You Know Him?

— Думаю, с тебя достаточна, красавица. — Неа. Всё ещё не пьяна, — сказала она, опрокидывая ещё одну рюмку и игнорируя закатанные глаза Энзо. — Ты знаешь, что ведьма Беннетт не вернётся, сколько бы водки ты ни выпила, верно? — Спасибо. Даже представить не могла, — сухо сказала Кэролайн, прежде чем жестом попросить у бармена ещё один шот. Прежде чем девушка успела его налить, сзади раздался громкий крик, и Кэролайн спрыгнула с барного стула, чтобы разобраться. — Зачем ты идёшь туда? — Кто-то ранен, Энзо. — Да, так почему ты идёшь навстречу угрозе, а не в обратном направлении? Кэролайн проигнорировала его и продолжила идти, зная, что он следует за ней, и когда она вошла в дверь с надписью «Только для сотрудников», её эмоции застыли где-то между удивлением и раздражением: — Серьёзно? На лице Клауса промелькнуло удивление, прежде чем он бросил человека, по руке у которого струилась кровь, на пол и схватил ближайшую тряпку, вытирая руки: — Здравствуй, милая. — Что, чёрт возьми, ты делаешь? — Кэролайн, это Клаус Майклсон, — прошипел Энзо. Кэролайн проигнорировала его и упёрла руки в бёдра, пристально смотря на Клауса: — Что здесь происходит? — Не думаю, что тебя это должно заботить. — Конечно, это так. Ты мучаешь его. — Перешёл мне дрогу — попрощался с жизнью. Примерно так это работает, — спокойно сказал Клаус. — Нет, это не так, — раздражённо сказала Кэролайн. — Что он сделал, добавил слишком много сиропа в твой клубничный дайкири? — Тебе нужно остановиться, красавица. Он опасен, — прошептал Энзо. Кэролайн усмехнулась, и Клаус поднял бровь: — Красавица? Она пожала плечами: — Очевидно, британцы питают слабость к любовным прозвищам. Я уже смирилась. — Любовным прозвищам? — О, расслабься. Мы просто друзья, не то чтобы это касалось тебя. — Конечно, это касается меня, дорогая. — Дорогая? — недоверчиво спросил Энзо, скривив губы. — Вы знакомы? — Он немного заторможенный, не так ли? — Будь милым. — Я полагаю, это определённо улучшение по сравнению с Потрошителем, — размышлял Клаус, и Кэролайн ущипнула себя за переносицу. — Ну здесь мы согласны, — пробормотал Энзо. — Послушай, мы можем обсудить мой выбор компаньонов позже. Почему ты решил убить этого парня? — Он пытался убить меня. — Разве не все этим занимаются? — проворчала Кэролайн, подходя к мужчине и нащупывая пульс, прежде чем прикусить своё запястье и прижать его к губам мужчины. — Нет. На самом деле, большинство людей знают, что лучше не подходить ко мне ближе чем на милю, как указал твой маленький друг. — Его зовут Энзо, — сказала Кэролайн, проверяя, исцелён ли мужчина, прежде чем встать и поправить юбку. — Где ты остановилась? — спросил Клаус. — Не твоё дело. — Я должен думать, что это так, учитывая, что ты вмешалась в то, что должно было стать продуктивным допросом. Я считаю, что ты немного задолжала мне. — За то, что помешал тебе совершить убийство? Нет. — Хорошо, тогда, может быть, ты хотела бы наверстать упущенное? За ужином? — предложил он, сделав несколько шагов к ней и положив руку ей на плечо, его большой палец скользнул под бретельку её платья, и начал проводить круги на её коже. Она вздрогнула, её зубы впились в нижнюю губу, когда она посмотрела на него, размышляя: — Отлично. Один ужин. Он ухмыльнулся: — Мне зайти за тобой в отель сегодня вечером? Одно из моих любимых мест здесь находится чуть дальше по улице. Мы можем дойти пешком. — Я думала, ты не знаешь, где я остановилась. Он одарил её улыбкой во все зубы, и ей показалось, что он раздевает её глазами, вспоминая каждый дюйм кожи, который исследовал в лесу: — Я знал, где ты была, в тот момент, когда ты пересекла границу штата, милая. — Это не жутко, — пробормотал Энзо, нарушая момент. Клаус оскалил зубы на Энзо, и Кэролайн вздохнула, положив руку ему на грудь, заставляя его повернуться к ней: — В шесть часов в вестибюле. Единственное, что ты мне оплачиваешь, это ужин, понятно? Я не хочу возвращаться в отель и видеть платье на своей кровати. — Понял, — сказал он, ухмыляясь. Импульсивно она встала на цыпочки, чтобы оставить лёгкий поцелуй на его щеке, прежде чем повернуться, чтобы уйти, и совершенно не удивилась, когда он схватил её за запястье, притянул к себе и прижался губами к её губам. Она застонала ему в рот, её руки скользнули к его затылку, чтобы запутаться в его волосах, когда он собственнически провел языком по её губе, его руки крепко сжали её бёдра. Энзо многозначительно кашлянул рядом с ними, и Кэролайн почувствовала, как её лицо покраснело, когда она неловко высвободилась, игнорируя довольную ухмылку Клауса: — Шесть часов, — повторила она перед уходом, притворяясь, что чрезмерное покачивание бёдрами было вовсе не нарочным.