счастье

– Можешь домой не приезжать! – Мам, постой, я, – не давая ответить, звонок сбросили и Константин, хлопая глазами, остался стоять посреди улицы с шампанским под подмышкой и шоколадом на руках. Это был бы первый новый год за долгое время, который он хотел встретить с родными. Только вот Костя как-то сам того не понимая, то ли из-за опоздания, то ли назвав родственников "паразитами", обидел вспыльчивую маму и остался кажется на улице встречать его. Он был уверен, что матушка быстро остынет и позвонит, но уже пол двенадцатого, поздно, приезжать точно не было бы смысла. Пуще разозлится. Костю, мешавшего объекта, начали расталкивать люди, спешившие домой. Они то и дело заглядывали на часы и суетились, будто бы летая, перемещались с улицы на улицу. Среди них были трудоголики задержавшиеся на работе, были такие же отшельники как он, были те, кто выбежал в ближайший магазин за недостающим элементом на праздничном столе, были с пустыми руками и были те, которые носили целую гору покупок. Костя тоже захотел спешить, было бы куда. А вот прогуливаться безо всякого смысла в поисках приключений – хорошая идея. К счастью, любящего рутину, Кости или нет, многие заведения если не были уже закрыты, то закрывались и искать приключений было негде. И всё же было своё очарование в ночном предновогоднем городе, когда маленькие приукрашенные ёлки и золотые гирлянды над головой создавали своеобразный уют. Медленно шагая по тротуару, Костя заметил открытый книжный магазин и удивился. Работающие круглосуточные магазины привычное дело, но чтобы работники книжного были вынуждены оставаться на работе вплоть до самого нового года, явление вызывает вопросы. Озябший парень решает заглянуть внутрь, может там и согреется и время скоротает, а может там и новый год встретит. Дверь открывается с сопровождением трели дверного звонка и громкого мата со стороны ресепшена. Чья-то чёрная макушка резко поднимается и человек хватается за голову. – Ну вот, проигрыш, – досадно замечает парень за стойкой и снимает наушники. Замечает посетителя и сразу же отворачивается. – Добро пожаловать, прошу прощения, – бормочет темноволосый и опять отвлекается на компьютер. Костя усмехается с ситуации и оглядывает магазин. Он был совсем маленьким и стеллажи плотно располагались к друг другу, в правом углу от кассы висел небольшой телевизор и вместо камер наблюдения там был включен первый канал без звука. Помещение было украшено гирляндами и всяким новогодним барахлом, пахло морозом, успевший зайти вместе с ним, и едой. Что ж, раз зашел надо будет ради приличия что-нибудь поискать. Он обошёл полки с бестселлерами и современной психологии, которые как правило стояли у самого входа, привлекая внимание читателя. Константин был ценителем классики и работ писателей серебряного века русской литературы. До остальных людей и их вкуса в книгах у него не было дела, но он всё же не понимал смысла в новых популярных книжках. Видимо в них свой шарм, который не дано понять таким простачкам как он. Суть не в этом, он вдруг почувствовал, что делает что-то совсем глупое, знал, что ничего не купит и ошивается тут, наверняка мешая продавцу, судя по ежесекудным постукиванием по столу и всё тем же матам. Костя решает уйти, предварительно набирая номер матери и думая как извиниться. Но парень у кассы опять выругавшись, снимает с себя наушники и встаёт с кресла. – Вам чем-нибудь помочь? – виновато спрашивает он. Костя только сейчас разглядывает чужие черты лица и подмечает детали. Рассеченная бровь, мертвецки бледная кожа, бездонные синяки под глазами и задорный, весёлый взгляд. Старая чёрная футболка висит на худощавом с виду парне и спадает с плеч. Костя замечает изменения в лице парня, бровь приподнялась и выражение поменялась на вопросительное, ждёт ответа. Точно, нужно ответить. – Нет, спасибо, я уже ухожу. Не это ответить. Уходить уже перехотелось, а всё из-за внезапного интереса к парню, который работает в новый год и матерится в вроде бы приличном месте, понятное дело из-за игры. Продавец невозмутимо садится обратно и уже хочет продолжить игру, как гость прямо около выхода спрашивает: – Вы почему во время праздника работаете? – незнакомец со сплитом держит ручку двери и ждёт ответа, затем понимает, что вопрос странный и невежливый, – Прошу прощения за любопытство, мне правда уже пора кажется. – Дак мне некуда и не к кому идти. Костя останавливается и с жалостью смотрит на парня. Тот непонимающе, вновь поднимает бровь, затем бьёт ладонью себя по лбу и быстро тараторит: – А нет, вы неправильно поняли. Я не дединсайдник, просто в Екатеринбург я недавно переехал, вся родня в Челябинске, а новыми знакомыми я не успел обзавестись. Да и возможно босс прибавит к зарплате за такое рвение к работе, – фыркнул парень из Челябинска, – А чем вам не новый год, оливье есть, – сказал он поднимая пластиковый контейнер с салатом, – Первый канал