Пока часы 12 бьют

— Я не понимаю! Какого чёрта, Грейнджер? Почему ты всегда пытаешься решить все свои проблемы сама? Разве так сложно попросить о помощи? Я всегда был рядом с тобой! Разве я не достоин твоего доверия? Разве я не имел права знать, что ты умираешь?! – кулак Драко Малфоя врезался в стену лишь в нескольких сантиметрах от головы Гермионы Грейнджер. Серые глаза парня застилала пелена непролитых слёз. Рукой он крепко сжимал предплечье гриффиндорки, что смотрела на него усталым, виноватым взглядом. — Я доверяю тебе! Доверяю больше чем себе! Я… Я не хотела тебя беспокоить, не хотела, чтобы ты это видел… – девушка опустила голову вниз, её плечи задрожали, а на последнем предложении голос предательски надломился. Пару минут молодые люди провели в тишине, что мгновенно окутала Астрономическую башню. Холодный северный ветер трепал их волосы, вплетая в них редкие снежинки, что почти сразу таяли, где-то вдалеке послышался крик Фоукса. — Сколько? Сколько осталось времени? Когда эти чёртовы часы встанут? – голос у парня был хриплый и пропитан горечью, он понимал, что ничего нельзя сделать. От бессилия блондин ещё раз ударил по стене, несколько мелких камней полетели на пол, за ними побежала тонкая струйка крови. — В полночь. Часы встанут 31 декабря в 12 часов ночи. Через 3 минуты. – по щекам шатенки потекли крупные капли слёз, – Я… Мне страшно, Драко. Я не хочу умирать. Часы отсчитали мне лишь две недели. Я не хотела, чтобы всё случилось вот так. Я… я… мне так жаль. Прости-прости-прости… – девушка подалась вперёд и уткнулась лицом в рубашку парня. — За что ты извиняешься, дурёха? Ты ни в чём не виновата. Просто… Уизли идиот, если не ответил на твои чувства. Он просто слепой, раз не заметил такую прекрасную девушку прямо у себя под носом. – одной рукой слизеринец рассеяно гладил Гермиону по голове, пропуская некоторые пряди сквозь пальцы, другой – крепко прижимал её к себе за талию. Девушка лишь приглушённо рассмеялась, всё ещё иногда вздрагивая. — Как ты узнал? – кареглазка и сама понимала, что вопрос довольно глупый, да и время не совсем подходящее, но ей действительно было интересно. — Панси как-то заикнулась о том, что ты стала подозрительно часто смотреть на часы. Никогда бы не подумал, что её привычка замечать такие мелочи, а потом обсуждать это за завтраком может так пригодиться. – Малфой-младший тоже коротко хохотнул, ещё сильнее прижав к себе гриффиндорку. Тем временем минутная стрелка подобралась к отметке в 12 часов и начался обратный отсчёт. 12… Девушка замерла, словно статуя, отказываясь осознавать, что этот момент всё-таки наступил. 11… Блондин отстранился от Грейнджер и внимательно посмотрел ей в глаза. 10.. Парень медленно наклонился к ней и, прикрыв глаза, осторожно поцеловал остолбеневшую волшебницу. 9… Никакой реакции со стороны Гермионы, её глаза расширились, а рот слегка приоткрылся от шока. 8… Парень скользнул языком в рот к девушке, очертил ровный ряд зубов и дотронулся до её языка. 7… Шатенка прикрыла глаза и запустила руки в волосы Драко, осторожно сплетаясь с ним языками. 6… Блондин слегка оттянул нижнюю губу девушки и отстранился, смотря на неё полными боли глазами. 5… — Я… прости, я должен был раньше сказать, должен был раньше с тобой объясниться. 4… — Я считал, что не достоин тебя, ведь ты – лучшее, что есть в моей жизни. 3… — Я люблю тебя, Гермиона Грейнджер. И мне очень стыдно за то, что говорю это только сейчас. 2… Повисла секундная тишина, прерываемая лишь завыванием ветра и громким стуком двух сердец. 1… — Драко, я… Последний удар и часы в кармане волшебницы засветились. Глаза девушки остекленели она начала медленно оседать на пол вместе с парнем. Слизеринец уложил голову Гермионы к себе на колени и склонился над её лицом. — Я всегда буду любить тебя. – тихий шёпот волшебника эхом отразился от стен Астрономической башни, а одинокая слеза упала на щеку шатенки. Буквально пару мгновений спустя мягкий голубой свет озарил помещение и опутал девушку, приподняв её тело в воздух. Пару минут голубые искорки пробегали в тумане, то появляясь, то исчезая, поглащая частички туманного свечения, пока оно полностью не исчез, а тело гриффиндорки не опустилось обратно. Ресницы девушки задрожали, а через несколько секунд карие глаза встретились с серыми глазами шокированного парня. — Я… Я, наверное, тоже люблю тебя, Драко Малфой. – голос шатенки был хриплым и тихим, а губы расплылись в мягкой улыбке. Ещё одна слеза скатилась с щеки блондина, когда тот вновь поцеловал волшебницу. Любовь творит чудеса. Особенно в Новогоднюю ночь.