Peraya Delight

      POV Артит

      Впервые я увидел этого мальчика, когда мне было десять лет. Он и его семья только что переехали в наш район и дом, в который они заселились, находился прямо напротив моего.       Я до сих пор помнил, как он выглядел в тот день. Глаза мальчика были опухшими, а на его щеках виднелись высохшие дорожки от слёз.       Его родители пришли к нам в гости по просьбе моего папы, потому что наши отцы работали в одной компании и были лучшими друзьями. Удивительно, не правда ли?       Мальчик, едва выглядывавший из-за спины матери, был на два года младше меня. И вы бы видели, каким милым он был в тот день…       Я до сих пор помнил наш первый разговор.

Flashback

      — Сынок, ты хочешь поиграть с этим мальчиком? Ну же, не стесняйся, подойди к нему ближе.       В ответ сосед пристально уставился на меня, а потом в его глазах блеснули слёзы и он выпалил:       — Нет, мама! Я хочу домой! В наш старый дом! Я очень скучаю по нему! — всхлипнул мальчик, прячась за спиной матери, а потом убежал в палисадник.       Видя это, я вопросительно глянул на маму, которая лишь улыбнулась в ответ, попросив, чтобы я пошел и утешил нашего плачущего соседа. Но как это сделать, если я даже не знаю его имени?       Хотя… Может быть, я могу задать этот вопрос непосредственно ему?       — Энни, идём в дом. Не волнуйся, мой сын поговорит с твоим и успокоит его, — проговорила моя мама, обращаясь к тёте.       Тётя, посмотрев сначала на меня, а потом на маму, улыбнулась и пошла в дом, оставив меня возле палисадника.       Медленно подойдя к мальчику, который всё ещё тихо плакал, я произнёс:       — Привет! Почему ты плачешь? Знаешь что? Мальчики должны быть сильными, смелыми и не плакать! — после чего улыбнулся, пытаясь приободрить соседа.       Подняв на меня заплаканный взгляд, мальчик тыльной стороной ладони стёр со щеки слёзы, а потом спросил:       — Правда? — наклонив голову в сторону.       И это было так мило!       Кивнув головой, я улыбнулся, а затем услышал, как сосед пробормотал:       — Но… но… я очень скучаю по дому! Я хочу остаться с дедушкой и бабушкой. Хочу играть с ними и есть чернику в нашем саду. Я так скучаю по своему старому дому. И по бабушке с дедушкой, — после из его уст вырвался небольшой всхлип.       Не знаю почему, но мне очень больно видеть, как он плачет.       Как только эта мысль пронеслась в моей голове, я приблизился к мальчику и, взяв его за руку, повёл на задний двор.       А он даже не протестовал.       Усадив соседа на скамейку, я бросился к черничному дереву, которое росло в нашем саду и, нарвав горсть ягод, помчался обратно.       Вернувшись, я увидел, что мальчик любуется разноцветными розами в нашем саду, а на его губах играет легкая улыбка. Глядя на это радостное выражение лица, я почувствовал себя очень счастливым, а затем негромко позвал:       — Эй!       Сосед с удивлением повернул голову в мою сторону. И увидев, что я держу в руках, восторженно воскликнул:       — У вас тут тоже есть черника?!       Засмеявшись, я кивнул головой и тихо проговорил:       — А теперь, успокойся, и не плачь, ладно? Отныне, когда ты захочешь черники — то всегда сможешь прийти к нам. И ещё: я обещаю, что когда ты сильно соскучишься по дедушке с бабушкой — буду просить твоих родителей, чтобы вы навестили их, договорились?       — Договорились! — тут же выпалил он и начал уплетать чернику с такой скоростью и жадностью, будто голодал целую неделю, вызвав у меня смех.       Успокоившись, я поинтересовался:       — Итак, как тебя зовут? — вспомнив, что ещё толком ничего не знаю о своём новом соседе.       Одарив меня сияющим взглядом темно-карих глаз, мальчик улыбнулся, и пробормотал:       — Извини, я забыл представиться. Пожалуйста, не говори об этом моей маме — если она узнает, что я вёл себя столь невежливо, то обязательно меня отругает.       — Хорошо, не скажу, — усмехнувшись, ответил я, и тогда сосед радостно кивнув, проговорил:       — Моё имя — Конгфоб Сутхилак, мне восемь лет и сейчас я учусь в третьем классе. А как зовут тебя?       — Меня зовут Артит Ройнапат. Мне десять лет и сейчас я учусь в пятом классе, — ответил я.       — О, так значит, я должен звать тебя Пи`Артит, верно? — поинтересовался он.       И как же сладко в тот момент звучал его голос…       На губах расцвела широкая улыбка, а потом я ответил:       — Да.

