пара? — Вообще-то это странно, но, думаю, в этом нет ничего неземного, — рассудительно проговорила Мира, — в мире ведь есть страны, в которых нормально иметь гаремы, разрешено многожёнство и многомужество. — Да, я согласна, — Катрина закивала. — Тем более они так смотрят на тебя! Будто ты единственная женщина в их окружении. — Даже завидно, — усмехнулась старшая из сестёр, — но я рада, что у тебя появился шанс на счастье. — Встретить знакомых в такое время да ещё и в таких обстоятельствах! Это судьба, Николь. — Ну вы и сороки, девочки. Мы так за этими разговорами никогда не соберёмся!       Романовы посмеялись с замечания сестры, но всё же послушались. Через несколько часов девушек ждало заснеженное прекрасное поместье Виктора Крама. Белые шубки на фоне изящных платьев подчёркивали женственность трёх ведьм. Партнёры сестёр не отставали по элегантности, чёрные смокинги определённо смотрелись выигрышно в компании с рыжими волосами. — Как я рада вас видеть! — приветствовала гостей хозяйка праздника, Пэнси Паркинсон. — А Виктор всё гадал — придёте или нет. Добро пожаловать! — Мы не могли не прийти, — подмигнули близнецы, удаляясь вместе со своими дамами и Роном в гардеробную. — Ты, как всегда, невероятна, Пэнс, — проговорила Николь, забирая у первого попавшегося официанта с подноса бокал шампанского. — Неужели тебе удалось всё так прекрасно спланировать самостоятельно? — В целом — всё моих рук дело, да, — улыбаясь, как кот, объевшийся сметаны, протянула ведьма, — но кое-где всё же помогали Нотт и Забини.       У белокурой бестии тут же загорелись недобрым огонёчком глаза, стоило Паркинсон лишь упомянуть фамилии двух этих парней. Она соблазнительно прикусила губу и стрельнула глазками в сторону, куда ушли близнецы. — Забини и Нотт? — Николь повторила фамилии, будто не расслышала, — а они сейчас здесь? — Спрашиваешь, — Пэнси усмехнулась, — вон в том конце зала, там где выпивка. — Как обычно. — А это значит твои сёстры? Кажется, Миранда и Кассандра? — Мирослава и Катрина, — поправила её ведьма. — Почему их сопровождают твои партнёры? — Паркинсон нахмурилась, — а ты вообще пришла с Роном. — Хочу добавить немного перца в наши отношения. — Думаешь, слишком много сахара? — Скорее соли. — Тогда дерзай, детка. Забини и Нотту понравится твоё внимание, определённо. Ну а я пойду, познакомлюсь с твоими близкими. — Удачи, родная.       Подарив друг другу символический поцелуй в щёчку, девушки направились по своим делам. Как и сказала Пэнси, Тео и Блейз были действительно рады видеть Николь. — Отпадно выглядишь, Романова, — присвистнул Нотт, салютируя подходившей ведьмочке.       Тёмно-зелёный шёлк нежно струился по её стройному телу, отлично подчёркивая все его достоинства, а роскошные распущенные волосы только добавляли образу шарм. Николь действительно чувствовала себя сексуально и уверенно, чему была несказанно рада. — La mia Madonna, я просто сражён, — поддержал Забини. — Ну ладно вам, парни. На себя-то давно смотрели? Как с обложки журнала «Я влюбилась». — Уфф, — Нотт сделал вид, будто обжёгся, — полегче. — Ладно лицемерить, где ваш третий? — Женился, — Блейз закатил глаза и отпил из бокала огневиски. — Грейнджер теперь его вообще никуда не пускает? — Ну почему же? К своим родителям на дачу, — иронизировал Тео. — Сегодня Рождество, а Малфои встречают его в кругу семьи, что ж тут сделаешь? Традиции, — немножечко погрустнев, проговорила Николь и запила горечь шампанским. — И то верно, — согласился Блейз, — а тебе, я смотрю, двоих Уизли мало, ты решила ещё и младшенького прикарманить? — Шлюшия натура жаждет драмы, — Николь пожала плечами. — Тебя уже ищут, ты только посмотри, — Нотт кивнул в сторону выхода.       