Сладкие мандарины

      Ему порой казалось, что лето кончилось только вчера и он с семьёй спас мир от Странногедона несколько часов назад. Но нет, всё это произошло несколько месяцев назад и закончилось благополучно, сейчас ему тринадцать лет, как-никак, но возмужал, и с сестрой приехал на первое Рождество вне года. Забавно, это уже становится традицией, проводить отдых в странном городке.       Как и носить парные свитеры с Мейбл. В этот раз они носили красные свитера с милым оленем.       Диппер счастливо усмехнулся дикому визгу сестрицы на весь дом. Похоже, она успела заметить небольшой подарочек от дяди Стэна (новый абордажный крюк не оставит и шанса как окнами, так и одному назойливому гному). Оу, это только утро в предверии праздника, а что будет вечером, когда прибудут остальные гости, это ж тогда вообще покоя не будет ни на минуту. Впрочем, теперь ему это совсем не страшно. От этой мысли он аж раздулся от удовольствия. Ему тринадцать лет, он подрос на пару сантиметров, и он не тот мальчик, который мог покраснеть.       А что только будет в дальнейшем, если всё так гладко пойдёт? Волны воображения захватили его с головой, так, что он тихонько замычал и прикрыл глаза, равномерно раскачиваясь с горкой неначищенных мандаринов в руках (хорошо, что только один... кхм... «человек» увидел это зрелище на кухне). Да, он мог бы нафантазировать себе много чего, вот только его грубо (по его же мнению) прервали.       Его обняли со спины три пары рук, из-за чего Диппер неловко покраснел. Он всё ещё привыкал к ощущению раздельности их тел. Плюс, он буквально спиной чувствовал мышцы демона, поэтому пареньку стало очень горячо. — Амбро, я занят важным делом. Твои объятия мешают.       Демон только насмешливо прошептал ему на ухо: — Если бы тебе было бы неприятно, ты бы не мурлыкал, как котёнок. О, мандарины! Ну дай по-хорошему, я же могу и заставить по-плохому! В этот ваш праздник ты должен быть хорошим мальчиком!       Диппер только ещё крепче прижал мандарины к себе. На этого прожорливого демона мандаринов не хватит, они и так выделили ему целый ящик вкусностей. Демону они, правда, не сказали. Теперь он жалел.       Себя.       А демон только хищно облизнулся. Он умел выклянчивать личные привилегии для себя.