End of flashback

      С того момента и по сей день время, которое я провожу с ним — лучшие дни в моей жизни. Для меня было и является настоящим счастьем наблюдать за его ребячливым поведением, и за тем, как он вздорит со мной и своей старшей сестрой, когда мы его дразним. С ним мне никогда не скучно и как видите, даже спустя десять лет этот засранец всё ещё мне не надоел.       Но за последние четыре года у меня по отношению к этому парню появилось и другое чувство. Я знаю, что это может показаться безумием. Но, правда, в том, что…       Я люблю Конгфоба.       Люблю его не как друга или брата. А как парня. Я хочу держаться с ним за руки. Хочу целовать его нежные розовые губы каждый день, когда просыпаюсь утром и когда ложусь спать ночью. Хочу, чтобы он стал моим любимым человеком.       Но не смею сказать ему об этом.       Что будет, если услышав признание, он с отвращением оттолкнет меня? Что будет, если он больше не захочет со мной дружить? Нет-нет, я не могу позволить себе потерять его. Я не хочу, чтобы он бросил меня.       — Пи`Артит! Пойдем, посмотрим Netflix! — прозвучало совсем рядом, заставив меня вынырнуть из мыслей и посмотреть на парня напротив.       За эти годы Конгфоб вытянулся, сравнявшись со мной ростом. Он больше не был тем мальчиком, который мог смотреть на меня лишь снизу вверх.       А ещё, мой сосед стал более красивым и одновременно… милым.       Всякий раз, когда я смотрел на этого парня, то видел в его взгляде радостное возбуждение. А когда Конгфоб сосредотачивался на чем-то — в его глазах появлялся невероятный азарт. Его вытянутое лицо всегда украшала улыбка, которая даже в самые мрачные дни заставляла мир сиять. А ещё, тон его смуглой кожи стал более ровным, что открыло моему взгляду новый оттенок красоты этого парня.       — Пи`Артит? — донеслось со стороны и я, осознав, что всё это время глазел на соседа, тряхнул головой, чувствуя, как щеки пылают огнём смущения.       — Что-то не так, Пи? У тебя какой-то странный вид, — с беспокойством в голосе пробормотал он.       Вот такой он, мой Конгфоб! Вечно волнуется из-за мелочей.       — Нет-нет, Конг, всё в полном порядке. Просто учебный проект немного меня утомил, — поспешил ответить я.       Кивнув головой, сосед поднял меня с дивана и потянул в наш маленький кинозал.