Заметив партнёршу в компании двух бывших слизеринцев, Рон тут же поспешил поспешил к девушке, захватив по пути ещё один бокал шампанского. Близнецы вместе с сестрами возлюбленной остались у дальних столиков, периодически поглядывая в её сторону. — Ревнуют? — уточнил Тео. — А то, — ответил ему Блейз. — Николь, — позвал ведьму Рон, подойдя ближе, — всё в порядке? — Чудесно, — девушка расплылась в улыбке. — Пэнси сказала, что через пару минут объявят танцы. Ты хотела бы подарить мне первый? — Прости, мой друг, — Тео поднялся с кресла и подошёл к паре, — но она уже обещала его мне. — Оу, да неужели? — изумился Рон, окинув Нотта максимально презирающим взглядом. — Может, тогда не будем фамильярничать и пойдём кружиться вместе? — предложила Николь, не желая портить Рону вечер. — Отличная идея, солнышко, — младший Уизли улыбнулся. — Может, хочешь чего-нибудь? Я видел где-то здесь малиновый торт. — Я пока не голодна, спасибо. — Тогда идём к ёлке!       Тео взял Николь и Рона под локти и потащил их в центр зала. Девушке нравилось находиться среди знакомых лиц, она будто наконец вернулась домой после долгой дороги. Зал, выполненный в роскошные тёмно-зелёные и красные тона, дополненные золотом, создавали впечатление, будто находишься на балу у короля.       Музыка стала громче. Тео протянул Николь правую руку, приглашая на танец, Рон продублировал его действия. Девушка вложила свои ладони в их и потянула в сторону. Они начали кружиться, на время забывая свои старые обиды. Все трое наслаждались праздником.       Когда первый танец был окончен, Николь отошла к окну. На улице началась метель. Крупные хлопья снега кружились на ветру в бешеном плясе. Ведьма увидела во дворе пустующую беседку и решила на время уединиться, окунуться в снежную сказку. Девушка незаметно покинула помещение, выходя во внутренний двор.       Морозный воздух обжёг щёки, а согревающие чары еле спасали от холода, хоть Николь и была в тёплой шубе. Столько потрясений за один вечер, даже странно. Снег будто бы очищал мысли, давал свободу. — Не слишком ли тёплая погода для прогулок? — вопросил Фред, догоняя возлюбленную. — Устала от толпы. — Поэтому ты решила променять её на сугробы? — усмехнулся подошедший Джордж. — А может я просто хотела проверить, пойдёте ли вы за мной? — Неужели ты думала о нас, принцесса? По-моему, тебе в обществе Тео и Рона не так уж и плохо было. — Это ревность? — А на что это ещё похоже? — Вы же знаете, что я люблю вас. К чему же тогда эти разговоры? — Любишь?       Взяв брата и возлюбленную за руки, Фред перенёс троицу в обратно в особняк, в спальню, что Паркинсон так любезно выделила им на случай, если они захотят остаться. — Почему вас это удивляет? — Ты сбежала с помолвки. — Ладно, чёрт с помолвкой. Как только мы прибыли сюда, ты тут же очутилась возле компании Нотта и Забини, а про то, что нас ты не видела пару лет, видимо, забыла. — Вас очень просто вывести на ревность. — И ты это делаешь назло. Только кому? — Может, мы сейчас тоже вернёмся в зал, к твоим сёстрам? — Почему бы и нет? Джордж уже неплохо так пофлиртовал с Мирославой на площади. — Так тебе понравилось зрелище? Ну давай тогда вернёмся на пять лет назад? Помнишь, как мы перет…       Раздался звук хлёсткой пощёчины. Все трое уставились друг на друга пугающе сверкающим взглядом. Щека Фреда горела, но он будто не обращал внимание на это. Даже не моргал.       Раз. Девушка прижала к груди Джорджа спиной.       I wanna love you forever and ever and ever.       Два. Её руки перекрещены и крепко сжаты сзади.       I'll love you forever and ever.       Три. Горячее дыхание на шее и накрывшие её губы.       I wanna love you forever and ever and ever. — Чёртовы манипуляторы, — шептала она в поцелуй. — Будешь снова разбрасываться колкостями — завтра с кровати не встанешь, принцесса, — чарующий шёпот в ответ. — Заманчивое предложение, — мурлыкала ведьма, прижимаясь к Джорджу и кусая за нижнюю губу Фреда.       