включен, вид отсюда на салюты не лучший, но есть. Константин был поражён. Этот темноволосый парень рассказал про свою жизнь совсем незнакомому человеку так быстро и даже не бровью не повёл. Главное имя не сказал, но у него и не спрашивали. За откровенность хотелось ответить тем же и Костя неуверенно сказал: – Я тоже недавно здесь, к родителям приехал и напортачить успел, домой не пускают. Продавец на него как-то странно посмотрел секунду и не выдержал смеха. Парень начал вовсю хохотать и бить бедный стол от смеха. Его смешинки разлетелись по магазину и захватили Костю. После кажется вечной радости и смеха, парень махнув рукой по ресницам, вытер слёзы и другую руку протянул через ресепшн к Косте. – Юра. – Костя. Выдержав руки в приветствующем жесте слишком долго, Юра освободившись, высунул из огромной коробки под столом старую табуретку и хлопая по нему, пригласил сесть. Не долго думая, Костя присел. Несмотря на тесноту, оказалось очень уютно. Он разглядел на экране компьютера надпись "Победа!" и рисунок танка. – А вы откуда приехали? – С Москвы, работал там, – отвечать всё ещё сильно не хотелось. Даже воодушевленный открытостью собеседника, Косте тяжело было преодолеть барьер недоверия. – А кем работали? – сдаваться никто не собирался, вопросы шли один за другим. – Бизнес. – Оо, нихуёво. Юра замолчал в какой-то момент, ощутив наглость со своей стороны. Решил проявить её по другому. А Костя всё никак не мог прийти в себя от удивления. – Я конечно прошу прощения, но видимо новый год встречать мы будем вместе, – Юра улыбнулся, показал на часы, где стрелки указывали на без десяти двенадцать, для убедительности, хотя Костя в этом не нуждался, – Так что может нам выпить вашего замечательного шампанского. Костя только вспомнил о шампанском, удивился тому, что он ещё рядом. И шоколадки рядом. В смешанных чувствах он поставил их на стол и пришел к другому вопросу. – А у вас бокалы есть? – А у меня одноразовые стаканчики есть. В стаканах лопались пузырьки шампанского, телевизор наконец заговорил. Парни замолчали и смотрели кто куда. Затем у Юры разгорелась лампочка над головой и он потянув блокнот со стола вырвал два куска листа, один с ручкой отдал Косте, другой взял себе. – Пиши. Костя непонимающе оглядел лист, ручку и спросил: – Чего? – Желание, затем эту бумагу надо сжечь и выпить вместе с шампанским, – уже расписывая что-то на своём клочке, ответил Юра. Обряд звучал интересно, вообще всё что рассказывает этот парень было интересно. Он вызвал в Косте столько удивлении за час, сколько никто ещё не вызывал. Костя повертев ручкой туда-сюда написал на бумаге одно простое слово "Счастье". – Всё, теперь можно сжечь. Только осторожнее, у меня тут всё полыхнет, чуть что пойди не так. Юра сначала осторожно сжег свою бумажку и предоставил зажигалку Косте. Теперь они сидели полностью готовые к новому счастью. На экране телевизора появилось лицо, которое каждый год произносит свою речь. Посмотрев на часы, Юра встал сам и потянул за собой другого. Поднял свой "бокал" и начал считать: – Десять. – Девять. – Восемь. – Семь. – Шесть, – в чужих глазах был полный восторг, хотелось смотря на них улыбаться самому. – Пять, – секунд до чего-то нового. Мир ярче не станет, прошедший день как будто просто продолжит свою жизнь. Но они верили, что-то точно изменится. – Четыре, – секунд до того, как Юра позвонит подруге в Перми и радостно скажет, что у него появился друг. – Три, – секунды до момента, когда в Екатеринбург ехать появится больше причин и одиночество соберёт свои манатки. – Два. – Один! Вместе. – С новым годом! Стаканы глухо столкнулись и за окном начали взрываться салюты. Выпив остатки напитка, парни выбежали смотреть на чудесные всплески огня. Их становилось всё больше и больше, они умирали так же быстро как и рождались, но были так красивы. Каждый год одно и то же, но по разному потрясающе. – Что ты загадал? – Разве можно говорить? – спросил Костя в ответ. Юра посмотрел на него с улыбкой и ответил: – Можно. – Хорошо тогда, я загадал счастье. – Как банально. За все это короткое время их общения, Юра мог бы обидеть Костю много раз, но не обидел. Юре надо было знать об этом. Косте не надо было говорить. – А ты что? – Я захотел стать твоим другом, – так легко и просто. Знать человека напротив много лет необязательно, чтобы захотеть стать другом. Иначе дружбы не рождались бы. Юра потом узнает, что Костя не такой уж и зануда, и друзья у него есть. Костя потом узнает, что Юра курить любит до беспредела и спит мало. Юра потом будет звонить, когда трудно, а Костя потом будет приходить в магазин посидеть на табуретке. А сейчас они друг другу никто, всего лишь люди, случайно вместе встретившие новый год. И только потом они друзья, и только потом у них чувства какие-то непонятные и взгляды совсем другие. – Твоё желание исполнилось так быстро, вау, – хмыкнул Костя. – Надеюсь твоё также быстро исполнится.