***

      — Какой фильм ты хочешь посмотреть, Пи`Артит? — взволнованно поинтересовался сосед через пару минут, клацая по списку пультом.       — Конг, выбери то, что хочешь посмотреть сам, — отмахнулся я, проявляя великодушие.       Посмотрев на меня, он широко улыбнулся, а затем, включив режим «щенячьи глазки», попросил:       — Тогда… можем ли мы посмотреть вот этот фильм? Пожалуйста?       Быстро закрыв рот, чтобы с губ не сорвалось безжалостное «нет», я сделал глубокий вдох и выдох, чтобы успокоиться, после чего, глядя на фильм, который выбрал сосед, произнёс:       — Но Конг, это романтический фильм! Ты же знаешь, что я не люблю этот жанр.       Да, фаворитами Конгфоба всегда были романтические фильмы и мультфильмы, тогда как я предпочитал смотреть научную фантастику и драму.       — Пи`Арти-и-ит! Ну, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, давай посмотрим то, что я выбрал, — вдруг раздалось совсем рядом, а потом сосед, так и не выключивший режим щенка, надул губы и начал трясти мою руку.       Я посмотрел на Конгфоба, задержав взгляд на нежных губах, которые мне так безумно хотелось поцеловать, но сделать этого я не мог. И чувствуя, как от одной мысли о поцелуе начинаю краснеть, быстро пробормотал:       — Хорошо! Хорошо! Включай свой фильм! — после чего выдернул руку.       Подпрыгнув от радости, этот неугомонный ребёнок бросил в меня шариком попкорна и запустил фильм.       Через несколько минут на экране началось действие, и мы оба сосредоточились на просмотре. Но мысли мои были далеки от сюжета фильма, так как целиком и полностью сосредоточились на соседе.       Я до сих пор помнил, как в начале этого года мы сильно поссорились из-за одного из решений, принятых Конгом.       После окончания школы я поступил в университет на инженерный факультет, так как стать инженером было моей мечтой. Я очень хотел делать роботов, да и вообще создавать разную технику. И, конечно же, я рассказал об этом Конгфобу. Хотя сосед был на два года младше меня, мы продолжали оставаться лучшими друзьями, у которых не было друг от друга секретов.       Вернее, сейчас у меня был один секрет, о котором парень, сидящий рядом, не знал — мои изменившиеся чувства!       Конгфоб же во всех наших разговорах упорно твердил, что хочет изучать экономику, что это его мечта! Именно поэтому вы точно не поверите, если я расскажу, ЧТО он сделал после окончания школы!       ОН ПОСТУПИЛ В УНИВЕРСИТЕТ НА ИНЖЕНЕРНЫЙ ФАКУЛЬТЕТ!!! И не в какой-нибудь университет, а в тот же, что и я!       Впервые я узнал об этом на собрании первокурсников, когда стал главой наставников системы SOTUS на третьем курсе. В первый же день сосед осмелился перечить мне и лишь тогда я понял, что он учится на этом факультете.       Я был так зол на него, ведь прекрасно знал, что Конгфоб мечтал учиться на экономическом факультете. А в итоге взял и выбрал инженерное дело!       И всё бы ничего, но ведь в этом году в университете явно были абитуриенты, которые мечтали учиться здесь, и лишь из-за упрямства моего соседа потеряли этот шанс. Думаю, что Конгфоб выбрал этот факультет, потому что хотел учиться вместе со мной, чтобы мы чаще виделись.       После занятий я, закипая от гнева, подошел к нему и поинтересовался, почему он поступил сюда? Почему не выбрал экономику?       Но ответ, который дал друг, оказался слегка неожиданным и очень меня задел. В ответ на мой вопрос Конгфоб пробормотал:

Flashback

      — Артит, прости, что не сказал тебе раньше. Ты ведь знаешь, что мама и папа хотят, чтобы в будущем я, как единственный мальчик в семье, взял на себя управление семейным бизнесом. Поэтому они и заставили меня пойти на этот курс. А поскольку ты тоже здесь учишься, я подумал, что ты мог бы помочь мне справиться с возникающими трудностями. Но не беспокойся о моих мечтах, Пи! Я договорился с папой и мамой, что после окончания этого курса, как и хотел, буду изучать экономику. И они согласились! Так что, пожалуйста, Пи`Артит, не злись на меня!

