День подарка под подушкой

Василиса устала. Дни пролетали, унося с собой возможности получать от жизни удовольствие, а юное Время только и делало, что училось. Поначалу Василиса была воодушевлена, она чувствовала себя особенной, когда она только была выбрана на роль Королевы. Но сейчас, со всеми этими заботами о политике и власти, с которыми пришлось столкнуться девочке подросткового возраста, Василиса ощущала себя слабой, опустошённой. За последний месяц она не продвинулась в учёбе ни на шаг. Миракл, Астариус, Чёрная Королева — все учителя пытались воззвать к королевскому долгу, не желая понимать, что Василиса разрушается. Ей не хотелось есть, не хотелось ни с кем разговаривать, хотелось закрыться в комнате и рыдать. Фэшу подобная жизнь, казалось, была по нраву. Какое-то время он ещё сочувствовал Василисе, пытался её поддержать, но ту дыру, что разрасталась прямо в центре её души, он залатать не мог. И он ушёл. Василиса ничего не чувствовала, когда он закрыл дверь в её комнату в последний раз. Ей было всё равно. Когда Фэш привёл в замок Марину, Василиса даже пожелала им счастья. Не совсем искренне, но не потому, что она ещё любила Фэша, а потому, что все её чувства были на нуле. Часолист тихо звякнул, оповещая о новом письме, пришедшем на почту. Василиса лежала на кровати, бездумно смотря в потолок. Она уже очень долго не проверяла почту, не находя сил на общение с другими людьми. Спустя некоторое время в коридоре послышались голоса. Звуки немилосердно разрушали спасительную тишину вокруг Василисы, вторгались в её мирный мирок, больно резали слух. Девушка дёрнулась от стука в дверь. Затаила дыхание, подождала — вдруг передумают тревожить Королеву в её законный выходной? Но стук повторился. Василиса встала с кровати, стараясь не сильно шуршать одеялом, медленно подошла к двери и открыла её. На пороге стояли Миракл и Фэш, отвратительно счастливые. — Что... — голос охрип от долгого молчания, и Василиса прокашлялась, — что-то случилось? — Сегодня двадцать первое декабря, забыла? — весело спросил Фэш, пытаясь пройти мимо Василисы в комнату. — Что, ты там и будешь держать нас на пороге? — нахмурившись, продолжил он. Василиса нервно облизнула губы, на секунду задумываясь, почему они болят, словно обветренные. — А что двадцать первого декабря? — бездумно спросила девушка. — У тебя всё в порядке? Ты чего, как ты могла забыть! Это же знаменитая традиция: в эту ночь класть друг другу подарки под подушку. Да ты же сама в ней участвовала раньше! — Фэш беззаботно ответил. — Кстати, мы чего пришли-то: хотим отпраздновать Новый год как следует, надо всё подготовить. Я уже составил список дел, их все необходимо успеть, там и для тебя есть. Из груди Василисы вырвался смешок. У тебя всё в порядке? У неё это спросили впервые за много месяцев, но всё равно это звучало как шутка. — Я ничего не хочу. Решите сами. Я пойду спать, очень устала, — и девушка, не став дожидаться возражений, захлопнула перед незваными гостями дверь. Василиса широкими шагами дошла до прикроватной тумбочки, на которой лежал её часолист. Раскрыла на нужной странице и нырнула в заставку. Девушка оказалась в тёплом доме посреди зимнего леса. Заставка с водопадом ещё существовала, но её Василиса посещала всё реже и реже, потому что водопад навевал воспоминания о другой жизни. Здесь же было спокойно. И тихо. — Здравствуй, — произнёс мягкий голос откуда-то сбоку. Василиса обернулась на звук и слегка улыбнулась: перед ней стоял Марк. Немного прозрачный, да и сама девушка знала, что это иллюзия, но не менее притягательный. — Привет. Извини, я сегодня не настроена на разговор. — Снова Зодчий Круг? — Можно и так сказать, — Василисе нравилось, что он её понимал и не задавал вопросов. В прочем, почему он будет задавать вопросы, если он буквально создан ей самой, её сознанием? Возможно, девушка уже начала сходить с ума. Самую малость. Василиса поднялась на второй этаж, в спальню, и упала на кровать, засыпая почти мгновенно.

***

Проснулась девушка с неприятным ощущением в области затылка. Казалось, будто она лежала на чём-то твёрдом. Василиса была накрыта одеялом, хотя она точно помнила, что уснула без него. Сев в кровати, девушка подняла подушку, под которой оказался подарочный сборник её любимых сказок. Их Василисе читала ещё в детстве приёмная бабушка. Девушка невольно улыбнулась, проведя ладонью по обложке. Однако улыбка быстро сменилась напряжённым выражением лица. Кто мог пробраться в её часолист? Она никому не рассказывала о своей любви к Остальским сказкам. Никому, кроме... — Марк, — позвала неслышно, почти шёпотом, но он пришёл. Ведь он всего лишь иллюзия. Появился из воздуха, словно сотканный из тончайших нитей. Василиса посмотрела на него, подняла книгу и спросила: — Как ты это достал? Ты же... — "не можешь". — Я и не доставал, — иллюзия покачала головой. — Тогда кто? — почти истерично спросила девушка, быстро холодея. — Я. Василиса обернулась на звук и увидела в дверях...ещё одного Марка, опирающегося о косяк. Через него не просматривался коридор, и в целом он выглядел абсолютно живым. Девушка почувствовала на своих щеках горячие слёзы. Неспособная поддерживать иллюзию, Василиса лишь краем глаза заметила, как пропадает ненастоящий Марк. Даже у Королев должно быть новогоднее чудо.