Раз. Одежда летит вниз.       I wanna love you forever and ever and ever.       Два. Связанные девичьи руки.       I'll love you forever and ever.       Три. Шелковые простыни.       I wanna love you forever and ever and ever. — Возьми-ка в рот, — зажимая между большим и указательным пальцами лёд, взятый из ведёрка с шампанским, предложил девушке младший близнец. Она послушалась. — А теперь передай через поцелуй Фреду.       Уизли по-собственнически притянул Николь за подбородок, сливая их губы в жадном и мокром поцелуе. Они передавали друг другу лёд, приятно обжигаясь его холодом, пока умелые пальцы Джорджа дразнили возлюбленную под нижним бельём, что всё ещё было на ней. — Ты так сладко сдерживаешь стоны, чтобы не уронить лёд, принцесса, — обжигая шею девушки горячим дыханием, протянул колдун, надавливая на нужное место и входя в неё двумя пальцами. — Но сегодня я всё равно заставлю тебя кричать.       Будоражащий шёпот и соблазнительный смысл фраз — что ещё нужно, чтобы захотеть его больше? Николь тяжело выдохнула, хватаясь за плечи Фреда. Волшебник притянул её ближе, снимая уже ненужный бюстгалтер и откидывая его в сторону. Вниманию парня припала красивая округлая грудь с двумя застывшими розовыми горошинками. — Моя девочка, — снова соблазнительный шёпот на ухо, пока бесстыдные пальцы обводят ареолы.       Разум троих туманится. Дышать с каждым касанием друг к другу становится всё труднее. Она чувствует, как они хотят её, жаждет разрядки, но терпит, тянет. Её руки связаны, а желание прикоснуться к ним растёт. Протяжно стонет, подаваясь вперёд, зажатая меж двух огней. — Давай, малышка. Отпусти себя, — подначивает Фред, сжимая её бёдра, пока Джордж вводит пальцы всё грубее и глубже. Николь слушается, видя перед глазами белую пелену и ощущая бешеный разряд по всему телу.       Она не успевает прийти в себя после первого оргазма, как её руки развязывают и ставят её раком. Сзади остаётся Джордж, спереди возлюбленную ловит Фред. Распрощавшись с нижним бельём, малаший близнец входит в неё. Немного грубо, но осторожно. — Блять, Уизли! Не тяни! — Какая нетерпеливая, — слышится смешок, — и что же ты хочешь? — Я хочу жёстко. — Умница, — тянет Фред, наматывая её волосы на кулак и вовлекая в поцелуй, пока она стонет от напора другого.       Приятное чувство наполненности и жар, окутывающий всё молодое тело девушки. Аккуратные пальцы Фреда на клиторе, горячая плоть Джорджа в лоне и его же руки на покрасневших от шлепков бёдрах. Её руки на теле старшего близнеца и язык, маняще слизывающий капли пота с пресса всё ниже. — Я хочу взять тебя, — шепчет она парню, смотря на него затуманенным взглядом, он согласно отвечает, гипнотически наблюдая за её движениями.       Бестия стягивает боксеры Фреда, освобождая наружу его естество. Он возбуждён почти до предела. Она облизывает головку, сжимая длину в ладони. Уизли стонет, а её заводит. Взгляд младшего близнеца туманится. Он видит эту картину, и у него сносит крышу.       Раз. Она взяла его полностью.       I wanna love you forever and ever and ever.       Два. Просит жёстче. Трое на пределе.       I'll love you forever and ever.       Три. Стоны. Жарко. Чаще. Громко.       I wanna love you forever and ever and ever.       Фред кончает. Она глотает. Джордж выбрасывает использованный презерватив и меняется с партнёром местами. И всё заново. И всё по кругу. Бешенный ритм. Она скачет на них, как на родео, а они не дают ей устать от процесса. — Теперь-то мы точно тебя больше никуда не отпустим, — прошептали близнецы уже засыпающей девушке. — Я никуда и не денусь, — в той же манере проговорила Николь.       Одна любовь — три пары губ. Одна любовь — одна судьба на троих.