End of flashback

      Услышав ответ соседа, я улыбнулся, немного успокоившись, а потом мы направились к нашему общежитию.       Но, после, думая об этой ситуации, я должен был признать, что ответ друга меня задел. Я-то полагал, что он поступил сюда из-за меня, а оказалось, что из-за родителей.       По стечению обстоятельств его общежитие находилось прямо напротив моего, и об этом факте не знал даже сам Конгфоб, поэтому мы частенько бегали друг к другу в гости. И ночевали друг у друга в общежитии так часто, что это уже стало обычным делом. А ещё ради него я с легкостью игнорировал приглашения на ночевку от своих друзей и часто пропускал вечерние посиделки наставников.       Спустя несколько месяцев, набравшись смелости, я спросил Конгфоба, можем ли мы снять небольшую квартиру недалеко от университета, чтобы не ходить друг к другу в общежитие? И он, к моему удивлению, широко улыбнувшись, согласился.       Вынырнув из воспоминаний, я повернул голову налево и увидел, что взгляд Конгфоба затуманился, а из его глаз вот-вот брызнут слёзы. Обратив внимание на экран, я увидел, как герой расстается со своей девушкой, оставляя её в слезах, и лишь покачал головой, видя, как Конгфоб утирает слёзы. Он всегда был слишком эмоционален, когда дело касалось романтических фильмов, и плакал, как при расставании пары, так и в момент предложения руки и сердца.       В общем, поводы для того, чтобы поплакать были разные, но реагировал мой друг всегда одинаково.       Взяв салфетку со стола, я протянул её соседу и дразняще произнёс:       — Держи, мистер чувствительность.       Надув губы, Конгфоб сердито посмотрел на меня. Затем, взяв салфетку, он вытер слёзы и, высморкавшись, заявил:       — Пи! Не надо меня так дразнить! Я всё ещё помню, что ты боишься призраков, понял?       И не забыл о том, что в последний раз, когда мы смотрели фильм ужасов, ты даже попросил меня покараулить у туалета после окончания просмотра, — а на его заплаканном лице появилась дерзкая ухмылка.       В шоке от наглости своего друга, я прокричал:       — Ах, ты ж маленький засранец! — а потом набросился на него.       Я щекотал и щекотал его, скользя пальцами то по бокам, то по животу, и прекрасный смех соседа, звучавший в комнате, был словно мелодия для моих ушей.       Конгфоб был человеком, который до смерти боялся щекотки. И я нагло пользуясь этим, не оставлял без внимания ни один уголок его тела, отчего в комнате раздавалось громкое:       — Пи… ха-ха… Артит… ха-ха… Стоп!!! Ха-ха!!! Остановись, Пи!!! — восклицал друг, пытаясь оттолкнуть мои руки, а слёзы из его глаз теперь лились исключительно от смеха.       Через некоторое время Конгфоб вновь попытался оттолкнуть мои руки, и тогда я, зафиксировав его руки своими, прижал их к подушке, которая была прямо над головой соседа. В ответ всё ещё смеющийся друг уставился на меня и…       Я не знаю, что произошло, но в тот момент, когда наши лица оказались так близко, моё сердце забилось быстрее, а в животе запорхали бабочки.       Неосознанно я стал приближаться к нему, и вскоре смех друга тоже постепенно затих, а его сияющий взгляд нашёл мой.       Ох уж эти глаза… Они притягивали меня, словно магниты. Темно-карие омуты, наполненные энтузиазмом, и радостным возбуждением светились, когда Конгфоб был счастлив. Туманились от слёз, когда я попал в больницу из-за высокой температуры. Излучали безграничную заботу, когда мне было плохо. И озорно сияли, когда сосед подшучивал надо мной.       Пока воспоминания мелькали перед глазами, я и не заметил, как наши лица оказались в сантиметре друг от друга и я почувствовал на своих губах горячее дыхание Конгфоба. Мы оба хранили молчание, поэтому единственными источниками шума в комнате были звуки работающего телевизора и кондиционера.       Хотя… кондиционер, кажется, не работал, потому что меня вдруг бросило в жар, а на лице выступил пот.       Медленно наклонив голову в правую сторону, я подался вперёд, чтобы захватить розовые губы, которые так меня манили.       И почти достиг цели, когда до меня вдруг дошло, что я собираюсь сделать.       Выпустив его руки из своей хватки, я быстро встал и, глядя на шокированного друга, нервно сглотнул, пробормотав:       — Я… эм… я собираюсь спать. У меня… завтра занятия, — прежде чем убежать в свою комнату, оставив потрясенного Конгфоба в кинозале.       Закрыв дверь в комнату, я сел на пол и прислонившись к ней спиной, сдавленно прокричал:       — Чёрт! Чёрт! Чёрт, — начиная бить себя кулаками.       Вот как мне теперь смотреть Конгфобу в глаза?! Я же почти поцеловал его! ТВОЮ МАТЬ, ПОЦЕЛОВАЛ!       Боже! Моё сердце сейчас бьётся так быстро, что может выскочить в любую секунду. Нет, я точно не могу встретиться с ним снова! Не могу и всё тут!       Что же он сейчас думает обо мне — лучшем друге, пытавшемся поцеловать его?!       Наверняка испытывает отвращение и думает, что я ненормальный!       Пока я сидел и прокручивал в мыслях эту ситуацию, думая о нашем почти состоявшемся поцелуе, в голову пришло столько вариантов реакции Конгфоба, что неожиданно для себя я весь в слезах вырубился на полу.

