Тренировка

«Бля, может зря я вчера устроил эту сцену? Нет бы просто потрахаться, нет, нам надо всё усложнить.» - думал Соул на парах. Утро прошло гладко, наверное, у них обоях просто иссякли силы переживать, но чем дальше в день, тем больше возвращаются смущения, тревоги и загоны. Конечно, Соул нажал вчера стоп-кран не для напутствий Штейна – «Скажет сегодня, что нужен обычный секс без всяких примочек, убью гада» - он хотел быть честным с Макой и берёг её чувства. Да, берёг, уж лучше так, как вчера, чем чувство, что тебя изнасиловали. Но конечно, сомнения ещё остались: может он не о ней думал, а просто сам зассал. Эх, короче, все эти мысли в таком ключе, это не круто. Бесполезное и опасное болото. Главное, что они наконец объяснились с Макой, и уж сегодня он сделает вступление помягче, по-плавнее, и всё будет хорошо. «А что если не будет никакого «сегодня»? Что если я её так напугал, что она скажет, что она не готова и всё опять задвинется в дальней ящик?!» - вот тут Соул реально загрустил. Стало так обидно хоть плачь. А что сделать? Сказать "Мака забудь, что я тебя до смерти напугал, спровоцировал истерику, наверное отбил желание заниматься сексом ещё на пару лет, забудь об этом, давай просто потрахаемся", так? Пиздец. Соул не мог думать об этом, сидя в аудитории, хотелось ударить кулаком о стол или скорчить кислую мину, выругаться в конце то концов - громко и смачно. Он тихо вышел, типа в туалет, и ушёл наматывать круги по территории академии. "С другой стороны,- думал он- мы наконец признали наши чувства. Ведь на самом деле, секс - это не то, что должно быть на данном этапе" Они ещё не стали нормально встречаться, только один раз целовались. Мака оказалась очень страстной, сама того не зная. Эту бы страсть да в нужное русло! Потихоньку Соул начал успокаиваться. Секс – не главное сейчас, все придёт, (мастурбацию никто не отменял), Мака раскачается, всё будет чуть позже. Он так долго мелкими шагами шёл к тому, чтобы свободно выражать ей свои чувства, ни уже ли теперь, после всего пройденного, избыточная выработка спермы разорвет его изнутри? Вдох-выдох. Нет же! Он любит эту болбесину, она его тоже любит, а значит всё хорошо. Для них теперь все песни, он ей будет играть на рояле, на кухни, пока готовится рис, он будет втягивать её в танцы, они буду спать вместе и сколько впереди объятий и поцелуев. Соул наконец почувствовал счастье разделённой любви и умиротворение, которые он не мог испытать вчера и сегодня. Всё остальное не важно, он счастлив, и она должна быть счастлива, он об этом позаботится.