***

      В дверь моей комнаты постучали, а потом оттуда донеслось:       — Пи`Артит! Просыпайся! Тебе нужно идти на занятия!       Услышав голос соседа, я встал с пола и потянулся, разминая затекшее тело. Не понимая, почему я заснул на полу, осмотрелся вокруг и тут в голове всплыли воспоминания о вчерашнем происшествии.       Почувствовав, что краснею, я огляделся в поисках телефона, но почему-то не мог его найти. А потом услышал:       — Пи`Артит? Ты уже проснулся? Если да — пожалуйста, открой дверь, — прокричал Конгфоб, но я не пошевелился — смелости столкнуться с ним лицом к лицу у меня пока не хватало.       — Пи`Артит? Просыпайся! — вновь подал голос сосед, уже барабаня в мою дверь.       Разочарованно простонав, я открыл дверь и прокричал:       — Что? — и почувствовал, как ёкнуло сердце, когда взгляд друга наполнился болью.       Я редко повышал на него голос. И уж точно никогда не кричал так громко, как сделал это сегодня.       Я никогда не был жаворонком, поэтому Конгфоб, имея привычку рано вставать, взял на себя обязанность будить меня. Каждое буднее утро сосед стучал в мою дверь, отчего я, конечно, просыпался, но перед этим требовал дать мне поспать пять минут.       Естественно, эти пять минут были довольно растяжимым понятием.       И вот теперь, когда я по-настоящему накричал на него, глаза соседа тут же заставили меня пожалеть об этом взрыве эмоций. А Конгфоб тем временем, тихо произнёс:       — Извини, Пи, но сегодня ты должен уйти на занятия пораньше. Позвонил Пи`Нотт и сообщил, что ты должен прийти на утреннее собрание наставников. И на звонок ответил я, потому что вчера ты оставил свой мобильный в нашем кинозале, — сказал он, протягивая мне телефон.       И прежде чем друг успел сказать что-то ещё, я поблагодарил его и закрыл дверь.       Но закрытая дверь, конечно же, не могла изгнать из моего сознания глаза Конгфоба, наполненные болью.       Поэтому в том, что через короткое время мой взгляд затуманился от слёз, не было ничего удивительного.

***

      — Ай`Артит!!! — донеслось до меня.       Закрыв уши ладонями, я уставился на Брайта, который самодовольно смотрел на меня, а Тута ухмыльнувшись, поинтересовался:       — Не хочешь рассказать нам, о чём ты сейчас мечтал, дорогой мой друг?       — Отвалите! — прокричал я ехидно улыбающимся друзьям и, взяв карандаш, лежащий рядом со мной, ударил обоих по голове.       Нотт и Прем, видя моё поведение, лишь усмехнулись и мы начали собрание. По его окончании, наша четвёрка отправилась в столовую, чтобы позавтракать и перечитать вопросы теста, который мы должны были сдавать после обеда.       Мой мозг отключился в середине подготовительного процесса, наполнившись мыслями о любимом, встречи с которым я изо всех сил старался сейчас избегать.       Дедовщины для первокурсников, хвала всем святым, у нас сегодня не было. Но Бог, раз за разом подвергал меня испытаниям, заставляя Конгфоба оказываться в том же месте, что и я.       Сосед даже пытался подойти ко мне, но я проигнорировал его, сказав, что занят. От боли, что я увидел в глазах друга, моё сердце сжалось, но я смог убедить себя: всё это к лучшему.       — Ай`Артит? Ты в порядке? Выглядишь так, что хочется тебя пожалеть, — поинтересовался Нотт, который улавливал даже малейшие изменения моего настроения.       В ответ я, вежливо улыбнувшись, ответил, что всё в порядке, но тут подал голос Прем, воскликнув:       — Ты не выглядишь так, словно всё хорошо, чувак! С самой первой минуты собрания и до теперешнего момента ты был угрюмым и задумчивым.       Я ещё раз улыбнулся, и с языка слетела новая ложь.       — Не стоит беспокоиться, ребята. Всё хорошо — просто я не выспался.       При этих словах брови Брайта и Туты удивленно взлетели вверх, но парни так ничего и не сказали, а потом до нас донеслось:       — Пи`Артит…       Услышав этот голос, я напрягся всем телом, изо всех сил стараясь убедить себя, что это просто сон но, в конце концов, сдался на милость суровой реальности, а Тута, обняв меня за плечи, воскликнул:       — Ай`Артит! Твой лучший друг и любимый младший здесь! Он хочет поговорить с тобой!       Глубоко вздохнув, я посмотрел в карие глаза соседа и раздраженно поинтересовался:       — Что тебе нужно, Конг? — И услышал, как тяжело вздохнули мои друзья.       Что ж, я не удивлен, ведь они знают о наших с Конгфобом отношениях. И о том, что мы неразлучны, как торт и глазурь.       Каждый раз, как только любимый подходил ко мне, я с улыбкой приветствовал его и всегда приглашал пройтись с компанией наставников. Присутствие соседа всегда вызывало лишь позитивные чувства, поэтому ни реакция друзей, ни поведение Конгфоба меня не удивляли.       Прежде чем открыть рот, друг на секунду замешкался, а потом произнёс слова, от которых моё сердце забилось быстрее.       — Пи`Артит? Ты пытаешься игнорировать меня? — поинтересовался сосед, отчего наставники, пребывая в замешательстве, вопросительно посмотрели сначала на меня, а затем на него.       — Я? Нет… нет… я не игнорирую тебя. С чего бы мне это делать, Конг? — спросил я, стараясь сохранять перед ним максимальное спокойствие.       В ответ брови моего друга взлетели вверх и он с выражением сомнения на лице, пробормотал:       — Нет, Пи, ты явно пытаешься меня игнорировать. Это из-за того, что случилось прошлым вечером, верно? — поинтересовался Конгфоб, а перед моим взором тут же замелькали воспоминания того происшествия.       Глянув на своих друзей, которые выглядели так, будто прямо сейчас начнут расспрашивать о том, что произошло прошлым вечером, я схватил любимого за руку и потянул за собой в уединённое место университетского сада.       Придя туда, я отпустил его руку и уставился в землю так, как будто там находилась самая интересная вещь, которую я когда-либо видел.       — Пи`Артит? — позвал Конгфоб и когда я хмыкнул в ответ, спросил:       — Пи`Артит, пожалуйста, ответь, почему ты игнорируешь меня? Это из-за того, что было прошлым вечером, да? Пожалуйста, Пи, ответь мне: да или нет? Прошу тебя, Пи`Артит.       — ДА! — рявкнул я в ответ, поднимая взгляд на соседа.       Конгфоб вздохнул и, отступив от меня, задал новый вопрос.       — Что ты пытался сделать вчера, Пи? Лично у меня есть только один вариант ответа, так что, ответь: ты пытался меня поцеловать?       После его слов мои глаза расширились от шока, из груди вырвался вздох, а затем пришло осознание: я больше не смогу подавлять эти чувства, не смогу держать их в секрете. И видимо, теперь самое время дать им волю. Так что, глядя в глаза соседа, я решительно ответил:       — Да.       И единственное, что потом произнёс мой друг, было:       — Почему?       — ПОТОМУ ЧТО ЧЕРТОВСКИ ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, КОНГ!!! — прокричал я, и в отчаянии проведя рукой по волосам, лихорадочно продолжил:       — Я люблю тебя, Конг, люблю! Я люблю тебя уже три года. И это лишь осознанно, а так… Я не знаю, когда всё это началось. Может быть, даже раньше и моим чувствам к тебе уже больше трёх лет. Конг, ты для меня всё! Я люблю тебя так сильно, что мне уже становится больно скрывать эти чувства, — подытожил я, чувствуя, как по щекам текут слёзы.       — Почему ты не признался мне раньше, Пи? — просто и наивно спросил меня любимый спустя некоторое время, а его глаза, в которых отразился солнечный свет, засверкали ещё ярче.       — Потому что… потому что… боялся, — ответил я, низко опустив голову и с преувеличенным интересом, рассматривая траву под ногами, забормотал:       — Конг… Я боялся, что ты перестанешь разговаривать со мной. Боялся, что ты отвергнешь меня. Боялся, что в дальнейшем ты будешь смотреть на меня с отвращением в глазах. Более того, я продолжаю бояться, что из-за этого происшествия мы потеряем то, что у нас есть сейчас. Боюсь, того, что наша дружба разрушится, и ты отдалишься от меня. Знаю, мы оба парни, но как видишь, я не смог противостоять твоему обаянию и влюбился. Прости меня, Конг, прости. Я так люблю тебя, так сильно люблю, — подытожил я, начав плакать и не имея смелости посмотреть любимому в глаза.       Между нами повисло долгое молчание, нарушаемое только свистом прохладного ветра, а потом до меня донеслось:       — Я тоже люблю тебя, Пи`Артит.       После этих слов я удивленно вскинул голову и ошеломленно попросил:       — Что? Ну-ка, повтори ещё раз, — чтобы убедиться, что это не сон и не галлюцинации.       Из уст соседа вырвался небольшой смешок, после чего он с легким румянцем на щеках тихо проговорил:       — Я сказал… что люблю тебя.       — Но… Как такое может быть? — пробормотал я, не в силах поверить в то, что услышал. Любовь, которую я испытывал к Конгфобу, оказалась взаимной, и большего в этой жизни я не мог и просить.       Тем временем мой друг продолжил:       — Пи, как ты думаешь, почему я выбрал инженерное дело, отодвинув свою мечту изучать экономику на второй план? Да, на моё решение выбрать инженерный факультет частично повлияли родители, но главной причиной моего поступления сюда был ты, Пи. Я также не знаю, когда зародились мои чувства к тебе. Но осознал я это, когда учился в десятом классе. И с тех пор скрываю это от тебя. Я тоже боялся, Пи`Артит. Боялся, что ты испытаешь отвращение, что разорвёшь между нами все связи и бросишь меня. А я… я не смог бы без тебя, Пи, ведь с каждым днём люблю тебя всё больше. И ни каплей меньше.       Признание Конгфоба вознесло меня выше звёзд и заставило почувствовать себя на седьмом небе. Боже, этот засранец скрывал от меня свои чувства восемь долбанных лет! И полюбил меня ещё до того, как я сам осознал свои чувства! Не могу в это поверить. Мне кажется, что я всё ещё сплю.       — Это сон? — пробормотал я, заставив любимого рассмеяться и проговорить:       — Если хочешь — могу ущипнуть, чтобы ты сам удостоверился.       В ответ я хихикнул, медленно приближаясь к Конгфобу, и с каждым новым шагом удивлялся тому, как же я раньше не замечал, сколько в его сияющем взгляде чувств.       Остановившись прямо перед любимым, я положил пальцы на подбородок, подняв его лицо вверх, и стал медленно сокращать пространство между нами.       А потом весь мир, словно остановился, когда его нежные розовые губы встретились с моими. И чувствуя себя странником, нашедшим посреди пустыни долгожданный оазис, я заключил лицо Конгфоба в ладони, посасывая его нижнюю губу. А затем испытал ни с чем не сравнимые ощущения, потому что Конгфоб с готовностью ответил на поцелуй, захватив в плен мою верхнюю губу и обняв за плечи.       Спустя некоторое время, мы, тяжело дыша, отстранились и, посмотрев на смущенное лицо любимого, я улыбнулся, точно зная, что моё сейчас выглядит не лучше. И выдохнул:       — Как же я долго ждал нашего поцелуя.       На что Конгфоб широко улыбнулся, быстро чмокнул меня в губы и крепко обняв, ответил:       — Я тоже.       После этих слов я обнял его в ответ, и мы растворились в маленьком собственном мире, из которого чуть позже нас выдернули громкие крики со стороны.       Быстро отступив друг от друга, мы увидели, что наставники уставились на нас с улыбками и ухмылками на лице, а потом Брайт прокричал:       — Никогда не думал, что тебе хватит смелости поцеловать своего младшего Ай`Артит! Ох, я так горжусь тобой, чувак!       После этих слов я уставился на друга, а затем посмотрел на Конгфоба, которого рассмешила реакция Брайта. От одного этого вида у меня в животе запорхали бабочки, а на губах неосознанно появилась легкая улыбка, которая быстро исчезла, когда я услышал громкое:       — СЛУШАЙТЕ ВСЕ! АЙ`АРТИТ И НОНГ`КОНГ НАЧАЛИ ВСТРЕЧАТЬСЯ! ПОВТОРЯЮ, РОЗОВЫЙ МОЛОЧНЫЙ МОНСТР И ЕГО 0062 СТАЛИ ПАРОЙ!       Посмотрев на своего нового парня, на губах которого играла нежная улыбка, а лицо пылало огнём смущения, я пробормотал:       — Конгфоб, я думаю, мне нужно кое с кем разобраться, — и когда любимый, рассмеявшись, кивнул, подобрал с земли палку и бросился к Брайту и Туте.       — АЙ`АРТИТ! ОСТАНОВИСЬ! ПРОСТИ! — закричали они оба, осознав, чем им грозит палка в моих руках.       — АЙ`БРАЙТ, Я УБЬЮ ТЕБЯ! — прокричал я в ответ, не собираясь останавливаться, пока собравшиеся вокруг нас студенты с удовольствием наблюдали за бесплатным зрелищем и смеялись.       — Ай`Артит, подожди минутку! — взмолился Тута, подняв руки вверх и призывая меня остановиться.       Посмотрев на них, я решил, что сейчас должен услышать извинения и, застыв на месте, поинтересовался:       — Ну? Что вы хотите мне сказать?!       После чего в очередной раз убедился, что Брайт и Тута — засранцы, когда на лицах этих двоих расцвели озорные ухмылки, и они быстро переглянувшись, в один голос прокричали:       — ПОЗДРАВЛЯЕМ!